Показатели клеточного иммунитета: T-лимфоциты (CD3+CD19-), T-хелперы (CD3+CD4+CD45+), T-цитотокс. (CD3+CD8+CD45+), T-reg. (CD4+CD25brightCD45+), активированные (CD3+HLA-DR+CD38+)

Содержание

ПОКАЗАТЕЛИ КЛЕТОЧНОГО ИММУНИТЕТА ПАЦИЕНТОВ С ХРОНИЧЕСКИМ ПОЛИПОЗНЫМ РИНОСИНУСИТОМ | Савлевич

1. Eгоров В.И., Савлевич Е.Л. Место врожденного иммунитета в развитии хронического риносинусита и перспективы тактики консервативного лечения // Альманах клинической медицины, 2016. Т. 44, № 7. С. 850-856. [Egorov V.I., Savlevich E.L. Тhe role of innate immunity in the development of chronic rhinosinusitis and perspectives of its conservative management. Almanakh klinicheskoy meditsiny = Almanac of Clinical Medicine, 2016, Vol. 44, no. 7, pp. 850-856. (In Russ.)]

2. Герасимов А.Н., Морозова Н.И. Параметрические и непараметрические методы в медицинской статистике // Эпидемиология и вакцинопрофилактика, 2015. Т. 5, № 84. С. 6-12. [Gerasimov A.N., Morozova N.I. Parametric and nonparametric methods in medical statistics. Epidemiologiya i vaktsinoprofilaktika = Epidemiology and Vaccinal Prevention, 2015, Vol. 5, no. 84, pp. 6-12. (In Russ.)]

3. Козлов В.С., Савлевич Е.Л. Полипозный риносинусит. Современные подходы к изучению патогенеза, диагностике и лечению // Вестник оториноларингологии, 2015. Т. 80, № 4. С. 107-111. [Kozlov V.S., Savlevich E.L. Chronic rhinosinusitis with nasal polyps. The recent trend in the studies of the pathogenesis, diagnosis and treatment of this disease. Vestnik otorinolaringologii, 2015, Vol. 80, no. 4, pp. 107-111. (In Russ.)]

4. Кудайбергенова С.Ф., Ногаев Н., Камалбеков А. Цитокиновый профиль при полипозном риносинусите // Вестник Казахского Национального медицинского университета, 2013. Т. 1, № 4. С. 154-155. [Kudaybergenova S.F., Nogaev N., Kamalbekov A. The cytokine profile in polypoid rhinosinusitis. Vestnik Kazakhskogo Natsional`nogo meditsinskogo universiteta = Vestnik of the Kazakh National Medical University, 2013, Vol. 1, no. 4, pp. 154-155. (In Russ.)]

5. Лаптева А.М., Коленчукова О.А., Смирнова С.В. Особенности иммунного статуса и назального микробиоценоза при полипозном риносинусите и астматической триаде // Медицинская иммунология, 2016. Т. 18, № 6. С. 563-568. [Lapteva A.M., Kolenchukova O.A., Smirnova S.V. Immune parameters and nasal microflora in patients with polypoid rhinosinusitis and asthmatic triad. Meditsinskaya immunologiya = Medical Immunology (Russia), 2016, Vol. 18, no. 6, pp. 563-568. (In Russ.)] doi: 10.15789/1563-0625-2016-6-563-568.

6. Магомедова К.М., Саидов М.З., Давудов Х.Ш., Климова С.В., Будихина А.С, Нажмудинов И.И. Взаимосвязь состояния системного и местного адаптивного иммунитета с рецидивами при полипозном риносинусите // Российская оториноларингология, 2009. Т. 6, № 43. С. 60-66. [Magomedova K.M., Saidov M.Z., Davudov Kh.Sh., Klimova S.V., Budikhina A.S., Nazhmudinov I.I. Relation with condition of systemic and local adaptive immunity with relapses at polypous rhinosinusitis. Rossiyskaya otorinolaringologiya = Russian Otorhinolaryngology, 2009, Vol. 6, no. 43, pp. 60-66. (In Russ.)]

7. Семенов М.В., Зурочка А.В., Зурочка В.А. Изменение количества Т-регуляторных клеток у пациентов, страдающих полипозным риносинуситом на фоне лечения назальными топическими глюкокортикостероидами // Медицинская иммунология, 2012. Т. 14, № 3. С. 233-238. [Semenov M.V., Zurochka A.V., Zurochka V.A. Quantititative changes of T-regulatory cells in patients with polipous rhinosinusitis treated by nasal glucocorticosteroids. Meditsinskaya immunologiya = Medical Immunology (Russia), 2012, Vol. 14, no. 3, pp. 233-238. (In Russ.)] doi: 10.15789/1563-0625-2012-3-233-238.

8. Хайдуков С.В., Зурочка А.В., Тотолян Арег А., Черешнев В.А. Основные и малые популяции лимфоцитов периферической крови человека и их нормативные значения (методом многоцветного цитометрического анализа) // Медицинская иммунология, 2009. Т. 11, № 2-3. С. 227-238. [Khaidukov S.V., Zurochka A.V., Totolian Areg A., Chereshnev V.A. Major and lymphocyte populations of human peripheral blood lymphocytes and their reference values, as assayed by multi-colour cytometry. Meditsinskaya immunologiya = Medical Immunology (Russia), 2009, Vol. 11, no. 2-3, pp. 227-238. (In Russ.)] doi: 10.15789/1563-0625-2009-2-3-227-238.

9. Хайдуков С.В., Байдун Л.В., Зурочка А.В., Тотолян Арег А. Стандартизованная технология «исследование субпопуляционного состава лимфоцитов периферической крови с применением проточных цитофлюориметров-анализаторов» // Российский иммунологический журнал, 2014. Т. 8 (17), № 4. С. 974-992. [Khaidukov S.V., Baydun L.V., Zurochka A.V., Totolian Areg A. The standardised technique: «Study subpopulations of peripheral blood lymphocytes by using flow cytometry». Rossiyskiy immunologicheskiy zhurnal = Russian Journal of Immunology, 2014, Vol. 8 (17), no. 4, pp. 974-992. (In Russ.)]

10. Fokkens W.J., Lund V.J., Mullol J., Bachert C., Alobid I., Baroody F., Cohen N., Cervin A., Douglas R., Gevaert P., Georgalas C., Goossens H., Harvey R., Hellings P., Hopkins C., Jones N., Joos G., Kalogjera L., Kern B., Kowalski M., Price D., Riechelmann H., Schlosser R., Senior B., Thomas M., Toskala E., Voegels R., Wangde Y., Wormald P.J. EPOS 2012: European position paper on rhinosinusitis and nasal polyps 2012. A summary for otorhinolaryngologists. Rhinology, 2012, Vol. 50, no. 1, pp. 1-12.

11. Kim J.H., Choi G.E., Lee B.J., Kwon S.W., Lee S.H., Kim H.S., Jang Y.J. Natural killer cells regulate eosinophilic inflammation in chronic rhinosinusitis. Sci Rep., 2016, Vol. 6, 27615. doi: 10.1038/srep27615.

12. Kim J.H., Kim G.E., Cho G.S., Kwon H.J., Joo C.H., Kim H.S., Jang Y.J. Natural killer cells have impaired effector functions. PLoS One, 2013, Vol. 8, no. 10, e77177. doi: 10.1371/journal.pone.0077177.

13. Kim Y.M., Munoz A., Hwang P.H., Nadeau K.C. Migration of regulatory T cells toward airway epithelial cells is impaired in chronic rhinosinusitis with nasal polyposis. Clin. Immunol., 2010, Vol. 137, no. 1, pp. 111-121.

14. Miljkovic D., Psaltis A., Wormald P.J., Vreugde S. T regulatory and Th27 cells in chronic rhinosinusitis with

15. Pant H., Hughes A., Schembri M., Miljkovic D., Krumbiegel D. CD4(+) and CD8(+) regulatory T cells in chronic rhinosinusitis mucosa. Am. J. Rhinol. Allergy, 2014, Vol. 28, no. 2, pp. 83-89.

16. Sharma S., Watanabe S., Sivam A., Wang J., Neuwirth S.J., Perez R.I., de Tineo M., Baroody F.M., Naclerio R.M., Pinto J.M. Peripheral blood and tissue T regulatory cells in chronic rhinosinusitis. Am. J. Rhinol. Allergy, 2012, Vol. 26, no. 5, pp. 371-379.

17. van Bruaene N., Perez-Novo C.A., Basinski T.M., van Zele T., Holtappels G., de Ruyck N., Schmidt-Weber C., Akdis C., van Cauwenberge P., Bachert C., Gevaert P. T-cell regulation in chronic paranasal sinus disease. J. Allergy Clin. Immunol., 2008, Vol. 121, no. 6, pp. 1435-1441.polyps. Int. Forum Allergy Rhinol., 2016, Vol. 6, no. 8, pp. 826-834.

ХАРАКТЕРИСТИКА ПОКАЗАТЕЛЕЙ ИММУНИТЕТА У БОЛЬНЫХ ИНДОЛЕНТНЫМИ И АГРЕССИВНЫМИ НЕХОДЖКИНСКИМИ ЛИМФОМАМИ | Йовдий

1. Бережная Н.М. Система интерлейкинов и рак: новые аспекты взаимодействия опухоли и организма / Н.М. Бережная, В.Ф. Чехун. – Киев: ДИА, 2000. – 224 с.

2. Долгополова Е.В., Никитин В.Ю., Цыган В.Н., Санжаревский В.А. Особенности иммунного статуса у больных с некоторыми формами злокачественных лимфом // Вестн. гематологии. – 2005. – № 3. – С. 30-36.

3. Долгополова Е.В., Никитин В.Ю., Цыган В.Н., Санжаревский В.А. Сравнительная характеристика показателей иммунного статуса больных неходжкинскими лимфомами // Мед. иммунология. – 2003. – № 3-4. – С. 354.

4. Короткова О.В., Ларионова В.Б., Заботина Т.Н., Турнянская Е.Г., Птушкин В.В., Кадагидзе З.Г. Особенности нарушения иммунного статуса у больных лимфопролиферативными заболеваниями после высокодозной полихимиотерапии с последующей трансплантацией клеток – предшественников гемопоэза // Аллергология и иммунология. – 2002. – № 1. – С. 105-110.

5. Назарова Е.Л., Шардаков В.И., Шерстнев С.М. Оценка иммунного статуса у больных хроническим лимфолейкозом на различных стадиях заболевания // Вопросы трансфузиологии и клинической медицины: Мат-лы V научн. конф. молодых ученых. – Киров, 1996. – С. 32.

6. Никитин Е.А., Баранова А.В., Асеева Е.А., Домрачева Е.В. Молекулярно-цитогенетические нарушения при хроническом лимфолейкозе // Гематология и трансфузиология. – 2000. – № 3. – С. 61-63.

7. Поспелова Т.Н., Скворцова Н.В., Ковынев И.Б., Нечунаева И.Н. Цитокиновый профиль больных лимфомами как дополнительный фактор прогноза // Гематология и трансфузиология. – 2008. – Т. 53. – № 3. – С. 10-14.

8. Шерстнева Е.С., Исаева Н.В., Загоскина Т.П., Шардаков В.И. Клиническое значение внутриклеточного ИЛ-8 у больных В-клеточным ХЛЛ // Вестн. гематологии. – 2007. – № 2. – С. 49-50.

9. Borche L., Lim A., Binet J., Dighiero G. Evidence that chronic lymphocytic leukemia B lymphocytes are frequently committed to production of natural antibodies // Blood. – 1990. – Vol. 76. – P. 562.

10. Dianzani U., Omede P., Marmont F., DiFranco D., Fusaro A., Giaretta F., Mairone L., Bragardo M., Redoglia V., Boccadoro M. Expansion of T cell expressing low CD4 or CD8 levels in B- cell chronic lymphocytic leukemia: Correlation with disease status and neoplastic phenotype // Blood. – 1994. – Vol. 83. – P. 2198-2205

11. Dighiero G., Travade P., Chevret S., Fenaux P., Chastang C., Binet J.L. B-cell chronic lymphocytic leukemia: present status and future directions // Blood. – 1991. – Vol. 78. – P. 1901.

12. Fayad L., Keating M.J. O’Brien S., Ruben J.M., Lee B.N., Lerner S., Kurzrock R. Interleukin-6 and interleukin-10 levels in chronic lymphocytic leukaemia: Сorrelation with phenotypic characteristics and outcome // Blood. – 2001. – Vol. 97. – P. 256-262.

13. Gцrgьn Gьllь, Holderried Tobias A. W., Zahrieh D., Neuberg D., Gribben J.G. Chronic lymphocytic leukemia cells induce changes in gene expression of CD4 and CD8 T cells // The Journal of clinical investigation. – 2005. – Vol. 115, N 7. – P. 1797-1805.

14. Hsu B. Marin M.C., Brishay S. Expression of bcl-2 gene confers multidrug to chemotherapyinduced cell death // Cancer Bull. – 2004. – Vol. 46, N 2. – P. 125-129.

15. Isaacson P.G. The current status of lymphoma classification // Br. J. Haematol. – 2000. – Vol. 109. – P. 258

Динамика ряда показателей клеточного и гуморального иммунитета у больных сахарным диабетом 1 типа | Потемкин

Аннотация

Исследования последних лет, безусловно, доказывают участие иммунной системы в развитии сахарного диабета (СД) 1 типа. В литературе достаточно подробно представлены исследования, показывающие, что началу диабета предшествует длительный продромальный период. Установлено, что одним из проявлений этого продромального периода может быть инсулит (лимфатическая инфильтрация панкреатических островков), который тем не менее не у всех лиц приводит к развитию СД. Инсулит сопровождается появлением в крови аутоантител, направленных против островковых клеток поджелудочной железы. Выявление ICA (антител к островкам) и ICSA (антител к поверхностному антигену островковых клеток) может свидетельствовать о доклинической или начальной стадиях СД I типа. При этом ICSA являются более информативными, так как реагируют преимущественно с р-клетками, но и наименее изучены в клиническом отношении.

Развитие СД сопровождается нарастающей деструкцией р-клеток поджелудочной железы, которая может происходить и за счет увеличения активности NK-клеток (естественных киллеров). По данным некоторых авторов, количество NK-клеток при СД I типа достоверно ниже, чем у здоровых и больных сахарным диабетом II типа.

Ряд исследователей считают, что в патогенезе инсулинзависимого сахарного диабета (ИЗСД) клеточные иммуноположительные реакции играют более важную роль, чем гуморальные. Для характеристики состояния клеточного иммунитета большинство исследователей определяют количество Т- и В-лимфоцитов, а также регуляторные Т-лимфоциты и их соотношения. В литературе имеются неоднозначные данные об изменении соотношения Т- хелперов и Т-супрессоров на разных стадиях заболевания.

Целью настоящего исследования явилось изучение изменения ряда показателей клеточного и гуморального иммунитета у больных СД I типа в зависимости от длительности заболевания.

Исследования последних лет, безусловно, доказывают участие иммунной системы в развитии сахарного диабета (СД)1 типа [1, 3, 4, 10, 11 14, 15, 17]. В литературе достаточно подробно представлены исследования, показывающие, что началу диабета предшествует длительный продромальный период. Установлено, что одним из проявлений этого продромального периода может быть инсулит (лимфатическая инфильтрация панкреатических островков), который тем не менее не у всех лиц приводит к развитию СД [2, 22, 23]. Инсулит сопровождается появлением в крови аутоантител, направленных против островковых клеток поджелудочной железы. Выявление ICA (антител к островкам) и ICSA (антител к поверхностному антигену островковых клеток) может свидетельствовать о доклинической или начальной стадиях СД I типа [7—9, 12, 13]. При этом ICSA являются более информативными, так как реагируют преимущественно с р-клстками, но и наименее изучены в клиническом отношении.

