Фибриноген по клауссу норма: Фибриноген – роль и норма в крови  (Fibrinogen, FF, FA)

Содержание

Фибриноген по Клаусу (Fibrinogen) (в плазме крови) 

ОписаниеПодготовкаПоказанияИнтерпретация результатов

Фибриноген является предшественником фибрина, основным белком, который входит в состав кровяного сгустка при свертывании крови. Фибриноген по Клаусу – один из важных показателей коагулограммы. Этот гликопротеид относится к плазменным факторам свертывания (фактор I). Синтез фибриногена происходит в печени, откуда поступает в системный кровоток, где период его полужизни составляет около ста часов.

Образование фибрина из фибриногена происходит при участии тромбина и данный процесс это последний этап образования кровяного сгустка. Фибрин проходит несколько этапов, прежде чем стать нерастворимой, основной частью этого сгустка: образование мономеров, полимеризация мономеров, стабилизация кровяного сгустка. Фибрин и тромбоциты образуют тромб, который способствует остановке кровотечения до заживления сосуда.

Важно сдать анализ крови на фибриноген по Клаусу перед оперативным вмешательством и для пренатальной диагностики. Физиологическое повышение уровня фибриногена в крови наблюдается при беременности.

Концентрация фибриногена в анализе крови повышается при воспалительных процессах в организме, некрозе ткани, является одним из острофазовых белков воспаления. Также, фибриноген в крови – основной белок, влияющий на скорость оседания эритроцитов. Рост фибриногена (даже если он происходит в пределах нормы) коррелирует с повышением риска осложнений патологии сердечно — сосудистой системы. Повышение уровня данного белка может происходить при инфекционных процессах, инсультах, злокачественных новообразованиях, пневмониях, амилоидозе, гипотиреозе, инфаркте миокарда, воспалительных заболеваниях. Ожоги, операции, прием оральных контрацептивов также могут быть причиной повышения в  крови фибриногена.

Повышение в анализе фибриногена по Клаусу наблюдается при:

  • Острых воспалительных и инфекционных заболеваниях
  • Остром нарушении мозгового кровообращения
  • Амилоидозе
  • Гипотиреозе
  • Приеме эстрогенов и оральных контрацептивов
  • Ожогах
  • Инфаркте миокарда
  • Злокачественных новообразованиях
  • Беременности

Уменьшение концентрации фибриногена по Клаусу наблюдается при:

  • Патологии печени
  • Синдроме диссеминированного внутрисосудистого свертывания
  • Токсикозе беременных
  • Отравлении ядами змей
  • Гиповитаминозе витаминов C и B12
  • Эмболии околоплодными водами
  • Хронических миелоейкозах
  • Полицетемии
  • Афибриногенемии
  • Приеме анаболиков, андрогенов, антикоагулянтов.

Фибриноген (метод Клауса): сдать анализ в «ГЕМОХЕЛП»

В связи с высокой загруженностью телефонной линии, значительно увеличилось время ожидания ответа оператора.

Рейтинг статьи:  4,78 (92)

Метод определения по Клаусу — определение содержания фибриногена по скорости образования сгустка при добавлении избытка тромбина к разведенной плазме на автоматическом коагулометре ACL-9000 фирмы Instrumentation Laboratory.

Повышение концентрации фибриногена:

  • гиперкоагулемии при различных стадиях тромбоза, инфаркте миокарда, а также в последние месяцы беременности, после родов, после хирургических операций.
  • воспалительные процессы
  • неопластические процессы (особенно при раке легкого)
  • заболевания почек ( пиелонефрит, гломерулонефрит, гемолитико-уремический синдром)
  • коллагенозы (ревматоидный артрит, узелковый периартериит)
  • ночная пароксизмальная гемоглобинурия


Снижение концентрации фибриногена:

  • врожденный дефицит фибриногена
  • тяжелые поражения печени (острый гепатит, цирроз)
  • ДВС — синдром
  • острые фибринолитические состояния
  • поражения костного мозга (лейкоз, опухолевые метастазы)
  • инфекционный мононуклеоз
  • прием некоторых лекарственных препаратов (фибраты, фенобарбитал, стрептокиназа, урокиназа, вальпроат натрия)
  • физические перегрузки

Показания к исследованию: Фибриноген (фактор1) –белок, который синтезируется в основном в печени. В крови он находится в растворенном состоянии, но в результате ферментативного процесса  под воздействием тромбина и фактора XIIIа может превращаться в нерастворимый фибрин. Определение фибриногена – один из рутинных тестов коагулограммы, характеризующий третью фазу свертывания. Фибриноген — острофазный белок. Концентрация его может превышать 10 г/л при тяжелых бактериальных инфекциях, при травме и тромбозе. Повышение уровня фибриногена в острой фазе воспаления, как правило, имеет транзиторный характер.

Строго натощак – необходимо воздержаться от приема пищи в течение 8-12 часов. За час до сдачи воздержаться от курения.

Срок выполнения

1-2 дня

Тип биоматериала

кровь венозная

Цена услуги

260 руб

Процедура взятия биоматериала оплачивается отдельно и зависит от типа материала:

Взятие биоматериала в процедурном кабинете (кровь)

110 руб

Взятие биоматериала в процедурном кабинете (отделяемое мочеполовых органов)

130 руб

Взятие биоматериала в процедурном кабинете (отделяемое уха, глаза, верхних дыхательных путей)

70 руб

Взятие биоматериала на коронавирус (соскоб из ротоглотки, соскоб из носоглотки)

210 руб

Используя сайт gemohelp.ru, вы соглашаетесь с использованием файлов cookie

Диагностические реагенты для коагулологии Helena Biosciences

Протромбиновое время (ПВ)

Кат. №

Тип

Наименование

Количество

в наборе

Инструкция

5265

Жидкий тромбопластин

Суспензия тромбопластина из мозга кролика (ж), 10 x 2,5 мл

250 — 500

Раствор хлорида кальция 0,025 M (ж), 10 x 2,5 мл

В наборе содержится 50 мл рабочей смеси реагентов

5265 H

Жидкий тромбопластин

Суспензия тромбопластина из мозга кролика (ж), 4 x 2,5 мл

100 — 200

Инструкция

Раствор хлорида кальция 0,025 M (ж), 4 x 2,5 мл

В наборе содержится 20 мл рабочей смеси реагентов

5269

Жидкий тромбопластин
Суспензия тромбопластина из мозга кролика (ж), 10 x 10 мл
1000 — 2000
Инструкция
Раствор хлорида кальция 0,025 M (ж), 10 x 10 мл
В наборе содержится 200 мл рабочей смеси реагентов

Активированное парциальное (частичное) тромбопластиновое время (АПТВ/ АЧТВ)

Кат. №

Тип

Наименование

Количество

в наборе

Инструкция

5397 H
АПТВ (активатор эллаговая кислота) АПТВ-ES (ж), 5 x 5,0 мл
250 — 500
Инструкция
Раствор хлорида кальция 0,025 M (ж), 5 x 5,0 мл
5398
АПТВ (активатор эллаговая кислота) АПТВ-ES (ж), 10 x 10,0 мл
1000 — 2000
Раствор хлорида кальция 0,025 M (ж), 10 x 10,0 мл
5388 ELQ
АПТВ -SA (активатор эллаговая кислота) АПТВ-SА (ж), 10 x 5,0 мл
500 — 1000
Раствор хлорида кальция 0,025 M (ж), 10 x 5,0 мл
5387 ELQ
АПТВ -SA (активатор эллаговая кислота) АПТВ-SА (ж), 10 x 10,0 мл
1000 — 2000
Раствор хлорида кальция 0,025 M (ж), 10 x 10,0 мл
5387.1 ELQ
АПТВ -SA (активатор эллаговая кислота) АПТВ-SА (ж), 1 x 10,0 мл
100 — 200
Раствор хлорида кальция 0,025 M (ж), 1 x 10,0 мл

5559

АПТВ Л-Минус (кремниевый активатор) АПТВ-Si L Minus (ж), 10 x 10,0 мл

1000 — 2000

Инструкция

Раствор хлорида кальция 0,025 M (ж), 10 x 10,0 мл
Нечувствителен к низким уровням ВА или Л

5560

АПТВ Л-Плюс (кремниевый активатор) АПТВ-Si L Plus (л), 5 x 10,0 мл

500 — 1000

Раствор хлорида кальция 0,025 M (ж), 5 x 10,0 мл
Очень чувствителен к низким уровням ВА

5561

АПТВ Л-Плюс (кремниевый активатор) АПТВ-Si L Plus (ж), 10 x 10,0 мл
1000 — 2000
Раствор хлорида кальция 0,025 M (ж), 10 x 10,0 мл
Высокая чувствительность к низким уровням ВА или Л

Дополнительные компоненты

Кат. № Тип

Наименование

Количество

в наборе

Инструкция

5386 Кальция хлорид Раствор хлорида кальция 0,025 M (ж), 10 x 10,0 мл
100 мл Инструкция

Фибриноген (м. Клаусса)

Кат. № Тип Наименование

Количество

в наборе

Инструкция

5376 R

Фибриноген по Клауссу 100 Тромбиновый реагент 100 NIH/ мл (л), 5 x 2,0 мл

100 — 400

Калибратор фибриногена (л), 2 x 1,0 мл
Имидазоловый буфер (ж), 2 x 25,0 мл
Суспензия каолина 0,5 g/ L (ж), 2 x 5,0 мл

5376 HR

Фибриноген по Клауссу 100 Тромбиновый реагент 100 NIH/ мл (л), 5 x 1,0 мл

50 — 200

Калибратор фибриногена (л), 1 x 1,0 мл
Имидазоловый буфер (ж), 1 x 25,0 мл
Суспензия каолина 0,5 g/ L (ж), 1 x 5,0 мл

5556 Н

Фибриноген по клауссу 50 (для прибора С1)
Тромбиновый реагент 50 NIH/ мл (л), 5 x 2,0 мл

200 — 400

Калибратор фибриногена (л), 1 x 1,0 мл
Имидазоловый буфер (ж), 1 x 25,0 мл
5374 Тромбин реагент 200 NIH/ фл Тромбиновый реагент, 1 х 2 мл
2 мл Инструкция
050-920 Суспензия каолина Суспензия каолина 0,5 г/ л, 1 х 100 мл

Тромбиновое время

Кат. № Наименование

Количество

в наборе

Инструкция

5392 Тромбиновый реагент 10 NIH/ мл, 10 x 2,0 мл
200 — 400 Инструкция
5392 Н Тромбиновое время 10 NIH/ мл, 10 x 1,0 мл
100 — 200 Инструкция
5377 Тромбиновое время 10 NIH/ мл (л), 10 x 5,0 мл
500 — 1000

Дефицитная плазма

Донорная дефицитная плазма

Кат. № Тип Наименование

Количество

в наборе

5191 Фактор V Дефицитная плазма

Фактор V донорная дефицитная плазма (л), 1 x 1,0 мл

1 мл
5192 Фактор VII Дефицитная плазма

Фактор VII донорная дефицитная плазма (л), 1 x 1,0 мл

1 мл
5193 Фактор VIII Дефицитная плазма

Фактор VIII донорная дефицитная плазма (л), 1 x 1,0 мл

1 мл
5194 Фактор IX Дефицитная плазма

Фактор IX донорная дефицитная плазма (л), 1 x 1,0 мл

1 мл
5195 Фактор X Дефицитная плазма

Фактор X донорная дефицитная плазма (л), 1 x 1,0 мл

1 мл
5196 Фактор XI Дефицитная плазма

Фактор XI донорная дефицитная плазма (л), 1 x 1,0 мл

1 мл
5197 Фактор XII Дефицитная плазма

Фактор XII донорная дефицитная плазма (л), 1 x 1,0 мл

1 мл

Хромогенные методы

Антитромбин

Кат. № Тип Наименование

Количество

в наборе

Инструкция

5502

Хромогенный Антитромбин (Xа)

Фактор Xa субстрат (л), 3 x 10,0 мл

600

Инструкция

Фактор Xa (л), 3 x 10,0 мл

Дилюент 5 x концентрат (ж), 4 x 10,0 мл

5507
Хромогенный Антитромбин (Xа)

Фактор Xa субстрат (л), 5 x 2,0 мл

200

Инструкция

Фактор Xa (л), 5 x 2,0 мл

Дилюент 5 x концентрат (ж), 5 x 3,0 мл

Протеин C

Кат. № Тип Принцип метода

Наименование

Количество

в наборе

Инструкция

5543

Хромогенный протеин С

Активация эндогенного Протеина С и последующее

определение его функционального уровня с помощью хромогенного субстрата

Протеин C Субстрат (л), 6 x 2,0 мл

250

Инструкция

Протеин C Активатор (л), 6 x 2,0 мл
Протеин C Дилюент (ж), 3 x 5,0 мл

Специальные тесты

D-Димер

Кат. № Тип Наименование

Количество

в наборе

Инструкция

5601

Авто Красный Д-димер 700 D-Димер латексный реагент (ж), 2 x 4,0 мл

100

D-Димер реакционный буфер (ж), 2 x 7,0 мл
D-Димер дилюент (ж), 1 x 7,0 мл
D-Димер калибратор (ж), 1 x 1,0 мл

5501

Авто Красный Д-димер 700 D-Димер латексный реагент (ж), 4 x 4,0 мл

200

D-Димер реакционный буфер (ж), 4 x 7,0 мл
D-Димер дилюент (ж), 2 x 7,0 мл
D-Димер калибратор (ж), 2 x 1,0 мл

5551

Авто Синий Д-димер 400

D-Димер латексный реагент (ж), 1 x 3,0 мл

60 — 71

D-Димер реакционный буфер (ж), 1 x 7,0 мл

D-Димер дилюент (ж), 1 x 7,0 мл

D-Димер калибратор (ж), 1 x 1,0 мл

5554

Авто Синий Д-димер 400

D-Димер латексный реагент (ж), 4 x 3,0 мл

240 — 286

D-Димер реакционный буфер (ж), 4 x 7,0 мл

D-Димер дилюент (ж), 2 x 7,0 мл

D-Димер калибратор (ж), 2 x 1,0 мл

32097 SA D-Димер калибратор

D-Димер калибратор (ж), 1 x 1,0 мл


32096 SA D-Димер дилюент

D-Димер дилюент (ж), 1 x 7,0 мл


D-димер, ручной метод (полуколичественное определение латексной аглютинацией)

Кат. № Тип Наименование

Количество

в наборе


5250

D-димер, ручной метод

D-Димер латексный реагент (ж), 1 x 1,7 мл

80 — 85

D-Димер позитивный контроль (л), 1 x 1,0 мл

D-Димер Негативный контроль(л), 1 x 1,0 мл

Буфер (ж), 2 x 8,0 мл

Тест-карты 16 x 6

Палочки для перемешивания 50


5250 H
D-димер, ручной метод

D-Димер латексный реагент (ж), 1 × 0,85 мл

40 — 42

D-Димер позитивный контроль (л), 1 × 1,0 мл

D-Димер негативный контроль(л), 1 × 1,0 мл

Буфер (ж), 1 × 8,0 мл

Тест-карты 8 × 6

Палочки для перемешивания 25

Резистентность активированного протеина С (Фактор V Лейден)

Кат. № Тип Наименование

Количество

в наборе

Инструкция

5546
Резистентность активированного протеина С Фактор V дефицитная плазма (л), 4 x 2,0 мл

80
Инструкция
АПТВ Реагент (л), 2 x 2,0 мл
АПТВ Реагент с активированным протеином С (л), 2 x 2,0 мл
АПC Резистентная плазма (л), 1 x 0,5 мл
Раствор хлорида кальция 0,025 M (ж), 2 x 8,0 мл

Протеин S, определение функциональной активности Протеина S

Кат. № Тип Наименование

Количество

в наборе

Инструкция

5511

Протеин S клоттинговый

Протеин S активатор (л), 2 x 1,0 мл

40

Инструкция

Протеин S Дефицитная плазма (л), 2 x 1,0 мл

Протеин S субстрат (л), 2 x 1,0 мл

Дилюент для приготовления субстрата (ж), 1 x 2,0 мл

Раствор хлорида кальция 0,025 M (ж), 1 x 5,0 мл

Разбавляющий раствор для плазмы 0,9 % (ж), 1 x 25,0 мл

Волчаночные антикоагулянты. Диагностика АФС. DRVVT Скрининг/ DRVVT

Подтверждение

Кат. № Тип Наименование

Количество

в наборе

Инструкция

5484

Тест-система скрининг на

волчаночные антикоагулянты

DRVVT скрининг реагент (л), 10 x 2,0 мл

266
Инструкция
5485

Тест-система подтверждение

на волчаночные антикоагулянты

DRVVT подтверждающий реагент (л), 10 x 1,0 мл

133 Инструкция

Калибраторы и контроли качества

Кат. № Тип Наименование

Количество

в наборе

Инструкция

5185 Калибраторы

Универсальный калибратор (л), 1 x 1,0 мл

1 мл Инструкция
5504R Калибраторы

Универсальный калибратор (% ПВ, МНО), 6 x 1,0 мл

6 мл
5379 Калибраторы

Калибратор фибриногена 1 x 1,0 мл

1 мл
5186 Контрольная плазма (норма)

Контрольная плазма норма, аттестованная по: ПВ, АПТВ, Фиб, ТВ, Антитромбину III (л), 1 x 1,0 мл

1 мл Инструкция
5187 Контрольная плазма (умеренно выраженная патология)

Контрольная плазма умеренная патология, аттестованная по: ПВ, АПТВ, Фиб, ТВ, Антитромбину III (л), 1 x 1,0 мл

1 мл Инструкция
5183 Контрольная плазма (высокая патология)

Контрольная плазма выраженная патология, аттестованная по: ПВ, АПТВ, Фиб, ТВ, Антитромбину III (л), 1 x 1,0 мл

1 мл Инструкция
5301 Контрольная плазма для специальных тестов Н (норма)

Контрольная плазма для специальных тестов (норма) (л), 1 x 1,0 мл

1 мл Инструкция
5302 Контрольная плазма для специальных тестов П (патология)

Контрольная плазма для специальных тестов (патология) (л), 1 x 1,0 мл

1 мл Инструкция
5486 Контрольная плазма на волчаночные антикоагулянты

Положительный контроль на волчаночные антикоагулянты (л), 1 x 1,0 мл

1 мл Инструкция

D-Димер контроль высокий/низкий (аттестован на различных анализаторах)

Кат. № Наименование Инструкция
5509

Д-димер контрольная плазма низкий (200 — 400 мкг/ л) (л), 5 x 1,0 мл

Инструкция

Д-димер контрольная плазма высокий (1000 — 2200 мкг/ л) (л), 5 x 1,0 мл

Инструкция

5490

Контрольная плазма на МНО (л), 4 x (3 x 1 мл) 

Агрегация тромбоцитов и фактор Виллебранда

Реагенты для агрегации

Кат. № Тип Наименование

Количество

в наборе

5364 Арахидоновая кислота

Арахидоновая кислота 5 мг/ мл (л), 2 x 1,0 мл

2 мл
5366 Аденозин дифосфат (АДФ)

Аденозин дифосфат (АДФ) 200 мкМ (л), 2 x 1,0 мл

2 мл
5367 Эпинефрин (Адреналин)

Эпинефрин 3 мМ (л), 2 x 1,0 мл

2 мл
5368 Коллаген

Коллаген 100 мкг/ мл (ж), 2 x 1,0 мл

2 мл
5199 Ристоцетин

Ристоцетин 15 мг/ мл (л), 10 x 0,5 мл

5 мл
5369

Тест-система для определения

агрегации тромбоцитов

Аденозин дифосфат (АДФ) 200 мкМ (л), 2 x 1,0 мл

Эпинефрин 3 мМ (л), 2 x 1,0 мл

Коллаген 100 мкг/ мл (ж), 2 x 1,0 мл

Реагенты для определения фактора Виллебранда

Кат. № Тип Наименование

Количество

в наборе

5372 Ристоцетин

Ристоцетин 10 мг/ мл (л), 5 x 1,5 мл

7,5 мл
5373 Контроль фактора Виллебранда (патология)

Контрольная плазма фактора Виллебранда (патология) (л), 5 x 0,5 мл

2,5 мл
5356 Лиофилизированные тромбоциты

Тромбоциты лиофилизированные (л), 5 x 10,0 мл

50 мл
5371 Лиофилизированные тромбоциты

Лиофилизированные тробоциты, 5 х 5,0 мл

25 мл
5365 ТРИС-буфер

ТРИС-буфер (ж), 1 x 125,0 мл

125 мл

5370

Тест-система для определения

кофактора ристоцетина

Лиофилизированные тромбоциты (л), 4 x 5,0 мл


100

Ристоцетин 10 мг/ мл (л), 2 x 1,5 мл

Референсная плазма для калибровки SARP (л), 2 x 1,0 мл

Ристоцетин Кофактор контроль патология (л), 2 x 0,5 мл

ТРИС-буфер (ж), 1 x 35,0 мл

На поставку реагентов и расходных материалов для анализаторов свертывания крови

Наименование Кол-во Цена за ед. Стоимость, ₽

Множественные факторы свертывания ИВД, калибратор

КТРУ 21.20.23.110-00003815   Множественные факторы свертывания ИВД, калибратор

1 набор

12 798,30

12 798,30

Тестовый реагент «Фибриноген по Клауссу, суспензия оптическая»

ОКПД2 21.20.23.110   Реагенты диагностические

4 упак

5 890,81

23 563,24

Контроль качества, норма

ОКПД2 21.20.23.110   Реагенты диагностические

2 упак

7 016,40

14 032,80

Контроль качества, умеренно выраженная патология

ОКПД2 21.20.23.110   Реагенты диагностические

2 упак

7 014,91

14 029,82

Жидкость чистящая

ОКПД2 21.20.23.110   Реагенты диагностические

5 флак

7 092,09

35 460,45

Активированное частичное тромбопластиновое время ИВД, набор, анализ образования сгустка

КТРУ 21.20.23.110-00001545   Активированное частичное тромбопластиновое время ИВД, набор, анализ образования сгустка

8 набор

8 666,60

69 332,80

Кюветы

ОКПД2 21.20.23.110   Реагенты диагностические

7 упак

103 393,86

723 757,02

Фибриноген (фактор I) ИВД, реагент

КТРУ 21.20.23.110-00003768   Фибриноген (фактор I) ИВД, реагент

6 набор

9 666,82

58 000,92

Тест-система «Определение криоглобулинов»

ОКПД2 21.20.23.110   Реагенты диагностические

1 упак

34 875,72

34 875,72

Антитромбин III (ATIII) ИВД, набор, хромогенный анализ

КТРУ 21.20.23.110-00008319   Антитромбин III (ATIII) ИВД, набор, хромогенный анализ

