Роль нормальной микрофлоры человека: 6-mini лекция «Роль нормальной микрофлоры еще раз в поддержании здоровья человека».

Содержание

6-mini лекция «Роль нормальной микрофлоры еще раз в поддержании здоровья человека».

На протяжении всего периода цивилизации предпринимались попытки ответить на вопрос: почему происходят и как начинаются болезни? Этот вопрос вопросов для медицины всех времен и народов сохраняет свою актуальность и в наши дни.

Во второй половине XIX и начале XX века, в «золотой период» микробиологии, благодаря научным достижениям Л. Пастера, Р. Коха, П. Эрлиха и других выдающихся ученых удалось установить, что многие болезни, склонные к распространению, обусловлены конкретными микроорганизмами – возбудителями инфекций.

В 1907г. И.И. Мечников высказал предположение, что причиной возникновения многих болезней является совокупное действие на клетки и ткани макроорганизма разнообразных токсинов и других метаболитов, продуцируемых микробами, во множестве обитающих на коже и слизистых оболочках человека и животных, прежде всего – в пищеварительном тракте.

К сожалению, в последующие годы в силу ряда причин внимание исследователей и клиницистов к изучению этиопатогенетической роли микроорганизмов хозяина в развитии многих болезней стало снижаться, и в 30-60-е годы первопричину многих патологических процессов стали связывать с нарушениями функции центральной нервной системы.

В результате исследований в области экспериментальной и клинической гнотобиологии, медицинской микробной экологии, нормальной и патологической физиологии и других смежных дисциплин в 80 — 90-е годы вновь резко возросло внимание ученых к идее И.И.Мечникова о ведущей роли микробов, обитающих в организме человека и животных, в поддержании здоровья и возникновении болезней.

Согласно современным представлениям основу нормальной микрофлоры человека составляют облигатные анаэробные бактерии, количество которых достигает 1013 – 1014 , что на 1–2 порядка превышает количество эукариотических клеток всех тканей и органов человека вместе взятых. О чрезвычайной сложности населяющей человека и животных микрофлоры говорит хотя бы тот факт, что 1г содержимого слепой кишки содержит более 2 биллионов микробных клеток – представителей 17 семейств, 45 родов и свыше 400 видов.

Эти эволюционно сложившиеся сложные симбиотические сообщества микроорганизмов (микробиоценозы) специфичны для той иной области кожи и слизистых оболочек человека и животных.

При этом в любом микробиоценозе всегда имеются постоянно обитающие виды бактерий (характеристические виды, автохтонная, индигенная микрофлора), а также транзиторные виды (добавочные, случайные виды, аллохтонная микрофлора).

Количество характеристических видов относительно невелико, но численно они всегда представлены наиболее обильно. Следует принять во внимание, что число культивируемых анаэробных бактерий, составляющих микрофлору человека, не превышает 7-50% от предполагаемого их истинного количества. Например, в толстой кишке число некультивируемых анаэробных бактерий составляет 1010 – 1011 клеток на 1г ее содержимого.

Заметим, что из-за отсутствия селективных методов выделения и культивирования практически не исследованы неспороносные анаэробы, присутствующие в полости пищеварительного тракта в количестве менее 108 клеток на 1 г его содержимого.

Представители нормальной микрофлоры присутствуют в организме человека и животных в виде фиксированных к определенным рецепторам микроколоний, заключенных в биопленку. Биопленка, покрывающая слизистые оболочки человека и животных, помимо экзополисахаридов микробного происхождения состоит из микроколоний морфологически идентичных клеток, а также муцина, продуцируемого бокаловидными клетками. Число рецепторов на эпителиальных клетках, к которым адгезируются бактерии, ограниченно.

Так, установлено, что нормальная микрофлора участвует в регуляции газового состава кишечника и других полостей организма хозяина, обладает морфокинетическим действием, продуцирует энзимы, участвующие в метаболизме белков, углеводов, липидов и нуклеиновых кислот, биологически активные соединения (витамины, антибиотики, токсины, гормоны, медиаторы и т.д.).

Она участвует также в водно-солевом обмене, обеспечении колонизационной резистентности, в рециркуляции желчных кислот, холестерина, половых, в частности стероидных, гормонов, других макромолекул, выполняет иммуногенную, мутагенную и антимутагенную функции, детоксицирует экзогенные и эндогенные субстраты, является хранилищем хромосомных и плазмидных генов, служит клеткам хозяина источником энергии.