Развитие СД сопровождается нарастающей деструкцией р-клеток поджелудочной железы, которая может происходить и за счет увеличения активности NK-клеток (естественных киллеров) [5]. По данным некоторых авторов, количество NK-клсток при СД I типа достоверно ниже, чем у здоровых и больных сахарным диабетом II типа.

Ряд исследователей считают, что в патогенезе инсулинзависимого сахарного диабета (ИЗСД) клеточные имМуноположительные реакции играют более важную роль, чем гуморальные [6, 18]. Для характеристики состояния клеточного иммунитета большинство исследователей определяют количество Т- и В-лимфоцитов, а также регуляторные Т-лимфо- циты и их соотношения. В литературе имеются неоднозначные данные об изменении соотношения Т- хелперов и Т-супрсссоров на разных стадиях заболевания [16, 19-21].

Целью настоящего исследования явилось изучение изменения ряда показателей клеточного и гуморального иммунитета у больных СД I типа в зависимости от длительности заболевания.

Материалы и методы

Обследовано 52 больных СД I типа: 14 больных в возрасте 15—38 лет с впервые выявленным СД (1-я группа), 13 больных в возрасте 16—45 лет с длительностью заболевания от 1 года до 5 лет (2-я группа), 13 больных с длительностью СД от 6 до 10 лет (3-я группа), 12 — с длительностью СД более 10 лет (4-я группа). Средняя тяжесть заболевания выявлена у 32 больных, тяжелая форма — у 20. Больные получали инсулинотерапию препаратами “актрапид” и”ленте”. Все больные были обследованы в состоянии субкомпенсации СД, вне обострения «хронических очагов инфекции и интеркуррентных заболеваний. Контрольную группу составили 20 практически здоровых доноров.

Методом непрямой иммунофлюоресценции с использованием моноклональных антител серии Leu определяли абсолютное и относительное содержание Т- и В-лрмфоцитов в периферической крови, количество Т-хелперов и Т-супрсссоров/цитоток- сических клеток и их соотношения, количество NK-клсток, DR(+)-ktctok, уровень IgG(+) — клеток в периферической крови, наличие ICSA.

С помощью радиоиммунологического метода (с использованием стандартного набора для определения человеческого С- пептида “Ria-gnost-hC-Peptide” фирмы “Behringwerke ЛС»(ФРГ) определяли базальный уровень С-пептида.

Результаты и их обсуждение

У всех больных 1-й группы обнаруживались ICSA. У половины больных отмечалось увеличение содержания DR(+)-K4eTOK в периферической крови. У этих же больных было повышено содержание В-лимфоцитов (рис. 1, а). При индивидуальном анализе оказалось, что в состав этой группы вошли боль-

АгЛ7&'</6’Сл5<7 Л77в7СИГ д /At/Г

/6ОО-\

/ООО-                         ———

600-

600-

4ОО-

200-

—— L1J——————— 11—— Ld—— L l /234

Рис. 1. Абсолютное количество В- (а) и Т-лимфоцитов (б) в периферической крови.

Здесь и на рис. 2 столбики 1—4 — цэуппы больных ИЗСД, заштрихованная часть — норма.

С04(+/с0в(+)

2-

f,5-

O.S-

о f                      2             J              4

Рис. 2. Соотношение регуляторных субпопуляций.

ные с впервые выявленным СД I типа, поступившие в клинику в состоянии кетоацидоза. При определении абсолютного и относительного содержания Т-лимфоцитов в периферической крови выявилась тенденция к их снижению (рис. 1, 6). Достоверное снижение этих показателей имело место у 8 больных, поступивших в клинику в состоянии кетоацидоза. Наряду с этим у них же выявилось значительное увеличение соотношения СД4/СД8 (рис. 2), при этом у 6 больных увеличение индекса произошло за счет повышения содержания Т-хелперов в периферической крови и у 2 — за счет снижения уровня Т-супрессоров. Содержание NK-клеток было повышено только у 4 больных с давностью манифестации заболевания, не превышающей 3 нед, а из них 3 поступили в отделение в состоянии кетоацидоза.СД+Д-клсток периферической крови был повышен у 9 из 13 больных, у остальных отмечались нормальные значения этого показателя.

Абсолютное и относительное количество Т-лимфоцитов у 5 из 13 больных было достоверно снижено, у остальных отмечалась тенденция к снижению. Повышение В-лимфоцитов в крови имело место у 10 из 13 больных и коррелировало (/=0,6) с наличием аутоантител. У 8 из 13 больных было увеличено число NK-клеток.

В1Щ+)-клетки определялись в повышенном количестве у большинства больных (у 9) 2-й группы, и только у 4 больных их уровень приближался к норме. Индекс СД4/СД8 в данной группе достоверно не отличался от контрольного.

Из 13 больных 3-й группы 9 поступили в отделение в состоянии кетоацидоза. Только у 3 больных этой группы были выявлены HZSA. У этих же больных оказался повышенным уровень ОЩ+Дююток и увеличено содержание В-лимфоцитов. Эти данные свидетельствуют о сохраняющейся активности гуморального звена иммунной системы у некоторых больных рассматриваемой группы. Для большинства больных с длительностью заболевания от 6 до 10 лет более характерными становятся изменения в клеточном звене иммунитета. Абсолютное и относительное содержание Т-лимфоцитов имеет дальнейшую тенденцию к снижению. У 8 из 13 больных был снижен индекс СД4/СД8, причем у 6 больных за счет увеличения количества Т-супрессоров, а у 2 — за счет снижения числа Т-хелперов. Уровень NK- клеток в основном (у 10 больных) достоверно не отличался от нормы.

Таким образом, для рассматриваемой группы характерны значительное уменьшение числа больных С наличием ICSA и инверсия соотношения субпопуляций иммунорегуляторных клеток в сторону Т- супрессоров/цитотоксических.

В 4-й группе больных было выявлено достоверное снижение относительного количества Т-лимфоцитов в периферической крови. Индекс СД4/СД8 оказался достоверно сниженным за счет увеличения количества Т-супрессоров/цитотоксических клеток (см. рис. 3). В этой группе больных обнаружено также значительное увеличение относительного количества NK-клеток. У 7 из 12 человек повышено относительное количество зрелых В-лимфоцитов. У 9 из 12 больных найдены ICSA.

Выводы

  1. В развитии СД I типа играют роль изменения в системе как гуморального, так и клеточного иммунитета. По мере нарастания длительности заболевания изменения клеточного звена иммунитета становятся более выраженными.
  2. Наличие ICSA положительно коррелирует с содержанием В-лимфоцитов в периферической крови.

Соотношение регуляторных субпопуляций Т- лимфоцитов меняется в зависимости от длительности СД I типа — происходит его инверсия. На ранних этапах болезни выявляется повышение индекса хел- перы/супрессоры — цитотоксические клетки, а с увеличением длительности — его уменьшение.

1. Васильева Е. В., Сура В.В., Смирнова О.И. // Тер. арх. — № 11. — С. 115—118.

2. Ефимов А.С., Полторан В.В. // Пробл. эндокринол. — 1987. — № 6. — С. 80-88.

3. Потемкин В.В., Кадагидзе З.Г., Бескова Т.К. и др. // Пробл. Эндокринол. — 1986. — № 1. — С. 3-5

4. Роуз Н.Р. // Механизмы иммунопатологии / Под ред. С. Коена, П.А. Усрда, Р.Т. Ман-Класии: Пер. с англ,— М.,1983. — С.165—180.

5. Саложин К.В. // Тер. арх. — 1989. — № 10. — С. 104-106.

6. Саложин К.В., Насонов Е.Л., Сура В.В. и др. // Клин. мед. — 1989. — С. 111—121.

7. Arquilla Е., Stenger D. Immunology of Islet Cellls in Diabetic Pancreas.— New York, 1985. — P. 493—512.

8. Armitage M., Wilkin J., Wood P., Casey C. // Diabetes.— 1988,- Vol. 37, № 10. — P. — 1392—1396.

9. Arslariar S.A., Becher D.G., Nabir B. et al. // Ibid. — 1985. — Vol. 34, № 9. — P. 923-930.

10. Back G.F. // Clin. exp. Immunol. — 1988. — Vol. 72, № 1. — P. 18.

11. Barbosa J. et al. // Acta med. post. — 1989. — Suppl. 1. — P. 515-555.

12. Becker F., Helmke K., Seggewiss K. et al. // Aktuel. Endocr. — 1989. — Bd 10, N 2. — P. 37-41.

13. Betterle C., Pressotlo F., Pedini B. et al. // Diabetologia. — Vol. 30, № 5. — P. 292-297.

14. Bhafia E., Eisenbasth G. // Ann. Immunol. — 1986. — Vol. 136-19, № 3. — p. 452-455.

15. Bottazzo L.F. et al. // Brit. med. Bull. — 1989. — Vol. 45, №16, P. 33-57.

16. Cautor H., Boyse E.A. // Cold Spr. Harb. Symp. quant. Biol. — 1977. — Vol. 41. — P. 23-32.

17. Eisenbarth L.S. // New Engl. J. Med. — 1986. — Vol. 314, № 17. — 1360-1368.

18. Faustman D. et al. // Diabetes. — 1989. — Vol. 38, N. 11. — 1462- 1468.

19. Lalluzzo A., Ziordano C., Kubino L., Bompiani Z.D. // Diabetologia. — 1984. — Vol. 26, — 6. — P. 426—430.

20. Horvath M., Varsanyi M., Jovanovich N. et al. // Allergol. Immunopathol. — 1986. — Vol. 14, № 5. — P. 399-405.

21. Johnston C., Aloiggi Z., Millward B., Leslie R. // Diabetes. — Vol. 37, № 11. — P. 1484— 1488.

22. Lernmark A. // Diabet. Mlecd- 1987 — Vol. 4,- P. 285-297.

23. Lernmark А. Ц Clin. J. Med.— 1988.— Vol. 37, № 1,- P.98.


Характеристика показателей клеточного иммунитета у вакцинированных против чумы лиц, проживающих на территории Прикаспийского песчаного природного очага чумы | Кравцов

1. Матросо в А.Н., Лопатин А.А., Попо в Н.В. и др. Неспецифическая профилактика чумы в Прикаспийском песчаном природном очаге // Здоровье населения и среда обитания. 2015. Т. 262, № 1. С. 30–32.

2. Козинец Г.И., Высоцкий В.В., Погорело в В.М. и др. Кровь и инфекция. М.: Триада-Фарм; 2001.

3. Васильева Е.В., Кудрявце в И.В., Максимо в Г.В. и др. Влияние ВИЧ-инфекции и туберкулёза на степень дифференцировки Т-лимфоцито в периферической крови // Инфекция и иммунитет. 2017. Т. 7, № 2. С. 151–161.

4. Макарова В.Г., Устинова О.Ю., Долгих О.В., Загумённых А.Д. Иммунологический профиль и состояние поствакцинального иммунитета к инфекциям, управ- ляемым средствами иммунопрофилактики у детей в условиях комбинированной аэрогенной экспозиции химическими веществами техногенного проис- хождения // Здоровье населения и среда обитания. 2013. Т. 11, № 248. С. 27–29.

5. Балахоно в С.В., Попова А.Ю., Мищенко А.И. и др. Случай заболевания человека чумой в Кош-Агачском районе Республики Алтай в 2015 г. Сообщение 1. Клинико-эпидемиологические и эпизоотологические аспекты // Проблемы особо опасных инфекций. 2016. № 1. С. 55–60.

6. Кудрявце в И.В., Субботовская А.И. Опыт измерения параметро в иммунного статуса с использованием шестицветного цитофлуориметрического ана- лиза // Медицинская иммунология. 2015. Т. 17, № 1. С. 19–26.

7. Вolton D., Roederer M. Flow cytometry and the future of vaccine development // Expert Rev Vaccines. 2009. Vol. 8, N 6. P. 779–789.

8. Saikh K., Kissner T., Dyas B. Human cytolytic T cell recognition of Yersinia pestis virulence proteins that target innate immune response // J Infectious Diseases. 2006. N 194. P. 1753–1760.

9. Богачева Н.В., Крючко в А.В., Дармо в И.В. и др. Экспериментальная оценка методом проточной цитофлуориметрии уровня клеточной иммунологической памяти у лиц, вакцинированных проти в чумы и сибирской язвы // Клиническая лабораторная диагностика. 2013. № 11. С. 48–53.

10. Кравцо в А.Л., Клюева С.Н., Щуковская Т.Н., Бугоркова С.А. Проточно-цитофлуориметрическое исследование влияния противочумной вакцинации на популяционный соста в лейкоцито в крови человека и экспрессию на клеточной поверхности медиатора апоптоза // Российский иммунологический журнал. 2015. Т. 9, № 4. С. 435–445.

11. Куличенко А.Н., Абзаева Н.В., Гостищева С.Е. и др. Использование антигенспецифических клеточных тесто в in vitro для оценки формирования поствакцинального противочумного иммунитета // Инфекция и иммунитет. 2017. Т. 7, № 2. С. 203–208.

12. Хайдуко в С.В., Байдун Л.А., Зурочка А.В., Тотолян А.А. Стандартизованная технология «исследование субпопуляционного состава лимфоцито в периферической крови с применением проточных цитофлуориметров-анализаторов» (проект) // Медицинская иммунология. 2012. Т. 14, № 3. С. 225–268.

13. Клюева С.Н., Шмелькова Т.П., Щуковская Т.Н. Влияние олигодезоксинуклеотида CpG ODN 2006 на продукцию цитокино в клетками крови людей, вакцинированных проти в чумы // Медицинская иммунология. 2014. Т. 16, № 6. С. 531–538.

14. Нестерова И.В., Колесникова Н.В., Чудилова Г.А. и др. Новый взгляд на нейтрофильные гранулоциты: переосмысление старых догм. Часть 1 // Инфекция и иммунитет. 2017. Т. 7, № 3. С. 219–230.

15. Герасимова К.И. Показатели иммунного статуса людей, вакцинированных проти в чумы: Автореф. дис. … канд. мед. наук. Саратов; 1990.

Т-клеточный иммунитет при COVID-19

ВАЖНО!

Информацию из данного раздела нельзя использовать для самодиагностики и самолечения. В случае боли или иного обострения заболевания диагностические исследования должен назначать только лечащий врач. Для постановки диагноза и правильного назначения лечения следует обращаться к Вашему лечащему врачу.

Пандемия COVID-19 продолжается и усиливается. Все больше людей в мире встречается с данным вирусом. Уже давно стало понятно, что SARS-CoV-2 не исчезнет из человеческой популяции. Вероятность встречи с ним возрастает для каждого.

Тем не менее, многие люди, неоднократно и длительно контактировавшие с заболевшими COVID-19 – сами не заболевают, никаких клинических симптомов не появляется. Почему так происходит – один из самых насущных вопросов на всех уровнях попыток понимания текущей пандемии, от бытового до научно-медицинского.

Наиболее вероятный ответ на него – особенности иммунного ответа части населения. В предыдущих публикациях описывались варианты протекания инфекционного процесса при COVID-19, механизмы и сроки антителообразования В-лимфоцитами, с учетом того, что известно про эту инфекцию на данном этапе ее изучения. Однако, «не антителами едиными жив наш иммунитет…». В механизмах специфического иммунного ответа на патогены выделяют гуморальный иммунный ответ (опосредуемый присутствующими в плазме крови антителами) и клеточный иммунный ответ (опосредуемый клетками иммунной системы без участия антител). Клеточное звено иммунной системы (прежде всего, Т-клеточное звено) также играет немаловажную роль в появлении резистентности макроорганизма к той или иной инфекции. Как «вырисовывается» понимание – к COVID-19 тоже.