1 набор

17 562,37

17 562,37

Панель для предразведения

ОКПД2 21.20.23.110   Реагенты диагностические

1 упак

6 441,53

6 441,53

Буферный разбавитель образцов ИВД, автоматические/полуавтоматические системы

КТРУ 21.20.23.110-00000066   Буферный разбавитель образцов ИВД, автоматические/полуавтоматические системы

3 шт

6 790,18

20 370,54

Множественные факторы свертывания ИВД, контрольный материал

КТРУ 21.20.23.110-00010426   Множественные факторы свертывания ИВД, контрольный материал

2 упак

13 314,37

26 628,74

Протромбиновое время (ПВ) ИВД, реагент

КТРУ 21.20.23.110-00003719   Протромбиновое время (ПВ) ИВД, реагент

11 набор

6 879,26

75 671,86

D-димер ИВД, контрольный материал

КТРУ 21.20.23.110-00004283   D-димер ИВД, контрольный материал

2 набор

16 805,48

33 610,96

Протромбиновое время (ПВ) ИВД, калибратор

КТРУ 21.20.23.110-00002878   Протромбиновое время (ПВ) ИВД, калибратор

3 набор

17 881,76

53 645,28

Тест-система «Авто Красный Д-димер 700»

ОКПД2 21.20.23.110   Реагенты диагностические

2 упак

55 743,11

111 486,22

ПРИМЕНЕНИЕ РОТАЦИОННОЙ ТРОМБОЭЛАСТОМЕТРИИ ДЛЯ ДИАГНОСТИКИ ДЕФИЦИТА ФАКТОРОВ СВЕРТЫВАНИЯ И КОНТРОЛЯ ГЕМОСТАТИЧЕСКОЙ ТЕРАПИИ У БОЛЬНЫХ НАСЛЕДСТВЕННЫМИ КОАГУЛОПАТИЯМИ | Галстян

Введение

Ротационная тромбоэластометрия (РОТЭМ) позво­ляет оценить нарушения гемостаза у больных в крити­ческих состояниях, выбрать тот или иной метод лече­ния, мониторировать его эффективность [1]. РОТЭМ является point-of-care тестированием, т.е. исследованием, которое проводится по месту лечения, медицинским персоналом, не имеющим лабораторного образования [2]. Для его выполнения не требуется центрифугиро­вать кровь, а результаты могут быть получены в течение короткого промежутка времени. В отличие от тради­ционных коагулогических тестов, с помощью РОТЭМ оценивают не активность отдельных факторов сверты­вающей или противосвертывающей систем, а систему гемостаза в целом как результат взаимодействия этих факторов [3]. Метод позволяет графически предста­вить процесс образования и лизиса сгустка и с помо­щью соответствующих активаторов дифференцирован­но оценивать внешний и внутренний пути свертывания крови. В тесте INTEM после предварительной рекаль­цификации с помощью реагента star-tem добавляется реактив in-TEM, содержащий фосфолипиды, выделен­ные из мозга кроликов, и эллаговую кислоту. То есть, по сути, это реагент активированного частичного тромбопластинового времени (АЧТВ), инициирующий внутренний путь свертывания. Таким образом, в тесте INTEM свертывание по внутреннему пути запускает­ся эллаговой кислотой на фосфолипидах, введенных в образец крови. В тесте EXTEM после реагента startem добавляется реактив ex-TEM, содержащий фосфо­липиды, тканевой фактор, запускающий свертывание по внешнему пути, и гепариназу, которая нивелирует возможное действие присутствующего гепарина. Таким образом, тесты EXTEM и INTEM можно использовать как скрининг для выявления нарушений свертывания крови по внешнему и/или внутреннему путям сверты­вания. При выявлении гипокоагуляции в тесте INTEM можно с помощью теста HEPTEM исключить или под­твердить действие гепарина. При наличии в крови ге­парина гипокоагуляция будет устранена добавлением гепариназы, при дефиците факторов свертывания кро­ви она сохранится. Дефицит фактора, который при­вел к гипокоагуляции, выясняется обычно с помощью коагулогических тестов, при которых количественно оценивается активность факторов в плазме крови. Од­нако далеко не во всех стационарах есть лаборатории, которые могут определять дефицит отдельных факто­ров свертывания, прежде всего при врожденных коагулопатиях. Подобные больные, поступая в стационар для планового или экстренного хирургического вме­шательства или в связи с геморрагическим синдромом, часто либо не получают адекватной помощи и перена­правляются в другие специализированные стационары, либо их лечат трансфузиями плазмы, которые не всегда эффективны.

Простота, удобство и информативность вискоэла­стичных методов оценки гемостаза способствовали их широкому распространению в клинической практике. Они востребованы для выявления нарушений гемо­стаза и мониторинга проводимой гемостатической те­рапии в акушерстве и гинекологии [4—6], интенсивной терапии и анестезиологии [7—10], сердечно-сосудистой хирургии [11—14], травматологии [15—18], при транс­плантации печени [1, 19, 20]. Учитывая их большое значение, приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15 ноября 2012 г. № 919 н ре­гламентировано обязательное наличие тромбоэластографа или тромбоэластометра в отделениях анестези­ологии-реаниматологии [21].

В этой связи представляется актуальным адаптиро­вать метод РОТЭМ, доступный в большинстве стаци­онаров, для определения дефицита отдельных факто­ров свертывания крови и мониторинга проводимой целенаправленной гемостатической терапии.

Цель настоящей работы — изучить возможность использования ротационной тромбоэластометрии для диагностики врожденного дефицита отдельных факторов свертывания крови и мониторинга эффек­тивности и безопасности проводимой при этих коагулопатиях гемостатической терапии.

Материалы и методы

Работа состояла из двух этапов. Задачей первого эта­па была разработка алгоритма определения дефицита отдельных факторов свертывания крови с помощью РОТЭМ. Задача второго этапа — показать на кли­нических примерах, как с помощью РОТЭМ можно диагностировать дефицит отдельных факторов свер­тывания крови и мониторировать эффективность и безопасность гемостатической терапии при этих коагулопатиях.

В исследование было включено 9 больных (4 мужчин и 5 женщин) в возрасте от 15 до 54 лет с врожденным дефицитом различных факторов свертывания кро­ви (FV, FVII, FVIII, FIX, FXI и FXII). У 8 больных плазменная активность дефицитного фактора не пре­вышала 1 %, у 1 больной плазменная активность FV составила 1,7 %.

Для исследований гемостаза кровь у больных полу­чали путем венепункции одной из периферических вен и собирали в пробирки S-Monovette с 3,2 % раствором цитрата натрия в соотношении 1 часть раствора ци­трата натрия, 9 частей крови. Для выполнения тестов на РОТЭМ использовали цельную цитратную кровь. Для выполнения коагуляционных тестов получали бедную тромбоцитами плазму. Бедную тромбоцита­ми плазму приготовляли путем центрифугирования цитратной крови со скоростью 1200 g (3000 об./мин) в течение 15 мин при температуре 15—25 °C. АЧТВ определяли в условиях стандартной активации ка­олином и фосфолипидами. Исследование выполня­ли на автоматическом коагулометре Sysmex CA-600 фирмы Sysmex Corporation (Япония) с использовани­ем Pathromtin* SL фирмы Siemens Healthcare (Герма­ния) [22].

Протромбиновое время (ПВ) определяли с тромбопластином, стандартизованным по международному индексу чувствительности (МИЧ 1,1) с расчетным показателем, выраженным в %, рассчитывали между­народное нормализованное отношение (МНО). Иссле­дование выполняли на автоматическом коагулометре Sysmex CA-600 фирмы Sysmex Corporation (Япония) с использованием реагента ThromoborelR S фирмы Siemens Healthcare (Германия).

Концентрацию фибриногена в плазме определяли по Клауссу. Исследование выполняли на автомати­ческом коагулометре Sysmex CA-600 фирмы Sysmex Corporation (Япония) с использованием реагента DadeR Thrombin Reagent фирмы Siemens Healthcare (Германия).

Определение активности факторов свертывания крови выполняли на автоматическом коагулометре Sysmex CA-600 фирмы Sysmex Corporation (Япония) одностадийным клоттинговым методом с использо­ванием субстратных (дефицитных) образцов плазмы, лишенных одного из факторов свертывания крови. Исследование выполняли c использованием реагентов Coagulation Factors Deficient Plasma фирмы Siemens Healthcare (Германия).

Тромбоэластометрию выполняли на 4-каналь­ном анализаторе ROTEM delta фирмы Pentapharm GmbH (Германия). В исследовании были использо­ваны пять основных тестов: EXTEM (внешний путь свертывания), INTEM (внутренний путь свертыва­ния), FIBTEM (контроль полимеризации фибрина), HEPTEM (мониторинг гепарина). Тесты выполняли согласно рекомендациям производителя. При прове­дении анализа использовали автоматическое пипетирование цельной цитратной крови в комбинации с различными специфическими реагентами. При по­становке тестов для исследования использовали образ­цы стандартной плазмы (Standard human plasma, FII 100 %, FV 90 %, FVII 90 %, FVIII 85-93 %, FIX 94 %, FX 101 %, FXI 90 %, FXII 97 %, FXIII 121 %, Siemens Healthcare Diagnostic Products GmbH, Германия) и де­фицитной по одному из факторов свертывания плазмы (Coagulation Factor Deficient Plasma, Siemens Healthcare Diagnostic Products GmbH, Германия).

Результаты

Поскольку РОТЭМ позволяет выявить наруше­ния как внутреннего, так и внешнего пути сверты­вания с помощью соответствующих тестов INTEM и EXTEM, они были использованы как скринин­говые тесты для выявления коагулопатии (рис. 1).

 

Рисунок 1. Алгоритм диагностики дефицитов факторов свертывания крови на основе РОТЭМ

Figure 1. Diagnostic algorithm of coagulation factor deficiencies based on ROTEM

 

В зависимости от выявленной гипокоагуляции в INTEM или EXTEM выполнялись тесты HEPTEM и/или FIBTEM для исключения таких причин гипо­коагуляции, как гипофибриногенемия и/или наличие гепарина в образце крови. Значения теста FIBTEMMCF >9 мм и отсутствие укорочения HEPTEMct по срав­нению INTEMct позволяли исключить гипофибриногенемию и действие гепарина как причины гипокоагуляции. Дальнейшие исследования были направлены на вы­явление дефицита отдельных факторов свертывания крови (рис. 1).

Принцип выявления дефицита отдельных факто­ров свертывания с помощью РОТЭМ был одинаков для каждого фактора. При выявлении удлинения в тестах внешнего пути (EXTEM) и/или внутреннего пути свертывания (INTEM), исследуемую цитратную кровь смешивали в соотношении 2:1 со стандартной плазмой, в которой активность всех факторов сверты­вания была в норме, и с дефицитной по одному из ис­следуемых факторов плазмой (рис. 2).

 

Рисунок 2. Схема выполнения исследования

Figure 2. Scheme of the blood dilution

 

После чего повторяли тесты EXTEM и/или INTEM в зависимости от участия исследуемого фактора в каскаде свертывания. При наличии дефицита одно­го из факторов свертывания в тесте, выполненном со смесью цельной крови и стандартной плазмой, пара­метр CT укорачивался в тесте EXTEM и/или INTEM, а в пробе со смесью цельной крови и плазмой, дефи­цитной по исследуемому фактору, интервал СТ сохра­нялся удлиненным либо даже увеличивался еще боль­ше вследствие дилюции.

Удлинение только EXTEM

ct выявляется при дефиците FVII

Для подтверждения дефицита FVII на одном канале тромбоэластометра выполняли тест EXTEM из пробир­ки, содержавшей смесь двух частей цельной цитратной исследуемой крови и одной части стандартной плазмы, а на другом канале выполняли тест EXTEM из пробир­ки, содержавшей смесь двух частей цельной цитратной исследуемой крови и одной части плазмы, дефицитной по FVII. При дефиците FVII в тесте, выполненном со смесью крови с дефицитной плазмой, сохранялось удли­нение EXTEM , а в тесте со смесью крови со стандарт­ной плазмой происходила нормализация EXTEMct.

Одновременное удлинение EXTEM

ct и INTEMct выявляется при тяжелом дефиците FV

Для определения дефицита FV на двух каналах РОТЭМ выполняли тесты EXTEM и INTEM из про­бирки, содержавшей смесь двух частей цельной ци- тратной исследуемой крови и одной части стандартной плазмы, а на других двух каналах — тесты EXTEM и INTEM из пробирки, содержавшей смесь двух частей цельной цитратной исследуемой крови и одной части плазмы, дефицитной по FV. При дефиците FV в тестах EXTEM и INTEM, выполненных со смесью крови с де­фицитной плазмой, сохранялось удлинение EXTEMct и INTEMct, а в тестах EXTEM и INTEM, выполненных со смесью исследуемой крови со стандартной плазмой, происходила нормализация EXTEMct и INTEMct

Удлинение только INTEM

ct возникает при дефиците FVIII, FIX, FXI и FXII

Для выявления дефицита FVIII на одном канале РОТЭМ выполняли тест INTEM из пробирки, со­державшей смесь двух частей цельной цитратной ис­следуемой крови и одной части стандартной плазмы, а на другом канале выполняли тест INTEM из пробир­ки, содержавшей смесь двух частей цельной цитратной исследуемой крови и одной части плазмы, дефицитной по FVIII. При дефиците FVIII в тесте INTEM, выпол­ненном со смесью крови с дефицитной плазмой, сохра­нялось удлинение INTEMct, а в тесте INTEM, выпол­ненном со смесью исследуемой крови со стандартной плазмой, происходила нормализация INTEMct.

Для выявления дефицита FIX на одном канале РОТЭМ выполняли тест INTEM из пробирки, со­державшей смесь двух частей цельной цитратной ис­следуемой крови и одной части стандартной плазмы, а на другом канале выполняли тест INTEM из пробир­ки, содержавшей смесь двух частей цельной цитратной исследуемой крови и одной части плазмы, дефицитной по FIX. При дефиците FIX в тесте INTEM, выполнен­ном со смесью крови с дефицитной плазмой, сохраня­лось удлинение INTEMct, а в тесте INTEM, выпол­ненном со смесью исследуемой крови со стандартной плазмой, происходила нормализация INTEMct

Для выявления дефицита FXI на одном канале РОТЭМ выполняли тест INTEM из пробирки, со­державшей смесь двух частей цельной цитратной ис­следуемой крови и одной части стандартной плазмы, а на другом канале выполняли тест INTEM из пробир­ки, содержавшей смесь двух частей цельной цитратной исследуемой крови и одной части плазмы, дефицитной по FXI. При дефиците FXI в тесте INTEM, выполнен­ном со смесью крови с дефицитной плазмой, сохраня­лось удлинение INTEMct, а в тесте INTEM, выпол­ненном со смесью исследуемой крови со стандартной плазмой, происходила нормализация INTEMct

Для выявления дефицита FXII выполняли на одном канале РОТЭМ выполняли тест INTEM из пробирки, содержавшей смесь двух частей цельной цитратной ис­следуемой крови и одной части стандартной плазмы, а на другом канале выполняли тест INTEM из пробир­ки, содержавшей смесь двух частей цельной цитратной исследуемой крови и одной части плазмы, дефицит­ной по FXII. В тесте INTEM, выполненном со смесью крови с дефицитной плазмой, сохранялось удлинение INTEMct, а в тесте INTEM, выполненном со смесью исследуемой крови со стандартной плазмой, происхо­дила нормализация INTEMct

Ниже приведены примеры диагностики дефицита факторов у больных врожденными коагулопатиями.

Диагностика дефицита FVII

Больной О., 28 лет, страдает гипопроконвертинеми- ей. Заболевание протекает с геморрагическим синдро­мом в виде желудочно-кишечных и носовых кровотече­ний. Основные показатели системы гемостаза: АЧТВ 31 с, протромбин по Квику 14,5 %, МНО 4,6, фибри­ноген 2,3 г/л, плазменная активность FVII 1,7 %. В те­сте INTEM не выявлено отклонений от нормы, в те­сте EXTEM выявлено удлинение EXTEMct до 809 с (норма до 79 с), в тесте FIBTEM показатель MCF был в пределах нормы (12 мм), что исключило гипофибриногенемию как причину гипокоагуляции (рис. 3).

 

Рисунок 3. Показатели РОТЭМ больного гипопроконвертинемией: удлинение EXTEMct, нормальные INTEMct FIBTEMmcf

Figure 3. ROTEM patterns of patient with hypoproconverfinemia, prolonged EXTEMcr, normal INTEMcr and EIBTEMmcf

 

В тесте EXTEM, выполненном со смесью цельной цитратной крови со стандартной плазмой, EXTEMct сократился до 75 с, а в тесте EXTEM, выполнен­ном со смесью цельной цитратной крови с плазмой, дефицитной по FVII, EXTEMct остался удлинен­ным до 490 с, что свидетельствует об изолирован­ном дефиците FVII. На рисунке 4 представлен тест EXTEM при постановке со смесью цельной крови больного с дефицитом FVII со стандартной плаз­мой и смесью цельной крови больного с дефицитом FVII и плазмой, дефицитной по FVII. Происходит нормализация СТ в смеси со стандартной плазмой и сохраняется гипокоагуляция в смеси с дефицит­ной плазмой (рис. 4).

 

Рисунок 4. Изменения СТ в EXTEM в смеси крови больного гипопроконвертинемией со стандартной плазмой (нормализация СТ) и плазмой, дефицитной по FVI (сохраняется удлинение СТ)

Figure 4. Changes of EXTEMct in the mixture of patient’s blood with standard plasma (CT normalization) and with coagulation factor deficient plasma in hypoproconvertinemia

 

Оценка эффективности гемостатической терапии у больной гипопроконвертинемией

Больной З., 27 лет, страдающей гипопроконвертинемией, выполнено лапароскопическое удаление кисты яичника. До и после оперативного вмешательства вы­полнялись коагулогические исследования, измерялась плазменная активность FVII, выполнялась тромбоэла- стометрия. Как видно из таблицы 1, до введения реком­бинантного активированного фактора свертывания VII (rFVIIa) отмечалось выраженное удлинение EXTEMct до 405 с. После введения rFVIIa у больной уменьшился EXTEMct с 405 до 71 с, т.е. до нормы, и лишь через 12 ч возникли показания к повторному введению rFVIIa (удлинение EXTEMct до 116 с), хотя активность FVII в плазме была при этом 39 %, а МНО 1,23.

 

Таблица 1. Мониторинг гемостатической терапии rFVIIa у больной с гипопроконвертинемией

Table 1. Monitoring of rFVIIa hemostatic treatment of patient with hypoproconvertinemia

Таким образом, использование РОТЭМ позволило контролировать гемостаз во время операции и в после­операционном периоде и принять решение о повтор­ном введении rFVIIa.

Диагностика дефицита FV

Больная Д., 18 лет, врожденный дефицит FV у нее был выявлен в возрасте 7 лет. Геморрагический син­дром проявляется маточными кровотечениями, гема­томами различной локализации (плазменная актив­ность FV 0,5 %, АЧТВ 200 с, протромбин по Квику 10,7 %). В тесте ЕХТЕЖ выявлено удлинение СТ до 1953 с (норма до 79 с), в тесте INTEM — удлинение СТ до 1415 с (норма до 240 с). Показатель FIBTEMmcf 17 мм позволил исключить дефицит фибриногена. Со­храняющееся удлинение СТ до 1069 с в тесте НЕРТЕМ позволило исключить действие гепарина как причины гипокоагуляции (рис. 5).

 

Рисунок 5. РОТЭМ у больной с дефицитом FV: удлинение EXTEMcr и INTEMcr, нормальный FIBTEMmcf, отсутствует нормализация СТ в тесте HEPTEM

Figure 5. ROTEM patterns of patient with factor V deficiency: prolonged EXTEMcj and INTEMct, normal FIBTEMmcf, the lack of CT normalization in HEPTEM test

 

При выполнении тестов со смесью цельной цитрат — ной крови со стандартной плазмой интервал EXTEMct укоротился до 79 с, INTEMct — до 202 c, т.е. нормали­зовались. При выполнении тестов со смесью цельной цитратной крови с плазмой, дефицитной по FV, сохра­нилось патологическое удлинение EXTEMct до 475 с и INTEMct до 1060 с, что подтвердило дефицит FV (рис. 6).

 

Рисунок 6. EXTEm и INTEM при постановке тестов смеси цельной крови больной с врожденным дефицитом FV со стандартной плазмой и смеси цельной крови больной с врожденным дефицитом FV с плазмой, дефицитной по FV: нормализация СТ в смеси со стандартной плазмой и сохраняется гипокоагуляция в смеси с дефицитной плазмой

Figure 6. EXTEM and INTEM data for a mixture of whole blood collected from a patient with congenital FV deficiency and standard plasma, as well as for a mixture of whole blood col­lected from a patient with congenital FVand plasma deficient in FV: CT normalization in the mixture with standard plasma and persisting hypocoagulation in the mixture with deficient plasma

Оценка эффективности гемостатической терапии у больной с дефицитом FV

Больной И., 21 года, с врожденным дефицитом FV (плазменная активность FV 0,5 %) была выполнена имплантация венозной порт-системы. Коррекция ги­покоагуляции проводилась трансфузией свежезаморо­женной плазмы (СЗП) и концентратом тромбоцитов. В таблице 2 представлены основные коагулогические показатели и результаты тромбоэластометрии до и по­сле заместительных трансфузий. Особенностью дан­ного клинического примера являлось то, что у больной в анамнезе были эпизоды венозных тромбозов после лечения СЗП. Поэтому основной задачей лечения было компенсировать гипокоагуляцию таким образом, что­бы избежать гиперкоагуляции. До операции отмеча­лось выраженное удлинение EXTEMct до 484 с (норма до 79 с). После трансфузии СЗП и концентрата тромбо­цитов у больной уменьшился EXTEMct до 116 с, актив­ность FV в плазме стала 19,5 %, МНО — 1,58 (табл. 2). Установлена порт-система без осложнений.

 

Таблица 2. Изменения показателей после гемостатической терапии СЗП и концентратом тромбоцитов у больной с дефицитом FV

Table 2. Chang es of coagulation parameters of patient with factor V deficiency after hemostatic treatment with fresh frozen plasma and platelet concentrate

Пример 5. Диагностика дефицита FVIII

Больному А., 32 лет, диагноз гемофилия А был установ­лен в детском возрасте. В анамнезе отмечались рецидиви­рующие гемартрозы, кровотечения после экстракции зу­бов. Плазменная активность FVIII составляла 0,7-1,5 %. При настоящем обследовании в результате профилак­тической гемостатической терапии концентратом FVIII: АЧТВ 57 с, протромбин по Квику 110 %, фибриноген 2,4 г/л, активность FVIII 11 %. При обследовании в соот­ветствии с алгоритмом диагностики дефицита факторов свертывания с помощью РОТЭМ (рис. 1) в тесте EXTEM не выявлено отклонений от нормы, в тесте INTEM выяв­лено удлинение СТ до 872 с (норма до 240 с) (рис. 7).