Имеются указания, что адъювантно-активные соединения, имеющие в качестве действующего начала микробные мурамилдипептиды кишечного происхождения, проникая в кровь, стимулируют различные звенья тканевой и гуморальной иммунной системы.

Важнейшая функция нормальной микрофлоры – участие в кооперации с организмом хозяина по обеспечению колонизационной резистентности, под которой подразумевается совокупность механизмов, придающих стабильность нормальной микрофлоре и предотвращающих заселение организма хозяина посторонними микробами.

В случае снижения колонизационной резистентности увеличивается число и расширяется спектр потенциально патогенных микроорганизмов, их транслокация через стенку кишки или других полых органов, что может сопровождаться возникновением эндогенной инфекции или суперинфекции различной локализации.

ВНИМАНИЕ: Пробиотические препараты компании «Экобиос» — имеют высокую эффективность в борьбе с дисбактериозом кишечника человека!

 

Немного о роли микрофлоры кишечника в жизни человека

Кудин А. П., к.м.н., доцент, зав. инфекционным отделением № 5 УЗ «Городская детская инфекционная больница г. Минска»

Организм человека населяет большое количество микроорганизмов (по приблизительным подсчетам — около 1000 видов), основную массу которых составляют бактерии. В значительно меньшем количестве представлены другие микроорганизмы (вирусы, археи, простейшие). В норме все они находятся в состоянии равновесия между собой и с организмом человека.

Микроорганизмы попадают к человеку из внешней среды и заселяют (с рождения и пожизненно) те области, которые непосредственно контактируют с внешней средой: кожа, дыхательные пути, мочевыводящие пути, желудочно-кишечный тракт (ЖКТ). Внутренняя среда макроорганизма, а также альвеолы, внутреннее и среднее ухо, матка, почки и мочеточники в норме стерильны. Очевидно, самые благоприятные условия для пребывания микробов в организме человека создаются в ЖКТ.

Заселение кишечника ребенка начинается примерно с середины периода внутриутробного развития (единичные микробы), но основное заселение происходит с момента рождения. При прохождении через родовые пути начинается интенсивная колонизация кожных покровов и слизистых оболочек, соприкасающихся с внешней средой. Эпидермальные стафилококки заселяют кожу α-стрептококки – носоглотку. Массивная колонизация кишечника здорового новорожденного происходит гетерогенной флорой (аэробной и анаэробной) в первые сутки. Однако с 3-5 дня основной (резидентной) флорой становятся бифидобактерии, которые вытесняют другие микроорганизмы из местного биотопа. Это связано с тем, что лактоза грудного молока активно метаболизируется в первую очередь бифидо- и лактобактериями. Кроме того, содержащийся в женском (но не коровьем) молоке N-ацетилглюкозамин стимулирует рост бифидобактерий.

При родоразрешении путем кесарева сечения состав микробов, колонизирующих организм новорожденного, отличается в сторону дефицита лактобацилл, энтеробактерий и дифтероидов.

Некоторые факторы (течение беременности, способ родоразрешения, особенности выхаживания ребенка после рождения и др. ) могут нарушать этапность заселения и видовой состав микрофлоры кишечника.

Состав микробного пейзажа во многом определяется характером питания. У грудных детей, находящихся на естественном вскамливании, доминируют бифидо- и лактобактерии. У грудных детей на искусственном вскармливании микрофлора кишечника более гетерогенна, и преобладание молочно-кислых микробов над другими выражено в значительно меньшей степени. У более старших детей по мере уменьшения в питании доли молочных продуктов и включения мяса и мясных продуктов увеличивается удельный вес протеолитических микробов.

Нормальная микрофлора человека представлена облигатными микроорганизмами (которые присутствуют, практически, постоянно) и транзиторными (факультативными), на долю которых приходится не более 1-2%.

В зависимости от особенностей метаболизма все микробы кишечника можно условно разделить на протеолитические (кишечная палочка и другие грамм-отрицательные энтеробактерии, бакероиды, клостридии) и сахаролитические (бифидо- и лактобактерии, энтерококки).