Т-клеточное звено состоит из различных пулов Т-лимфоцитов (обозначаемых общепринятой в иммунологии для указания их характерных маркеров аббревиатурой CD и цифрой/числом – CD-3, CD-4, CD-8, CD-16 и другие). Если ОЧЕНЬ упрощенно, то основные задачи Т-клеточного звена:

Опознать и изучить антиген – передать информацию о нем другим звеньям иммунной системы – уничтожить антиген – запомнить его.

У части людей, в силу особенностей иммунитета (а также, видимо, при инфицировании низкой дозой возбудителя), Т-клеточное звено элиминирует вирус из организма без значимой активации В-клеточного звена, то есть – с низким уровнем антителообразования, нередко не детектируемым (не определяемым) рутинными лабораторными методами. При этом, клинических симптомов часто не развивается. Иными словами, человек может перенести инфекционный процесс без развития болезни, уровень антител у него не определяется, но организм приобретает защиту от повторного заражения. Насколько стойкую и долгую – вопрос остается открытым.

Однако, недавние, достаточно объемные исследования группы ученых из нескольких стран выявили:

  • Образование устойчивого Т-клеточного ответа на SARS-CoV-2 у большинства пациентов, встречавшихся с данным вирусом
  • При этом у части пациентов, никогда не встречавшихся с SARS-CoV-2 – уже имеются Т-лимфоциты, реагирующие на данный вирус и элиминирующие его из организма.
До конца данный феномен пока не изучен, но наиболее вероятной является теория о том, что Т-лимфоциты у данных пациентов перекрестно активированы предыдущим воздействием широко циркулирующих в популяции «простудных» коронавирусов.

Подробнее – здесь.

То есть: у части людей есть приобретенная невосприимчивость к SARS-CoV-2, обусловленная, вероятнее всего Т-клетками, которые ранее «активировались» другими коронавирусами и сохранили иммунологическую память.

Данное утверждение сложно проверить массовым лабораторным скринингом. Изучение Т-клеточного ответа к инфекциям – достаточно трудоемкий процесс и чаще удел специализированных научно-исследовательских лабораторий. Однако, уже опубликованные результаты и продолжающиеся работы по изучению Т-клеточного иммунитета при COVID-19 – дают определенную почву для осторожного оптимизма.

А.С. Поздняков, к.м.н.,
инфекционист, главный врач ООО «Инвитро-Сибирь»


Статистика INVITRO по пациентам с выявленными антителами к коронавирусу

Анализы для выявления антител в организме

ВЛИЯНИЕ АТОРВАСТАТИНА И РОЗУВАСТАТИНА У ПАЦИЕНТОВ С АТЕРОСКЛЕРОЗОМ НА ПОКАЗАТЕЛИ КЛЕТОЧНОГО ИММУНИТЕТА И НА АКТИВАЦИЮ ЛЕЙКОЦИТОВ IN VITRO. | Филатова

1. Merino A., Buendia P., Martin-Malo A. et al. Senescent CD14+CD16+ monocytes exhibit proinflammatory and proatherosclerotic activity. The Journal of Immunology 2011; 186:1809-1815. doi: 10.4049/jimmunol.1001866.

2. Potekhina A., Pylaeva E.A., Provatorov S. et al. Treg/Th27 balance in stable CAD patients with different stages of coronary atherosclerosis. Atherosclerosis 2015;238:17-21. doi: 10.1016/j.atherosclerosis.2014.10.088.

3. Филатова А.Ю., Пылаева Е.А., Потехина А.В. Субпопуляционный состав Т-лимфоцитов CD4+ как фактор, способствующий прогрессированию атеросклероза сонных артерий. Кардиология 2017;57:64-71.

4. Bedi O., Dhawan V., Sharma P.L. et al. Pleiotropic effects of statins: new therapeutic targets in drug design. Naunyn Schhmiebebergs Arch Pharmacol 2016; 389:695-712. doi: 10.1007/s00210-016-1252-4.

5. Арефьева Т.И., Филатова А.Ю., Потехина А.В. и др. Иммунотропные эффекты и предполагаемые механизмы действия ингибиторов 3-гидрокси-3метилглутарил-коэнзим А редуктазы (статинов). Биохимия 2018; 8:1111-1129; в печати.

6. Mausner-Fainberg K., Luboshits G., Mor A. et al. The effect of HMG-CoA reductase inhibitors on naturally occurring CD4+CD25+ T cells. Atherosclerosis 2008;197:829-839.

7. Tang T.T., Song Y., Ding Y.J. et al. Atorvastatin upregulates regulatory T cells and reduces clinical disease activity in patients with rheumatoid arthritis. Journal of Lipid Research 2011;52:1023-1032. doi: 10.1194/jlr.M010876.

8. Zhang D., Wang S., Guan Y. et al. Effect of oral atorvastatin on CD4+CD25+ regulatory T cells, FoxP3expression, and prognosis in patients with ST-segment elevated myocardial infarction before primary percutaneous coronary intervention. Journal of Cardiovascular Pharmacology 2011;57:536-541. doi: 10.1097/FJC.0b013e318211d016.

9. Pylaeva EA., Potekhina A.V., Pogorelova O.A. et al. Opposite changes of regulatory T cell blood content may differentially contribute to atherosclerosis or lymphoproliferative disorders. OncoReview 2016;6:A29-36.

10. Кузнецова Г.В., Потехина А.В., Арефьева Т.И. и др. Влияние аторвастатина на субпопуляционный состав Т-лимфоцитов крови у пациентов со стабильной стенокардией напряжения. Атеросклероз и дислипидемии 2016;4:30-39.

11. Kurakata S., Kada M., Shimada Y. et al. Effects of different inhibitors of 3-hydroxy-3-methylglutarylcoenzyme A (HMG-CoA) reductase, pravastatin sodium and simvastatin, on sterol synthesis and immunological functions in human lymphocytes in vitro. Immunopharmacology 1996;34;51-61.

12. Meng X., Zhang K., Li J. et al. Statins induce the accumulation of regulatory T cells in atherosclerotic plaque. Mol Med 2012;18:598-605. doi: 10.2119/molmed.2011.00471.

13. Coen P.M., Flynn M.G., Markofski M.M. et al. Adding exercise to rosuvastatin treatment: influence on C-reactive protein, monocyte toll-like receptor 4 expression, and inflammatory monocyte (CD14+CD16+) population. Metabolism 2010;59:1775-1783. doi: 10.1016/j.metabol.2010.05.002.

14. Jaipersad A.S., Shantsila E., Blann A., et al. The effect of statin therapy withdrawal on monocyte subsets. European Journal of Clinical Investigation 2013;12:1307-1313. doi: 10.1111/eci.12183.

15. Veillard N.R., Braunersreuther V., Arnaud C., et al. Simvastatin modulates chemokine and chemokine receptor expression by geranylgeranyl isoprenoid pathway in human endothelial cells and macrophages. Atherosclerosis 2006;1:51–58.

16. Montecucco F., Burger F., Pelli G., et al. Statins inhibit C-reactive protein-induced chemokine secretion, ICAM-1 upregulation and chemotaxis in adherent human monocytes. Rheumatology (Oxford) 2009;3:233-242. doi:10.1093/rheumatology/ken466.

17. Keiner PA, Davis PM, Murray JL, et al. Stimulation of inflammatory responses in vitro an in vivo by lipophilic HMG-CoA reductase inhibitors. International Immunopharmacology. 2001;1:105-18.10.1093/rheumatology/ken466.

Исследование клеточного иммунитета при новой коронавирусной инфекции COVID-19

Исследование клеточного иммунитета при новой коронавирусной инфекции COVID-19

По современным представлениям иммунная система защищает и освобождает организм от чужеродной генетической информации, содержащейся в различных патогенных агентах (микробах, вирусах, простейших, паразитах, белках) или в измененных собственных клетках, например, раковых.

Основные действия иммунной системы на проникновение в организм чужеродных биологических агентов проявляются в развитии гуморального и клеточного иммунитета.
Проявлением гуморального иммунитета в основном является продукция В-лимфоцитами специфических иммуноглобулинов, прежде всего IgA, IgM, IgG.

В процессе клеточного иммунитета происходит активация различных типов Т-лимфоцитов, макрофагов, NK-клеток, при этом выделяются биологически активные молекулы — цитокины.


COVID-19 это инфекционное заболевание, вызываемое вирусом SARS-CoV-2.

Заболевание характеризуется различными проявлениями от бессимптомного инфицирования и легких форм до средних и тяжелых с развитием затрудненного дыхания, тяжелого острого респираторного дистресс-синдром, пневмонии, развитием различных осложнений и в некоторых случаях смертельными исходами.

У большинства людей, инфицированных SARS-CoV-2, в течение нескольких недель после первоначального контакта с вирусом появляются специфические Т-клетки и антитела.

Иммунная система в ответ на проникновение вируса SARS-CoV-2 продуцирует Т-клетки хелперы (помощники), которые активизируют различные защитные реакции иммунной системы, в частности стимулируют В-клетки для продукции различных классов антител. Специфические антитела прикрепляются к белкам на поверхности вируса, тем самым препятствуя проникновению вирусных частиц в другие клетки. Одновременно образуются цитотоксические Т-клетки уничтожающие клетки организма инфицированные патогенами, в данном случае вирусом SARS-CoV-2. Таким образом Т-клетки или Т-клеточный иммунитет играет очень важную роль в защите организма от проникновения и освобождения организма от инфекционных агентов.


Исследования на выявления антител класса IgM и IgG специфичных к различным белкам вируса SARS-CoV-2 позволяют определить текущее заболевание или перенесенное заболевание в прошлом, а также выявить наличие иммунитета в результате перенесенного заболевания или в результате вакцинации.

Однако исследования показывают, что уровень антител к SARS-CoV-2 со временем может достаточно быстро снижаться. Также имеются свидетельства того, что у некоторых инфицированных людей не обнаруживаются антитела против SARS-CoV-2.

Таким образом, использование только тестов для выявления антител является не достаточным для полноценной оценки иммунитета против вируса SARS-CoV-2. Т-клеточное тестирование важно для получения более полной информации об иммунных ответах на SARS-CoV-2.

Получены убедительные доказательства того, что SARS-CoV-2 вызывает устойчивый Т-клеточный ответ. Оценка Т-клеточного ответа на SARS-CoV-2 может являться надежной основой для обнаружения инфекции и, таким образом, может служить важным дополнением к существующим диагностическим методам.

Оценку Т-клеточного иммунитета целесообразно проводить всем лицам, как с подозрением на инфицирование вирусом SARS-CoV-2, так и с положительным результатом ПЦР исследования на РНК SARS-CoV-2 и особенно при отрицательных серологических исследованиях. Единственный способ понять полный иммунный ответ на инфекцию SARS-CoV-2 — это провести исследование как на антитела, так и на Т-клетки.


Дополнительную информацию можно получить по телефонам: +7 (495) 974-23-90, +7 (499) 265-14-43

Биологические маркеры иммунотоксичности иммунной системы человека – Биологические маркеры в иммунотоксикологии

В этой главе рассматриваются маркеры, которые могут быть полезны для оценки иммунотоксичности в иммунной системе человека. В нем также обсуждаются доступные в настоящее время клинические испытания и предлагается схема клинических испытаний.

Иммунитет является результатом многих сложных взаимодействующих механизмов, которые включают антигенспецифические и антигеннеспецифические элементы. Специфическая иммунная система использует два широких класса клеток, которые реагируют с антигенами: В-клетки и Т-клетки.В-клетки являются предшественниками секретирующих антитела плазматических клеток гуморальной иммунной системы, которые, в свою очередь, продуцируют пять основных классов молекул иммуноглобулинов. Т-клетки состоят из множества подтипов клеток: тех, которые опосредуют важные иммунорегуляторные функции, такие как помощь или подавление; те, которые участвуют в эффекторных функциях, таких как прямое разрушение клеток, несущих антиген; и те, которые производят растворимые продукты, называемые лимфокинами. Вместе эти Т-клетки играют центральную роль в замедленной гиперчувствительности или клеточном иммунном ответе.В дополнение к антиген-специфическим элементам существуют многочисленные популяции клеток (например, моноциты и естественные клетки-киллеры) и факторы (например, комплемент или интерферон), которые действуют в сочетании со специфическими механизмами иммунитета.

Тесты для оценки иммунитета

Необычная восприимчивость к инфекции, а иногда и к аутоиммунным явлениям или аллергии является характеристикой значительного дефекта иммунитета, будь то первичный или вторичный (Waldmann, 1988). Первый ключ к пониманию природы иммунологического дефекта часто дает вид инфекции.В целом, у пациентов с нарушением гуморального иммунитета повышена частота рецидивирующих инфекций высокодифференцированными инкапсулированными бактериальными патогенами, такими как Pneumococcus и Hemophilus influenzae , которые приводят к хронической синопульмональной инфекции, менингиту и бактериемии. Когда клеточный иммунитет у таких пациентов не нарушен, у них менее выражены проблемы с грибковыми и вирусными инфекциями. Аномалии Т-клеток и, следовательно, клеточно-опосредованного иммунитета предрасполагают людей к заражению широким спектром агентов, включая вирусы, которые приводят к диссеминированным инфекциям, особенно простой герпес, ветряная оспа и цитомегаловирус; грибки, вызывающие особенно кожно-слизистый кандидоз; и паразитические организмы, в том числе простейшие Pneumocystis carinii .Инфекция, конечно, может быть как причиной, так и следствием иммунодефицита. Различные инфекционные агенты, такие как вирус иммунодефицита человека (ВИЧ), могут оказывать специфическое и неспецифическое воздействие на иммунную систему.

Для оценки иммунитета было разработано множество тестов (Bentwich et al., 1982, 1988; Rosen et al., 1986). Системный подход к оценке иммунокомпетентности, основанный на простых процедурах скрининга с последующими соответствующими специализированными тестами иммунной функции, обычно позволяет определить иммунный дефект.Такой подход должен включать оценку гуморальной иммунной системы (В-клеточная система), клеточной иммунной системы (Т-клеточная система) и неспецифической резистентности (полиморфноядерные лейкоциты, естественные клетки-киллеры, иммунный комплемент). Следует подчеркнуть, что хотя одни экзогенные агенты могут изменять несколько элементов иммунной системы человека, другие оказывают первичное действие только на один элемент. Например, низкие дозы циклоспорина А избирательно воздействуют на Т-клетки, воздействуя на продукцию лимфокинов (интерлейкина-2).Наоборот, противосудорожные препараты, такие как фенитоин, действуют преимущественно на гуморальную иммунную систему, что приводит к избирательному дефициту IgA.

Многие из скрининговых тестов были разработаны для определения положения дефекта в процессах клеточного созревания и регуляторных клеточных взаимодействий, которые приводят к глубоким наследственным иммунодефицитным состояниям. Эти тесты недостаточно чувствительны для выявления умеренных иммунодефицитов, вызванных токсическими агентами. Следует подчеркнуть, что нормальные люди показывают широкий диапазон ответов в тестах, обсуждаемых ниже.Таким образом, при исследовании одного человека не следует делать вывод о том, что небольшое отклонение от нормального диапазона иммунологического теста вызвано предполагаемым токсическим агентом. Существует множество методов тестирования и вариантов многих иммунологических факторов, и они постоянно развиваются. Многие из стандартных тестов обсуждаются Риз и Беттс (1991) и Алоизи (1988).

Тесты гуморальной иммунной системы

Оценка гуморальной иммунной системы человека включает измерение концентрации иммуноглобулинов в сыворотке, оценку образования антител после иммунизации, измерение «естественных антител» и подсчет циркулирующих В-клеток .