 

Рисунок 7. Показатели РОТЭМ больного гемофилией А: удлинение INTEMct, нормальный EXTEMct отсутствует нормализация СТ в тесте HEPTEM

Figure 7. ROTEM in patient with hemophilia A: prolonged INTEMcj, normal EXJEMcj, the lack of CT normalization in HEPTEM test

 

Сохранение гипокоагуляции в тесте НЕРТЕМ исключило влияние гепарина (рис. 7). При выполне­нии теста INTEM со стандартной плазмой и плазмой, дефицитной по FVIII, выявлено укорочение INTEMct до 232 с в пробе со стандартной плазмой и сохране­ние удлинения INTEMct до 1929 с в пробе с плазмой, дефицитной по FVIII (рис. 8), что подтвердило дефи­цит FVIII. Дальнейшее увеличение INTEMct в про­бе с дефицитной плазмой можно объяснить дилюцией и уменьшением концентрации FVIII.

 

Рисунок 8. Тесты INTEM при постановке со смесью цельной крови больного гемофилией А со стандартной плазмой и смесью цельной крови больного гемофилией А и плазмой, дефицитной по FVIII: нормализация СТ в смеси со стандартной плазмой и гипокоагуляция в смеси с дефицитной плазмой

Figure 8. INTEM of patient with hemophilia A in the mixture of patient’s blood with standard plasma and in the mixture of patient’s blood with coagulation factor VIII deficient plasma: CT normalization in the mixture with standard plasma and hypocoagulation in the mixture with coagulation factor deficient plasma

 

Диагностика дефицита FIX

Больной И., 15 лет, с рождения возникали спонтанные внутримышечные гематомы, носовые кровотечения, ге­мартрозы обоих коленных суставов. Диагностирована гемофилия В, тяжелая форма (FIX <1 %). При настоящем обследовании АЧТВ 151 с, протромбин по Квику 71 %, фибриноген 2,9 г/л, плазменная активность FIX 0,5 %. При обследовании в соответствии с алгоритмом диагно­стики дефицита факторов свертывания (рис. 1) в тесте EXTEM не выявлено отклонений от нормы, выявлено удлинение INTEMCT до 505 с (норма до 240 с) (рис. 9).

 

Рисунок 9. Показатели РОТЭМ у больного гемофилией В: удлинение INTEMct, нормальный EXTEMct

Figure 9. ROTEM in patient with hemophilia B: prolonged INTEMa., normal EXTEMa

 

С помощью теста НЕРТЕМ было исключено дей­ствие гепарина. При исследовании цельной крови со стандартной плазмой INTEM — 185 с, в тесте с де­фицитной плазмой INTEMct — 485 с (рис. 10), что под­твердило диагноз гемофилии В.

 

Рисунок 10. Тесты INTEM при постановке со смесью цельной крови больного гемофилией В со стандартной плазмой и смесью цельной крови больного и плазмой, дефи­цитной по FIX: нормализация СТ в смеси со стандартной плазмой и гипокоагуляция в смеси с дефицитной плазмой

Figure 10. INTEM of patient with hemophilia B in the mixture of patient’s blood with standard plasma and in the mixture of patient’s blood with coagulation FIX deficient plasma: CT normalization in the mixture with standard plasma and hypocoagulation in the mixture with coagulation factor deficient plasma

 

Диагностика дефицита фактора свертывания XI

Больная К., 44 лет, страдает гемофилией С (дефи­цит XI). Жалоб на спонтанную кровоточивость не предъ­являла, считала себя здоровой. Диагноз был установлен при обследовании перед хирургическим вмешатель­ством: АЧТВ удлинено до 90 с, протромбин по Квику 92 %, фибриноген 3,3 г/л, активность FXI составила 0,7 %. При обследовании в соответствии с алгоритмом диагностики дефицита факторов свертывания (рис. 1) в тесте EXTEM не выявлено отклонений от нормы, вы­явлено удлинение INTEMCT до 472 с (норма до 240 с).

С помощью теста НЕРТЕМ было исключено дей­ствие гепарина. При исследовании цельной крови больной со стандартной плазмой INTEMCT составил 203 с, в то время как в тесте с дефицитной плазмой INTEMct — 637 с (рис. 12), что подтвердило наличие дефицита FXI как причины гипокоагуляции.

 

Рисунок 11. Показатели РОТЭМ у больной гемофилией С: удлинение INTEMct, нормальный EXTEMc

Figure 11. ROTEM in patient with hemophilia C: prolonged lNTEMa, normal EXJEMa

 

 

Рисунок 12. INTEM при постановке тестов со смесью цельной крови больной гемофилией С со стандартной плазмой и смеси цельной крови больной гемофилией C и плазмой, дефицитной по FXI: нормализация СТ в смеси со стандартной плазмой и гипокоагуляция в смеси с дефицитной плазмой

Figure 12. INTEM of patient with hemophilia C in the mixture of patient’s blood with standard plasma and in the mixture of patient’s blood with coagulation FXl deficient plasma: CT normalization in the mixture with standard plasma and hypocoagulation in the mixture with coagulation factor deficient plasma                                                                                                   

Диагностика дефицита FXII

Больная Д., 47 лет, страдает болезнью Хагемана (де­фицит FXII). Заболевание впервые диагностировано в возрасте 37 лет, когда накануне оперативного вмеша­тельства было выявлено удлинение АЧТВ до 86 с, ак­тивность FXII составляла менее 1 %. В соответствии с алгоритмом диагностики дефицита факторов свер­тывания (рис. 1) в тесте ЕХТЕМ не выявлено отклоне­ний от нормы, выявлено удлинение INTEMct до 1681 с (норма до 240 с) (рис. 13).

 

Рисунок 13. Показатели РОТЭМ у больной болезнью Хагемана (дефицит FXII) с: удлинение INTEMct, нормальный EXTEMct

Figure 13.Pt остался удлиненным — 694 с (рис. 14), что подтвердило дефицит FXII.

 

Рисунок 14. INTEM при постановке тестов со смесью цельной крови больной с дефицитом FXII со стандартной плазмой и смесью цельной крови плазмой, дефицитной по FXII: нормализация СТ в смеси со стандартной плазмой и гипокоагуляция в смеси с дефицитной плазмой

Figure 14. INTEM of patient with factor XII deficiency in the mixture of patient’s blood with standard plasma and in the mixture of patient’s blood with coagulation FXII deficient plasma: CT normalization in the mixture with standard plasma and hypocoagulation in the mixture with coagulation factor deficient plasma

 

Оценка эффективности гемостатической терапии у больного с врожденным дефицитом FXII

Больному В., 54 лет, с диагнозом болезнь Хагемана, выполнено эндопротезирование коленного сустава.

До операции в коагулограмме: АЧТВ 164 с, концентра­ция фибриногена 3,8 г/л; протромбин по Квику 90 %, МНО 1,06; плазменная активность FXII 1 %. При ис­следовании методом РОТЭМ цельной крови удлине­ние INTEM 933 с (рис. 15).

Рисунок 15. INTEMcr у больного болезнью Хагемана до начала гемостатической терапии

Figure 15. INTEMcr in patient with Hageman’s disease before hemostatic treatment

После трансфузии СЗП в коагулограмме АЧТВ со­кратилось до 45 с. При исследовании методом РОТЭМ после терапии СЗП уменьшился до нормальных зна­чений INTEMct 193 с (рис. 16). В послеоперационном периоде каких-либо геморрагических и тромботиче­ских осложнений не наблюдалось.

 

Рисунок 16. Нормализация INTEMct у больного болезнью Хагемана после трансфузии СЗГ

Figure 16. INTEMcrnormalization in patient with Hageman’s disease after FFP transfusion

 

Обсуждение

К наследственным (врожденным) коагулопатиям от­носятся моногенные коагулопатии, которые вызваны дефицитом плазменных белков, участвующих в гемо­стазе [23]. Наиболее распространенным заболеванием в этой группе является гемофилия, редкие наследст­венные коагулопатии включают дефицит FI, FII, FV, FVII, FX, FXI, FXII. Причиной их развития является, как правило, рецессивное наследование уникального или редких нуклеотидных изменений в генах, коди­рующих коагуляционные факторы, или в белках, не­обходимых для посттрансляционных модификаций данных факторов. Эти заболевания наиболее распро­странены в этнических группах, в которых приняты близкородственные браки, вследствие вероятности го­мозиготного носительства дефекта гена [23]. До недав­него времени описания редких когулопатий состояли из исследований случай-контроль или малочисленных когортных исследований. Однако в последние годы появилось несколько специфических регистров. К ним можно отнести регистр Европейской сети редких ге­моррагических заболеваний (European Network of the Rare Bleeding Disorders) [24], североамериканский регистр [25], английский (UKHDCO, www.ukhdco.org), итальянский (http://www.aiceonline.it), швейцар­ский (www.aekreg.ch), бразильский и международ­ный (htttp://www.factorxi.org) регистры [26, 27]. Ин­цидентность этих редких врожденных коагулопатий колеблется от 1 : 500 000 до 1 : 2 000 000 населения [26]. Даже среди остальных врожденных коагулопа- тий редкие нарушения свертывания крови встреча­ются нечасто. По данным итальянского регистра [28], в который в 2016 г. было включено 10 300 больных орфанными нарушениями свертывания крови, а именно гемофилией, болезнью Виллебранда и дефицитом от­дельных факторов свертывания, больные с дефицитом отдельных факторов составляли всего 2093 человека, или 20,2 %.

В настоящей работе разработан алгоритм диагно­стики дефицита FV, FVII, FXI, FXII.

При тяжелой форме дефицита FV (болезнь Оврена) у больных обнаруживают удлинение ПВ и АЧТВ. Уд­линение времени в обоих тестах связано с тем, что FV входит в состав протромбиназного комплекса общего пути свертывания, который катализирует превраще­ние тромбина из протромбина. Диапазон нормальных значений плазменной активности FVII составляет 70­120 % [22, 29, 30].

При дефиците FVII, или гипопроконвертинемии, спон­танные кровотечения встречаются редко. Заболевание у мужчин часто протекает бессимптомно, у женщин проявляется обильными менометроррагиями, гемор­рагический синдром может проявиться при травме или хирургических вмешательствах [29]. Диагностика основана на результатах определения плазменной ак­тивности FVII, диапазон нормальных значений кото­рой составляет 70-120 %. При гипопроконвертинемии выраженность клинических проявлений слабо корре­лирует с выраженностью дефицита FVII [31], а при про­ведении заместительной терапии rFVIIa лабораторные тесты (АЧТВ, ПВ, плазменная активность FVII) не кор­релируют с его гемостатическим эффектом [32].

При дефиците FVIII (гемофилии А) отмечается сниже­ние плазменной активности FVIII и удлинение АЧТВ при сохранении других показателей в пределах нор­мальных значений. Для тяжелой формы гемофилии А характерно снижение активности FVIII менее 1 %, для средней степени тяжести 1—5 %, для легкой степе­ни тяжести >5 % [23].

При дефиците FIХ (гемофилии В) отмечается сниже­ние плазменной активности FIX и удлинение АЧТВ. Диапазон нормальных значений плазменной актив­ности FK составляет 50—120 %. Для тяжелой формы гемофилии В характерно снижение активности FIX менее 1 %, для средней степени тяжести 1—5 %, для лег­кой степени тяжести >5 % [23].

При дефиците FXI (гемофилия С) геморрагический синдром редко возникает спонтанно, как правило, по­сле хирургических манипуляций, травм. Диапазон нормальных значений плазменной активности FXI составляет 70—120 %. Диагноз устанавливается на ос­новании удлинения АЧТВ и сниженной плазменной активности FXI [29].

FXII (фактор Хагемана) активирует FXI, который затем триггирует фактор IX и приводит к тромбин-опосредованному образованиюю фибрина [33]. Од­нако ведущая физиологическая роль FXII — участие в процессах фибринолиза. Поэтому дефицит FXII рассматривается как протромботическое состояние. В то время как геморрагические проявления случа­ются редко, обычно при инвазивных вмешательствах или операциях, нарушения гемостаза часто обнаружи­вают случайно при предоперационном скрининге. Ди­апазон нормальных значений плазменной активности FXI составляет 70—120 % [29]. Удлинение АЧТВ реги­стрируется при снижении активности FXII в плазме крови ниже 42,5 % [34].

В основу методов определения активности факторов свертывания крови положено проведение тестов (FII, FV, FVII, FX) и/или АЧТВ (FVIII, FIX, FXI, FXII)

в разбавленном исследуемом образце. При этом сниже­ние активности факторов свертывания компенсируют внесением в инкубационную среду субстратной плаз­мы, не содержащей соответствующего фактора, но име­ющей полноценную активность других факторов свер­тывания. Таким образом, активность анализируемых факторов в исследуемом образце оказывается единст­венной неизвестной величиной, определяющей скорость процесса свертывания. Количественное определение активности факторов проводят по калибровочному гра­фику разведений плазмы-калибратора с аттестованной активностью соответствующего фактора [35].

Распространенным способом определения дефицита факторов свертывания является одностадийный клоттинговый метод исследования с использованием суб­стратных (дефицитных) образцов плазмы, лишенных одного из факторов свертывания крови [36]. Прин­цип метода заключается в определении промежутка времени после добавления стартового реактива, за­пускающего каскад свертывания плазмы по внутрен­нему или внешнему пути, в смесь субстратной (дефи­цитной) плазмы, в которой отсутствует исследуемый фактор, и исследуемой плазмы больного. Степень кор­рекции зависит от активности исследуемого фактора свертывания, поскольку активность других факторов свертывания в этой системе в норме. Активность де­фицитного фактора в исследуемой плазме определяют по кривой разведения.

Двухстадийный клоттинговый метод определения активности факторов свертывания крови не требу­ет использования субстратной дефицитной плазмы и не зависит от наличия активированного фактора свертывания в исследуемом образце [37]

Хромогенный метод определения активности фак­торов свертывания крови рекомендуется использо­вать только как ориентировочный и предпочтитель­но для оценки концентратов факторов свертывания, а не с диагностическими целями [35].

Концентрация факторов может также определяться иммуноферментным методом.

С помощью линейной регрессии показано [24], что имеется сильная ассоциация между выраженно­стью геморрагического синдрома и сниженной актив­ностью FI и слабая ассоциация между выраженностью дефицита FV и FVII и клиническими проявлениями кровоточивости. Минимальная концентрация фак­торов, ниже которой у больных возникал геморра­гический синдром, составила для фибриногена 1 г/л, для FV — 12 ед/дл, FVII — 25 ед/дл, FXI — 26 ед/дл, FXII — 31 ед/дл, а концентрация факторов в плазме крови, которая соответствует выраженному геморра­гическому синдрому, составляет <10 ед/дл для FVII, <25 ед/дл для FХI, а для факторов свертывания FI, FV и FXII выраженный геморрагический синдром возни­кает, когда их концентрация в крови не определяется вообще [24].

Более того, ни один из вышеперечисленных методов нельзя отнести к методам point-of-care. Во многих ста­ционарах нет условий, оборудования и специалистов для исследования активности факторов свертывания. В результате при выявлении нарушений в системе ге­мостаза, особенно если до обследования не известен диагноз, отменяются или откладываются инвазивные вмешательства либо лечение проводится без установ­ленного диагноза и может оказаться неэффективным [38]. В то же время согласно приказу Министерства здравоохранения РФ от 15 ноября 2012 г. № 919н «Об утверждении Порядка оказания медицинской по­мощи взрослому населению по профилю “анестези­ология и реаниматология”» в стандарт оснащения отделения анестезиологии-реанимации с палатами ре­анимации и интенсивной терапии входит тромбоэластограф или тромбоэластометр. В литературе описаны попытки использовать глобальные тесты исследования гемостаза для диагностики дефицита отдельных факто­ров свертывания [30]. Но большинство из них относится к применению теста генерации тромбина [39—41] и лишь единичные — к применению тромбоэластометрии [42].

Белорусские исследователи [43] изучили параметры тромбоэластометрии во время операции транспланта­ции печени, при которых отмечались изменения в кро­ви содержания факторов свертывания (фибриногена, FII, FV, FVII, FVIII, FIX, FX, FXI, FXII). Авторы [43] отметили, что наибольшей диагностической эффек­тивностью обладали следующие параметры: ЕХТЕМСТ >80 с и КТЕМст >240 с. Чувствительность изменения ЕХТЕМст составила всего 19 %, т.е. по данным тром- боэластометрии восполнение дефицита факторов бу­дет проводиться лишь в каждом пятом случае, когда имеются показания согласно общепринятым рекомен­дациям (МНО >2,0). Чувствительность изменения КТЕМст >составила 51 %. Однако авторы [43] не пы­тались по параметрам РОТЭМ дифференцировать де­фицит отдельных факторов крови, а лишь оценивали их изменения в совокупности. Кроме того, в этом ис­следовании дефицит факторов был невыраженный, минимально факторы снижались через 15 минут по­сле реперфузии (медианы FII 44 %, FV 17 %, FVII 29 %, FIX 59 %, FX 39 %, FXI 56 %, FXII 66 %), т.е. их содержание было значительно больше, чем у больных с врожденным дефицитом, чем можно объяснить низ­кую чувствительность тестов.

Оценить возможность использования РОТЭМ для диагностики дефицита FV попытались Т. Haas и соавт. [44]. Авторы смешивали плазму, дефицитную по FV, с нормальной человеческой плазмой (актив­ность FV 96 %) в разных пропорциях, чтобы получить плазму с активностью фактора 0, 10, 16, 25, 50 и 100 %. Затем исследовали каждое из разведений плазмы на Rotem, чтобы оценить влияние разного количест­ва фактора на СТ. Низкая активность FV ассоцииро­валась с удлинением СТ. Уменьшение активности FV со 100 до 25 % сопровождалось удлинением СТ лишь с 50 до 65 с, но при уменьшении активности FV менее 10 % период СТ удлинялся до 140 с и более.

Эти данные согласуются с результатами, получен­ными нами в настоящем исследовании: при смеши­вании цельной крови больного с дефицитом FV с де­фицитной по FV плазмой сохранялось удлинение СТ, а при смешивании с нормальной плазмой происходила нормализация СТ.

L. Spiezia и соавт. [42] исследовали возможность ис­пользования РОТЭМ для выявления нарушений гемо­стаза у 9 больных с дефицитом FV, используя для это­го их цельную кровь и бедную тромбоцитами плазму. При постановке тестов с цельной кровью они выявили значимое удлинение СТ в трех стандартных тестах (INTEM, EXT EM, FIBTEM), в то время как показа­тель CFT был удлинен только в тесте INTEM и был неизмеряемым в тесте FIBTEM. При исследованиях in vitro с плазмой больных с дефицитом FV, бедной тром­боцитами, авторы выявили удлинение СТ и укорочение MCF в тестах INTEM, EXTEM и FIBTEM по сравне­нию с аналогичными показателями, выполненными с бедной тромбоцитами плазмой здоровых людей. До­бавление при пробоподготовке к обоим образцам бед­ной тромбоцитами плазмы тромбоцитов больных либо тромбоцитов здоровых людей приводило к укорочению СТ, которое было более выражено при использовании тромбоцитов здоровых людей, причем СТ больше со­кращался в EXTEM, чем в INTEM. Полученный эф­фект связан с тем, что 20 % всего пула FV хранится в α-гранулах тромбоцитов в частично активированной форме [45]. Аналогичные изменения на РОТЭМ зафик­сировано было и в настоящей работе после трансфузии СЗП и концентрата тромбоцитов у больной с дефици­том фактора V при установке порт-системы.

Однако в работах по изучению влияния дефицита FV на показатели РОТЭМ исследователи не предла­гали непосредственно методику диагностики дефи­цита фактора на основе РОТЭМ и не использовали ее для оценки эффективности и безопасности терапии. Особенностью представленного в настоящей работе клинического примера лечения больной дефицитом FV являлось то, что у больной в анамнезе были эпизо­ды венозных тромбозов после трансфузии свежезамо­роженной плазмы. Поэтому основной задачей лечения было компенсировать гипокоагуляцию таким образом, чтобы избежать гиперкоагуляции, сохраняя умерен­ную гипокоагуляцию, которая позволила бы выпол­нить оперативное вмешательство.

В нашем исследовании РОТЭМ использовали для ди­агностики и контроля за гемостатической терапией rFVIIa во время оперативного вмешательства у боль­ной гипопроконвертинемией. В литературе мало со­общений об использовании вискоэластичных методов у больных гипопроконвертинемией. H.T.T. Tran и соавт. [46] обследовали с помощью модифицированных тестов РОТЭМ 12 больных с плазменной активностью FVII <1 %. Как и в нашем исследовании, они выявили двукратное удлинение СТ в тесте с тканевым факто­ром (аналог теста EXTEM) по сравнению со здоровым контролем, при этом параметр MCF между группами не различался.

Описаны изменения РОТЭМ у больных гемофилией А и В [47], причем изменения параметров INTEM кор­релируют с тяжестью гемофилии и выраженностью дефицита FVIII. Более того, отмечается, что использо­вание вискоэластичных методов позволяет подобрать индивидуально дозы дефицитных факторов [47].

Данные по влиянию дефицита FXI фактора на INTEM были получены D. Dirkmann и соавт. [48]. Авторы использовали ROTEM для оценки влияния дефицита FXI на коагуляцию у пятилетней девочки с врожденным тяжелым дефицитом FXI, у которой от­мечалось удлинение АЧТВ до 65-99 с, МНО состави­ло 0,98, концентрация фибриногена плазмы — 3,5 г/л, плазменная активность FXI — 2 %. При обследовании с помощью РОТЭМ у нее были нормальные значения EXTEMct и более чем в три раза увеличен показатель INTEM (776 c). При добавлении in vitro rFVIIa к про­бе крови в концентрациях от 0,25 до 1 мкг/мл, что соот­ветствует концентрации препарата в крови при внутри­венном введении в дозе 15-70 мкг/кг массы тела. Было показано, что доза концентрации в крови 0,5 мкг/мл (что соответствует внутривенному введению rFVIIa в дозе 30 мкг/кг массы тела) столь же эффективно нор­мализовала параметр INTEMct, как и концентрация 1 мкг/мл [49]. Имеется сообщение об использовании ROTEM для мониторинга терапии малыми дозами rFVIIa у больных с тяжелым дефицитом FXI при хи­рургических вмешательствах [49]. В нашем исследова­нии дефицит FXI проявлялся удлинением INTEM , которое компенсировалось при добавлении стандарт­ной плазмы в пробирку.

В литературе имеются лишь единичные сообще­ния о применении тромбоэластографии для диагно­стики изолированного дефицита FXII и мониторин­га проводимой терапии у людей [50, 51]и животных [52]. Помимо того что при этом заболевании выяв­ляется гипокоагуляция, дефицит FXII рассматрива­ется как протромботическое состояние, ввиду того что FXII участвует в процессах фибринолиза. Преи­мущество использования РОТЭМ заключается в том, что, не измеряя непосредственно активности факто­ров, метод позволяет не только диагностировать нару­шения гемостаза, но и контролировать эффективность и безопасность гемостатической терапии. Он позволя­ет дозировать гемостатическую терапию таким обра­зом, чтобы удерживаться в «терапевтическом окне», в котором достигается приемлемый гемостаз, и в то же время не возникает гиперкоагуляция. Переход из со­стояния гипокоагуляции в гиперкогуляцию не всегда соответствует концентрации фактора в плазме, и луч­ше оценивать его функционально, с помощью РОТЭМ.

Ограничения исследования. Одним из ограничений исследования является небольшая выборка больных, поскольку это редко встречающиеся нарушения свер­тывания крови.

Другим ограничением метода может явиться соче­танный дефицит нескольких факторов, и хотя он так­же встречается крайне редко, для его диагностики бу­дет необходимо усложнить алгоритм обследования.

Наконец, третьим ограничением может явиться на­личие ингибиторов к факторам свертывания, когда представленный алгоритм не будет работать, посколь­ку в этих условиях добавление стандартной плазмы не приведет к нормализации активности факторов свертывания.

Таким образом, с помощью РОТЭМ возможно опре­деление дефицита отдельных факторов свертывания крови. После выявления удлинения СТ в EXTEM и/или INTEM, исключения действия гепарина и гипофибриногенемии, необходимо выполнить смешивание исследуемой свежей цитратной крови в соотношении 2:1 со стандартной плазмой и с дефицитной по одно­му из исследуемых факторов плазмой. Нормализация показателей РОТЭМ в пробе со стандартной плазмой и сохранение гипокоагуляции в пробе с дефицитной по фактору плазмой позволяет подтвердить дефицит фактора свертывания крови.

1. Saner F.H., Kirchner C. Monitoring and Treatment of Coagulation Disorders in End-Stage Liver Disease. Visc Med. 2016; 32(4): 241–8.

2. Дементьева И.И., Морозов Ю.А., Чарная М.А., Гончарова А.В. Технологии point of care в клинике неотложных состояний. Клиническая лабораторная диагностика. 2013; (7): 5–10.

3. Lang T., Bauters A., Braun S.L. et al. Multi-centre investigation on reference ranges for ROTEM thromboelastometry. Blood coagulation & fi brinolysis: Int. J Haemost Thromb. 2005; 16(4): 301–10.

4. Butwick A.J., Goodnough L.T. Transfusion and coagulation management in major obstetric hemorrhage. Curr Opin Anaesthesiol. 2015; 28(3): 275–84.

5. Allard S., Green L., Hunt B.J. How we manage the haematological aspects of major obstetric haemorrhage. Br J Haematol. 2014; 164(2): 177–88.

6. Guasch E., Gilsanz F. Massive obstetric hemorrhage: Current approach to management. Med Intensiva. 2016; 40(5): 298–310.

7. Kander T., Larsson A., Taune V. et al. Assessment of Haemostasis in Disseminated Intravascular Coagulation by Use of Point-of-Care Assays and Routine Coagulation Tests, in Critically Ill Patients; A Prospective Observational Study. PloS One. 2016; 11(3): e0151202.

8. Wikkelsø A., Wetterslev J., Møller A.M., Afshari A. Thromboelastography (TEG) or rotational thromboelastometry (ROTEM) to monitor haemostatic treatment in bleeding patients: a systematic review with meta-analysis and trial sequential analysis. Anaesthesia. 2017; 72(4): 519–31. DOI: 10.1111/anae.13765

9. Meybohm P., Zacharowski K., Weber C.F. Point-of-care coagulation management in intensive care medicine. Crit care. 2013; 17(2): 218.

10. Curry N.S., Davenport R., Pavord S. et al. The use of viscoelastic haemostatic assays in the management of major bleeding. Br J Haematol. 2018; 182(6): 789–806.

11. Korpallova B., Samos M., Bolek T. et al. Role of Thromboelastography and Rotational Thromboelastometry in the Management of Cardiovascular Diseases. Clin Appl Thromb Hemos. 2018; 24(8): 1199–207.

12. Zaky A. Thromboelastometry Versus Rotational Thromboelastography in Cardiac Surgery. Semin Cardiothorac Vasc Anesth. 2017; 21(3): 206–11.

13. Weber C.F., Görlinger K., Meininger D. et al. Point-of-Care Testing. Anesthesiology. 2012; 117(3): 531–47.

14. Görlinger K., Jambor C., Hanke A.A. et al. Perioperative Coagulation Management and Control of Platelet Transfusion by Point-of-Care Platelet Function Analysis. Transfus Med Hemother. 2007; 34(6): 396–411. DOI: 10.1159/000109642

15. Rugeri L., Levrat A., David J.S. et al. Diagnosis of early coagulation abnormalities in trauma patients by rotation thrombelastography. J Thromb Haemost. 2007; 5(2): 289–95.

16. Rizoli S., Min A., Perez Sanchez A. et al. In Trauma, Conventional ROTEM and TEG Results Are Not Interchangeable But Are Similar in Clinical Applicability. Mil Med. 2016; 181(5S): 117–26.

17. da Luz L.T., Nascimento B., Rizoli S. Thrombelastography (TEG®): practical considerations on its clinical use in trauma resuscitation. Scand J Trauma, Resusc Emerg Med. 2013; 21(1): 29.

18. Gonzalez E., Moore E.E., Moore H.B. Management of Trauma-Induced Coagulopathy with Thrombelastography. Crit Care Clin. 2017; 33(1): 119–34.

19. Abuelkasem E., Lu S., Tanaka K. et al. Comparison between thrombelastography and thromboelastometry in hyperfi brinolysis detection during adult liver transplantation. Br J Anaesth. 2016; 116(4): 507–12.

20. Roullet S., Labrouche S., Mouton C. et al. Lysis Timer: a new sensitive tool to diagnose hyperfi brinolysis in liver transplantation. J Clin Pathol. 2019; 72(1): 58–65.

21. Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 13 апреля 2011 г. № 315н «Об утверждении Порядка оказания анестезиолого-реанимационной помощи взрослому населению».

22. Баркаган З.С., Момот А.П. Диагностика и контролируемая терапия нарушений гемостаза. 3-е изд. М.: Ньюдиамед, 2008; 292.

23. Зозуля Н.И., Свирин П.В. Клинические рекомендации по диагностике и лечению редких коагулопатий: Наследственный дефицит факторов свертывания крови II, VII, X. НГО. 2014; 35: 19.

24. Peyvandi F., Palla R., Menegatti M. et al. Coagulation factor activity and clinical bleeding severity in rare bleeding disorders: Results from the European Network of Rare Bleeding Disorders. J Thromb Haemost. 2012; 10(4): 615–21.

25. Acharya S.S., Coughlin A., Dimichele D.M., North American Rare Bleeding Disorder Stud Group. Rare Bleeding Disorder Registry: defi ciencies of factors II, V, VII, X, XIII, fi brinogen and dysfi brinogenemias. J Thromb Haemost. 2004; 2: 248–56.

26. Peyvandi F., Spreafi co M. National and international registries of rare bleeding disorders. Blood Transfus. 2008; 6(Suppl. 2): 45–8.

27. Rezende S.M., Rodrigues S.H.L., Brito K.N.P. et al. Evaluation of a webbased registry of inherited bleeding disorders: A descriptive study of the Brazilian experience with HEMOVIDAweb Coagulopatias. Orphanet J Rare Dis. 2017; 12(1): 1–7.

28. Abbonizio F., Hassan H.J., Riccioni R. et al. New data from the Italian National Register of Congenital Coagulopathies, 2016 Annual Survey. Blood Transfus. 2019; 1–8.

29. Мамаев А.Н. Коагулопатии. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2012; 260.

30. Palla R., Peyvandi F., Shapiro A.D. Rare bleeding disorders: Diagnosis and treatment. Blood. 2015; 125(13): 2052–61.

31. Herrmann F.H., Wulff K., Auberger K. et al. Molecular biology and clinical manifestation of hereditary factor VII defi ciency. Semin Thromb Hemost. 2000; 26(4): 393–400.

32. Martinowitz U., Michaelson M. Guidelines for the use of recombinant activated factor VII (rFVIIa) in uncontrolled bleeding: a report by the Israeli multidisciplinary rFVIIa task force. J Thromb Haemost. 2005; 3(4): 640–8.

33. Simão F., Feener E.P. The effects of the contact activation system on hemorrhage. Front Med. 2017; 4: 1–10.

34. Bachler M., Niederwanger C., Hell T. et al. Infl uence of factor XII defi ciency on activated partial thromboplastin time (aPTT) in critically ill patients. J Thromb Thrombolysis. 2019. DOI: 10.1007/s11239-019-01879-w

35. Долгов В., Свирин ПВ. Лабораторная диагностика нарушений гемостаза. М.–Тверь: Триада; 2005: 227.

36. Langdell R., Wagner R., Brinkhous K. Effect of antihemophilic factor on onestage clotting tests; a presumptive test for hemophilia and a simple one-stage antihemophilic factor assy procedure. J Lab Clin Med. 1953; 41(4): 637–47.

37. Biggs R., Eveling J., Richards G. The Assay of Antihaemophilic-Globulin Activity. Br J Haematol. 1955; 1(1): 20–34.

38. Лубнин А.Ю., Коновалов А.Н., Ласунин Н.В. и др. Тяжелые послеоперационные интракраниальные геморрагические осложнения у нейрохирургического больного с не диагностированной до операции болезнью Виллебранда (клиническое наблюдение и обзор литературы). Вопросы нейрохирургии» имени Н.Н. Бурденко. 2018; 82(3): 56–65. DOI: 10.17116/neiro201882356

39. Rugeri L., Quélin F., Chatard B. et al. Thrombin generation in patients with factor XI defi ciency and clinical bleeding risk. Haemophilia. 2010; 16(5): 771–7.

40. Hemker H., Giansily M., Peyvandi F. et al. The Thrombogram in Rare Inherited Coagulation Disorders: Its Relation to Clinical Bleeding. Thromb Haemost. 2018; 88(10): 576–82.

41. Van Geffen M., Menegatti M., Loof A. et al. Retrospective evaluation of bleeding tendency and simultaneous thrombin and plasmin generation in patients with rare bleeding disorders. Haemophilia. 2012; 18(4): 630–8.

42. Spiezia L., Radu C., Campello E. et al. Whole blood rotation thromboelastometry (ROTEM®) in nine severe factor V defi cient patients and evaluation of the role of intraplatelets factor V. Haemophilia. 2012; 18(3): 463–8.

43. Минов А.Ф., Дзядзько А.М., Руммо О.О. Тромбоэластометрические критерии коррекции нарушений гемостаза при трансплантации печени. Анестезиология и реаниматология. 2012; 57(2): 35–41.

44. Haas T., Cushing M.M., Asmis L.M. Infl uence of Factor V Defi ciency on ROTEM® Clotting Time. Blood. 2014; 124(21): 5039.

45. Chakri G., Yates S.G., Rambally S., Sarode R. Transfusion management of factor V defi ciency: three case reports and review of the literature. Transfusion. 2016; 56(7): 1745–9.

46. Tran H.T.T., Tjønnfjord G.E., Holme P.A. Use of thromboelastography and thrombin generation assay to predict clinical phenotype in patients with severe FVII defi ciency. Haemophilia. 2013; 20(1): 141–6.

47. Nogami K. The utility of thromboelastography in inherited and acquired bleeding disorders. Br J Haematol. 2016; 174(4): 503–14.

48. Dirkmann D., Hanke A.A., Görlinger K., Peters J. Perioperative use of modifi ed thrombelastography in factor XI defi ciency: A helpful method to assess drug effects. Acta Anaesthesiol Scand. 2007; 51(5): 640–3. DOI: 10.1111/j.1399-6576.2007.01284.x

49. Riddell A., Abdul-Kadir R., Pollard D. et al. Monitoring low dose recombinant factor VIIa therapy in patients with severe factor XI defi ciency undergoing surgery. Thromb Haemost. 2011; 106(9): 521–7.

50. Pivalizza E.G. Perioperative use of the Thrombelastograph® in patients with inherited bleeding disorders. J Clin Anesth. 2003; 15(5): 366–70.

51. Pluthero F.G., Ryan C., Williams S. et al. Decreased in vitro thrombin generation and clot stability in human FXII-null blood and plasma. Br J Haematol. 2011; 152(1): 111–2.

52. Blois S.L., Holowaychuk M.K., Wood R.D. Evaluation of thromboelastography in two factor XII-defi cient cats. JFMS Open Rep. 2015; 1(1): 205511691558502. DOI: 10.1177/2055116915585025


Фибриноген повышен при беременности: что значит, норма, таблица

Беременная женщина проходит множество различных обследований и сдает немалое количество разнообразных анализов. Среди этого многообразия коагулограмма иногда проходит незамеченной. А ведь в действительности тест на свертываемость крови, как по другому называется этот анализ — один из важнейших показателей для беременной женщины. От количества фибриногена зависит, насколько кровь способна сворачиваться, останавливаться: это необходимое качество для благополучного исхода родов. Но слишком высокие показатели содержания этого компонента столь же нежелательны, как и его недостаток. В статье рассмотрим, чем грозит повышенный фибриноген при беременности, и узнаем, что предпринять в таком случае.

Значение фибриногена

Фибриноген — это белок в крови специфического назначения. Он играет исключительную роль для вынашивания и благополучного развития плода, важен и для самих родов. Ничего удивительного, что для этого компонента крови создали отдельный вид анализа. Фибриноген синтезируется клетками печени, откуда затем попадает в кровеносную систему. С помощью него вырабатывается, так называемый, фибрин — белок, обеспечивающий свертываемость крови. Этот белок не растворяется, поэтому представляет собой основу для кровяного сгустка — тромба. Как вы понимаете, именно с помощью этой «затычки» кровь прекращает течь из раны.

Естественное повышение уровня фибриногена во время беременности вызвано необходимостью перестройки организма, и подготовки его к предстоящим родам. В процессе родов, в среднем, женщина теряет около 300 мл крови, а если кесарево сечение — то и все 750 мл. И это при нормальном исходе. Но бывают и патологические роды, с осложнениями — в этом случае количество кровопотерь может идти уже на литры. Поэтому без повышенной свертываемости никуда — иначе есть риск, что женщина просто истечет кровью во время родов.

Фибриноген, расщепляясь, образует белок фибрин, который является непременным составляющим кровяного тромба. Такова естественная защита организма от кровопотерь. Конечно, это необходимейшее качество, особенно для беременной женщины. Но если фибриноген повышен в крови, особенно при беременности — это чревато множеством опасных последствий, которых необходимо избежать.

Если кровь слишком быстро образует тромб, это чревато появлением плотных «затычек» в кровеносных сосудах — в том числе и там, где не надо.

В результате этих препятствий кровь хуже циркулирует, кислород и питание не могут в достаточном количестве поступать к жизненно важным органам как матери, так и плода. Если дать продолжать фибриногену повышаться, и не предпринимать мер по борьбе с этим явлением, нормальное развитие плода становится маловероятным.

Нормы

Во время беременности нормальным показателем считается следующее содержание фибриногена — 3-6 г/л. Тогда как в обычном состоянии человек имеет показатель 2-4 г/л. Нормы фибриногена у женщины при беременности должны быть выше, чем в обычном состоянии, это нормально. Причем показатель растет на протяжении всей беременности, резко повышаясь к дате родов. Но этот уровень не должен быть больше допустимых пределов, так как в этом случае уже можно говорить об опасности для здоровья.

Таблица с показателями нормы фибриногена при беременности по триместрам

Содержание фибриногена начинает расти с третьего триместра и максимальное значение имеет непосредственно перед родами. Что и понятно: именно во время родов женщина больше всего нуждается в отличной свертываемости крови. Если в начале беременности, в среднем, женщина имеет показатель этого белка — 2,98 г/л, то к сороковой неделе — уже от 5 до 6 г/л. Если уровень фибриногена именно таков к концу беременности, значит, организм полностью настроен на предстоящие роды, и готов к этому.

Замечание: тест на свертываемость назначают беременным каждый триместр. То есть за весь период ожидания малыша нужно будет сдать этот анализ три раза.

Как сдавать тест на свертываемость

К сдаче крови на плазму по клаусу необходим правильный подход. Только в этом случае показания будут достоверными и точно отразят реальное положение дел. Главные требования:

  1. Сдавать кровь необходимо на пустой желудок. Причем последний раз пища должна поступить в организм не меньше чем за 12 часов до сдачи анализа.
  2. За 1-2 часа до сдачи крови не заниматься спортом, и исключить все физические нагрузки.
  3. Если вы курите, то нужно воздержаться от этой привычки в течение 40 минут перед анализом.

Примечание: кровь берется только из вены и в специальной лаборатории.

Опасность повышенного фибриногена

Если этот компонент в крови женщины, ждущей ребенка, отклонился в любую из сторон: хоть понижения, хоть повышения, это значит, что в организме происходят воспалительные процессы. Если запустить ситуацию, не проводить лечения, то возможен и некроз (отмирание) тканей.

Необходимо заметить, что часто высокий фибриноген в крови беременной женщины вызывают различные вирусы и инфекции, особенно — перенесенные грипп или пневмония.

Последствия

Если уровень фибриногена будет высоким, проблемы могут быть следующего характера:

  • выкидыш;
  • последующее бесплодие;
  • замирание плода;
  • отслойка плаценты;
  • тромбоз сосудистой системы пуповины;
  • развитие тромбофлебита у мамы.

Наивысший показатель фибриногена приводит к тромбозу легочной артерии и немедленной смерти.

Как вы видите, список последствий достаточно серьезный, чтобы можно было с легкостью махнуть рукой на этот показатель, и не приводить его в норму.

Причины

Почему у некоторых женщин во время беременности уровень фибриногена оказывается повышенным. На это могут повлиять следующие факторы:

  • инфекционные заболевания в острой форме;
  • воспаления, в том числе и пневмония;
  • онкология;
  • ожоги;
  • инсульты и инфаркты;
  • пневмония;
  • эстрогеновая гормональная терапия;
  • перенесенные операции;
  • гипотериоз;
  • некроз и пр.

Если женщина незадолго до беременности принимала оральные контрацептивы на гормональной основе, это тоже могло довести нормальный уровень фибриногена до повышенного.

Кроме перечисленного, у некоторых женщин кровь повышенной густоты — физиологическая особенность. Мало кто знает об этом до зачатия.

Лечение

Медикаментозная терапия, направленная на понижение уровня фибриногена, включает прием витаминов группы В, разжижающих препаратов — Аспирин, Курантил. Чаще всего вместо таблеток применяются инъекции лекарств. Кстати, уколы делаются непосредственно в живот — пусть вас это не пугает. В идеале, лечение должен назначить работающий в клинике гематолог. Этот специалист занимается проблемами крови, и знает о ее составе все.

Рекомендации

Если тест выявил повышенный уровень фибриногена, ни в коем случае не впадайте в панику: современные медикаменты творят чудеса, и при грамотном и своевременном лечении все показатели можно привести в норму. Не занимайтесь самостоятельным понижением уровня белка. Будет хорошо, если подобное лечение окажется бесполезным, но ведь оно может и повредить.

Меню при повышенном фибриногене

Если лечиться самостоятельно лучше не пробовать, то включить в состав своего рациона продукты, разжижающие кровь, можно вполне. Такая помощь не повредит, а, наоборот, придется кстати. Как снизить фибриноген при беременности, используя продукты, узнаем. Итак, продукты, помогающие разжижать кровь, это:

  • свекла;
  • земляника;
  • гранат.
  • морепродукты и морская капуста;
  • помидоры и огурцы;
  • чеснок;
  • сок красного винограда;
  • семечки подсолнуха;
  • грейпфрут и лимон;
  • зеленый чай и клюквенный морс.

Корни пиона и каштана, заваренные кипятком, тоже помогут сделать кровь более жидкой. Включите перечисленные продукты в свое ежедневное меню, учитывая, конечно, возможную аллергическую реакцию на некоторые из них.

Мы выяснили, чем чреват при беременности повышенный фибриноген. Как вы видите, опасность для здоровья здесь, действительно, имеется — и серьезная. Поэтому обязательно примите меры, направленные на понижение уровня фибриногена — конечно, под контролем врача.

Если вовремя понизить уровень белка до приемлемого, можно с большей уверенность ожидать благополучных родов, и появления на свет здорового малыша.

Тромбоэластометрические критерии коррекции нарушений гемостаза при трансплантации печени Текст научной статьи по специальности «Клиническая медицина»

26. BharadwajL., PrasadK. Mechanism of hydroxyl radical-induced modulation of vascular tone. Free Radic. Biol. Med. 1997; 22: 381—390.

27. Goode H. F., Webster N. R., Howdle R. D. et al. Reperfusion injury, antioxidants and hemodynamics during orthotopic liver transplantation. Hepatology 1994; 19: 354—359.

28. Figueras J., Llado L., Ramos E. et al. Temporary portacaval shunt during liver transplantation with vena cava preservation. Results of a prospective randomized study. Liver Transplant. 2001; 7: 904—911.

29. Daniela K., Michael Z., Florian I. et al. Influence of retrograde flushing via the caval vein on the post-reperfusion syndrome in liver transplantation. Clin Transplant. 2004; 18 (6): 638—641.

30. Fukuzawa K, Schwartz M. E., Acarli K. et al. Flushing with autologous blood improves intraoperative hemodynamic stability and early graft function in clinical hepatic transplantation. J. Am. Coll. Surg. 1994; 178 (6): 541—547.

31. GruttadauriaS., CintorinoD., MusumeciA. et al. Comparison of two different techniques of reperfusion in adult orthotopic liver transplantation. Clin. Transplant. 2006; 20: 159—162.

32. Mills M. J., Melinek J., Csete M. et al. Randomized controlled trial to evaluate flush and reperfusion techniques in liver transplantation. Transplantation 1997; 63: 397—403.

33. Conti A., Scala S., D’Agostino P. et al. Wide gene expression profiling of ischemia-reperfusion injury in human liver transplantation. Liver Transplant. 2007; 13: 99—113.

34. TsungA., ZhengN., Jeyabalan G. et al. Increasing numbers of hepatic dendritic cells promote HMGB1-mediated ischemia-reperfusion injury. J. Leukoc. Biol. 2007; 81: 119—128.

35. Tsung A., Zheng N., Jeyabalan G. et al. Hepatic ischemia/reperftision injury involves functional TLR4 signaling in nonparenchymal cells. The J. Immunol. 2005; 175: 7661—7668.

36. BamboatM. Z., Balachandran V. P., Ocuin L. M. et al. Conventional DCs reduce liver ischemia/reperfusion injury in mice via IL-10 secretion. J. Clin. Invest. 2010; 120 (2): 559—569.