Концентрация иммуноглобулина

Существует пять основных классов иммуноглобулинов: IgM, IgG, IgA, IgD и IgE. Существует два подкласса IgA: 1 и 2; и четыре подкласса IgG: 1-4. Существует несколько методов измерения концентрации иммуноглобулина в сыворотке, включая однолучевую диффузию, двойную диффузию в агаровом геле, иммуноэлектродиффузию, радиоиммуноанализ, твердофазный иммуноферментный анализ (ИФА) и автоматизированную лазерную нефелометрию. Электрофорез не подходит для количественного определения иммуноглобулинов, но полезен для обнаружения моноклональных иммуноглобулинов (М-компонентов).Широко используется метод однократной радиальной диффузии. Методы гель-диффузии очень чувствительны к различиям в константах диффузии и, следовательно, к различиям в размерах молекул. Невозможно измерить концентрацию иммуноглобулина в жидкостях организма, если молекулы, измеренные в жидкости, не имеют того же размера, что и в стандартах. Таким образом, невозможно провести надежные измерения таких белков, как низкомолекулярный IgM в аномальной плазме или IgA во внешних выделениях, где он представлен в виде димера, а не мономера, присутствующего в стандартных сыворотках, если только не будут использованы специальные стандартные препараты, содержащие иммуноглобулины. используются одинаковые размеры.Кроме того, использование козьей или овечьей антисыворотки может давать ложно высокие оценки IgA в сыворотке у пациентов с селективным дефицитом IgA, поскольку многие из этих пациентов имеют циркулирующие антитела к белкам жвачных животных.

Следует определить концентрацию в сыворотке каждого из основных классов иммуноглобулинов, за исключением IgD, который появляется преимущественно на поверхности клеток. Кроме того, все большее значение приобретает определение подкласса IgG. Однако определения должны быть хорошо стандартизированы, поскольку антисыворотки различаются по качеству.Поскольку концентрация иммуноглобулина в сыворотке зависит от возраста и окружающей среды, необходимо использовать соответствующие нормы. У пациентов может проявляться дефицит всех классов иммуноглобулинов (общая вариабельная гипогаммаглобулинемия или Х-сцепленный лимфопролиферативный синдром после инфицирования вирусом Эпштейна-Барр) или, напротив, у них может быть дефицит только одного класса (IgA при селективном дефиците IgA как первичный дефект или после терапии фенитоином). Они могут даже иметь сниженное количество только одного подкласса (дефицит IgG2 у некоторых людей с рецидивирующими инфекциями Hemophilus influenzae ).

Концентрация иммуноглобулинов не может использоваться как единственный критерий диагностики иммунодефицита. Снижение концентрации иммуноглобулина может быть результатом потери в желудочно-кишечном тракте, а также снижения синтеза. Индикацию потери можно получить путем измерения сывороточного альбумина, который обычно теряется одновременно. Нормальные концентрации общего иммуноглобулина или даже концентрации общего подкласса иммуноглобулина не исключают дефицит гуморального иммунитета. Реакция на антигенную стимуляцию как белковыми, так и полисахаридными антигенами должна быть определена, если сильно подозревается иммунодефицит.Отсутствие ответа на один или несколько классов антигенов наблюдалось у пациентов с нормальным или высоким уровнем классов иммуноглобулинов, независимо от того, был ли у них изолированный дефицит класса или подкласса иммуноглобулина. В частности, у пациентов с синдромом Вискотта-Олдрича может наблюдаться нормальная или даже повышенная концентрация иммуноглобулинов, однако у них могут быть множественные инфекции из-за неспособности специфических иммунных ответов, особенно при воздействии преимущественно полисахаридных антигенов.

Образование антител

Иммунитет, опосредованный антителами (гуморальный иммунитет), можно оценить по специфическим ответам антител на специфические антигены, которым обычно подвергается население. Таким же образом можно оценить гуморальный иммунитет после иммунизации. Следует использовать белковые и полисахаридные антигены. Живые вакцины (бацилла Кальметта-Герена), в том числе вакцины против полиомиелита, краснухи и эпидемического паротита, не следует вводить при подозрении на глубокий первичный или вторичный иммунодефицит.Рекомендуются следующие тесты:

Естественные антитела: изогемагглютинины — это естественные антитела к антигенам группы крови А или В, обнаруживаемые у всех нормальных людей, за исключением тех, у кого эритроциты группы АВ. К 3-летнему возрасту 98% здоровых людей с группой крови А, В или О имеют титры изогемагглютинина не менее 1:16. Пациенты с синдромом Вискотта-Олдрича могут иметь нормальные уровни иммуноглобулинов, но не иметь изогемагглютининов, что является индикатором состояния дефицита антител. Другие природные антитела, которые можно анализировать, включают гетеролизины (например,g., против эритроцитов овцы или кролика), антистрептолизин и бактерицидные антитела против Escherichia coli .

Реакция антител на иммунизацию: Коммерческую вакцину против дифтерии-столбняка (DT) можно вводить в рекомендуемых дозах. Через 2 недели после каждой инъекции берут кровь и определяют антитела к столбняку и дифтерии. Можно использовать три дозы убитой вакцины против полиомиелита (1,0 мл внутримышечно с интервалом в 2 недели). Кровь берут через 2 недели после последней инъекции и антитела обычно определяют при нейтрализации вируса.Больным, иммунизированным вакциной DT или дифтерийно-коклюшно-столбнячной (АКДС) вакциной, делают одну бустерную инъекцию с последующим определением антител.

Дополнительная активная иммунизация: полирибозофосфат (PRP), капсулярный полисахарид Hemophilus influenzae , является сильнодействующим, но безвредным антигеном. Одной дозы (0,05 мг подкожно) достаточно для иммунизации здорового человека. Иммунизация детей раннего возраста PRP, конъюгированным с белком-носителем, в настоящее время становится стандартной практикой.Следовательно, для измерения реакции антител исключительно на углеводные антигены следует использовать пневмококковые или менингококковые полисахариды, не содержащие белков-носителей. Кровь берут через 2 недели и определяют антитела. Эти и другие чистые полисахариды бесполезны (и могут быть противопоказаны) детям до 1 года. Кроме того, интерпретация результатов у детей до 5 лет затруднена. Гемоцианин лимфы улитки (KLH) является еще одним полезным белковым антигеном.

В-клетки

В-клетки подсчитывают с помощью иммунофлюоресцентного обнаружения мембраносвязанного иммуноглобулина или В-клеточных = специфических антигенов (CD19 и CD20).Моноциты можно отличить от В-клеток с помощью окрашивания пероксидазой или эстеразой, путем проглатывания латексных частиц, покрытых IgG, или с помощью моноклональных антител, специфичных для моноцитов.

В-клетки-предшественники могут быть идентифицированы среди клеток костного мозга с помощью очищенных антител, меченных флуорохромом, для обнаружения цитоплазматических тяжелых µ-цепей в клетках, не имеющих видимых поверхностных иммуноглобулинов или цитоплазматических легких цепей.

Дополнительную информацию о природе дефектов продукции иммуноглобулинов можно получить с помощью исследований биосинтеза иммуноглобулинов in vitro.Несколько таких процедур были разработаны для изучения дефектов созревания В-клеток в секретирующие иммуноглобулин плазматические клетки. Хотя были предложены некоторые антиген-специфические системы, в большинстве случаев мононуклеарные клетки периферической крови исследуемого пациента культивируют с поликлональным активатором В-клеток, таким как митоген лаконоса или активатор штамма Staphylococcus aureus Cowen. Иммуноглобулины, синтезированные и секретируемые образованными плазмоцитоидными клетками, можно определить с помощью специфического радиоиммунного анализа или ELISA надосадочной жидкости или путем определения числа секретирующих иммуноглобулины клеток с помощью обратного анализа гемолитических бляшек.Модификации обратного анализа гемолитических бляшек использовались в попытках определить активность хелперных и супрессорных Т-клеток. Описание деталей любого конкретного подхода выходит за рамки этого отчета, и нет единого мнения о том, что какая-либо одна процедура во всех случаях отражает регуляторную функцию Т-клеток in vivo.

Клеточная иммунная система

Для оценки клеточно-опосредованного иммунитета обычно используются несколько тестов, в том числе те, которые подсчитывают Т-клетки и подмножества Т-клеток, выявляют отсроченные кожные реакции и измеряют in vitro стимуляцию лимфоцитов к пролиферации и образованию бластных клеток.Другие тесты in vitro измеряют эффекторную или регуляторную функцию Т-клеток. Как и в случае с гуморальным иммунитетом, для скрининга дефектов клеточно-опосредованного иммунитета доступен ряд простых тестов. Необходимо получить количество лейкоцитов и дифференциал, а абсолютное количество лимфоцитов следует рассчитать путем умножения общего количества лейкоцитов на процентное содержание лимфоцитов. У детей абсолютное количество лимфоцитов выше, чем у взрослых, поэтому при оценке количества лимфоцитов необходимо учитывать возраст.Количество лимфоцитов постоянно ниже 1500/мкл 3 указывает на лимфоцитопению и может указывать на дефект в системе Т-клеток. Доля циркулирующих Т-клеток в препарате мононуклеарных клеток может быть определена методом розеток эритроцитов овцы или, чаще, методом иммунофлуоресценции с использованием моноклональных антител к CD2 или CD3. В норме Т-клетки составляют 55-80% лимфоцитов периферической крови. Нормальные значения абсолютного числа циркулирующих Т-лимфоцитов составляют 1620-4320/мм 3 от первой недели до 18 месяцев жизни и 590-3090/мм 3 после 18-месячного возраста (Fleisher et al., 1975).

Некоторые наборы Т-клеток были определены с помощью моноклональных антител. Ассоциация определенного подмножества Т-клеток, определяемого моноклональным антителом, с заданной функцией вызвала некоторую путаницу при анализе иммунологических данных при иммунодефицитных состояниях. Например, CD4-позитивные клетки обычно ассоциируются с хелперными функциями, а CD8-клетки — с цитотоксическими функциями. Эта дихотомия является чрезмерным упрощением. Было показано, что популяция CD4 содержит не только хелперные клетки, но также клетки памяти и цитотоксические клетки для мишеней, несущих молекулы MHC класса II (главный комплекс гистосовместимости) и клетки-супрессоры-индукторы (Engleman et al., 1981; Мейер и др., 1983). Популяция CD8 содержит клетки, которые могут распознавать антиген, представленный макрофагами, и они могут увеличивать и усиливать взаимодействие клеток CD4 с В-клетками. Таким образом, описание клеток CD4 как клеток-хелперов, а клеток CD8 как супрессорно-цитотоксических клеток неправомерно. Что еще более важно, стало ясно, что клетки CD4 и клетки CD8 распознают чужеродные антигены в контексте различных основных антигенов гистосовместимости. Клетки CD4 распознают антиген в ассоциации с человеческим лейкоцитарным антигеном MHC класса II, молекулами (HLA-D), а клетки CD8 распознают антигены в ассоциации с MHC класса I (HLA-A, HLA-B и HLA-C) (Engleman et al. др., 1981; Мейер и др., 1983). Аномалии количества клеток CD4 или CD8 могут быть связаны с аномалиями способности распознавать антигены и регуляторными функциями Т-клеток, что может привести к иммунодефициту или аутоиммунитету.

Кожные пробы

Способность пациентов проявлять ранее существовавший Т-клеточный иммунитет оценивалась in vivo с использованием серии кожных тестов на антигены, которые обычно вызывают реакцию. Прототипом является туберкулиновая кожная проба. Поскольку отсроченная кожная гиперчувствительность, локализованная иммунологическая кожная реакция, зависит от функциональных лимфоцитов тимуса, ее используют для скрининга иммунодефицита, опосредованного Т-клетками.Обычно используются антигены эпидемического паротита, трихофитона, очищенного белкового производного (PPD), Candida или Monilia , столбняка и дифтерии. По крайней мере, пять из перечисленных ниже антигенов должны использоваться для подтверждения нарушения клеточного иммунитета. Все кожные тесты проводятся внутрикожной инъекцией 0,1 мл соответствующих разведений антигена и должны быть считаны через 48-72 часа для определения максимального диаметра уплотнения. Отрицательный тест неинформативен у маленьких детей, потому что у них может не быть приобретенного иммунитета.

1.

Туберкулин: 0,1 мл, содержащий 2–10 международных единиц (МЕ) растворимого PPD, стабилизированного твином. В случае отрицательного результата тест следует повторить, используя 50 МЕ.

2.

Candida или Monilia : Сначала протестируйте в разведении 1:100. Если реакции нет, протестируйте в разведении 1:10.

3.

Trichophyton: Использовать в разведении 1:30.

4.

Свинка: использовать в неразбавленном виде; считывайте через 6-8 часов для ранней реакции Артюса (опосредованной антителами), а затем через 48 часов для замедленной клеточной гиперчувствительности.

5.

Жидкие анатоксины столбняка и дифтерии: Использовать в разведении 1:100.

6.

KLH: Используйте 100 мкг в 0,1 мл внутрикожно через 2 недели после иммунизации 2,5 мг KLH подкожно.

Стимуляция лимфоцитов in vitro

Обычный тест функции лимфоцитов заключается в определении способности таких клеток увеличиваться и превращаться в бластоподобные клетки, которые синтезируют ДНК и включают тимидин после стимуляции in vitro.Лимфоциты могут быть активированы митогенами, такими как фитогемагглютинин (ФГА), конканавалин А (Кон А) или митоген лакомы (PWM). PPD, кандидин, стрептокиназа, столбняк и дифтерия также могут активировать лимфоциты, если больной уже сталкивался с этими антигенами. Аллогенные клетки, используемые в односторонней культуре смешанных лимфоцитов (MLC), и антитела к поверхностным молекулам Т-клеток, такие как CD3, CD2 и CD43, участвующие в передаче сигнала, также стимулируют пролиферацию Т-клеток. Т-клеточная лимфоцитарная бластная трансформация может быть оценена непосредственно путем измерения бластогенеза и пролиферации клеток; экспрессия антигенов активации, таких как CD69 или CD25, рецептора IL-2; и освобождение посредников.Бластогенный ответ оценивают по включению тимидина, меченного 3 H или 14 C, в течение 16–24 часов с последующими методами экстракции ДНК или осаждения клеток на фильтровальной бумаге и последующим жидкостным сцинтилляционным счетом.

Интерпретация митогенных ответов на различные стимулы должна производиться с осторожностью в отношении типа реагирующей клетки. Например, PHA стимулирует Т-клетки, но также может стимулировать В-клетки, когда он связан с твердыми частицами. PWM стимулирует ответ Т- и В-клеток, хотя для стимуляции В-клеток должны присутствовать Т-клетки.Реакция MLC является результатом реакции Т-клеток на кодируемые MHC пептиды, представленные на поверхности В-клеток и моноцитов. Следует отметить, что Т-клетки в популяции нормальных облученных или обработанных митомицином-С лимфоцитов, используемых в качестве стимуляторов, могут секретировать факторы, индуцирующие бластогенез лимфоцитами пациента. Поскольку это может ввести в заблуждение, в качестве стимуляторов предпочтительнее использовать линии В-клеток или нормальные клетки, обедненные Т-клетками.

Активированные Т-клетки экспрессируют рецепторы IL-2, рецепторы трансферрина и молекулы MHC класса II, которые отсутствуют или присутствуют в небольшом количестве на покоящихся Т-клетках.Популяции Т-клеток, подлежащие оценке на предмет их способности экспрессировать эти рецепторы, стимулируют растворимым лектином, таким как ФГА, и исследуют через 3 дня после стимуляции с помощью прямой или непрямой иммунофлуоресценции с использованием моноклональных антител к ИЛ-2 (CD25) или к трансферрину. рецепторы или к молекулам МНС класса II. Для непрямой иммунофлуоресценции нерелевантный мышиный моноклональный иммуноглобулин и антимышиный иммуноглобулин, меченный флуорохромом, используют в качестве контроля потенциального связывания Fc моноклональными клетками мыши.Fc представляет собой фрагмент антитела, который связывается с рецепторами антител на клетках и с C1 q , субъединицей первого компонента комплемента.

Активированные Т-клетки и моноциты синтезируют и секретируют ИЛ-2, -4, -5, -6, -7, -8, интерферон и другие цитокины. Супернатанты мононуклеарных клеток периферической крови, стимулированные растворимой ФГА, можно оценить на наличие ИЛ-2 путем определения их способности стимулировать 3 захват H-тимидина мышиными ИЛ-2-зависимыми культивируемыми Т-клеточными линиями.Существуют специальные системы in vitro для анализа других цитокинов.

Другие тесты

Существует несколько систем анализа биологических маркеров неспецифического иммунитета. Как отмечалось ранее, у всех пациентов должен быть абсолютный подсчет лейкоцитов в периферической крови, а также дифференциальный тест для определения соотношения типов лейкоцитов. Лимфоцитопения может быть связана с первичными иммунодефицитными заболеваниями, но также может возникать вторично по отношению к вирусным инфекциям, недоеданию, стрессу и аутоиммунным заболеваниям или злокачественным новообразованиям кроветворной системы.Нейтропения имеет много причин и часто связана с бактериальными абсцессами. Аспирация или биопсия костного мозга важны для исключения других заболеваний, идентификации плазматических клеток и пре-В-клеток, а также для диагностики скрытых инфекций. NK-клетки (естественные киллеры) представляют собой крупные гранулярные лимфоциты. Это цитотоксические клетки, которые эффективны без предварительной сенсибилизации. Доля NK-клеток может быть определена с помощью соответствующих моноклональных антител, включая CD16, который идентифицирует белок с молекулярной массой 50–60 килодальтон (кДа) на больших зернистых лимфоцитах и ​​гранулоцитах, а также CD57.Функциональные анализы активности NK включают способность соответствующих мононуклеарных клеток убивать определенные NK-мишени, такие как клетка K562, в которой клеточно-опосредованный цитолиз in vitro количественно определяют по высвобождению 51 Cr из клеток-мишеней.

Помимо нейтропении, существуют дефекты фагоцитарной функции, которые поражают полиморфноядерные или мононуклеарные фагоциты. Функция нейтрофилов зависит от движения в ответ на хемотаксический стимул, прилипания, эндоцитоза и гибели или разрушения проглоченных частиц.Подвижность фагоцитов зависит от целостности цитоскелета и сократительной системы. Направленная подвижность может быть опосредована рецепторами. Эндоцитоз зависит от экспрессии мембранных рецепторов для IgG, C3b и iC3b и от текучести мембраны. Дефекты внутриклеточного уничтожения проглоченных микроорганизмов обычно возникают в результате нарушения «респираторного взрыва», который имеет решающее значение для производства супероксидных радикалов и перекиси водорода. Escherichia coli, Serratia marcescens , грибы и нокардии.У пациентов с дефектами подвижности, спаянности и эндоцитоза обычно отмечаются инфекции кожи, периодонтит, кишечные или перианальные свищи. С другой стороны, пациенты с нормальным эндоцитозом и дефектным лизисом, как правило, имеют хронические гранулемы. Измерение восстановления нитросинего тетразолиевого красителя активно фагоцитирующими лейкоцитами было принято в качестве стандартной меры адекватности респираторного взрыва. Анализы на уничтожение бактерий дают сильно различающиеся результаты в зависимости от вида бактерий, используемых в анализе.Можно оценить хемотаксис и сократимость фагоцитов.

Классическая система комплемента состоит из девяти компонентов (C 1–9) и ряда регуляторных белков (ингибитора C1, белка, связывающего C4, и пропердиновых факторов H и I). Многие биологические активности, важные для воспалительной реакции и устойчивости хозяина к инфекции, происходят в различных точках классического или альтернативного пути активации комплемента. Три клинических состояния должны вызвать подозрение на дефицит компонента комплемента: системная красная волчанка, рецидивирующие инфекции типа гипогаммаглобулинемии у пациентов с нормальным уровнем иммуноглобулина и тяжелая нейссерийная инфекция.В лаборатории измерение гемолитического комплемента в сыворотке крови (CH50) является важным тестом. При наследственном дефиците комплемента, за исключением гиперкатаболизма С3, гемолитический комплемент в сыворотке обычно отсутствует и редко превышает 10% от нормального значения. Более подробный анализ компонентов комплемента требует функциональных и антигенных измерений отдельных компонентов, которые обычно лучше всего проводить в лабораториях, специализирующихся на системе комплемента.

Возможности для разработки биологических маркеров, оценивающих действие иммунотоксикантов

Первичные гуморальные иммунные реакции

Хотя тесты на гуморальный, клеточный и неспецифический иммунитет имеют большое значение при изучении глубоких наследственных иммунодефицитных состояний, они недостаточно чувствительны для значимого выявления умеренного иммунодефицита в популяциях лиц, подвергшихся воздействию иммунотоксических агентов.Кроме того, доступные тесты обычно направлены на оценку полного иммунного ответа, такого как клеточно-опосредованный иммунитет, без определения характера иммунологического повреждения (распознавание антигена, продукция лимфокинов, экспрессия рецептора лимфокина, эффекторный ответ). Наконец, большинство доступных процедур, включая тесты на уровни иммуноглобулина в сыворотке, титры изогемагглютинина, кожные тесты реакции на припоминание антигенов и пролиферативный ответ на припоминание антигенов, как правило, оценивают способность индивидуума производить вторичный ответ припоминания, а не дать первичный ответ на новый антиген.Способность вырабатывать иммунный ответ на новый агент является более чувствительным показателем иммунного нарушения, чем индукция вторичного иммунного ответа. Кроме того, тест, требующий первичного иммунного ответа, позволяет провести тщательный анализ процессов процессинга и первоначального распознавания антигена.

В этом разделе обсуждаются научные основы поиска биологических маркеров, которые можно использовать для оценки воздействия токсических агентов на иммунную систему. Первичный ответ на KLH является одним из таких маркеров.Исследуемый индивидуум иммунизируют подкожно 2,5 мг KLH. Две недели спустя отсроченные реакции гиперчувствительности оценивают с помощью внутрикожного кожного теста со 100 мкг KLH. Антительный ответ на KLH определяют в сыворотке, полученной через 2 недели после иммунизации KLH. Было бы полезно разработать другие агенты для первичной иммунизации, чтобы расширить репертуар за пределы ГЛГ. Однако подкомитет не рекомендует использовать динитрохлорбензол для кожных проб, поскольку он обладает мутагенными свойствами и вызывает некроз.

Активирующие антигены на поверхности лимфоцитов и в сыворотке

Для успешного иммунного ответа человека необходимо, чтобы Т- и В-клетки переходили из покоящегося состояния в активированное, когда покоящиеся клетки впервые сталкиваются с чужеродным патогеном. Соответствующим образом обработанные и представленные антигены реагируют с антигенными рецепторами на поверхности лимфоцитов, вызывая активацию Т- или В-клеток. В рамках стадии активации лимфоцит экспрессирует набор антигенов клеточной поверхности, которые по большей части являются индуцированными рецепторами факторов роста.Они не обнаружены на поверхности покоящихся клеток. Антигены активации, которые были тщательно изучены на поверхности Т-клеток, включают пептид рецептора IL-2 с молекулярной массой 55 кДа, определяемый антителами к CD25, рецептор трансферрина, рецептор инсулина и молекулы MHC класса II (Waldmann, 1986). Были идентифицированы дополнительные антигены активации, в том числе обозначенные как CD30 и CD69 Номенклатурным комитетом Четвертой конференции по антигенам дифференцировки лейкоцитов человека (Knapp et al., 1989). CD69 идентифицирует гомодимер, который появляется в течение первых нескольких часов после активации лимфоцитов. В- и Т-клетки демонстрируют поверхностную активацию. Например, антиген, определяемый CD23, низкоаффинный Fc-рецептор отсутствует на покоящихся клетках, но экспрессируется на активированных В-клетках. Способность человека экспрессировать специфические рецепторы фактора роста на надлежащим образом активированных В- и Т-клетках можно определить с помощью иммунофлуоресценции с использованием соответствующих специфических моноклональных антител в сочетании с другими исследованиями стимуляции лимфоцитов in vitro.Например, мононуклеарные клетки периферической крови, стимулированные ФГА, можно оценить с помощью антитела к CD25 через 48-72 часа после стимуляции ФГА на предмет экспрессии клетками 55-кДа пептида рецептора IL-2.

Ряд рецепторов клеточной поверхности высвобождается в жидкости организма, включая сыворотку. Концентрации высвобожденных рецепторов в сыворотке можно оценить с помощью подходящего метода ELISA с двумя моноклональными антителами, которые распознают различные эпитопы на пептиде.В сыворотке были идентифицированы высвобожденные формы антигенов активации (антигены, которые экспрессируются на активированных, но не на нормальных покоящихся клетках), 55-кДа рецептор IL-2 (CD25), CD8, CD23, CD30 и рецептор трансферрина (Рубин и др., 1985). Уровни некоторых из этих рецепторов в сыворотке коррелируют с воздействием антигена и с конкретными болезненными состояниями. Например, нормальные люди имеют измеримые количества рецепторов IL-2 в своей сыворотке, а некоторые пациенты с лимфоретикулярными злокачественными новообразованиями или отдельными аутоиммунными заболеваниями, а также лица, получающие аллотрансплантаты, имеют повышенные уровни этого рецептора в сыворотке.Экспрессия на клеточной поверхности и последующее высвобождение в жидкости организма, включая сыворотку, растворимых рецепторов IL-2, по-видимому, является следствием клеточной активации различных типов клеток, которые могут играть роль в регуляции иммунного ответа. Таким образом, анализ сывороточных уровней рецепторов IL-2 и других антигенов активации может обеспечить новый подход к анализу активации лимфоцитов in vivo. Теоретически повышенные уровни этих антигенов активации являются результатом воздействия вирусов и химических веществ, токсичных для иммунной системы.

Синтез и секреция лимфокинов после активации лимфоцитов

После активации Т- и В-клетки в мононуклеарных клетках периферической крови экспрессируют гены, кодирующие ряд молекул лимфокинов (от IL-1 до IL-10) и колониестимулирующие факторы . Как следствие, клетки синтезируют и секретируют измеримые количества этих лимфокинов, которые участвуют в контроле Т- и В-клеток, а также в росте и дифференцировке эозинофилов и базофилов. Для количественного определения концентрации лимфокинов и колониестимулирующих факторов были разработаны биологические анализы (такие как ИЛ-2-зависимая пролиферация культивируемых Т-клеточных линий в ответ на ИЛ-2), радиоиммуноанализы и процедуры ELISA.Кроме того, с помощью молекулярного клонирования генов, кодирующих каждый из этих лимфокинов, можно количественно оценить транскрипцию матричной РНК для каждого из лимфокинов после соответствующей активации лимфоцитов. Как правило, для лимфокинов, продуцируемых Т-клетками, популяции мононуклеаров или Т-клеток периферической крови активируют с помощью Con A, PWM или нерастворимых антител против CD3, а затем используют соответствующие анализы для количественного определения специфических лимфокинов, продуцируемых и секретируемых в клетки. СМИ. Различные модели секреции лимфокинов наблюдались в разных подмножествах Т-клеток, при этом интерферон и ИЛ-2 продуцировались одним подмножеством, а ИЛ-4 и ИЛ-5 — другим подмножеством длительно клонированных CD4 Т-клеточных линий мышей.Таким образом, анализ характера повышенной продукции лимфокинов может иметь значение для точного определения действия иммунотоксиканта на конкретную подгруппу клеток иммунной системы. Кроме того, можно наблюдать угнетение продукции лимфокина при дозах иммуномодулирующего агента, которые не влияют на другие аспекты иммунного ответа человека. Например, в соответствующих дозах циклоспорин А ингибирует продукцию ИЛ-2, не отменяя индукцию экспрессии рецептора ИЛ-2.

Пролиферативный ответ на суперантигены

Ряд антигенов, «суперантигенов», включая Staphylococcus энтеротоксин A и Staphylococcus энтеротоксин B, были определены White et al.(1989). Эти антигены распознаются всеми Т-клетками, которые используют конкретный вариабельный участок β-Т-клеточного рецептора. Например, энтеротоксин Staphylococcus распознается подгруппами мышиных Т-клеток, которые используют гены рецепторов Т-клеток Vß3 и Vß8, тогда как энтеротоксин A Staphylococcus распознается популяциями Т-клеток, несущих Vß11. Энтеротоксины называются суперантигенами, потому что они могут взаимодействовать с большим количеством рецепторов Т-клеток, основываясь только на использовании Vβ и из-за ослабленного рестрикционного паттерна распознавания MHC.Эти агенты, используемые в тестах на пролиферацию, могут быть полезны при оценке влияния ксенобиотиков на клеточную иммунную систему человека.

Само-HLA-рестриктированная клеточно-опосредованная цитотоксичность

Иммунизация антигенами вызывает образование цитотоксических Т-лимфоцитов (ЦТЛ), которые являются антиген-специфичными и ограничиваются лизисом клеток-мишеней, которые имеют общие продукты гена МНС с ЦТЛ. Считается, что ЦТЛ играют важную роль в выздоровлении от вирусных инфекций. Т-клетки развивают специфичность рецептора к продуктам гена MHC хозяина, экспрессируемым на эпителии тимуса до воздействия антигена.Т-клеточные рецепторы, которые экспрессируют специфичность к чужеродным антигенам и генным продуктам MHC класса I, выбираются, когда антиген встречается на антигенпрезентирующих клетках хозяина. Созревание таких ЦТЛ требует вспомогательных Т-клеток (амплификаторов) и может регулироваться супрессорными Т-клетками. Самоограниченные ЦТЛ, специфичные к вирусу гриппа А-Гонконг, могут быть получены in vitro из мононуклеарных клеток периферической крови человека пациентов, подвергшихся воздействию вируса гриппа. Генерация ЦТЛ зависит от Т-клеток и моноцитов в культуре.Мононуклеарные клетки периферической крови могут быть оценены на предмет способности пациента генерировать собственную HLA-ограниченную клеточно-опосредованную цитотоксичность по отношению к вирусным антигенам. Когда этот подход используется у пациентов с распространенной вариабельной гипогаммаглобулинемией, способность продуцировать вирусспецифические самоограниченные ЦТЛ вариабельна, но обычно относительно нормальна. Напротив, пациенты с иммунодефицитными состояниями, атаксией-телеангиэктазией и синдромом Вискотта-Олдрича неспособны вызвать значительное увеличение вирусспецифических ЦТЛ in vitro.Подсчет ЦТЛ может быть полезен в качестве биологического маркера для оценки влияния иммунотоксических агентов на иммунную систему человека.

Предлагаемый режим тестирования

Поскольку иммунная система имеет большой функциональный резерв, токсическое повреждение, вероятно, можно будет измерить только после значительного нарушения. Тем не менее, можно предложить ряд хорошо отработанных или относительно хорошо отработанных процедур, которые можно использовать для отслеживания лиц или групп, о которых известно или подозревается, что они подвергались воздействию иммунотоксиканта или потенциального иммунотоксиканта.Можно ожидать, что станут доступными другие менее хорошо зарекомендовавшие себя, но многообещающие тесты, и их следует рассматривать в зависимости от обстоятельств.

Все тесты должны проводиться один или два раза в год врачом у лиц, подозреваемых в воздействии иммунотоксикантов, чтобы можно было оценить латентность и изменения с течением времени. Наконец, аликвоты свежей сыворотки и осажденных лейкоцитов следует хранить при температуре -70°C для каждого исследуемого индивидуума в каждый момент времени.

Для групповых исследований рекомендуется многоуровневый подход, серия тестов, выполняемых последовательно.Уровень 1 () предлагается для оценки отдельных лиц, подвергшихся или потенциально подвергшихся воздействию иммунотоксикантов. Комбинированные режимы Уровня 1 и Уровня 2 () должны применяться у лиц, подвергшихся воздействию и обнаруживающих аномалии Уровня 1. Уровня 3 () следует рассматривать для тех лиц, у которых обнаруживаются аномалии в тестах Уровня 2, или для случайной части населения, протестированной с использованием Уровня 2.