37. Bamboat M. Z., Balachandran V. P., Ocuin L. M. et al. Toll-like receptor 9 inhibition confers protection from Liver ischemia-reperfu-sion injury. Hepatology 2010; 51: 621—632.

38. Quireze C., MonteroE. F., LeitaoR. M. et al. Ischemic preconditioning prevents apoptotic cell death and necrosis in early and intermediate phases of liver ischemia-reperfusion injury in rat. J. Invest. Surg. 2006; 19: 229—236.

39. Sun K., Liu Z. S., Sun Q. Role of mitochondria in cell apoptosis during hepatic ischemia-reperfusion injury and protective effect of ischemic postconditioning. Wld J. Gastroenterol. 2004; 10: 1934—1938.

40. Teixeira A. F., Molan N. T., Kubrusly M. S. et al. Postconditioning ameliorates lipid peroxidation in liver ischemia-reperfusion injury in rats. Acta Cir. Bras. 2009; 24 (1): 52—56.

Поступила 12.11.11

© КОЛЛЕКТИВ АВТОРОВ, 2012 УДК 616.36-089.843-06:616.151.5]-08

А. Ф. Минов, А. М. Дзядзько, О. О. Руммо

ТРОМБОЭЛАСТОМЕТРИЧЕСКИЕ КРИТЕРИИ КОРРЕКЦИИ НАРУШЕНИЙ ГЕМОСТАЗА

ПРИ ТРАНСПЛАНТАЦИИ ПЕЧЕНИ

УЗ 9-я городская клиническая больница, Минск

Цель исследования. Оптимальная коррекция нарушений гемостаза остается одной из нерешенных задач в анестезиологическом обеспечении трансплантации печени. Современные методы мониторинга коагуляции (тромбоэластография, тромбоэластометрия) позволяют дифференцировать причины повышенной кровоточивости. До настоящего времени не выработаны четкие критерии назначения компонентов крови по данным этих методов. Целью настоящей работы было определить тромбоэластометрические критерии коррекции нарушений гемостаза при трансплантации печени. Материал и методы. В исследование были включены все пациенты, которым выполнялась трансплантация печени в нашей клинике с января 2009 по декабрь 2010 г. В определенные интервалы времени проводился забор проб крови для исследования гемостаза, включавшее ко-агулограмму, тромбоэластометрию, определение активности факторов свертывания и естественных антикоагулянтов. Результаты. Между результатами стандартных коагуляционных тестов и данными тромбо-эластометрии отсутствует значимая корреляция. Основываясь на международных рекомендациях коррекции нарушений гемостаза, при помощи ROC-анализа был произведен поиск показателей тромбоэластометрии, которые указывали бы на необходимость данной терапии. В отношении дефицита факторов свертывания (MHO > 2, АЧТВ-соотношение > 1,5) значение СТ-ЕХТЕМ > 80 обладает чувствительностью 19% и специфичностью 97%, a CT-INTEM > 240 — чувствительностью 51% и специфичностью 96%. При использовании параметра A10-FIBTEM для диагностики дефицита фибриногена, A10-FIBTEM < 9 имеет чувствительность 95% и специфичность 63%. Одновременное увеличение CFT-EXTEM и CFT-INTEM более 300 обладает чувствительностью 96% и специфичностью 81% в отношении диагностики тромбоцитопении (количество тромбоцитов менее 50 000 в 1 мм3). Заключение. Коррекция дефицита факторов свертывания показана при СТ-ЕХТЕМ > 80 или СТ-ШТЕМ > 240, гипофибриногенемии — при A10-FIBTEM < 9, тромбоцитопении — при одновременном увеличении CFT-EXTEM и CFT-ШТЕМ более 300.

Ключевые слова: трансплантация печени, гемостаз, тромбоэластометрия, коррекция нарушений коагуляции

THE THROMBOELASTOMETRIC CRITERIA OF HEMOSTASIS DISORDERS CORRECTION DURING LIVER TRANSPLANTATION

Minov A.F., Dzyadzko A.M., Rummo O.O.

The purpose of the study. Optimum correction of hemostasis remains one of the unsolved problems in anesthesia maintenance during liver transplantation. Modern methods of coagulation monitoring (thromboelastography, thromboelastometry) allows to differ the increased bleeding reason. The clear criteria for the appointment of the blood

components according to these methods have not developed so far. The aim of this study was to determine the criteria of hemostasis disorders correction during liver transplantation

Materials and methods. The study included all patients undergoing a liver transplantation in our clinic from January 2009 to December 2010. In certain intervals of time an intake of blood samples for the hemostasis study, including koagulogramm, determination of the clotting factors and natural anticoagulants activity was performed. Results. There is no significant correlation between the results of the standard coagulation tests and thromboelastometry. Based on the international hemostasis correction recommendations, with the help of ROC-analysis the search for thromboelastometry data, which would have pointed to the need for this therapy, was made. Concerning coagulation factors deficiency (INR>2, APTT>1.5) CT-EXTEM>80 has a sensitivity of 17% and a specificity of 97%, and CT-INTEM>240 has sensitivity of 51% and specificity of 96%. Use of A10-FIBTEM for fibrinogen deficiency diagnosis, A10-FIBTEM <9 has sensitivity of 95% and specificity of 63%.

A simultaneous increase of CT-EXTEM >80 and CT-INTEM more than 300 has a sensitivity of 96% and a specificity 81% in relation to diagnose thrombocytopenia (platelet count less than 50,000 per mcl)

Conclusion. Correction of coagulation factors deficiency indicated when CT-EXTEM>80 and CT-INTEM> 240, hypofibrinogenemia when A10-FIBTEM <9, thrombocytopenia when of CT-EXTEM >80 and CT-INTEM increase simultaneously more than 300.

Key words: liver transplantation, hemostasis, coagulation disorders correction, thromboelastometry

Введение. Ортотопическая трансплантация печени (ОТП) — единственный метод лечения конечной стадии заболеваний печени. Данное оперативное вмешательство часто сопровождается значительной кровопотерей и большой потребностью в трансфузии [14]. При этом ни тяжесть состояния пациента до операции, оцениваемая по шкале MELD, ни предоперационные коагуляционные тесты не позволяют спрогнозировать объем кровопотери и потребность в трансфузии компонентов крови [16]. Оптимальная коррекция нарушений гемостаза в периопера-ционном периоде до сих пор остается одной из важнейших и нерешенных задач в анестезиологическом обеспечении ОТП. В последних исследованиях было показано, что трансфузия компонентов крови является независимым фактором, влияющим на выживаемость трансплантата и реципиента, и ассоциирована с худшим прогнозом [2]. Однако отказ от использования компонентов крови не должен являться самоцелью, важно их рациональное применение. В последнее время были приведены убедительные доказательства того, что нарушения гемостаза при заболеваниях печени затрагивают про- и антикоагулянтную системы, при этом сохраняется определенный баланс между ними, однако он легко смещается в сторону гипо- или гиперкоагуляции [15]. Терапия нарушений коагуляции по результатам стандартных тестов не является оптимальной, поскольку эти тесты не отражают все сложные комплексные изменения в системе гемостаза, имеющиеся у пациентов с циррозом печени [9]. Современные методы прикроватного мониторинга коагуляции, основанные на изучении вязкоэ-ластических свойств цельной крови (тромбоэластография, тромбоэластометрия), лишены целого ряда существенных недостатков, присущих рутинным тестам, и позволяют дифференцировать причины повышенной кровоточивости [5]. Исходя из этого терапия нарушений гемостаза, основанная на этих методах диагностики, является более рациональной. Тем не менее до настоящего времени не выработаны четкие критерии назначения компонентов крови по данным тромбоэластометрии.

Цель настоящей работы — определить тромбоэласто-метрические критерии коррекции нарушений гемостаза при трансплантации печени.

Материал и методы. В проспективное исследование были включены все пациенты УЗ 9-я городская клиническая больница, которым выполнялась ОТП в период с января 2009 по декабрь 2010 г. Протокол анестезиологического обеспечения, включая

Информация для контакта. «Pentapharm GmbH», Германия), после чего ее центрифугировали при 3000 об/мин в течение 15 мин для получения бестромбоцитарной плазмы. Плазма использовалась для вытолнения стандартных коагуляционных тестов, оставшаяся ее часть замораживалась при температуре -70oC для проведения в последующем более углубленного исследования системы гемостаза.

Рутинные коагуляционные тесты вытолняли на автоматическом анализаторе гемостаза ACL 10000 Elite PRO («Instrumentation Laboratory», США) и включали определение активированного частичного тромбопластинового времени (АЧТВ), международного нормализованного отношения (MHO), тромбинового времени (ТВ), уровня фибриногена по Клауссу. Углубленное исследование гемостаза проводилось на этом же анализаторе и заключалось в определении активности факторов свертывания (II, V, VII, VIII, IX, X, XI, XII), антитромбина III, протеинов С и S, фактора Виллебранда, плазминогена и а2-антиплазмина. Активность фактора XIII измерялась с применением хромогенных субстратов.

Исследование цельной крови на тромбоэластометре включало 4 стандартизованных теста: EXTEM, INTEM, FIBTEM, АРТЕМ. Процесс свертывания крови активировался либо тканевым фактором из мозга кролика (тест ЕХТЕМ), либо эллагиевой кислотой (тест INTEM). В тесте FIBTEM вклад тромбоцитов в свертывание ингибировался реагентом цитохолазином D. В тесте АРТЕМ добавлялся апротинин для подавления фибринолиза. В каждом из 4 тестов анализировались следующие параметры: СТ — время свертывания, CFT — время образования сгустка, А10 — амплитуда плотности сгустка на 10-й минуте, MCF — максимальная плотность сгустка (рис. 1). Продолжительность проведения каждого теста составляла не менее 45 мин. Тесты, в которых выявлялся гиперфибринолиз, исключались из дальнейшего исследования.

Статистический анализ включал определение медианы и межквартильного интервала изучаемых признаков. Корреляционный анализ Спирмена использовался для оценки взаимосвязи между активностью факторов свертывания, параметрами рутинных тестов и тромбоэластометрии. Для выработки критериев для трансфузии компонентов крови на основании данных тром-боэластометрии определялись операционные характеристики (ROC-анализ) исследуемых диагностических тестов (чувствительность, специфичность, прогностическая ценность положительного результата — ПЦПР, прогностическая ценность отрицательного результата — ПЦОР) и строилась кривая с выиисле-нием площади под этой кривой. При проведении ROC-анализа

CT

Ä

« * СП-

Таблица 1

Характеристика пациентов

Рис. 1. Основные параметры, определяемые при выполнении тром-боэластометрии. СТ — время свертывания, CFT — время образования сгустка, А10 — амплитуда плотности сгустка на 10-й минуте, MCF — максимальная плотность сгустка.

программа для статистической обработки данных автоматически определяла значение параметра, обладающего наибольшей диагностической эффективностью (наилучшим соотношением между чувствительностью и специфичностью). Полученные таким образом числовые выражения параметров тромбоэластоме-трии являлись отправной точкой для их оптимизации. Показатели максимальной чувствительности использовали для критериев коррекции дефицита факторов свертывания, а максимальной специфичности — для критериев коррекции дефицита фибриногена и тромбоцитопении.

Статистический анализ выполняли с использованием программного обеспечения MedCalc® Version 10.2.0.0 («MedCalc Software», Бельгия).

Результаты исследования и их обсуждение. Всего в исследование были включены 55 пациентов. Из заплани-

Параметр

Значение

Возраст, годы 47 (33—54)

Пол, м/ж 31/24

Шкала MELD 17 (13—25) Чайлд-Пью:

А 10

В 29

С 16 Этиология цирроза:

алкогольный 6

аутоиммунный 5

вирусный гепатит В 6

вирусный гепатит С 19

гепатоцеллюлярная карцинома 4

первичный билиарный цирроз 12

фульминантная печеночная недостаточ- 3

рованных 330 проб проанализированы 314. 16 проб были исключены по причине гиперфибринолиза. Характеристика пациентов представлена в табл. 1.

Интраоперационная кровопотеря составила 2275 (1180—2800) мл, объем интраоперационной инфузионной терапии 8100 (6600—9700) мл, в том числе кристаллоиды 1000 (700—1300) мл, коллоиды 1600 (1000—2500) мл, 10% раствор альбумина 400 (100—500) мл, свежезаморо-

Таблица 2

Динамика гематологических и коагуляционных показателей

Параметр

Гемоглобин, г/л 106 (89- -122) 90 (81-102) 79 (68-84) 93 (83-98)

Тромбоциты, 109/л 98 (61- -183) 88 (68-163) 79 (50-134) 67 (43-104)

АЧТВ-соотношение 1,2 (1,1- -1,5) 1,3 (1,2-1,7) 1,7 (1,5-2,2) 1,2 (1,1-1,3)

MHO 1,6 (1,3- -2,2) 1,8 (1,6-2,6) 2,3 (1,9-2,9) 1,9 (1,6-2,3)

Фибриноген, г/л 1,9 (1,4- -2,2) 1,6 (1,1-2,0) 1,3 (0,8-1,8) 2,3 (1,9-2,8)

Фактор II * 60 (42- 85) 50 (33-60) 44 (28-53) 56 (45-62)

Фактор V 53 (33- -76) 24 (14-37) 17 (7-23) 28 (18-42)

Фактор VII 47 (27- -84) 32 (24-51) 29 (19-39) 28 (15-43)

Фактор IX | % 55(39- -73) 64 (46-86) 59 (44-84) 83 (70-103)

Фактор X 62 (49- -82) 45 (34-63) 39 (28-51) 50 (37-59)

Фактор XI 55 (43- -75) 51 (42-75) 56 (45-81) 58 (49-84)

Фактор XII 1 86 (70- 104) 77 (60-92) 66 (55-83) 75 (64-95)

Антитромбин III 56 (47- 87) 46 (36-68) 40 (34-55) 60 (53-72)

СТ-ЕХТЕМ | 56 (45- 66) 54 (48-63) 54 (48-61) 67 (63-78)

CFT-EXTEM 1 129(73- 213) 159 (89-192) 189 (106-295) 163 (123-184)

А10-ЕХТЕМ, мм 42 (33- 53) 39 (35-48) 36 (28-47) 40 (36-44)

CT-INTEM, с 181 (158- -210) 203 (164-223) 199 (178-230) 200 (182-218)

CFT-INTEM, с 127 (62- 189) 153 (80-197) 212 (11200342) 160 (130-220)

A10-FIBTEM, мм 10 (8- 15) 9 (7-12) 9 (7-11) 14 (11-16)

Примечание. Т0—Т5 — пояснение в тексте. Данные представлены в виде медианы признака, в скобках указан межквартиль-ный интервал.

Т

Т

Т

Т

Таблица

Коэффициент ранговой корреляции Спирмена (г) между активностью факторов свертывания, АЧТВ, МНО и параметрами тромбоэластометрии

Показатель АЧТВ MHO Фактор

II V VII IX X XI

CT-EXTEM

г s 0,17* 0,18* -0,26* -0,19* -0,28* -0,13* -0,26* -0,23*

CT-INTEM

г s 0,37* 0,23* -0,40* -0,35* -0,35* -0,15* -0,41* -0,22*

* р < 0,05.

Таблица 4

Данные КОС-анализа по определению тромбоэластометрических критериев коррекции дефицита факторов свертывания

Параметр

Чувствительность, %

Специфичность, %

ПЦПР, %

ПЦОР, %

0,753 0,753

0,794 0,794

МНО > 2,0

СТ-ЕХТЕМ > 67 55 (16—32) 82 (92—99) 59 81

CT- ЕХТЕМ > 80 19 (11—92) 97 (94—99) 74 73

АЧТВ-соотношение > 1,5

CT-INTEM > 205 89 (78—94) 75 (69—81) 31 97

CT-INTEM > 240 27 (21—33) 96 (93—99) 48 90

Примечание. Здесь и в табл. 5 в скобках указан 95% доверительный интервал

женная плазма (СЗП) 3200 (2000—4200) мл, эритроцитар-ная масса (ЭМ) 1450 (943—2020) мл, криопреципитат 12 (0—20) доз, тромбоконцентрат 100 (0—200) мл.

Динамика параметров гемостаза и гематологических показателей по временным интервалам представлена в табл. 2.

Коррекция дефицита факторов свертывания. Согласно рекомендациям Рабочей группы Американского общества анестезиологов от 2006 г. [10], восполнение дефици-

3 та факторов свертывания показано при увеличении АЧТВ более чем в 1,5 раза от контроля (т. е. АЧТВ-соотношение > 1,5) или MHO выше 2,0. СТ на тромбо-эластограмме — это время от начала старта реакции (добавления активатора) до начала свертывания. Данный параметр можно считать аналогом АЧТВ или протромбинового времени (ПВ), так как в тесте ЕХТЕМ используется такой же активатор, что и при определении MHO, а в тесте INTEM — такой же активатор, что и при определении АЧТВ, то можно предположить наличие связи между СТ-ЕХТЕМ и MHO, и между CT-INTEM и АЧТВ. Однако проведенный нами корреляционный анализ не выявил какой-либо значимой связи между активностью факторов свертывания, АЧТВ, MHO и этими параметрами тромбоэластометрии (табл. 3).

По данным ROC-анализа наибольшей диагностической эффективностью обладает значение СТ-ЕХТЕМ > 67 (табл. 4). Учитывая, что это значение входит в диапазон нормы для данного параметра (норма 38—79), то в качестве критерия для коррекции дефицита факторов свертывания логично выбрать CT-EXTEM > 80 (рис. 2), который обладает чувствительностью 19%, т. е. по данным тромбоэластометрии восполнение дефицита факторов будет проводиться лишь в 19 % случаев, когда имеются показания согласно общепринятым рекомендациям (MHO > 2,0). Для практического применения гораздо важнее его специфичность равная 97%, что означает низкую вероятность коррекции дефицита факторов свертывания по данным тромбоэластометрии в тех случаях, когда это не показано (MHO < 2,0).

Площадь под ROC-кривой

СТ-ЕХТЕМ

CT-INTEM

20 —

0 —

«Г

«Г

«Г

20 40 60 Специфичность, %

80 100

АЧТВ-соотношение > 1,5 (AUC=0,794)

20 40 60 80 Специфичность, %

100

Рис. 2. Характеристическая кривая для СТ-ЕХТЕМ в отношении Рис. 3. Характеристическая кривая для CT-INTEM в отношении про-

диагностики дефицита факторов свертывания.

гнозирования дефицита факторов свертывания.

Сходный результат был получен нами при проведении ЯОС-анализа в отношении СТ-ШТЕМ в качестве критерия для коррекции дефицита факторов свертывания. Так, наибольшей диагностической эффективностью обладает СТ-ЮТЕМ > 205 (см. табл. 4), но это значение находится в диапазоне нормы (норма 100—240). Поэтому в качестве критерия выбрано значение СТ-Г№ГЕМ > 240 (рис. 3). Чувствительность его составляет 51%, а специфичность — 96%, т. е. вероятность проведения коррекции дефицита факторов, основываясь на данных тромбоэласто-метрии, когда это не показано (АЧТВ-соотношение < 1,5), составляет 4%.

Таким образом, восполнение дефицита факторов свертывания показано при увеличении СТ-ЕХТЕМ более 80 или СТ-ГЫТЕМ более 240.

Коррекция дефицита фибриногена. Согласно рекомендациям Британского комитета по стандартам в гематологии от 2004 г. [4] и рекомендациям Рабочей группы Американского общества анестезиологов от 2006 г. [10], восполнение дефицита фибриногена показано при снижении его концентрации в плазме менее 1 г/л. Среди стандартизованных тестов тромбоэластометрии имеется специфический тест для оценки качественных и количественных характеристик фибриногена (тест БГБТЕМ). Он отличается от теста ЕХТЕМ тем, что дополнительно добавляется цитохолазин Б — вещество, блокирующее тромбоциты, поэтому амплитуда плотности сгустка на 10-й минуте в этом тесте обусловлена

Таблица 5

Данные КОС-анализа по определению тромбоэластометрических критериев коррекции дефицита фибриногена и тромбоцитопении

Рис. 5. Характеристическая кривая для А10-РГБТЕМ в отношении прогнозирования гипофибриногенемии.

Параметр Чувствительность, % Специфичность, % ПЦПР, % ПЦОР, % Площадь под ЯОС-кривой

Фибриноген < 1 г/л

А10-ПБТЕМ < 8 89 (82—94) 76 (70—82) 45 96 0,877

А10-ПБТЕМ < 9 95 (90—99) 63 (56—69) 39 99 0,877

Тромбоциты < 50 • 109

А10-ЕХТЕМ < 36 и А10-ПБТЕМ > 8 54 (43—64) 78 (72—84) 19 95 0,781

СЕТ-ЕХТЕМ > 300 88 (75—93) 82 (77—87) 38 97 0,895

СЕТ-ШТЕМ > 300 92 (85—98) 81 (75—85) 31 99 0,909

СЕТ-ЕХТЕМ > 300 и СЕТ-ШТЕМ > 300 96 (91—99) 81 (75—85) 31 99 0,917

исключительно количеством фибриногена и его свойствами. = 0,677 (рис. 4).

Проведенный нами ЯОС-анализ в отношении использования А10-Р1БТЕМ в качестве критерия для коррекции дефицита фибриногена показал, что наибольшую диагностическую эффективность имеет критерий АШ-РГВТЕМ < 8, но при этом его чувствительность не столь высока — 89% (табл. 5). Это означает, что вероятность ошибочного решения не восполнять дефицит фибриногена, когда это необходимо (концентрация фибриногена в плазме менее 1 г/л), составляет 11%. Критерий АЮ-БГБТЕМ < 9 обладает большей чувствительностью — 95% (рис. 5), т. е. вероятность ошибочного решения не превышает 5%. Несмотря на то что значение этого критерия является нижней границей нормы для параметра А10-Р1БТЕМ (норма 9—24), на наш взгляд, именно его следует использовать в качестве диагностического критерия. Таким образом, коррекция дефицита фибриногена показана при значении АЮ-БГБТЕМ < 9.

Коррекция тромбоцитопении. Согласно рекомендациям Британского комитета по стандартам в гематологии от 2003 г. [7] и рекомендациям Рабочей группы Американского общества анестезиологов от 2006 г. [10], восполнение дефицита тромбоцитов показано при снижении их числа менее 50 • 109/л-1. Среди стандартизованных тестов тромбоэластометрии нет специального теста для оценки количества и качества тромбоцитов. О количестве тромбоцитов можно косвенно судить, сравнивая между собой амплитуды плотности сгустка в тестах ЕХТЕМ и БГБТЕМ. Снижение амплитуды плотности сгустка в тесте ЕХТЕМ при нормальной амплитуде плотности сгустка в тесте БГБТЕМ свидетельствует об умень-

Таблица 6

Коэффициент ранговой корреляции Спирмена (г) между количеством тромбоцитов, концентрацией фибри ногена и параметрами тромбоэластометрии

Показатель CFT-EXTEM A10-EXTEM CFT-INTEM

Тромбоциты -0,752* 0,744* -0,788*

Фибриноген -0,406* 0,459* -0,384*

* р < 0,0001.

шении количества тромбоцитов. У пациентов с циррозом печени снижен синтез фибриногена, в связи с этим амплитуда плотности сгустка в тесте FIBTEM ниже нормы, поэтому такой подход к диагностике тромбоцитопении в большинстве случаев невозможен. Нами был проведен корреляционный анализ для выявления показателей тром-боэластометрии, которые максимально коррелировали с количеством тромбоцитов, для последующего использования этих показателей в ROC-анализе для определения критериев коррекции тромбоцитопении. Корреляционный анализ показал, что rs между CFT в тестах ЕХТЕМ и INTEM и количеством тромбоцитов был значительно выше, чем между этими параметрами и уровнем фибриногена (табл. 6). Таким образом, значение этих показателей тромбоэластометрии в большей степени определяется количеством тромбоцитов, чем концентрацией фибриногена. Исходя из этого, они были использованы нами при проведении ROC-анализа.

ROC-анализ показал, что использование снижения параметра A10-EXTEM на фоне нормального значения A10-FIBTEM в качестве критерия для диагностики тром-боцитопении нецелесообразно, так как чувствительность этого параметра составляет всего 54% (см. табл. 5), т. е. в 46% случаев будет произведена трансфузия тромбокон-центрата, когда количество тромбоцитов более 50 • 109/л-1. Значительно большей чувствительностью обладают критерии CFT-EXTEM > 300 и CFT-INTEM > 300. При этом максимальная чувствительность, равная 96%, достигается при одновременном их выполнении (см. рис. 6). Поэтому одновременное увеличение CFT в тестах ЕХТЕМ и INTEM более 300 является показанием для коррекции тромбоцитопении.

Полученные нами данные свидетельствуют об отсутствии значимой корреляции между стандартными коагуля-ционными тестами и тромбоэластометрией, за исключением наличия умеренной связи концентрации фибриногена плазмы с амплитудой плотности сгустка в тесте FIBTEM (специальном тесте для оценки качественных и количественных характеристик фибриногена). Эти результаты сходны с имеющимися в литературе данными [3, 13].

Проведенный нами ROC-анализ в отношении использования параметров тромбоэластометрии в качестве критериев для коррекции коагуляционных нарушений показал, что по данным тромбоэластометрии необходимость в коррекции дефицита факторов свертывания возникает значительно реже, чем на основании АЧТВ или MHO. Это связано не с низкой чувствительностью метода тромбоэластометрии в диагностике гипокоагуляционных состояний, а с низкой специфичностью и гипердиагностикой этих состояний по данным рутинных тестов. Этому есть несколько причин, и все они обусловлены теми недостатками, которые заложены в самой методике проведения стандартных коа-гуляционных тестов [8]. Эти тесты были разработаны для мониторинга адекватности проводимой антикоагулянтной терапии, вызывающей селективные изменения коагуляции. Нарушения коагуляции при кровотечении затрагивают все звенья системы гемостаза, и поэтому не могут быть в полном объеме диагностированы при помощи рутинных те-

CFT-EXTEM >300 и CFT-INTEM>300

Специфичность, %

Рис. 6. Характеристическая кривая для СРТ-БХТБМ и СБТ-МТЕМ в отношении диагностики тромбоцитопении.

стов. В организме реакции плазменного звена коагуляции происходят на поверхности активированных тромбоцитов и клеток, продуцирующих тканевый фактор. Также не стоит забывать и о важной роли эритроцитов в гемостазе [11]. Поэтому стандартные коагуляционные тесты, выполняемые на плазме, не содержащей эритроциты и тромбоциты, не учитывают сложные межклеточные взаимоотношения, происходящие в процессе свертывания крови. Тромбо-эластометрия, лишенная существенных недостатков, присущих рутинным тестам, дает более точную, адекватную оценку нарушений системы гемостаза. В связи с этим тромбоэластометрические критерии коррекции дефицита факторов свертывания были выбраны таким образом, чтобы свести к минимуму вероятность проведения терапии, когда это не показано.

Плотность сгустка на тромбоэластограмме отражает не только количество, но и качество фибриногена, его взаимодействие с клеточными элементами крови. Этим объясняется более высокая частота гипофибриногенемии, выявляемая по данным тромбоэластометрии по сравнению со стандартными коагуляционными тестами. В клиническом аспекте важнее знать не концентрацию фибриногена в плазме, а прочность и стабильность образующегося сгустка. Именно эту информацию мы и получаем при помощи такого параметра тромбоэластометрии, как амплитуда плотности сгустка. Широко используемые в современной анестезиологической практике, в том числе и при ОТП, коллоидные растворы в той или иной степени нарушают процессы полимеризации фибрина, что никак не отражается на концентрации фибриногена, но влияет на прочность формирующегося сгустка. Эти изменения на тромбоэластограмме проявляются снижением амплитуды плотности сгустка. В настоящий момент имеются убедительные данные, что в присутствии коллоидных растворов концентрация фибриногена в плазме, измеренная кинетическим методом по Клауссу, оказывается ложно завышенной на 20—100% [1]. Учитывая вероятность ложного завышения концентрации и наличия его функциональных нарушений, коррекция дефицита фибриногена должна проводиться ранее, чем концентрация в плазме снизится до 1 г/л [12]. В связи с этим тромбоэластометри-

ческие критерии коррекции гипофибриногенемии были выбраны таким образом, чтобы не допустить снижение его концентрация менее 1 г/л.

Наибольшая сложность была связана с определением тромбоэластометрических критериев коррекции тромбо-цитопении, что обусловлено отсутствием специального теста для оценки качества и количества тромбоцитов. Ряд авторов предлагают использовать снижение амплитуды плотности сгустка в тесте ЕХТЕМ на фоне нормальной амплитуды плотности сгустка в тесте FIBTEM в качестве такого критерия [6, 13]. Такой подход в большинстве случаев неприменим, так как для пациентов с циррозом печени характерно снижение синтеза фибриногена, в связи с чем амплитуда плотности сгустка в тесте FIBTEM ниже нормы. Статистический анализ, проведенный в ходе нашей работы, показал, что CFT является тем параметром тромбоэластометрии, который лучше других отражает динамику количества тромбоцитов, обладает высокой чувствительностью в отношении диагностики тромбоци-топении и может быть использован в качестве критерия для ее коррекции.

Заключение

Метод тромбоэластометрии позволяет дифференцировать причины гипокоагуляции и проводить целенаправленную ее коррекцию. Между результатами стандартных коагуляционных тестов и данными тромбоэластометрии отсутствует значимая корреляция. Показаниями к трансфузии компонентов крови, основанными на результатах тромбоэластометрии, являются: а) для восполнения дефицита факторов свертывания — CT-EXTEM > 80 или СТ-INTEM > 240; б) для возмещения дефицита фибриногена — A10-FIBTEM < 0; в) для коррекции тромбоцито-пении — одновременное увеличение CFT-EXTeM > 300 и CFT-INTEM > 300.

ЛИТЕРАТУРА

1. Adam S., Karger R., Kretschmer V. Photo-optical methods can lead to clinically relevant overestimation of fibrinogen concentration in plasma diluted with hydroxyethyl starch. Clin. Appl. Thromb. He-most. 2010; 16: 461—471.

2. Boer M. T., Christensen M. C., Asmussen M. et al. The impact of intraoperative transfusion of platelets and red blood cells on survival after liver transplantation. Anesth. Analg. 2008; 106: 32—44.

3. Coakley M., Reddy K., Mackie I., Mallett S. Transfusion triggers in orthotopic liver transplantation: a comparison of the thromboelas-tometry analyzer, the thromboelastogram and conventional coagulation tests. J. Cardiothorac. Vasc. Anesth. 2006; 20: 548—553.

4. Duguid J., O’Shaughnessy D. F., Atterbury C. et al. Guidelines tor the use of fresh-frozen plasma, cryoprecipitate and cryosupernatant. Br. J. Haematol. 2004; 126: 11—28.

5. Gamer M. T., Hofer C. K. Coagulation monitoring: current techniques and clinical use of viscoelastic point-of-care coagulation devices. Anesth. Analg. 2008; 106: 1366—1375.

6. Goerlinger K., Dirkmann D., Hanke A. et al. ROTEM-based algorithm for point-of-care coagulation management in visceral surgery and liver transplantation. Liver Tranplant. 2008; 14 (Suppl. 1): 203—204.

7. Kelsey P., Murphy M. F., Brown M. et al. Guidelines for the use of platelet transfusion. Br. J. Haematol. 2003; 122: 10—23.

8. Kitchens C. S. To bleed or not to bleed? Is that the question for the PTT? J. Thromb. Haemost. 2005; 3: 2607—2611.

9. Lisman T, Porte R. J. Rebalanced hemostasis in patients with liver disease: evidence and clinical consequences. Blood 2010; 116: 878—885.

10. NuttallA. G., BrostB. C., Connis R. T. et al. Practice guidelines for perioperative blood transfusion and adjuvant therapies // Anesthesiology 2006; 105: 198—208.

11. Peyrou V., Lormeau J. C., Herault J. P. et al. Contribution of erythrocytes to thrombin generation in whole bloody. Thromb. Haemost. 1999; 81: 400—406.

12. Rossaint R., Bouillon В., Cerny V. et al. Management of bleeding following major trauma: an updated European guideline. Crit. Care 2010; 14 (2): R52.

13. RoulleS., Pillot J., Freyburger G. et al. Rotation thromboelastometry detects thrombocytopenia and hypofibrinogenemia during orthotopic liver transplantation. Br. J. Anaesth. 2010; 104: 422—428.

14. ShroederR. A., Johnson L. B., Plotkin J. S. et al. Total blood transfusion and mortality after orthotopic liver transplantation. Anesthesiol-ogy. 1999; 91: 329—330.

15. Senzolo M., Burra P., Cholongitas E., Burroughs A. K. New insights into the coagulopathy of liver disease and liver transplantation. Wld J. Gastroenterol. 2006; 12: 7725—7736.

16. Steib A., Freys G., Lehmann C. et al. Intraoperative blood losses and transfusion requirements during adult liver transplantation remain difficult to predict. Can. J. Anesth. 2001; 48: 1075—1079.

nocrynnïïa 20.10.11

ОТДЕЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ В ИНТЕНСИВНОЙ ТЕРАПИИ

© КОЛЛЕКТИВ АВТОРОВ, 2011

УДК 616.94-06:616.155.394]-07:616.151.5

Г. М. Галстян, А. В. Кречетова, С. А. Васильев, Е. Б. Орел, Л. А. Пустовойт, Е. О. Егорова, Э. Ю. Сариди, Э. Г. Гемджян, В. М. Городецкий

СИСТЕМА ФИБРИНОЛИЗА ПРИ СЕПСИСЕ У БОЛЬНЫХ В СОСТОЯНИИ МИЕЛОТОКСИЧЕСКОГО АГРАНУЛОЦИТОЗА

ФГБУ Гематологический научный центр Минздравсоцразвития РФ, Москва

Нарушения гемостаза являются патогенетическим звеном развития полиорганной недостаточности (ПОН) при сепсисе. Цель исследования — оценить параметры фибринолитической системы у больных сепсисом. Материал и методы. В исследование включены 55 онкогематологических больных: 45 больных сепсисом и 10 больных контрольной группы без признаков инфекции. Больные сепсисом были разделены на сепсис без ПОН (22) и сепсис с ПОН и септический шок (СШ) (23). Анализировали концентрацию в сыворотке параметров воспаления (С-реактивный белок — С-РБ, прокальцитонин — ПКТ, интерлейкин-6 — ИЛ-6), а также параметры фибринолиза — плазменную активность плазминогена, ингибитора плазмина, I-РА, РА1-1, концентрацию

Определение фибриногена по Клаусу: оценка взаимозаменяемости международных и коммерческих стандартов и образцы для контроля качества

Фон: Многие клинические лаборатории используют анализ скорости свертывания по Клаусу для определения фибриногена в цитратной плазме. Цель настоящего исследования заключалась в оценке взаимозаменяемости действующего Международного стандарта на фибриноген (код 09/264), трех коммерческих стандартов фибриногена и 10 контрольных образцов лиофилизированной плазмы из различных источников.

Методы: Анализ скорости свертывания по Клаусу выполняли на трех автоматических приборах (Sysmex CA1500, STA-Rack Evolution и ACL-Top 700) с использованием трех коммерческих реагентов тромбина (Siemens, Stago и Instrumentation Laboratory). Взаимосвязь между результатами, полученными с помощью трех инструментов, была определена с использованием 25 образцов свежезамороженной плазмы, полученных от пациентов.Отклонения результатов анализа, полученных для лиофилизированных образцов, сравнивали с отклонениями, полученными для свежезамороженных образцов, в соответствии с утвержденным руководством CLSI C53A.

Полученные результаты: Замораживание и оттаивание не влияли на результаты анализа. Существовали значительные различия в средних результатах анализа (фибриноген, г/л) для образцов свежезамороженной плазмы между тремя автоматическими приборами: 2.51 (STA-Rack Evolution), 2,25 (ACL-Top 700) и 2,20 (Sysmex CA1500). Аналогичные различия наблюдались для нескольких образцов лиофилизированной плазмы. Некоторые образцы лиофилизированной плазмы, включая образцы международного стандарта, выходили за пределы 95% доверительного интервала взаимосвязи между STA-Rack Evolution и Sysmex CA1500.

Выводы: Некоторые виды лиофилизированной плазмы, включая международный стандарт фибриногена, не могут быть заменены автоматическими приборами для определения скорости свертывания фибриногена по Клаусу.Наши результаты имеют последствия для всех заинтересованных сторон в цепочке прослеживаемости (ВОЗ, промышленность, схемы внешней оценки качества, клинические лаборатории).

Ключевые слова: анализ Клауса; коммутативность; внешняя оценка качества; фибриноген.

Разработка и валидация нового качественного теста на фибриноген в плазме с использованием анализа формы волны сгустка

Демографические данные пациентов

В течение периода исследования использовались образцы плазмы от 1044 пациентов, распределенные по обучающей и проверочной когортам без какого-либо совпадения образцов между двумя когортами .Блок-схема исследования, описывающая пациентов и образцы, использованные в обучающих и проверочных когортах, показана на рис. 1.

Рисунок 1

Блок-схема исследования. Изучите блок-схемы обучающей когорты ( a ) и проверочной когорты ( b ). Пороговое значение (*) для исключения участников с более низким соотношением Ac/Ag использовалось в соответствии с предыдущим предложением 30 . ROC, рабочая характеристика приемника; CWA, анализ кривой сгустка.

С июня 2020 г. по июль 2020 г. было случайным образом собрано и исследовано на фибриноген Ac и Ag в общей сложности 530 образцов.Два участника (выборки) были исключены из-за низкого соотношения Ac/Ag при отсутствии ранее подтвержденного диагноза врожденной (гипо)дисфибриногенемии (ВК). После исключения перекрывающихся участников 504 образца были зарегистрированы как нормальная группа, представляющая нормальное соотношение Ac/Ag, и окончательное число участников составило 519 после включения 15 образцов от 15 пациентов с целиакией в обучающую когорту. Кроме того, с августа 2020 г. по октябрь 2020 г. было случайным образом собрано в общей сложности 558 образцов плазмы.После исключения дополнительных образцов от тех же людей 509 образцов были зачислены в качестве контрольной группы. Образцы плазмы от 14 пациентов с диагнозом БК также были включены и случайным образом распределены среди образцов. Всего в эту проверочную когорту было включено 523 участника.

Характеристики участников и выборки для двух исследуемых когорт представлены в таблице 1. Средний возраст обучающей когорты составлял 65 лет (диапазон 0–93 лет), и 42,9% составляли женщины. Медиана фибриногена Ac составила 2.79 с использованием Thrombocheck FibL (TCFibL) и 2,72 г/л с использованием реактива Dade Thrombin (Dade), а Ag составил 2,53 г/л. В проверочной когорте 509 образцов были смешаны с 14 образцами плазмы от пациентов с БК, и в итоге было зачислено 523 участника. Средний возраст для когорты проверки был 62 (диапазон 1–101), и 50,1% были женщинами. Медиана фибриногена Ac составила 2,94 (TCFibL) и 2,82 г/л (Dade), а Ag — 2,64 г/л. Между обучающей и проверочной когортами не наблюдалось существенных различий по возрасту или полу.

Таблица 1 Участники и выборочные характеристики исследуемых когорт.

Аналитическая точность

Сначала мы исследовали аналитическую точность нашего недавно разработанного анализа фибриногена с использованием CWA. При использовании TCFibL точность измерения Ас фибриногена составляла 2,6% (N в контрольной плазме [CPN]) или 3,9% (P в контрольной плазме [CPP]), тогда как точность измерения eAg составляла 2,1% (CPN) или 4,7% (CPP). . Используя Dade, точность Ac составила 2,6% (CPN) или 4,0% (CPP), а для eAg — 2.5% (CPN) или 2,6% (CPP). С другой стороны, точность определения антигена фибриногена составила 3,1% для нормального уровня и 3,7% для низкого уровня.

Обучение соотношению Ac/eAg

Отношение Ac/eAg оценивали как альтернативный показатель, позволяющий отличить качественные отклонения от количественных отклонений фибриногена плазмы. Результаты анализа рабочих характеристик приемника (ROC) показаны в таблице 2. При использовании TCFibL площадь под ROC-кривой (AUROC) отношения Ac/eAg для отличия CD от контроля равнялась 0.9661 (95% доверительный интервал [ДИ] 0,9018–1,000), а оптимальное пороговое значение было предсказано как 0,62–0,66. Чувствительность и специфичность составляли 0,9286 (95% ДИ 0,6853–0,9963) и 1,000 (95% ДИ 0,9925–1,000) соответственно. Положительное отношение правдоподобия (+LR) равнялось бесконечности, а отрицательное отношение правдоподобия (-LR) равнялось 0,071 (95% ДИ 0,01–0,5). При использовании Dade значение AUROC составляло 0,9962 (95% ДИ 0,9890–1,000), а прогнозируемое пороговое значение отношения Ac/eAg составляло 0,60–0,68. Чувствительность, специфичность,  + LR и − LR составляли 0,9333 (95% ДИ 0,95%).7018–0,9960), 1,000 (95% ДИ 0,9925–1,000), бесконечность и 0,067 (95% ДИ 0,01–0,4) соответственно.

Таблица 2 Прогностические пороговые значения и их характеристики при различении качественных дефектов фибриногена.

Валидация прогностической эффективности отношения Ac/eAg

Оптимальные пороговые значения, выявленные в обучающей когорте, использовались для оценки прогностической эффективности отношения Ac/eAg. Мы использовали предложенное пороговое значение 0,65 для обоих реагентов и обнаружили, что БК можно четко различить с высокой чувствительностью и специфичностью (рис.2А). При использовании TCFibL чувствительность и специфичность составляли 1,000 (95% ДИ 0,7847–1,000) и 1,000 (95% ДИ 0,9925–1,000) соответственно, а положительная прогностическая ценность (PPV) и отрицательная прогностическая ценность (NPV) составляли 1,00 (табл. 3). При использовании Dade чувствительность, специфичность, PPV и NPV составляли 1,000 (95% ДИ 0,7847–1,000), 0,9961 (95% ДИ 0,9858–0,9993), 0,933 и 0,988 соответственно.

Рисунок 2

Сравнение соотношения Ac/eAg и Ac/Ag в контрольной когорте. Диаграмма рассеяния для соотношения Ac/eAg ( и ) и отношения Ac/Ag ( b ), проанализированных в когорте проверки.В левой области показаны результаты, полученные с реагентом Thrombocheck FibL (TCFibL, синий), а в правой области показаны результаты, полученные с реагентом Dade Thrombin Reagent (Dade, розовый). Пунктирная линия показывает прогнозируемое пороговое значение 0,65 ( a ) или ранее предложенное пороговое значение 0,70 ( b ). Столбцы показывают медиану с межквартильным диапазоном. CD, врожденная (гипо)дисфибриногенемия.

Таблица 3. Прогностическая точность отношения Ac/Ag и соотношения Ac/eAg для качественного дефекта фибриногена в контрольной когорте.

Мы также подтвердили пороговое значение 0,70 для отношения Ac/Ag с помощью ROC-анализа и обнаружили, что чувствительность и специфичность составляли 1,000 (95% ДИ 0,7847–1,000) и 0,9941 (95% ДИ 0,9828–0,9984) для TCFibL и 1,000 ( 95% ДИ 0,7847–1,000) и 0,9961 (95% ДИ 0,9858–0,9993) для Dade соответственно. PPV составлял 0,875, а NPV составлял 0,996 как для TCFibL, так и для Dade в сочетании с реагентом FactorAuto Fibrinogen (FAFbg). С другой стороны, пороговое значение отношения Ac/Ag, равное 0,70, обычно использовалось для скрининга качественных аномалий фибриногена, хотя надлежащая проверка не проводилась 12 .Поэтому мы провели ROC-анализ проверочной когорты, чтобы выявить оптимальное пороговое значение отношения Ac/Ag, что дало оптимальное пороговое значение 0,55 для отношения Ac/Ag. Это пороговое значение 0,55 дает чувствительность 1,000 (95% ДИ 0,7847–1,000) и специфичность 0,9980 (95% ДИ 0,9890–0,9999) для обоих реагентов. PPV и NPV составляли 0,933 и 0,998 соответственно при использовании любого из реагентов. 13 или для анализа несбалансированных наборов данных 14 . Мы сравнили кривую PR и площадь под кривой PR (AUPRC) между отношением Ac/eAg и соотношением Ac/Ag. На рисунке 3A показаны кривые PR для отношения Ac/Ag и отношения Ac/eAg в когорте проверки при использовании TCFibL. Оба показали отличные кривые PR, и AUPRC составил 0,981 (95% ДИ 0,528–1,000) для Ac/Ag и 1,000 (95% ДИ 1,000–1,000) для Ac/eAg. Кривые PR при использовании Dade показаны на рис. 3B и также были хорошими. AUPRC составлял 0,998 (95% ДИ 0,0109–1,000) для Ac/Ag и 0,984 (95% ДИ 0,485–1,000) для отношения Ac/eAg.

Рисунок 3

Анализ кривых точности–отзыва. Кривые точности-отзыва (PR) в реагентах TCFibL ( a ) и Dade ( b ). Ось X представляет отзыв (чувствительность), а ось Y представляет точность (положительное прогностическое значение [PPV]). Синяя сплошная линия показывает результаты для соотношения Ac/Ag, а розовая линия показывает результаты для соотношения Ac/eAg. Число представляет собой площадь под кривой PR (AUPRC) с 95% доверительным интервалом (ДИ).