ТАБЛИЦА 7-1

Уровень 1 (Все лица, подвергшиеся воздействию иммунотоксикантов).

ТАБЛИЦА 7-2

Уровень 2 (все лица с аномальными результатами теста уровня 1 и доля от общего числа подверженного воздействию населения, подлежащая определению статистиком).

ТАБЛИЦА 7-3

Уровень 3 (следует рассмотреть для лиц с отклонениями в тестах уровня 2 или для случайной части всего населения уровня 2).

Резюме

Токсические агенты могут повредить иммунную систему в любом из ее широких возможностей. Пострадавшие лица подвергаются риску развития заболеваний, таких как серьезные инфекции и новообразования.

Разработана широкая серия тестов для оценки гуморального (опосредованного антителами) и клеточного (опосредованного Т-клетками) иммунитета, а также неспецифической резистентности (опосредованной NK-клетками, комплементом и т. д.).). Предлагается схема тестирования, включающая серию рекомендуемых в настоящее время анализов, которые можно использовать для наблюдения за отдельными лицами или группами, о которых известно или подозревается, что они подверглись воздействию потенциального иммунотоксиканта. Предлагается многоуровневый подход, начиная с Уровня 1 с серии простых тестов, которые необходимо провести всем лицам для скрининга на иммунодефицит.

В этом режиме тесты Уровня 2 будут проводиться у лиц с аномальными результатами тестов Уровня 1 и у части всего подвергшегося воздействию населения.Уровень 3 будет использоваться для тех, у кого положительный результат теста на уровне 2, и для случайной части населения уровня 2.

Хотя тесты на гуморальный, клеточный и неспецифический иммунитет имеют большое значение в исследованиях тяжелых наследственных иммунодефицитных состояний, они не оценивались на предмет их способности выявлять более умеренные иммунодефициты, которые могут наблюдаться у лиц, подвергшихся воздействию иммуносупрессивных иммунотоксических агентов. Таким образом, тесты на биологические маркеры иммунной системы, которые были предложены здесь для оценки риска, должны быть проверены проспективно в популяциях, подвергшихся воздействию предполагаемых иммунотоксикантов, и в контрольных группах на их способность прогнозировать развитие заболевания, связанного с иммунодефицитом.

Для этого необходимо предпринять усилия для определения степени воздействия конкретных иммунотоксикантов на индивидуальной основе пациента. Это можно сделать с помощью ретроспективного анализа воздействия, но использование маркеров воздействия — концентрации в крови и тканях — может быть более подходящим подходом. Тем не менее, необходимо изучить зависимость доза-реакция.

Рекомендации

Поскольку имеющиеся тесты могут не обладать достаточной чувствительностью для выявления умеренного иммунодефицита, основное внимание следует уделить разработке более чувствительных тестов на маркеры иммунных нарушений.

Должны быть разработаны и валидированы тесты на биологические маркеры, которые фокусируются на способности развивать первичный ответ на новый антиген. Такие тесты могут быть более чувствительными, чем доступные тесты, которые исследуют вторичные реакции на припоминание. Кроме того, тест, требующий первичного иммунного ответа, позволяет анализировать процессы процессинга и распознавания антигена.

Необходимо разработать тесты, которые исследуют экспрессию антигенов активации, включая рецепторы лимфокинов (такие как CD25, рецептор IL-2), экспрессируемые на поверхности лимфоцитов.Также необходимо провести анализ сывороточных концентраций высвободившейся формы этих антигенов. Теоретически экспрессия таких молекул клеточной поверхности, которые отсутствуют в нормальных покоящихся клетках, но экспрессируются после активации лимфоцитов, может быть вызвана воздействием иммунотоксикантов.

Возрастные различия гуморального и клеточного иммунного ответа после первичной иммунизации: показания для стратифицированных календарей вакцинации

В этом исследовании изучалось влияние возраста на гуморальный и клеточный иммунный ответ после первичной вакцинации.Он также определил, какое влияние могут оказать результаты на текущие рекомендации и графики вакцинации, чтобы гарантировать достаточную защиту от болезней, которые можно предотвратить с помощью вакцин, в пожилых и гериатрических возрастных группах. Испытываемая нами вакцина против ЯЭ служила модельной вакциной с неоантигеном, к которому ни у одного из набранных пожилых или молодых участников исследования не было ранее установленного иммунитета.

Нейтрализующие JEV-специфические антитела были предложены в качестве коррелята защиты на основании клинических данных и данных о мышах 24,25 , показывающих, что защита увеличивается с соответствующими титрами NT 26 .В нашем исследовании мы обнаружили, что пожилая группа имеет сниженную способность вырабатывать нейтрализующие антитела после первичной вакцинации против JEV. Соответственно, доля неответивших и слабо ответивших в этой группе была значительно выше, чем в молодой группе. Эти результаты, по-видимому, противоречат лицензионным исследованиям, в которых возрастные различия в сероконверсии и GMT не были обнаружены у субъектов старше и младше 50 лет после первичной вакцинации 27 . Одной из причин этого могут быть разные анализы, использованные в исследовании лицензирования, которое имело более низкий уровень отсечения (<1:10), чем наше исследование (<1:20) для выявления неответивших/низко ответивших.Другой причиной может быть более четкое возрастное расслоение между участниками нашего исследования, т.е. включение молодых участников со средним возрастом 24 года (диапазон 18–30) лет и пожилых людей со средним возрастом 69 лет (диапазон 61–78) лет. . Из-за этих значительных возрастных различий возрастные различия в реакции на вакцину были гораздо более очевидны в нашем исследовании, чем в популяции, в которую входили участники в возрасте 40 и 50 лет, в течение которых первичные реакции на вакцину, возможно, только начинают снижаться. , как показано для иммунизации против гепатита В 28,29 .Другим аспектом, заслуживающим рассмотрения в связи со сниженным ответом на вакцины у пожилых людей, является серопозитивность к цитомегаловирусу (ЦМВ), поскольку ЦМВ связан с возрастной перестройкой субпопуляций Т-клеток и увеличением антиген-восприимчивых лимфоцитов 30 . В нашей исследуемой популяции процент серопозитивных лиц явно увеличивался с возрастом, и это соответствовало мировым данным о распространенности серотипа 31 . Действительно, когда мы проверили, связаны ли измененные реакции на вакцину с ЦМВ-серопозитивностью, мы обнаружили, что у ЦМВ-серопозитивных пожилых людей титры антител после первичной вакцинации против ЯЭ были значительно ниже, чем у пожилых ЦМВ-серонегативных вакцинированных.До сих пор существующие данные о других вакцинах, вводимых пожилым людям, таких как грипп, были противоречивыми в отношении влияния ЦМВ-инфекций на гуморальные реакции 32,33,34,35,36 . Однако различия в титрах гриппозных антител могут быть связаны с возможным предшествующим воздействием некоторых штаммов противогриппозной вакцины (или дрейфующих вариантов) у пожилых людей и, следовательно, могут отражать сочетание воспоминаний и первичных ответов. Тем не менее, наши данные подтверждают теорию о том, что ЦМВ-инфекция способствовала резкой возрастной разнице в титрах антител после первичной вакцинации.Это указывает на то, что долгосрочная защита также может быть затронута и может даже служить прогностическим маркером реакции на вакцину у пожилых людей.

Установлено, что с возрастом снижается пул наивных В-клеток и разнообразие рецепторов В-клеток 9 , а также снижается способность к образованию зародышевых центров 8 . В нашем исследовании мы подтверждаем более низкий процент общих и наивных В-клеток в группе пожилых людей по сравнению с группой молодых. Следовательно, можно предположить, что более низкие титры антител в этой группе были обусловлены меньшим количеством наивных В-клеток, которые были способны встречаться с соответствующими им антигенами.Более того, самый высокий процент переключенных В-клеток памяти, популяции клеток, подвергшихся воздействию антигена, которые больше не участвуют в первичных ответах, также был обнаружен в группе пожилых людей.

Перекрестно-реактивные антитела к различным флавивирусам, таким как вирус Западного Нила и вирус денге типа 2, были описаны у лиц, вакцинированных против ЖЛ, ВКЭ и ЯЭ 37,38 . Что касается JEV и ВКЭ, мы не обнаружили перекрестно-нейтрализующих антител против JEV ни у одного из субъектов, примированных против клещевого энцефалита, до вакцинации против ЯЭ в нашей исследуемой популяции.Ранее мы обнаруживали более высокие специфичные к JEV титры у участников, вакцинированных КЭ, но только кратковременно после первой дозы вакцины против ЯЭ 39 . Наше текущее наблюдение о том, что первичная вакцинация против JEV не изменила уровни титров, специфичных для ВКЭ, подтверждает мнение об отсутствии перекрестной нейтрализации на гуморальном уровне между этими двумя флавивирусами.

В дополнение к JEV-специфическим гуморальным ответам после первичной вакцинации в группе пожилых людей также были изменены клеточные ответы.Удивительно, но продукция ИЛ-2 увеличилась у молодых и пожилых людей, с самыми высокими уровнями у пожилых ЦМВ-серонегативных подмножеств. Помимо своей известной лимфопролиферативной функции, было показано, что IL-2 обладает способностью блокировать дифференцировку Т-фолликулярных хелперных клеток 40 . Это означает, что наши результаты согласуются с более низкими титрами антител у пожилых людей. Более того, этот цитокин важен для индукции Т-регуляторных клеток на периферии, а также для их выживаемости 41 , которая была значительно повышена у пожилых участников.Напротив, мы обнаружили только повышенные уровни IFN-γ между 0 и 35 днем ​​у молодых, но отсутствие продукции IFN-γ у пожилых людей после вакцинации отражало значительно уменьшенную популяцию наивных CD4+ лимфоцитов в этой возрастной группе. Ранее сообщалось о важности IFN-γ в контроле вызванного JEV энцефалита в модели с нокаутированными мышами IFN-γ 42 . У людей способность PBMC продуцировать более высокие уровни IFN-γ коррелировала с лучшими клиническими исходами после инфекции JEV 43 .В связи с этим возникает вопрос о том, может ли — в корреляции с более низкими титрами антител к NT — более низкая индуцированная вакциной продукция IFN-γ указывать на более низкую индуцированную вакциной защиту у пожилых людей. В соответствии с этим соотношение IFN-γ/IL-10, специфичное для ЯЭ, имело тенденцию к снижению у пожилых людей и значительно повышалось у молодых. Эти результаты также указывают на то, что иммунные реакции у пожилых людей могут быть улучшены за счет использования составов вакцин, стимулирующих Th2, что также обсуждалось другими 44,45 .

Интересно отметить, что, в отличие от гуморальных ответов, ответ специфических цитокинов против ВКЭ увеличивался одновременно с продукцией специфических цитокинов против ЯЭ после первичной вакцинации против ЯЭ, как это наблюдалось для ИЛ-2 у пожилых людей и для ИНФ-γ, а также ИЛ-10 в молодости. Поскольку у большинства участников исследования в прошлом было несколько вакцинаций против КЭ (из-за высокой эндемичности ВКЭ), параллельное повышение уровня цитокинов может быть связано с антигенной перекрестной реактивностью на клеточном уровне между антигенами ЯЭ и ВКЭ, как описано ранее для другие флавивирусы 46,47 .Следовательно, повышенные уровни ИЛ-2, обнаруженные только у пожилых людей, могли быть результатом более частых вакцинаций против КЭ или воздействия на пожилых людей по сравнению с молодыми.

Вакцино-индуцированная иммунная защита и механизмы вирусной защиты от JEV зависят от субпопуляций эффекторных CD4+ и CD8+ клеток 46 . Хотя CD4+ T-клетки были довольно устойчивыми во время вакцинации в нашей когорте исследования, CD8+ T-клетки уже снизились у пожилых участников, подтверждая предыдущие наблюдения 19 .Важно отметить, что мы отметили снижение числа наивных Т-клеток, как CD4+, так и CD8+, по сравнению с увеличением числа дифференцированных на конечной стадии TEMRA у пожилых людей. Точно так же количество рано дифференцированных Т-клеток, которые также включали наивные Т-клетки, было уменьшено, но преобладали поздно дифференцированные Т-клетки, которые включали TEMRA-лимфоциты. Сдвиг от наивных к поздним или терминальным дифференцированным субпопуляциям Т-клеток стал еще более очевидным у пожилых пациентов с ЦМВ-серопозитивными. Таким образом, наши результаты согласуются с концепцией хронической ЦМВ-инфекции как основной движущей силы иммуностарения 32,48 .Они также дополняют картину того, что пожилые люди, вероятно, в меньшей степени способны вырабатывать адаптивный и защитный ответ против неоантигена, и эта способность снижается еще больше, если они серопозитивны к ЦМВ.

Помимо перераспределенных субпопуляций лимфоцитов у пожилых людей, Т- и В-регуляторные клетки, которые известны своей активной иммуносупрессивной способностью, могут быть ответственны за изменение реакции на вакцину 49 . В этом отношении ранее мы отмечали, что Т-регуляторные клетки размножались при гепатите В, а также у лиц, не ответивших на ВКЭ, после ревакцинации 12,50 , в то время как снижение количества Т-регуляторных клеток было обнаружено у тех, у кого был достигнут достаточный гуморальный и клеточный ответ на вакцину. 12,51 .В соответствии с нашими предыдущими исследованиями мы здесь демонстрируем, что низкий ответ на вакцину у пожилых людей связан с увеличением количества регуляторных Т-клеток. Точно так же обратная связь между регуляторными Т-клетками и низкой реакцией на вакцину также была показана в определенных группах риска, таких как больные раком и ВИЧ-положительные 51,52 . Как правило, Т-регуляторные клетки могут опосредовать свой регуляторный потенциал посредством межклеточных контактов или посредством цитокинов, таких как IL-10, которые могут подавлять клеточную активацию и ко-стимуляцию 20 .Соответственно, тенденция к ответам Th3/Treg, о чем свидетельствует сниженное соотношение INF-γ/IL-10 у пожилых людей, сопровождалась повышением уровня Т-регуляторных клеток.

Регуляторные Т-клетки могут быть дополнительно классифицированы посредством CD45RA на подмножества в соответствии с их супрессорным потенциалом, при этом эффекторные Т-регуляторные клетки проявляют самую высокую супрессивную способность 53 . В нашем исследовании было примечательно, что эта подгруппа была значительно увеличена у пожилых людей после вакцинации, что делает их возможными виновниками более низкого ответа на вакцину.Однако размножение этих клеток не зависело от серопозитивности ЦМВ, в отличие от другого исследования, которое показало, что увеличение регуляторных Т-клеток у пожилых людей дополнительно усиливалось инфекцией ЦМВ 54 .

Ранее мы обнаружили более высокие уровни незрелых переходных В-клеток, потенциально регуляторной субпопуляции В-клеток, способных подавлять иммунный ответ на неродственные антигены 55 , у вакцинированных неответчиков с генетической предрасположенностью к гепатиту В, но не у лиц без генетическая предрасположенность (КЭ) 12 .Однако в соответствии с исследованием Duggal et al . 22 , пожилые субъекты, которые были вакцинированы, показали более низкие уровни незрелых переходных/В-регуляторных клеток, что указывает, таким образом, на то, что это подмножество В-клеток не связано с нарушением ответа на вакцину у пожилых людей.