Выбросы

Как показано на рис.2, два образца (от двух разных людей) были распознаны как выбросы в контрольной группе, демонстрирующие более низкое отношение Ac/(e)Ag, чем предсказанные пороговые значения. Два разных человека, названные здесь пациентами C1 и C2, стали исключениями в когорте валидации, и один представил противоречивый результат при использовании другого реагента.

Пациент С1 был 80-летним мужчиной с хроническим диссеминированным внутрисосудистым свертыванием крови (ДВС-синдром) вследствие аневризмы грудной аорты (ТАА). Он показал высокий уровень D-димера (75.0 мкг/мл), комплекс тромбин-антитромбин (ТАТ) (56,0 нг/мл) и комплекс плазмин-α2-ингибитор плазмина (PIC) (19,32 мкг/мл), что указывает на гиперкоагуляцию, гиперфибринолитическое состояние. Он показал снижение фибриногена Ac (0,49 по TCFibL, 0,54 г/л по Dade) и умеренное снижение Ag (1,16 г/л) и, следовательно, низкое соотношение Ac/Ag (0,42 по TCFibL, 0,46 по Dade). При использовании Dade соотношение фибриногена eAg и Ac/eAg составляло 1,06 г/л и 0,51 соответственно, что совместимо с соотношением Ac/Ag. При использовании TCFibL фибриноген eAg был равен 0.70 г/л, а соотношение Ac/eAg составляло 0,69, что выше прогнозируемого порогового значения и, таким образом, показывает противоречивые результаты между различными реагентами.

Пациент С2, 76 лет, также страдал хроническим ДВС-синдромом вследствие ТАА. D-димер плазмы составлял 62,3 мкг/мл, продукты деградации фибрина/фибриногена (FDP) составляли 190,3 мкг/мл, TAT составлял 51,5 нг/мл, а PIC составлял 12,12 мкг/мл. Ас фибриногена составлял 1,23 с TCFibL и 1,22 г/л с Dade, а отношения Ac/eAg составляли 0,79 (TCFibL) и 0,73 (Dade) в пределах нормы. Фибриноген Ag был 1.82 г/л, а соотношение Ac/Ag составляло 0,68 для TCFibL и 0,67 для Dade, что немного ниже предполагаемого порогового значения. Наблюдался противоречивый результат между соотношением Ac/Ag и Ac/eAg, используемым для классификации, но, с другой стороны, когда использовалось пороговое значение 0,55, пациент C2 не был классифицирован как выброс и согласовывался с результатами для Ac/eAg. соотношение eAg.

Остановка кровотечения с помощью концентрата фибриногена, направленного на достижение нормального уровня фибриногена в плазме: пилотное исследование

https://doi.org/10.1093/bja/aep089Получить права и содержание

Исходная информация

Кровоточащий диатез после операции на аортальном клапане и замены восходящего отдела аорты (AV-AA) лечится свежезамороженной плазмой (СЗП) и концентратами тромбоцитов. Цель состояла в том, чтобы сравнить гемостатические эффекты обычного трансфузии и введения концентрата фибриногена под контролем FIBTEM (тромбоэластометрический тест).

Методы

Алгоритм переливания продуктов крови был разработан с использованием ретроспективных данных 42 плановых пациентов (группа А).Две единицы концентрата тромбоцитов были перелиты после искусственного кровообращения, затем 4 ед СЗП, если кровотечение сохранялось, если количество тромбоцитов было ≤100×10 3 мкл -1 при снятии аортального зажима и наоборот , если тромбоциты счет был >100×10 3 мкл -1 . Триггером для каждого этапа терапии было поглощение ≥60 г крови из области раны средостения сухими тампонами за 5 мин. Распределение в две проспективные группы не было ни рандомизированным, ни слепым; Группа B ( n =5) получала лечение в соответствии с алгоритмом, группа C ( n =10) получала концентрат фибриногена (Haemocomplettan ® P/Riastap, CSL Behring, Марбург, Германия) до терапии на основе алгоритма .

Результаты

В среднем 5,7 (0,7) г концентрата фибриногена снижали кровопотерю до уровня ниже триггерного уровня для переливания у всех пациентов группы С. В группе C было меньше трансфузий [в среднем 0,7 (диапазон 0-4) ед. против 8,5 (5,3) в группе A и 8,2 (2,3) в группе B] и снижение послеоперационного кровотечения [366 (199) мл против 793 (560 ) в группе А и 716 (219) в группе В].

Выводы

В этом пилотном исследовании введение концентрата фибриногена под контролем FIBTEM ассоциировалось со снижением потребности в переливании и 24-часовым послеоперационным кровотечением у пациентов, перенесших АВ-АА.

кровь, коагуляция

методы измерения, тромбэластограф

хирургия сердечно-сосудистая

переливание крови

Рекомендуемые статьи

Copyright © 2009 The Author(s). Опубликовано Elsevier Ltd. Все права защищены.