Несмотря на то, что результаты расширяют предыдущие данные о пожилых вакцинированных, получавших неоантиген, существуют ограничения, связанные с исследовательским характером некоторых анализов (влияние субпопуляций ЦМВ и лимфоцитов) и ограниченным размером выборки.Исследование было направлено на анализ 5 различных конечных точек на уровне статистической значимости 5%. Сравнение пожилых и молодых людей по всем указанным здесь конечным точкам при сохранении той же мощности и сохранении статистической ошибки (тип 1) на постоянном уровне 5% потребовало бы размеров выборки от 250 до 750 на группу в зависимости от величины эффекта. Поэтому возможно, что существуют некоторые дополнительные различия, которые не были обнаружены из-за недостаточной мощности. С другой стороны, существует риск неконтролируемого увеличения вероятности ошибки из-за множественного тестирования конечных точек.Эти ограничения, однако, были приняты в пользу осуществимости клинических испытаний.

В совокупности результаты нашего исследования показывают, что снижение вакциноспецифического гуморального и клеточного ответа после первичной вакцинации неоантигеном было связано с уменьшением наивных В- и Т-лимфоцитов и повышением Т-регуляторных клеток у пожилых субъектов. Переход от наивных к расширенным антиген-опытным пулам эффекторных клеток и Т-клеток памяти был особенно заметен у пожилых участников, инфицированных ЦМВ.Связь между сниженной реакцией на вакцину и перераспределением субпопуляций В- и Т-клеток у субъектов с ЦМВ-инфекцией предполагает, что серостатус ЦМВ может служить одним из возможных биомаркеров отсутствия или низкой реакции на вакцину, особенно в отношении первичной вакцинации пожилых людей.

Чтобы улучшить ответ вакцины на неоантигены у пожилых и пожилых людей, нам необходимо принять ряд стратегий, включая стратифицированные графики вакцинации, которые адаптируют существующие дозы антигена, способ применения (т.е. внутрикожно) и/или ускоренные схемы иммунизации. Будущие разработки вакцин должны быть нацелены на использование большего количества Th2-стимулирующих адъювантов для усиления гуморальных и клеточных специфических для вакцин ответов, а также длительных реакций памяти. Вопрос о реакции на ревакцинацию после первичной вакцинации у пожилых людей является предметом продолжающихся исследований.

Улучшение клинических признаков и клеточного иммунитета собак, больных висцеральным лейшманиозом, с помощью иммуномодулятора P-MAPA

https://doi.org/10.1016/j.actatropica.2013.04.005Получить права и содержание

Основные моменты

Мы изучаем иммуномодулирующее действие P-MAPA на собак с висцеральным лейшманиозом.

Оценивали улучшение клинических признаков и клеточного иммунитета собак.

Этот препарат способствовал клинической ремиссии и повышению клеточного иммунитета.

P-MAPA имеет потенциал в качестве иммунотерапевтического препарата при висцеральном лейшманиозе собак.

Absract

В этом исследовании изучали иммунотерапевтический потенциал белкового агрегата иммуномодулятора ангидрида магния-аммония фосфолинолеата-пальмитолеата (P-MAPA) при висцеральном лейшманиозе собак. Были исследованы двадцать беспородных собак с клиническими симптомами, сходными с лейшманиозом, и диагноз, подтвержденный обнаружением антител против лейшманиоза. Десять собак получили 15 доз иммуномодулятора (2,0 мг/кг) внутримышечно, а 10 собак получили физиологический раствор в качестве плацебо.Образцы кожи и периферической крови собирали после введения иммуномодулятора. За группами наблюдали клинические признаки ремиссии; паразитарная нагрузка в биоптатах кожи с использованием ПЦР в реальном времени, цитокины IL-2, IL-10 и IFN-γ в супернатанте мононуклеарных клеток периферической крови, стимулированных in vitro либо с общим промастиготным антигеном, либо с фитогемагглютинином, измеренным с помощью захвата ELISA, и изменения в субпопуляциях CD4 + и CD8 + Т-клеток, оцененные с помощью проточной цитометрии.Сравнение между группами показало, что лечение иммуномодулятором способствовало улучшению клинических признаков и значительному снижению паразитарной нагрузки на кожу. В культурах мононуклеарных клеток периферической крови супернатанты показали снижение уровня IL-10 и повышение уровня IL-2 и IFN-γ. В периферической крови наблюдалось увеличение CD8 + Т-клеток. Кроме того, с использованием 3-(4,5-диметилтиазол-2-ил)-2,5-дифенилтетразолия бромида (МТТ) было исследовано лейшманицидное действие in vitro P-MAPA, и лейшманицидная активность не была обнаружена.Эти данные свидетельствуют о том, что P-MAPA имеет потенциал в качестве иммунотерапевтического препарата при висцеральном лейшманиозе собак, поскольку он помогает восстановить частичную иммунокомпетентность инфицированных собак.

Графический реферат

Иммуномодулятор Р-МАПА способствовал ремиссии клинических проявлений и снижению уровня ИЛ-10 и паразитарной нагрузки у собак с симптоматическим лейшманиозом при одновременном повышении клеточного иммунитета.

  1. Скачать: Скачать полноразмерный Изображение

ключевых слов

CD4 + T

T Lymphocytes

CD8 + T

P-MAPA

47 LeishMania

Рекомендуемые статьи

Copyright © 2013 Эльзевир Б.В.

[Динамика различных показателей клеточного иммунитета у больных диффузным токсическим зобом после медикаментозной терапии] | Интернет-исследования в области здравоохранения и окружающей среды (HERO)

Заголовок

Динамика различных показателей клеточного иммунитета у больных диффузным токсическим зобом после медикаментозной терапии

Авторы)

Нугманова, Л.Б.; Гариб, ПФР; Исмаилов, С.И.; Арипов Д.А.

Журнал

Проблемы эндокринологии
ISSN: 0375-9660

Абстрактный

Цель исследования — изучить некоторые показатели иммунной системы больных диффузным токсическим зобом (ДТЗ) до проведения комплексной тиреостатической терапии и после достижения клинической ремиссии.Обследовано 30 больных ДТГ со средней степенью тяжести заболевания. Иммунный статус оценивали по содержанию Т-лимфоцитов, Т-супрессоров, Fc-гамма-лимфоцитов и антигенсвязывающих лимфоцитов (АСЛ), реагирующих на тиреоглобулин. Консервативная терапия включала мерказолил, бета-адреноблокаторы, седативные и сердечные препараты. Выявлено падение Т1Т-гамма и Fc-гамма-лимфоцитов в период проявления клинических признаков заболевания. Показатели АКЛ, реагирующего на тиреоглобулин, достоверно превышали относительные и абсолютные показатели контрольной группы.Комплексная медикаментозная терапия привела к углублению Т-лимфоцитарной недостаточности, значительному повышению Т гамма 1 и Т гамма 2 по сравнению с исходными уровнями. После терапии отмечена тенденция к снижению уровня Fc-гамма-люмфоцитов. Относительные и абсолютные значения показателей АКЛ достоверно снизились, однако сохранился достоверный прирост этих показателей по сравнению с контролем.

лабораторных тестов | Фонд иммунодефицита

Лабораторные исследования необходимы для определения наличия первичного иммунодефицита (ПИ).Обычно это вызвано тем, что у человека возникают некоторые клинические проблемы, особенно рецидивирующие и / или хронические инфекции. Информация о типах организмов, очагах инфекции и методах лечения, необходимых для лечения инфекций, часто помогает сфокусировать лабораторные исследования. История болезни человека и физикальное обследование определяют соответствующий выбор лабораторных тестов.

Нормальные и ненормальные лабораторные значения

Правильная интерпретация любого лабораторного значения зависит от сравнения результата с соответствующими установленными нормальными референтными диапазонами, которые в некоторых случаях зависят от возраста.Чтобы определить, что является нормальным, лабораторный тест проводится на группе здоровых людей, обычно взрослых, поровну разделенных между мужчинами и женщинами. Эти результаты используются для определения нормального диапазона с использованием различных статистических подходов. Обычное статистическое измерение называется 95% доверительным интервалом, который представляет собой диапазон, включающий 95% результатов нормальных испытуемых (как на кривой нормального распределения). Важно отметить, что, когда определение нормального диапазона установлено как доверительный интервал 95%, 5% выбранной нормальной популяции попадут в аномальный диапазон (как высокий, так и низкий), даже если они изначально были выбраны как обычный.Это одна из проблем при использовании статистических методов для определения нормального диапазона, и ее следует помнить при оценке результатов теста, приближающихся к любому концу нормального диапазона.

Используя измерение роста в качестве примера, нормальные люди могут быть чуть выше или чуть ниже нормального диапазона (или 95% доверительного интервала) и при этом оставаться нормальными. Кто-то на 1 дюйм выше доверительного интервала 95% не обязательно великан, а кто-то на 1 дюйм ниже не обязательно низкий человек.На самом деле, по определению, 2,5% нормальных людей будут ниже доверительного интервала 95%, а 2,5% будут выше. Тот факт, что 5% нормальных в других отношениях здоровых людей выпадают за пределы нормального диапазона, важен при рассмотрении лабораторных результатов: обнаружение значения за пределами референтного диапазона не означает автоматически аномалию. Клиническая значимость аномального лабораторного результата должна основываться на истории болезни, а также на величине отличия от нормального диапазона.

Характеристики группы, такие как возраст группы, используемые для определения нормального диапазона, имеют решающее значение, поскольку иммунная система претерпевает существенное развитие в младенчестве и детстве. Диапазон значений теста, нормальных в младенчестве, будет совершенно другим, когда ребенку будет 2 или 20 лет.

Следовательно, все исследования у детей необходимо сравнивать с контрольной группой того же возраста. Если лабораторные отчеты о результатах анализов не содержат возрастной информации, важно проконсультироваться со специалистом, который знает возрастные референтные диапазоны.В идеале лаборатория, проводящая тест, должна предоставить это, но если это невозможно, существуют опубликованные возрастные референтные диапазоны.

Наиболее распространенные лабораторные тесты, используемые для оценки иммунных нарушений, используются для выявления:
1. Дефицита антител
2. Клеточных (Т-клеточных) дефектов
3. Нейтрофильных нарушений
4. Дефицита комплемента

Эти четыре основные категории тестов на ИП описаны ниже. Еще одним новым лабораторным тестом для диагностики ПИ является генетическое тестирование.В прошлом генетические тесты были доступны в основном в исследовательских учреждениях, но теперь несколько коммерческих лабораторий предлагают генетическое секвенирование для идентификации известных мутаций, вызывающих различные типы ПИ.

Дефицит антител (или гуморальной иммунной функции)

Стандартные скрининговые тесты на гуморальную иммунную функцию начинаются с измерения уровней иммуноглобулина (Ig) или антител в сыворотке крови. Они состоят из уровней IgG, IgA, IgM и иногда IgE. Результаты необходимо сравнить с контрольной группой того же возраста.

Существуют также тесты на выработку специфических антител. Эти тесты измеряют, насколько хорошо иммунная система может вырабатывать антитела против вакцин, в качестве маркера того, насколько хорошо функционирует защитный механизм антител. Испытываются два основных пути выработки антител: путь, зависимый от Т-клеток, измеряемый реакцией антител на белковые антигены, такие как столбнячный и дифтерийный анатоксины, и путь, независимый от Т-клеток, измеряемый ответом антител на углеводные антигены, такие как содержится в пневмококковой полисахаридной вакцине (PPSV), известной как PNEUMOVAX.При таком подходе человека иммунизируют этими распространенными вакцинами, а образцы крови берут непосредственно до и примерно через четыре недели после иммунизации, чтобы оценить, насколько хорошо у человека образуются специфические антитела.

В некоторых случаях человек, возможно, уже был иммунизирован этими вакцинами в рамках своего обычного лечения, и у него уже будут циркулирующие антитела (если они вырабатывают антитела), в то время как в других случаях у человека может быть мало специфических антител или они могут отсутствовать до вакцинации. иммунизация.Использование различных типов вакцин необходимо, поскольку у некоторых людей с рецидивирующими инфекциями (и нормальным или почти нормальным уровнем иммуноглобулина) была выявлена ​​аномалия ответа на углеводные антигены, но нормальная реакция на белковые антигены.

Следует отметить, что при созревании иммунной системы ответ на углеводные антигенные вакцины отстает от ответа на белковые антигенные вакцины. (Это причина наличия детской версии пневмококковой вакцины PCV13, которая облегчает реакцию младенцев на Streptococcus pneumoniae).Интерпретацию реакции на вакцину лучше всего проводить у аллерголога/иммунолога, который регулярно работает с людьми с ПИ.

Возможность оценить реакцию антител у человека, уже получающего заместительную терапию Ig, более сложна. Это связано с тем, что Ig богат большинством специфических антител, образующихся после иммунизации. При иммунизации обычными вакцинами трудно определить разницу между антителами, полученными в результате заместительной терапии Ig, и антителами, которые могли быть созданы человеком.Решением этой проблемы является иммунизация вакцинами, которые обычно не встречаются среди населения в целом и, следовательно, вряд ли присутствуют в препаратах Ig. Для этой цели могут служить необычные вакцины, такие как вакцина против брюшного тифа или бешенства.

Важно отметить, что у человека с ранее подтвержденным дефектом выработки антител прекращение терапии для повторной проверки уровня антител и ответа на иммунизацию не требуется и может подвергнуть человека риску заражения в период, когда замена Ig терапия прекращается. Однако у пациентов с неясным диагнозом иммунодефицита антител может потребоваться прекращение заместительной терапии Ig на период от четырех до шести месяцев, чтобы можно было адекватно оценить гуморальный иммунитет человека.

Дополнительные исследования, используемые для оценки людей с дефицитом антител, включают измерение различных типов лимфоцитов в крови с помощью теста, называемого проточной цитометрией. В-клетка — это лимфоцит, способный вырабатывать антитела.В-клетки могут отсутствовать при определенных иммунных нарушениях, связанных с антителами, таких как Х-сцепленная агаммаглобулинемия (XLA). Этот тест также может оценить способность В-клеток к созреванию.

Кроме того, анализ ДНК может быть использован для подтверждения определенного диагноза, например, гена, кодирующего тирозинкиназу Брутона (BTK), связанную с XLA. Наконец, в специализированных лабораториях проводятся исследования по оценке продукции Ig культивируемыми лимфоцитами в ответ на различные виды стимулов.

Клеточный (Т-клеточный) иммунитет

Лабораторная оценка клеточного или Т-клеточного иммунитета направлена ​​на определение числа различных типов Т-клеток и оценку функции этих клеток.

Первый тест для оценки Т-клеточного иммунитета проводится без ведома большинства людей, поскольку во всех штатах США теперь проводится скрининг на очень низкое количество Т-клеток при рождении. Это происходит в рамках программы скрининга новорожденных, программы выявления серьезных излечимых генетических дефектов у здоровых в остальном младенцев.У всех новорожденных берут образец крови, полученный через укол из пятки, который отправляется в государственную лабораторию, где проводится скрининговый тест, называемый анализом TREC. Это измеряет количество Т-клеток в крови при рождении и является отличным способом выявления тяжелой недостаточности Т-клеток, что можно наблюдать при тяжелом комбинированном иммунодефиците (ТКИД). Если это ненормально, связываются с иммунологом в штате и рекомендуют дальнейшее тестирование. По состоянию на декабрь 2018 года все новорожденные, родившиеся в США.S., включая все 50 штатов, Вашингтон, округ Колумбия, и Пуэрто-Рико, проходят скрининг на наличие тяжелого Т-клеточного иммунодефицита. Этот скрининг новорожденных должен облегчить успешное лечение SCID и других связанных с ним тяжелых Т-клеточных иммунодефицитов, поскольку младенцы с этими состояниями будут выявлены при рождении, и может быть легко проведено соответствующее лечение, такое как трансплантация гемопоэтических стволовых клеток (трансплантация костного мозга) или генная терапия. предпринято.

Вне периода новорожденности самым простым тестом для оценки возможного снижения или отсутствия Т-клеток является общий анализ крови (ОАК) и дифференциальный анализ крови для определения общего (абсолютного) количества лимфоцитов в крови.Это разумный метод для оценки уменьшения количества Т-клеток, поскольку обычно около трех четвертей циркулирующих лимфоцитов составляют Т-клетки, а уменьшение количества Т-клеток обычно вызывает снижение общего числа лимфоцитов или общего количества лимфоцитов. Однако нужно быть осторожным, так как люди могут иметь довольно нормальное абсолютное количество лимфоцитов, но все же иметь значительно низкое количество Т-клеток. Фактическое количество Т-клеток можно подтвердить с помощью проточной цитометрии с маркерами, специфичными для разных типов Т-клеток.

Измерение количества Т-клеток часто сопровождается исследованиями клеточных культур, которые оценивают функцию Т-клеток. Это делается путем измерения способности Т-клеток реагировать на различные типы стимулов, включая митогены (такие как фитогемаглютинин [ФГА]) и антигены (такие как столбнячный анатоксин, кандидозный антиген). Реакцию Т-клеток на эти различные стимулы можно измерить, наблюдая, делятся ли Т-клетки и растут (так называемая пролиферация) и/или продуцируют ли они различные белки, важные для иммунных ответов, называемые цитокинами (например, интерферон).Существует все больше разнообразных функциональных тестов, доступных для оценки Т-клеток. Иммунолог — лучший человек, чтобы взять на себя эту интерпретацию.

Многие типы PI связаны со специфическими сетевыми дефектами. Это особенно верно для SCID, при котором было идентифицировано более 20 различных генетических причин. Все это можно оценить с помощью современной технологии анализа мутаций, и это наиболее точный способ установить окончательный диагноз.

Функция нейтрофилов

Лабораторная оценка нейтрофилов начинается с получения серии результатов подсчета лейкоцитов (WBC) с разницей.Лейкоциты и дифференциал определяют, есть ли снижение абсолютного количества нейтрофилов (нейтропения). Это наиболее распространенный аномальный лабораторный результат, когда у человека имеется история болезни, которая предполагает дефект нейтрофильного иммунитета. Обычно для диагностики проблем с нейтрофилами необходимо более одного общего анализа крови и дифференциальной диагностики.

Тщательный анализ мазка крови важен для исключения некоторых заболеваний, связанных с аномалиями в структуре нейтрофилов или в том, как они выглядят под микроскопом.Иногда требуется биопсия костного мозга, чтобы увидеть, правильно ли вырабатываются нейтрофилы. Если бы эти первоначальные скрининговые тесты числа нейтрофилов были нормальными, тестирование было бы сосредоточено на двух возможных типах ПИ: хронической гранулематозной болезни (ХГБ) и дефиците адгезии лейкоцитов (ЛАД). Оба этих расстройства имеют нормальное или повышенное количество нейтрофилов, и каждое из этих нарушений имеет отличительные клинические особенности, которые могут помочь в проведении соответствующей оценки.

Лабораторное тестирование для диагностики ХГБ основано на оценке критической функции нейтрофилов, которая убивает определенные бактерии и грибки — создание реактивного кислорода.Этот процесс, называемый окислительным взрывом, можно измерить с помощью ряда различных методов. В настоящее время наиболее часто используемый и наиболее надежный тест использует проточную цитометрию для измерения окислительного взрыва активированных нейтрофилов с использованием определенного красителя (дигидрородамин 123 или DHR), называемый тестом DHR. Тест DHR используется более 20 лет, и он чрезвычайно чувствителен при постановке диагноза. Этот тест также может быть полезен для выявления носителей ХГБ. Благодаря своим превосходным характеристикам этот тест стал стандартом в большинстве лабораторий, поддерживающих клиники, которые регулярно посещают пациентов с ХГБ.В прошлом использовался тест на восстановление красителя, называемый тестом нитросинего тетразолия (NBT), но этот тест имел большую вариативность в его интерпретации. Наилучшее подтверждение конкретного типа CGD предлагается по результатам теста DHR, но это требует подтверждения либо путем конкретной оценки вовлеченного дефектного белка, либо связанной с ним мутации гена, лежащей в основе заболевания.

Лабораторное исследование наиболее распространенной формы LAD типа 1 включает тестирование с помощью проточной цитометрии для определения наличия определенного белка на поверхности нейтрофилов (и других лейкоцитов).Когда этот белок отсутствует или значительно уменьшен, движение нейтрофилов к местам инфекции затруднено и вызывает значительное увеличение числа этих клеток в кровотоке, а также повышенную восприимчивость к бактериальным кожным, оральным и другим инфекциям.

Лабораторное исследование наиболее распространенной формы LAD типа 1 включает тестирование с помощью проточной цитометрии для определения наличия специфического белка на поверхности нейтрофилов (и других лейкоцитов). Когда этот белок отсутствует или значительно уменьшен, движение нейтрофилов к местам инфекции затруднено и вызывает значительное увеличение числа этих клеток в кровотоке, а также повышенную восприимчивость к бактериальным кожным, оральным и другим инфекциям.

Дефицит комплемента

Стандартным скрининговым тестом на недостаточность системы комплемента является общий гемолитический анализ комплемента или CH50. В ситуациях с дефектом одного компонента комплемента СН50 будет почти полностью отрицательным. Специализированные лаборатории комплемента могут провести дополнительное тестирование, которое выявит конкретный дефектный компонент комплемента. Есть некоторые чрезвычайно редкие состояния, при которых имеются дефекты в другом пути комплемента (альтернативный путь).Их можно выявить с помощью функционального теста, специально направленного на этот путь, — теста AH50. Каскад комплемента также может быть инициирован маннозо-связывающим лектиновым путем, и есть некоторые люди с дефицитом маннозо-связывающего лектина, хотя клиническая значимость лабораторных данных неубедительна.

Врожденный иммунитет

Лабораторные тесты также доступны для измерения функции различных элементов врожденного иммунитета. Это включает определение количества и активности лимфоцитов, таких как естественные клетки-киллеры, а также функции различных рецепторов клеточной поверхности, таких как толл-подобные рецепторы.

Генетическое тестирование

Генетическое тестирование (анализ мутаций) становится все более распространенным в диагностике ПИ в последние годы, и его применение, вероятно, будет продолжать расширяться по мере того, как тестирование становится более доступным. Эти тесты позволяют быстро выявить мутации в сотнях генов, влияющих на иммунную систему. Некоторые тесты объединены в панели, которые выявляют хорошо известные мутации, вызывающие заболевания, в то время как другие, более глубокие тесты, могут более подробно изучить генетический код и выявить вариации в иммунных генах, которые могут иметь значение, но цель которых может быть неизвестна полностью.Эти данные должен интерпретировать поставщик, имеющий опыт анализа этого сложного набора данных. Многие здоровые люди имеют генетические изменения в этих генах, поскольку вариант должен находиться в правильном месте, чтобы влиять на функцию гена. Эта технология уже используется в клинической медицине и быстро развивается.

Резюме

Лабораторные исследования играют центральную роль в оценке иммунной системы. Все результаты должны быть сопоставлены с референтными диапазонами, соответствующими возрасту.Точный медицинский анамнез, семейный анамнез и физикальное обследование имеют решающее значение для разработки наилучшей стратегии лабораторной оценки. Обычно это начинается со скрининговых тестов, за которыми следуют более сложные (и дорогостоящие) тесты, выбранные на основе первоначальных результатов тестирования. Диапазон лабораторных тестов, доступных для оценки иммунной системы, продолжает расширяться. Частично это было вызвано выявлением новых клинических синдромов, связанных с рецидивирующими и/или хроническими инфекциями. Прямая связь между клиническими данными и лабораторными исследованиями расширила наше понимание ПИ.Продолжение этой тенденции и лабораторные испытания в будущем, вероятно, будут еще более изощренными и помогут дать дополнительные ответы на основную основу расширяющегося диапазона PI.

 

Выдержки из Справочника IDF для пациентов и семей по первичным иммунодефицитам, ШЕСТОЕ ИЗДАНИЕ. Авторские права принадлежат Фонду иммунодефицита США, 2019 г. Эта страница содержит общую медицинскую информацию, которую нельзя безопасно применять к какому-либо отдельному случаю. Медицинские знания и практика могут быстро меняться.Поэтому эту страницу не следует использовать в качестве замены профессиональной медицинской консультации.

Состояние клеточного иммунитета у больных с затяжным течением внебольничной пневмонии

Реферат

По имеющимся клиническим наблюдениям, в 15-20% случаев внебольничная пневмония (ВП) становится затяжной. Цель — проанализировать состояние клеточного иммунитета у больных с затяжным течением ВП.

Под наблюдением находилось 78 больных (мужчин – 46, женщин – 32) с ВП в возрасте 25-50 лет.Все больные были разделены на 2 группы: I группа (42 человека) с затяжным течением ВП и II группа (36 человек), выздоравливающие в течение двух-трех недель лечения. При проведении иммунологического исследования сыворотки крови в остром периоде ВП у больных с затяжным течением заболевания, что проявлялось выраженными нарушениями показателей клеточного иммунитета. Это было на фоне Т-лимфопении, дисбаланса субпопуляционного состава Т-лимфоцитов, преимущественно со снижением количества циркулирующих Т-хелперов, снижением иммунорегуляторного фактора CD4/CD8 и значительным угнетением функциональной активности Т-клеток.Эти иммунологические сдвиги можно охарактеризовать как вторичное иммунодефицитное состояние (ВИК) с относительным супрессорным вариантом. Степень Т-лимфопении и других нарушений со стороны клеточного звена иммунной системы в значительной степени соответствовала тяжести воспалительного процесса в бронхолегочной системе. С нарастанием тяжести воспалительного процесса в бронхолегочной системе достоверно нарастали иммунные нарушения у больных ВП. При проведении общепринятой терапии ВП у больных с затяжным течением заболевания показатели клеточного звена иммунитета не восстанавливались, СИК сохранялся в относительном супрессорном варианте при выписке из стационара.

Сноски

Цитируйте эту статью как: European Respiratory Journal 2020; 56: Доп. 64, 2328.

Этот реферат был представлен на Международном конгрессе ERS 2020 на сессии «Респираторные вирусы в эпоху «до COVID-19».

Это реферат Международного конгресса ERS. Полнотекстовой версии нет. Дополнительные материалы, сопровождающие этот реферат, могут быть доступны на сайте www.ers-education.org (доступ только для членов ERS).

  • Copyright © авторы 2020

Иммунный ответ: Медицинская энциклопедия MedlinePlus

Иммунная система защищает организм от возможно вредных веществ, распознавая антигены и реагируя на них.Антигены — это вещества (обычно белки) на поверхности клеток, вирусов, грибков или бактерий. Неживые вещества, такие как токсины, химические вещества, лекарства и инородные частицы (например, осколки), также могут быть антигенами. Иммунная система распознает и уничтожает или пытается уничтожить вещества, содержащие антигены.

В клетках вашего тела есть белки, которые являются антигенами. К ним относится группа антигенов, называемых HLA-антигенами. Ваша иммунная система учится воспринимать эти антигены как нормальные и обычно не реагирует на них.

ВРОЖДЕННЫЙ ИММУНИТЕТ

Врожденный или неспецифический иммунитет — это защитная система, с которой вы родились. Он защищает вас от всех антигенов. Врожденный иммунитет включает в себя барьеры, которые удерживают вредные материалы от попадания в ваш организм. Эти барьеры образуют первую линию защиты в иммунном ответе. Примеры врожденного иммунитета включают:

  • Кашлевой рефлекс
  • Ферменты в слезах и кожном жире
  • Слизь, которая захватывает бактерии и мелкие частицы
  • Кожа
  • Желудочная кислота

врожденный гуморальный иммунитет.Примеры включают систему комплемента организма и вещества, называемые интерфероном и интерлейкином-1 (которые вызывают лихорадку).

Если антиген преодолевает эти барьеры, он подвергается атаке и разрушается другими частями иммунной системы.

ПРИОБРЕТЕННЫЙ ИММУНИТЕТ

Приобретенный иммунитет – это иммунитет, который развивается при воздействии различных антигенов. Ваша иммунная система выстраивает защиту от этого конкретного антигена.

ПАССИВНЫЙ ИММУНИТЕТ

Пассивный иммунитет возникает из-за антител, которые вырабатываются в организме, отличном от вашего собственного.Младенцы имеют пассивный иммунитет, потому что они рождаются с антителами, которые передаются через плаценту от их матери. Эти антитела исчезают в возрасте от 6 до 12 месяцев.

Пассивная иммунизация также может быть обусловлена ​​введением антисыворотки, которая содержит антитела, образующиеся у другого человека или животного. Он обеспечивает немедленную защиту от антигена, но не обеспечивает длительной защиты. Иммунный сывороточный глобулин (вводится при воздействии гепатита) и противостолбнячный антитоксин являются примерами пассивной иммунизации.

КОМПОНЕНТЫ КРОВИ

Иммунная система включает определенные типы лейкоцитов. Он также включает химические вещества и белки в крови, такие как антитела, белки комплемента и интерферон. Некоторые из них непосредственно атакуют чужеродные вещества в организме, а другие работают вместе, помогая клеткам иммунной системы.

Лимфоциты представляют собой разновидность лейкоцитов. Различают лимфоциты В и Т типа.

  • В-лимфоциты становятся клетками, вырабатывающими антитела.Антитела прикрепляются к определенному антигену и облегчают разрушение антигена иммунными клетками.
  • Т-лимфоциты напрямую атакуют антигены и помогают контролировать иммунный ответ. Они также выделяют химические вещества, известные как цитокины, которые контролируют весь иммунный ответ.

По мере развития лимфоциты обычно учатся различать ткани вашего собственного тела и вещества, которые обычно не встречаются в вашем организме. Как только В-клетки и Т-клетки сформированы, некоторые из этих клеток будут размножаться и обеспечивать «память» для вашей иммунной системы.Это позволяет вашей иммунной системе реагировать быстрее и эффективнее в следующий раз, когда вы подвергаетесь воздействию того же антигена. Во многих случаях это предотвратит ваше заболевание. Например, человек, который переболел ветряной оспой или был вакцинирован против ветряной оспы, невосприимчив к повторному заболеванию ветряной оспой.

ВОСПАЛЕНИЕ

Воспалительная реакция (воспаление) возникает при повреждении тканей бактериями, травмой, токсинами, теплом или по любой другой причине. Поврежденные клетки выделяют химические вещества, включая гистамин, брадикинин и простагландины.Эти химические вещества заставляют кровеносные сосуды просачивать жидкость в ткани, вызывая отек. Это помогает изолировать инородное вещество от дальнейшего контакта с тканями организма.

Химические вещества также привлекают лейкоциты, называемые фагоцитами, которые «поедают» микробы и мертвые или поврежденные клетки. Этот процесс называется фагоцитозом. В конце концов фагоциты погибают. Гной образуется из скопления мертвых тканей, мертвых бактерий, живых и мертвых фагоцитов.

НАРУШЕНИЯ ИММУННОЙ СИСТЕМЫ И АЛЛЕРГИИ

Нарушения иммунной системы возникают, когда иммунный ответ направлен против тканей организма, является чрезмерным или отсутствует.Аллергии связаны с иммунным ответом на вещество, которое организм большинства людей воспринимает как безвредное.

ИММУНИЗАЦИЯ

Вакцинация (иммунизация) – способ вызвать иммунный ответ. Небольшие дозы антигена, такого как мертвые или ослабленные живые вирусы, вводятся для активации «памяти» иммунной системы (активированные В-клетки и сенсибилизированные Т-клетки). Память позволяет вашему телу быстро и эффективно реагировать на будущие воздействия.

ОСЛОЖНЕНИЯ, СВЯЗАННЫЕ С ИЗМЕНЕНИЕМ ИММУННОГО ОТВЕТА

Эффективный иммунный ответ защищает от многих заболеваний и расстройств.Неэффективный иммунный ответ способствует развитию болезней. Слишком много, слишком мало или неправильный иммунный ответ вызывает нарушения иммунной системы.

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.