Драпкина оксана михайловнаПатенты | ПатентГуру

1 RU2747254C1 МЕТОД ПРОГНОЗИРОВАНИЯ РИСКА ИШЕМИЧЕСКОЙ БОЛЕЗНИ АРТЕРИЙ Номер публикации/патента: RU2747254C1 Дата публикации: 2021-04-29 Номер приложения: RU2020123032 Дата регистрации: 2020-07-10 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Мешков Алексей Николаевич Ершова, Александра Игоревна Куценко Владимир Александрович Правопреемник: Федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НМИЦ ТПМ» Минздрава России) МПК: A61B5/00 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: медицина.Изобретение относится к медицине, а именно к кардиологии, и может быть использовано для определения риска развития ишемической болезни сердца (ИБС). Проводят ультразвуковое исследование сонных артерий и самостоятельно подсчитывают количество выявленных атеросклеротических бляшек (АТ) в шести участках бассейна сонных артерий. Далее с учетом возраста, пола и количества АС в бассейне сонных артерий прогнозируют высокий или очень высокий риск развития ИБС. ультразвуковое исследование сонных артерий с целью дообследования на наличие ИБС, установления диагноза и скорейшего начала лечебных мероприятий путем оценки совокупности наиболее значимых показателей.1 кл, 3 рис, 1 табл, 2 отл
2 RU2749289C1 МЕТОД НЕИНВАЗИВНОЙ ДИАГНОСТИКИ КОРОНАРНОГО АТЕРОСКЛЕРОЗА С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ВИЗУАЛЬНОЙ ШКАЛЫ Номер публикации/патента: RU2749289C1 Дата публикации: 2021-06-08 Номер приложения: RU2020131566 Дата регистрации: 2020-09-25 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Яровая Елена Борисовна Гаврилова, Наталья Евгеньевна Руденко Борис Александрович Жаткина Мария Васильевна Метельская, Виктория Алексеевна Правопреемник: Федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НМИЦ ТПМ» Минздрава России) МПК: A61B8/00 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: медицина.Изобретение относится к медицине, в частности к кардиологии, и может быть использовано для диагностики коронарного атеросклероза. Выполняют дуплексное сканирование (ДС) сонных артерий (КА), бедренных артерий (БА), учитывают максимальную (max.) и среднюю (сред.) степени стеноза в исследуемых артериях территорий КА и БА. Измеряют высоту наиболее сильно выступающей в просвет сосуда атеросклеротической бляшки (макс. АСП), формируют диагностические комплексы (ДК), включающие макс.АСП, средняя (ср.) и максимальная (макс.) степени стеноза в общей сонной артерии (ОСА), в области бифуркации ОСА, во внутренней сонной артерии (ВСА), в наружной сонной артерии (НСА) ), в общую бедренную артерию (ОПА), в область бифуркации ОБА, в поверхностную бедренную артерию (ПБА), в глубокую бедренную артерию (ГБА) с обеих сторон; по результатам обследования ДК оценивают в баллах и используют для определения визуальных шкал (ВШ) КА и ФА.При VStotal менее 2 баллов предполагается отсутствие атеросклероза СА. При VSобщ от 2 до 4 баллов диагностируется субклинический атеросклероз коронарных артерий. При VStotal выше 4 баллов диагностируют многососудистое поражение коронарных артерий. Способ позволяет оптимизировать подход к ведению больного, в том числе решение о проведении КАГ, и выбрать оптимальный подход к ведению больного. 1 кл, 3 табл, 5 отл.
3 RU2749632C1 СПОСОБ ДВУСТОРОННЕЙ КРИОДЕНЕРВАЦИИ ЛЕГОЧНЫХ АРТЕРИЙ И УСТРОЙСТВО ДЛЯ ЕГО ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ Номер публикации/патента: RU2749632C1 Дата публикации: 2021-06-16 Номер приложения: RU2020118100 Дата регистрации: 2020-05-21 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Шукуров Фирдавс Баходурович Фещенко Дарья Анатольевна Шаноян Артем Сергеевич Гаврилова, Наталья Евгеньевна Васильев Дмитрий Константинович Руденко Борис Александрович Правопреемник: Федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НМИЦ ТПМ» Минздрава России) МПК: А61Б18/02 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: медицина.Группа изобретений относится к области медицины, кардиологии и может быть использована при лечении легочной гипертензии. Способ билатеральной криоденервации легочных артерий криобаллонным перфузионным катетером включает: выполнение пункции правой или левой бедренных вен под местной анестезией, установку интродьюсерных интродьюсеров по методике Сельдингера. На первом этапе производят катетеризацию правых отделов сердца через интродьюсер в левую бедренную вену.Тензометрию малого круга кровообращения проводят с помощью катетера Свана-Гантца 7Fr. Для оценки параметров инвазивной гемодинамики измеряют систолическое, диастолическое, среднее давление в правом предсердии, правом желудочке, в легочной артерии, давление заклинивания легочной артерии, сердечный выброс методом термодилюции, транспульмональный градиент давления, градиент диастолического давления, при этом параметры постоянно контролируются на протяжении всей операции. Второй этап – легочная ангиография для определения анатомии и диаметров правой и левой легочных артерий.После этого проводят криобаллонную аблацию устьев правой и левой легочных артерий в 1 см от бифуркации легочного ствола с помощью криобаллонного катетера размером в зависимости от размера правой и левой легочных артерий, прикрепленного к криохирургической консоли. Для этого под рентгеноскопическим контролем по 0,035-дюймовому диагностическому проводнику, введенному через правый бедренный интродьюсер с помощью диагностического катетера типа «косичка» и проведенному максимально дистально до уровня субсегментарных ветвей, диагностический катетер типа «косичка» заменяется на правый JR4. .0 диагностический катетер, который подводят к дистальному концу диагностического проводника. Затем диагностический шаблон заменяют на более жесткий Amplatz Super Stiff (Boston Scientific). Диагностический катетер JR4.0 удален. Затем управляемый интродьюсер с гемостатическим клапаном и дилататором подводят по более жесткому проводнику до уровня легочного ствола, производят последующее удаление дилататора, при этом внутренний просвет интродьюсера совместим с диаметром легочного ствола. система доставки криобаллонного катетера.После этого на предварительно намотанный металлический проводник Amplatz Super Stiff надевают криобаллонный катетер быстросменной системы с баллоном круглой формы диаметром от 30 до 38 мм в зависимости от диаметра легочной артерии. Затем криобаллонный катетер подводят по проводнику через направляемый интродьюсер к устью одной из главных легочных артерий, при этом криобаллонный катетер располагают на 1 см дистальнее устья основной легочной артерии. Затем направляемый интродьюсер оттягивают на себя на 20 см, чтобы открыть отверстие быстросменной системы, предназначенное для проводника.Затем криобаллонный катетер подключают к криохирургической консоли с заданными параметрами абляции. Далее проводят криоинфляцию путем надувания криобаллона хладагентом, поступающим в расширяемый баллон через канал с 8 отверстиями, расположенный по всей длине катетера криобаллона, до достижения температуры -60°С. Во время криоаблации температуру контролируют с помощью датчика температуры, изолированного от канала подачи холодового агента до конца криобаллонного катетера.При надувании баллона в просвете сосуда металлический проводник удаляется, проходя в собственном изолированном канале, освобождая просвет для кровотока. Выполняется однократное применение продолжительностью 240 секунд. По завершении аппликации подача хладагента автоматически прекращается криохирургической консолью, после чего производится сдувание криобаллона, после чего катетер криобаллона полностью удаляется. И снова проводят проводник во вторую легочную артерию, а через нее проводят криобаллонный катетер расчетного размера, после чего производят криобаллонную абляцию другой легочной артерии.В конце вмешательства оценивают показатели гемодинамики с помощью катетера Сван-Ганца, при этом эффективность операции определяют по снижению уровня мРАФ более чем на 10%. Устройство для баллонной криоденервации легочных артерий представляет собой криобаллонный перфузионный катетер быстросменной системы, корпус которого изготовлен из биосовместимого сополимера общей длиной 140 см, состоящий из вводимой в корпус рабочей части и рукоятки. с разъемом для подключения к криохирургической консоли и содержащий овальный двухслойный баллон, канал с 8 отверстиями, перегородку, канал для металлического проводника, датчик температуры на основе термопары для контроля температуры при криоабляции.Овальный двухслойный баллон изготовлен из полиуретана. Диаметр баллона при надувании составляет от 30 до 38 мм в зависимости от диаметра легочных артерий и их анатомии с шагом 2 мм. Канал с 8 отверстиями расположен вдоль
4 RU2748776C1 СПОСОБ ДИСТАЛЬНОГО БЕДРОВОГО ВЕНОЗНОГО ДОСТУПА ПРИ КАТЕТЕРНЫХ ВМЕШАТЕЛЬСТВАХ У БОЛЬНЫХ С НАРУШЕНИЯМИ СЕРДЦА Номер публикации/патента: RU2748776C1 Дата публикации: 2021-05-31 Номер приложения: RU2020128019 Дата регистрации: 2020-08-24 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Тарасов Алексей Владимирович Давтян Карапет Воваевич Топчян Арпи Грайровна Калемберг Андрей Анатольевич Брутян, Акоп Альбертович Симонян Георгий Юрьевич Чугунов, Иван Александрович Абдуллаев Аслан Мурадович Правопреемник: Федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НМИЦ ТПМ» Минздрава России) МПК: A61B8/00 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: медицина.Изобретение относится к медицине, а именно к кардиологии. Бедренную вену канюлируют в среднем сегменте бедра под контролем УЗИ, что необходимо для визуализации целевой области канюляции и подтверждения входа в просвет сосуда. Далее следует воспользоваться проволочным проводником и рентгеноскопически подтвердить достижение нижней полой вены. Технический результат: способ позволяет активизировать больных в максимально ранние сроки после вмешательства, значительно облегчить течение раннего послеоперационного периода.1 кл., 1 черт., 1 отл.
5 RU2018130492A3 МЕТОД УТРЕННЕГО ИЗМЕРЕНИЯ АРТЕРИАЛЬНОГО ДАВЛЕНИЯ У БОЛЬНЫХ СТАБИЛЬНОЙ АРТЕРИАЛЬНОЙ ГИПЕРТОНИЕЙ Номер публикации/патента: RU2018130492A3 Дата публикации: 2020-02-26 Номер приложения: RU2018130492 Дата регистрации: 2018-08-22 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Горбунов Владимир Михайлович Андреева Галия Фатиховна Правопреемник: Федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НМИЦ ТПМ» Минздрава России) МПК: A61B5/00 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: медицина; кардиология.Осуществляют амбулаторное мониторирование артериального давления (СМАД). В утренние часы на кривой суточной динамики АД выбирают интервалы времени (ТИ). При этом утреннее АД рассчитывается на основе среднего арифметического 7–8 измерений для любого из фиксированных ТИ, выбранных в зависимости от скорости повышения АД без связи с дневником больного и времени пробуждения или вставания. ТИ выбирают либо с 5 до 7 часов, либо с 7 до 9 часов, либо с 9 до 11 часов. Технический результат: способ позволяет исключить субъективизм из оценки степени повышения АД, повысить эффективность профилактических мероприятий. , подбор наиболее эффективной антигипертензивной терапии, кроме того, метод имеет высокий уровень валидности.1 кл, 2 рис.
6 RU2722851C2 МЕТОД УТРЕННЕГО ИЗМЕРЕНИЯ АРТЕРИАЛЬНОГО ДАВЛЕНИЯ У БОЛЬНЫХ СТАБИЛЬНОЙ АРТЕРИАЛЬНОЙ ГИПЕРТОНИЕЙ Номер публикации/патента: RU2722851C2 Дата публикации: 2020-06-04 Номер приложения: RU2018130492 Дата регистрации: 2018-08-22 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Горбунов Владимир Михайлович Андреева Галия Фатиховна Правопреемник: Федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НМИЦ ТПМ» Минздрава России) МПК: A61B5/00 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: медицина; кардиология.Осуществляют амбулаторное мониторирование артериального давления (СМАД). В утренние часы на кривой суточной динамики АД выбирают интервалы времени (ТИ). При этом утреннее АД рассчитывается на основе среднего арифметического 7–8 измерений для любого из фиксированных ТИ, выбранных в зависимости от скорости повышения АД без связи с дневником больного и времени пробуждения или вставания. ТИ выбирают либо с 5 до 7 часов, либо с 7 до 9 часов, либо с 9 до 11 часов. Технический результат: способ позволяет исключить субъективизм из оценки степени повышения АД, повысить эффективность профилактических мероприятий. , подбор наиболее эффективной антигипертензивной терапии, кроме того, метод имеет высокий уровень валидности.1 кл, 2 рис.
7 RU2718303C1 МЕТОД ВЫБОРА ТЕРАПЕВТИЧЕСКОЙ ПОДХОДНОСТИ К АРТЕРИАЛЬНОЙ ГИПЕРТОНИИ Номер публикации/патента: RU2718303C1 Дата публикации: 2020-04-01 Номер приложения: RU2019118312 Дата регистрации: 2019-06-13 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Горшков Александр Юрьевич Федорович, Андрей Александрович Правопреемник: федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НИМИЦ ПМ» Минздрава России) МПК: A61B8/06 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: медицина.Изобретение относится к медицине, а именно к функциональной диагностике сердечно-сосудистой системы в кардиологии, и может быть использовано для выбора лечебной тактики при артериальной гипертензии (АГ). Далее следуют три этапа обследования пациента. На первом этапе исследуют периферический и микроциркуляторный кровоток, при этом сначала проводят капилляроскопию (КС) в течение 10–15 минут в положении сидя в области ногтевого ложа безымянного пальца левой руки. Затем в положении лежа в течение 45 минут, включая пятнадцатиминутный период адаптации, проведена лазерная допплеровская флоуметрия (ЛДФ) в области носовой фаланги среднего пальца и фотоплетизмография (ФПГ) в области ногтевой фаланги указательного пальца левой руки. с констриктивными и дилататорными функциональными пробами.На втором этапе в течение 45–60 минут проводят ультразвуковое исследование сердца (ЭхоКГ) и магистральных сосудов (ДУЗИ) с определением уровня потока зависимой вазодилатации в плечевой артерии (ФЗВД). На третьем этапе проводят суточное мониторирование артериального давления (САДМ). При обнаружении отклонения от нормы на третьем этапе исследования, отсутствии отклонения от нормы на втором этапе и Av>0,08 pu в ЛДФ начальным этапом терапии является немедикаментозная АГ. Динамический мониторинг проводится один раз в три месяца в объеме первого и третьего этапов.При обнаружении отклонения от нормы на третьем этапе исследования, отсутствии отклонения от нормы на втором этапе и снижении амплитуды нейрогенной (Ан) и эндотелиальной (Аэ) вазомоторной активности ниже 0,2 п.е. назначают медикаментозную терапию. . Динамический контроль проводят один раз в две недели в рамках первого и третьего этапов исследования. Способ позволяет выбрать тактику лечения АГ путем сочетания методов КС, ЛДФ, ФПГ, ЭхоКГ, ДУЗИ и ДМАГ. 1 кл., 3 рис., 9 ст, 2 отл
8 RU2018130492А МЕТОД УТРЕННЕГО ИЗМЕРЕНИЯ АРТЕРИАЛЬНОГО ДАВЛЕНИЯ У БОЛЬНЫХ СТАБИЛЬНОЙ АРТЕРИАЛЬНОЙ ГИПЕРТОНИЕЙ Номер публикации/патента: RU2018130492А Дата публикации: 2020-02-26 Номер приложения: RU2018130492 Дата регистрации: 2018-08-22 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Горбунов Владимир Михайлович Андреева Галия Фатиховна Правопреемник: Федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НМИЦ ТПМ» Минздрава России) МПК: A61B5/00 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: медицина; кардиология.Осуществляют амбулаторное мониторирование артериального давления (СМАД). В утренние часы на кривой суточной динамики АД выбирают интервалы времени (ТИ). При этом утреннее АД рассчитывается на основе среднего арифметического 7–8 измерений для любого из фиксированных ТИ, выбранных в зависимости от скорости повышения АД без связи с дневником больного и времени пробуждения или вставания. ТИ выбирают либо с 5 до 7 часов, либо с 7 до 9 часов, либо с 9 до 11 часов. Технический результат: способ позволяет исключить субъективизм из оценки степени повышения АД, повысить эффективность профилактических мероприятий. , подбор наиболее эффективной антигипертензивной терапии, кроме того, метод имеет высокий уровень валидности.1 кл, 2 рис.
9 RU2722986C1 МЕТОД ПРОГНОЗИРОВАНИЯ ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО РИСКА ТРОМБОЭМБОЛИЧЕСКИХ ОСЛОЖНЕНИЙ У БОЛЬНЫХ СТАРОГО ВОЗРАСТА С ФИБРИЛЛЯЦИЕЙ ПРЕДСЕРДИЙ Номер публикации/патента: RU2722986C1 Дата публикации: 2020-06-05 Номер приложения: RU2019143342 Дата регистрации: 2019-12-24 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Кутищенко Наталья Петровна Лукина Юлия Владимировна Марцевич Сергей Юрьевич Правопреемник: Федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НМИЦ ТПМ» Минздрава России) МПК: A61B5/00 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: медицина.Изобретение относится к медицине, кардиологии, геронтологии. У больных определяют возраст, собирают данные анамнеза на наличие мерцательной аритмии (ФП), артериальной гипертензии, сахарного диабета, ишемической болезни сердца – острого инфаркта миокарда, атеросклероза периферических артерий, застойной хронической сердечной недостаточности (ХСН), тромбоэмболических осложнений ( ТИК), включая мозговые инсульты. Диагностика наличия ФП путем анализа записанной электрокардиограммы (ЭКГ) или результатов холтеровского мониторирования ЭКГ, наличия атеросклеротических бляшек путем дуплексного сканирования артерий; снижение фракции выброса (ФВ) у пациентов с симптомами ХСН, сопровождающими эхокардиографию.Оценивается назначение/неназначение пероральных антикоагулянтов (ОАК). С помощью анкеты определяется приверженность пациента к рекомендуемому приему ОАК. По заявленной математической формуле рассчитывается индекс дополнительного риска ТЭО (ТЭП ОРИ). Значение ARI TEC показывает низкий риск – при значении до 0,2 средний риск 0,3–0,6, высокий риск 0,7–0,9 и ARI TEC более 1,0 – очень высокий дополнительный риск TEC.ЭФФЕКТ: Метод обеспечивает универсальную и достоверную оценку дополнительного риска ТЭО у пожилых пациентов, страдающих ФП, путем определения суммарного риска ТЭО, оценки проводимой антикоагулянтной терапии, а также диагностики приверженности больных к рекомендованному лечению.1 сл, 1 ст, 4 пр
10 RU2718656C1 МЕТОД ОДНОВРЕМЕННОЙ ДВУХКАНАЛЬНОЙ СТИМУЛЯЦИИ ПРИ КРИОБАЛЛОНОВОЙ АБЛЯЦИИ ЛЕГОЧНЫХ ВЕН С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ASTROCARD — CARDIOEFI SYSTEM II Номер публикации/патента: RU2718656C1 Дата публикации: 2020-04-13 Номер приложения: RU2019107472 Дата регистрации: 2019-03-15 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Давтян Карапет Воваевич Топчян Арпи Грайровна Калемберг Андрей Анатольевич Брутян, Акоп Альбертович Симонян Георгий Юрьевич Правопреемник: федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НМИЦ ТМП» Минздрава России) МПК: А61Б5/02 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: медицина.Изобретение относится к области медицины, а именно к кардиологии. Независимую двухканальную стимуляцию правых легочных вен и ипсилатерального диафрагмального нерва проводят с помощью системы Astrocard — CardioEfi II. Стимуляцию электрода Achieve в правых легочных венах проводили с помощью основного стимулятора системы Astrocard — CardioEfi II. Стимуляция ипсилатерального диафрагмального нерва — с помощью 2-х встроенных стимуляторов Астрокарда — системы CardioEfi II.Технический результат: способ позволяет упростить самостоятельную двухканальную стимуляцию при криобаллонной абляции легочных вен, сократить длительность процедуры, повысить эффективность аблации и тем самым снизить потребность в повторных процедурах, частоту госпитализаций и улучшить качество жизни пациентов. , 6 рис., 1 пр.
11 RU2739113C1 МЕТОД ОПРЕДЕЛЕНИЯ АКТИВНОСТИ МАННАНАСВЯЗЫВАЮЩИХ ЛЕКТИНАССОЦИИРОВАННЫХ СЕРИНПРОТЕАЗ В ТЕСТЕ КОАГУЛЯЦИИ ФИБРИНОГЕНА Номер публикации/патента: RU2739113C1 Дата публикации: 2020-12-21 Номер приложения: RU2019131354 Дата регистрации: 2019-10-04 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Шойбонов Батожаб Батожаргалович Литинская, Ольга Анатольевна Лебедева, Ольга Алексеевна Григорьева Диана Викторовна Баронеты, Татьяна Павловна Серебрякова, Наталья Юрьевна Правопреемник: Федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НМИЦ ТПМ» Минздрава России) МПК: C12Q1/37 Абстрактный: Изобретение относится к клинической иммунологии; гемостазиология.Изобретение относится к определению активности маннан-связывающих лектин-ассоциированных сериновых протеаз-1 и 2 (MASP-1,2) в тесте коагуляции фибриногена. Способ определения активности маннан-связывающих лектин-ассоциированных сериновых протеаз-1 и 2 (MASP-1 и MASP-2) в тесте коагуляции фибриногена, включающий использование плазмы с ЭДТА в качестве источника фибриногена MASP-1 и MASP- 2, а поскольку в качестве активатора лектинового пути системы комплемента используется маннан дрожжей, активацию активации MASP начинают путем добавления 25 мкл 10 % раствора CaCl2, разбавленного (1:31), к 25 мкл слитой ЭДТА-плазмы крови здоровых доноров и 50 мкл трис-имидазольного буфера, рН 7.4, затем определяют степень коагуляции фибриногена как разницу изменения мутности пробы при 450 нм после 45-минутной инкубации при 37°С, степень коагуляции оценивают относительно пробы, содержащей тромбин человека вместо анализируемой плазмы крови человека, не более поглощение фибринового сгустка, полученного с тромбином при 450 нм, принимают за 100 % коагуляцию фибриногена, при этом коагуляция до 25 % считается низкой активностью MASP-1 и MASP-2 в тесте на коагуляцию фибриногена, от 26 % до 49 % — за среднюю активность MASP-1 и MASP-2 и выше 50 %, поскольку высокая активность MASP-1 и MASP-2 в тесте на коагуляцию фибриногена.Изобретение обеспечивает расширение спектра лабораторных скрининговых тестов для диагностики гиперкоагуляции и угрозы тромбообразования, обусловленных высокой функциональной активностью MASP-1,2 в тесте на коагуляцию фибриногена. 1 кл, 4 табл, 2 отл.
12 RU2712643C1 МЕТОД ОПРЕДЕЛЕНИЯ ФИБРИНОГЕНА И ОЦЕНКИ ЕГО ФУНКЦИОНАЛЬНОСТИ Номер публикации/патента: RU2712643C1 Дата публикации: 2020-01-30 Номер приложения: RU2019133714 Дата регистрации: 2019-10-23 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Шойбонов Батожаб Батожаргалович Литинская, Ольга Анатольевна Лебедева, Ольга Алексеевна Кравченко Михаил Андреевич Григорьева Диана Викторовна Баронеты, Татьяна Павловна Серебрякова, Наталья Юрьевна Худяков Михаил Борисович Правопреемник: федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НИМИЦ ПМ» Минздрава России) МПК: Г01Н33/86 Абстрактный: Изобретение относится к лабораторной диагностике.Изобретение относится к лабораторной диагностике и может быть использовано для выявления фибриногена при термокоагуляции плазмы цитоплазмы и оценки его функциональных возможностей. Способ определения фибриногена при термокоагуляции цитратной плазмы и оценки ее функциональных возможностей, включающий тепловую коагуляцию цитратной плазмы путем инкубации в течение 5 мин при 56 °С с последующей фотометрической регистрацией при длине волны 450 нм, с последующим расчетом содержания фибриногена по формуле: ФГ (г/л)=ΔA×5,29, где ΔA– изменение оптической плотности пробы при термической коагуляции цитратной плазмы; 5.29 — расчетный коэффициент пересчета изменения оптической плотности исследуемого образца в г/л фибриногена, представляющий собой отношение белка в осадке фибриногена к изменению оптической плотности в образце при термокоагуляции плазмы, рассчитанный по функциональности фибриногена как разницу между значениями фибриногена, определенными этим методом и методом Клауса, рассчитывая разницу в % и определяя разницу более 10% как нарушенную функциональность фибриногена. Технический результат: описанный выше способ является простым, информативным и специфичным тестом для определения фибриногена и его функциональности. , позволяет проводить широкий скрининг и выявлять людей, склонных к тромбозам.1 кл, 1 рис., 3 табл.
13 RU2732388C1 МЕТОД ОПРЕДЕЛЕНИЯ ФИБРИНОГЕНА И ОЦЕНКА ЕГО ФУНКЦИОНАЛЬНОСТИ Номер публикации/патента: RU2732388C1 Дата публикации: 2020-09-16 Номер приложения: RU2020116389 Дата регистрации: 2020-04-27 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Шойбонов Батожаб Батожаргалович Литинская, Ольга Анатольевна Лебедева, Ольга Алексеевна Баронеты, Татьяна Павловна Худяков Михаил Борисович Раднаева, Чимит Батожабовна Правопреемник: Федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НМИЦ ТПМ» Минздрава России) МПК: Г01Н33/86 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: химия.Изобретение относится к лабораторной диагностике и может быть использовано для определения фибриногена и оценки его функциональности. Способ определения фибриногена (ФГ) при рекальцификации цитратной плазмы и его функциональности включает активацию контактного пути коагуляции в полистироловых 96-луночных плоскодонных планшетах для иммуноанализа путем смешивания цитратной плазмы крови с хлоридом кальция с последующей фотометрической регистрацией свертывания, при этом для интенсификации фибриногена коагуляция, в исследуемой пробе осмолярность снижают добавлением 50 мкл дистиллированной воды к 150 мкл тест-системы, в контрольную пробу вместо воды добавляют 50 мкл буфера VBS, запускают реакцию коагуляции добавлением 50 мкл 25 мМ Образец CaClinto тщательно перемешивают, измеряют оптическую плотность образцов, затем инкубируют 120 мин при 37°С, определение коагуляции плазмы проводят фотометрически по изменению мутности образцов при длине волны 450 нм с интервалами измерения 0 и 120 минут. , в исходной плазме определяют содержание ФГ по методу Клауса, рассчитывая индивидуальный коэффициент переноса изменений по оптической плотности в пробе при коагуляции как отношение ФГ по Клаусу к изменению оптической плотности пробы (ΔА), средний коэффициент и содержание фибриногена рассчитывают по формуле: ФГ (г/л) = ΔА×4.9, где: ΔA – изменение оптической плотности образца при плазменной коагуляции; 4,9 — среднее значение коэффициента преобразования оптической плотности пробы при плазменной коагуляции в г/л фибриногена; дисфункции фибриногена определяют как разницу между количествами фибриногена, определяемыми данным методом и способом. Изобретение обеспечивает простой, информативный и специфичный тест для определения фибриногена и его функциональности и позволяет проводить широкий скрининг и выявление людей, склонных к тромбозам.1 кл, 4 табл, 2 рис.
14 RU2732385C1 СПОСОБ ОКИСЛЕНИЯ МОДИФИЦИРОВАННОГО ФИБРИНОГЕНА Номер публикации/патента: RU2732385C1 Дата публикации: 2020-09-16 Номер приложения: RU2020116388 Дата регистрации: 2020-04-27 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Литинская, Ольга Анатольевна Лебедева, Ольга Алексеевна Баронеты, Татьяна Павловна Худяков Михаил Борисович Раднаева, Чимит Батожабовна Шойбонов Батожаб Батожарголович Правопреемник: Федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НМИЦ ТПМ» Минздрава России) МПК: Г01Н33/53 Абстрактный: Изобретение относится к биотехнологии.Изобретение относится к лабораторной диагностике и может быть использовано для определения окисленного фибриногена. Способ определения окислительно-модулированного фибриногена (омФГ) при рекальцификации цитратной плазмы включает определение коагуляции цитратной плазмы фотометрически по изменению мутности проб при длине волны 450 нм с интервалами измерения 0, 30 и 60 мин, определение фибриногена (ФГ) по метод Клауса, расчет индивидуального коэффициента (ИК) передачи изменений оптической плотности (ΔА450) образцов через 60 минут инкубации как отношение ФГ, определенного по методу Клауса, к ΔА450 за 60 минут инкубации, определение ΔА450 за 30 мин инкубации, расчет ФГ, коагулированных за 30 мин инкубации, по формуле: ФГ(30) (г/л) = ΔА450 (30 мин) × ИК, затем расчет содержания омФГ, определение содержания отношения омФГ к общему РН, определенному по методу Клауса, при содержании более 10 % констатируют высокий уровень омФГ и наличие оксидативного стресса в организме человека.Изобретение обеспечивает широкий скрининг, выявление лиц с высоким оксидативным стрессом, проведение противовоспалительной терапии и контроль эффективности терапии. 1 кл, 1 табл.
15 RU2738568C1 СПОСОБ ПОЛНОЙ ЦИРКУЛЯРНОЙ КРИОДЕНЕРВАЦИИ ЛЕГОЧНЫХ АРТЕРИЙ И ЛЕГОЧНОГО СТВОЛА Номер публикации/патента: RU2738568C1 Дата публикации: 2020-12-14 Номер приложения: RU2020110777 Дата регистрации: 2020-03-13 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Шукуров Фирдавс Баходурович Фещенко Дарья Анатольевна Шаноян Артем Сергеевич Гаврилова, Наталья Евгеньевна Васильев Дмитрий Константинович Руденко Борис Александрович Правопреемник: Федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр терапии и профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НМИЦ ТПМ» Минздрава России) МПК: А61Б18/02 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: медицина.Изобретение относится к области медицины, а именно к кардиологии. Выполняют криодеструкцию правой и левой легочных артерий с помощью точечного катетера криохирургической консоли Cardiac Cryoablation System, Medtronic, в процессе которой оценивают анатомию легочной артерии. Для этого проводят контрольную ангиографию через интродьюсер. Затем с помощью интродьюсера в область бифуркации легочной артерии подводят криокатетер. Выполнение аппликаций, при котором кончик катетера перемещают под рентгеноскопическим контролем на расстояние 2 мм от исходного положения, поворачивая ручку по часовой стрелке или против нее.Холодовые аппликации осуществляют при следующих параметрах: достижение температуры -80°С с продолжительностью воздействия на каждую точку 120 с, при этом минимальное количество аппликаций — 10 на устье каждой легочной артерии. Далее следует 10 аппликаций в терминальную область легочного ствола. Баллонный катетер по проводнику подводят параллельно предыдущему электроду до уровня электрода. Сопровождается вздутием живота за счет уменьшения диаметра артерии до контакта электрода артериального эндотелиального катетера.Размер баллонного катетера определяют интраоперационно. Способ позволяет добиться достоверного снижения давления в легочной артерии, что позволяет улучшить качество и продолжительность жизни больных с легочной гипертензией различного генеза. 1 кл., 1 пр., 5 рис.
16 RU2717946C1 МЕТОД ОПРЕДЕЛЕНИЯ ПУТИ АКТИВАЦИИ СИСТЕМЫ КОМПЛЕМЕНТАРНОСТИ ТРОМБИНА Номер публикации/патента: RU2717946C1 Дата публикации: 2020-03-27 Номер приложения: RU2019118311 Дата регистрации: 2019-06-13 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Шойбонов Батожаб Батожаргалович Литинская, Ольга Анатольевна Лебедева, Ольга Алексеевна Григорьева Диана Викторовна Баронеты, Татьяна Павловна Серебрякова, Наталья Юрьевна Правопреемник: федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НИМИЦ ПМ» Минздрава России) МПК: Г01Н33/50 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: иммунология.Изобретение относится к клинической иммунологии и гемостазиологии. Предложен способ определения тромбинового пути активации системы комплемента (TPCSA) методом лизиса эритроцитов группы А человека, включающий использование цитратной плазмы крови человека в качестве источника циркулирующего тромбина, его природного субстрата — компонента С5 и белков мембраноатакующего комплекса С6. , С7, С8 и С9, протеолиз компонента С5 тромбина комплемента приводит к образованию мембраноатакующего комплекса и лизису добавленной 1 % взвеси эритроцитов, активность TPCSA в образце определяют методом турбидиметрии после 10-минутной инкубации при 37 °С по калибровочной кривой, где 100 % лизис – это полный лизис эритроцитов человека с добавлением воды, а контроль эритроцитов по спонтанному лизису – 0 % лизис, при лизисе до 30 % эритроцитов человека считается нормальной активностью системы комплемента тромбинового пути, от От 30 до 60 % — повышенная активность и более 60 % лизиса — высокая активность тромбинового пути человека.Изобретение обеспечивает новый подход к определению активности тромбинового пути активации системы комплемента, упрощает тестирование и исключает многократный контакт оператора с биоматериалом. 1 кл., 3 рис., 7 табл., 9 пр.
17 RU2707660C1 МЕТОД ОЦЕНКИ УТРЕННЕГО ПОВЫШЕНИЯ АМБУЛАТОРНОГО АРТЕРИАЛЬНОГО ДАВЛЕНИЯ У БОЛЬНЫХ АРТЕРИАЛЬНОЙ ГИПЕРТОНИЕЙ Номер публикации/патента: RU2707660C1 Дата публикации: 2019-11-28 Номер приложения: RU2018130490 Дата регистрации: 2018-08-22 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Горбунов Владимир Михайлович Андреева Галия Фатиховна Правопреемник: федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НИМИЦ ПМ» Минздрава России) МПК: A61B5/00 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: медицина.Изобретение относится к медицине, а именно к кардиологии. Проводят мониторирование артериального давления, на основании которого определяют величину утреннего прироста АД как разницу между средним утренним АД и минимальным ночным АД. Среднее утреннее АД рассчитывают на основании четырех-восьми уровней артериального давления за фиксированные двухчасовые интервалы времени (ТИ) либо с 6 до 8 часов, либо с 7 до 9 часов, рассчитывая независимо от времени пробуждения. позволяет устранить субъективизм и повысить достоверность утреннего повышения амбулаторного артериального давления у больных гипертонической болезнью.1 кл, 5 рис., 2 табл.
18 RU2680848C1 МЕТОД ОЦЕНКИ ХАРАКТЕРА АУТОИММУННОЙ РЕАКЦИИ ОРГАНИЗМА ЧЕЛОВЕКА НА МНОЖЕСТВЕННО МОДИФИЦИРОВАННЫЕ ЛИПОПЕЛЕТЫ НИЗКОЙ ПЛОТНОСТИ В ЛИТИЧЕСКОМ ТЕСТЕ Номер публикации/патента: RU2680848C1 Дата публикации: 2019-02-28 Номер приложения: RU2017136546 Дата регистрации: 2017-10-17 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Эльяшевич, Софья Олеговна Шойбонов Батожаб Батожаргалович Гурева Вера Маратовна Яблокова, Маргарита Евгеньевна Григорьева Диана Викторовна Правопреемник: федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НИМИЦ ПМ» Минздрава России) МПК: Г01Н33/53 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: медицина.Изобретение относится к медицине, в частности к клинической иммунологии, и может быть использовано для оценки литической активности множественно модифицированных липопротеидов низкой плотности. Способ включает приготовление осадка из сыворотки крови человека путем инкубации супернатанта, полученного после предварительной преципитации множественных модифицированных липопротеидов низкой плотности (ммЛПНП), с буфером, содержащим 20 % поливинилпирролидона с молекулярной массой 35000 (ПВП-35000), в течение 30 минут при 4 °С. . Затем образовавшиеся агрегаты иммунных комплексов, содержащих ммЛПНП (ИК-ммЛНП), осаждают центрифугированием при 4°С в течение 10 мин при 31000 g, декантируют, полученный осадок растворяют в буфере без ПВП-35000 и определяют содержание холестерина в иммунных комплексах. определенный.К пробам ммЛПНП и ИК-ммЛНП добавляют стандартизированные эритроциты барана, инкубируют в течение 24 часов при 37°С, рассчитывают коэффициент удельной литической активности (С) ммЛПНП и ИК-ммЛНП как отношение степени лизиса к холестерина в этих комплексах, значения Коф ммЛПНП и ИК-ммЛНП сравнивают у обследуемого. В случае снижения этого коэффициента ИК-ммЛНП по сравнению с КммЛНП оценивают как нейтрализацию литической активности. При обратном эффекте, с тенденцией к увеличению этого коэффициента IC-ммЛПНП, оценивается повышение литической активности.Равные значения С(ммЛПНП) и С(ИК-ммЛНП) свидетельствуют о том, что аутоантитела, связываясь с ммЛНП в иммунных комплексах, не влияют на литическую активность. Технический результат: использование изобретения позволяет оценить характер аутоиммунной реакции организма на ммЛПНП для раннего прогнозирования течения и контроля эффективности патогенетической терапии атеросклероза.1 кл, 1 экс, 7 табл, 1 дг
19 RU2707568C1 ОПРЕДЕЛЕНИЕ АКТИВНОСТИ КЛАССИЧЕСКОГО ПУТИ СИСТЕМЫ КОМПЛЕМЕНТА В ТЕСТЕ КОАГУЛЯЦИИ ФИБРИНОГЕНА Номер публикации/патента: RU2707568C1 Дата публикации: 2019-11-28 Номер приложения: RU2019110111 Дата регистрации: 2019-04-05 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Шойбонов Батожаб Батожаргалович Литинская, Ольга Анатольевна Лебедева, Ольга Алексеевна Григорьева Диана Викторовна Серебрякова, Наталья Юрьевна Правопреемник: федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НИМИЦ ПМ» Минздрава России) МПК: C12Q1/56 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: медицина.Изобретение относится к медицине. Предложен способ определения активности комплемента по классическому пути в тесте на коагуляцию фибриногена, включающий использование сыворотки крови человека в качестве источника комплемента и обработанной 9,1% поливинилпирролидоном с молекулярной массой 35000 цитратной плазмы в качестве источника протромбинового комплекса с фактором XII и фибриноген. Степень коагуляции фибриногена определяют как разницу в изменении мутности образца при 450 нм после 20-минутной инкубации при 37°С.Коагуляция на уровне до 20 % считается низкой активностью комплемента, от 20 % до 49 % — средней активностью комплемента, а более 49 % — высокой активностью комплемента в тесте на коагуляцию фибриногена. комплекс лабораторных скрининговых тестов для диагностики гиперкоагуляции, обусловленной высокой функциональной активностью классического пути системы комплемента в тесте на коагуляцию фибриногена.1 кл, 6 табл, 4 отл.
20 RU2709341C1 ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЦИРКУЛЯЦИОННОГО ТРОМБИНА В ТЕСТЕ АКТИВАЦИИ КОМПЛЕМЕНТА Номер публикации/патента: RU2709341C1 Дата публикации: 2019-12-17 Номер приложения: RU2019112043 Дата регистрации: 2019-04-19 Изобретатель: Драпкина Оксана Михайловна Шойбонов Батожаб Батожаргалович Литинская, Ольга Анатольевна Лебедева, Ольга Алексеевна Григорьева Диана Викторовна Баронеты, Татьяна Павловна Серебрякова, Наталья Юрьевна Правопреемник: федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный медицинский исследовательский центр профилактической медицины» Министерства здравоохранения Российской Федерации (ФГБУ «НИМИЦ ПМ» Минздрава России) МПК: Г01Н21/62 Абстрактный: ОБЛАСТЬ: иммунология.Изобретение относится к клинической иммунологии и гемостазиологии и может быть использовано для оценки степени внутрисосудистого свертывания крови по функциональной активности тромбина, связанного с циркулирующими фибрин-мономерными комплексами, в тесте активации комплемента. Способ определения тромбиновой активности, связанной с циркулирующими фибрин-мономерными комплексами, в реакции активации комплемента включает использование цитратной плазмы крови человека, добавление взвеси эритроцитов к барану, инкубацию при 37°С в течение 10 минут, измерение оптической плотности образца на фотометре в течение иммуноферментный анализ при 620 нм, определение активности тромбина по степени лизиса эритроцитов барана с использованием калибровочной кривой, где 100 % лизис – полный лизис эритроцитов барана с добавлением воды, а контроль спонтанного лизиса – 0 % лизиса, при лизисе более 10 %, констатирующих высокую тромбиновую активность плазмы крови.Технический результат — определение циркулирующего тромбина в тесте активации комплемента.

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.