По отношению к кислороду бактерии делят на облигатные аэробы, растущие только в присутствии кислорода, облигатные анаэробы рост которых подавляется кислородом (бактероиды, бифидобактерии, клостридии) и факультативные анаэробы, способные к росту как в присутствии кислорода, так и без него (лактобактерии, кишечная палочка и др. грамм-отрицательные энтеробактерии, стафилококки, стрептококки, энтерококки). На долю облигатных анаэробов (бактероиды и бифидобактерии) приходится 95-99% всех микробов кишечника (причем, бактероидов больше).

По локализации в кишечнике выделяют пристеночную и полостную микрофлору. В тонкой кишке содержание пристеночной флоры на несколько порядков превышает численность полостной. В толстой кишке это соотношение меняется на противоположное.

Общее колическтво микробных клеток в организме человека по расчетам составляет около 1014, что превышает число собственных клеток человека.

Распределение нормальной микрофлоры вдоль желудочно-кишечного тракта (ЖКТ) неоднородно по качественному и количественному составу.

В ротовой полости анаэробов примерно на порядок больше, чем аэробов, т.к. первые, находясь в труднодоступных местах (десневые карманы, щели между зубами и т.д.), лучше защищены от действия лизоцима и других протективных факторов слюны. Среди бактерий здесь преобладают стрептококки (до 60% всех микробов ротовой полости). Из других частых представителей микрофлоры следует упомянуть фузобактерии, вейонеллы, бактероиды, спирохеты, актиномицеты. Здесь же обитают микоплазмы (M.salivarium), грибы рода Candida, простейшие (Entamoeba buccalis, Entamoeba dentalis, Trichomonas buccalis). Данная микробиота представляет собой первый барьер, препятствующий проникновению болезнетворных микроорганизмов, попадающих в полость рта из внешней среды, дальше в ЖКТ.

В желудке здорового человека микробов, практически, нет из-за действия желудочного сока, имеющего низкое значение рН. В небольшом количестве здесь могут существовать некоторые лактобактерии и грамотрицательные энтеробактерии. Содержание Helicobacter pylori обычно не превышает 103 бактерий в 1 мл содержимого желудка.

Верхние отделы тонкой кишки относительно мало заселены микроорганизмами. В физиологических условиях в тощей кишке содержится 104-5/мл микробов (в основном, лакто- и бифидобактерии), и по мере приближения к илеоцекальному клапану количество микробов в подвздошной кишке увеличивается до 10

7/мл (в основном за счет бактероидов, энтерококков, кишечной палочки).

Толстая кишка отличается самой высокой плотностью заселения микроорганизмами, количество которых достигает 109-1012/мл, из которых анаэробы составляют 95-99%. К ним относятся грамположительные палочки (бифидо-, лакто- и эубактерии), грамотрицательные палочки (бактероиды), грамположительные спорообразующие палочки (клостридии). Из других частых представителей нормальной микрофлоры следует назвать энтерококки, грамотрицательные факультативно-анаэробные палочки (кишечная палочка, клебсиелла, энтеробактер и др.). в меньших количествах обнаруживаются стафилококки, дрожжевые грибы, простейшие и вирусы.

Сохранению относительного постоянства нормальной микрофлоры способствуют различные факторы, к которым относятся нормальная перистальтика кишечника (прежде всего, тонкой кишки), герметичность эпителиального слоя, компоненты пищеварительных соков (соляная кислота, желчные кислоты, протеолитические ферменты и т.д.), сохранная функция илеоцекального клапана, факторы местного иммунитета (секреторные IgA, лизоцим, лимфоидные образования кишечника, состояние перманентного физиологического воспаления в стенке кишки).

Значение кишечной микробиоты для организма человека трудно переоценить. К основным функциям нормальной микрофлоры относятся:

  1. Защитная функция, суть которой заключается в обеспечении колонизационной резистентности, т.е. предотвращении колонизации ЖКТ патогенными микроорганизмами. Это осуществляется за счет конкуренции за питательные вещества, за места адгезии (рецепторы), за счет выработки бактериоцинов, короткоцепочечных жирных кислот, а также за счет стимуляции местных защитных факторов (в виде состояния легкого воспаления).
  2. Пищеварительная функция. Микрофлора обеспечивает конечный гидролиз белков, омыление жиров, сбраживание высокомолекулрных углеводов, которые не метаболизировались в тонкой кишке. Кроме того, некоторые вещества, поступающие с пищей, могут расщепляться только кишечной микрофлорой (например, целлюлоза). Под действием нормальной микрофлоры в подвздошной кишке происходит деконъюгация 90% желчный кислот с последующим обратным всасыванием и повторным участием в пищеварении. Оставшиеся в кале желчные кислоты обеспечивают нормальную гидратацию каловых масс.
  3. Двигательная функция. На перистальтику кишечника микрофлора может влиять по-разному. С одной стороны, за счет стимуляции синтеза окиси азота и активации L-клеток кишечника может замедлять моторику в тонкой кишке и проксимальных отделах толстой кишки. С другой стороны, короткоцепочечные жирные кислоты, синтезирующиеся микрофлорой, в дистальных отделах толстой кишки стимулируют усиление моторики.
  4. Способствует всасыванию воды (с помощью некоторых продуктов микробного метаболизма).
  5. Нормальная микрофлора способна обезвреживать многие токсические вещества как путем их химической обработки, так и за счет сорбции на своей поверхности и выведения с каловыми массами. По антитоксической функции некоторые авторы приравнивают кишечных микробов к печени.
  6. Участвуют в синтезе некоторых необходимых веществ: витаминов группы В (В12612), фолиевой кислоты, витамина К и др. и хотя большинство из этих синтезирующихся веществ не всасываются, они могут оказаться важными и полезными для собственно слизистой кишечника. Например, было показано, что недостаточное поступление к эпителию слизистой толстой кишки витаминов В6, В12 и фолиевой кислоты связано с повышенным риском развития рака толстой кишки.

Стоит отметить, что геном человека содержит около 23 тыс генов, а количество генов микробов и вирусов, содержащихся только в ЖКТ, составляет более 3 млн, и, возможно, часть из них участвует в синтезе необходимых человеку веществ. В эксперименте показано, например, что у стерильных («гнотобиологических») животных отмечается недоразвитие лимфоидной и гемопоэтической ткани, отмечаются нарушения со стороны головного мозга, истончается стенка кишечника, ослабляется реактивность фагоцитов, развивается гипогаммаглобулинемия.

  1. Иммуномодулирующая функция связана с воздействием на факторы врожденного и адаптивного иммунитета как на местном, так и на системном уровне. И это влияние, возможно, является главным во взаимодействии микрофлоры и макроорганизма. Влияние нормальной микрофлоры на систему иммунитета складывается из нескольких моментов. Во-первых, слизистая кишечника, особенно толстой кишки (вследствие наиболее массивного заселения бактериями), обильно инфильтрирована макрофагами, лимфоцитами, плазматическими клетками, т.е., фактически, находится в состоянии постоянного хронического воспаления. Это перманентное воспаление обеспечивает пребывание иммунокомпетентных клеток в состоянии субактивации и, как следствие, — более быстрый и эффективный ответ на попадание агрессивной (патогенной) флоры. Во-вторых, под действием нормальной микрофлоры синтезируются «естественные» («нормальные») антитела, реагирующие на наиболее распространенные в природе антигенные детерминанты (паттерны). Это обеспечивает протективную функцию в отношении многих патогенов. И наконец, в-третьих, не вдаваясь в подробности, следует напомнить, что в кишечнике постоянно находится около 60-70% всех лимфоцитов человека, которые рециркулируют по всему организму. Контакт с микробами кишечника может приводить к активации различных клонов лимфоцитов. Это влияние сохраняется при попадании этих лимфоцитов в кровеносное русло. И в зависимости от того, какие свойства приобрели иммунные клетки, будет определяться их влияние на весь организм. Кроме того, системное действие могут оказывать и вырабатывающиеся в кишечнике под действием микрофлоры различные биологически активные вещества, прежде всего, цитокины. Итогом такого влияния может оказаться как иммуностимуляция, так и иммуносупрессия. Эти процессы могут лежать в основе развития различных заболеваний, в т.ч. и аутоиммунных.

Различные виды и штаммы представителей нормальной микрофлоры слизистых могут оказывать разнонаправленное влияние на активность иммунной системы. Поэтому существует потенциальная возможность целенаправленно влиять на функционирование иммунной системы человека посредством воздействия с помощью микроорганизмов на факторы врожденного и адаптивного иммунитета. Здесь будет уместно процитировать статью Андреевой И.В. и Стецюк О.У., в которой суммированы данные литературы о влиянии различных пробиотиков на организм человека (табл.).

Влияние пробиотиков на макроорганизм (И.В. Андреева и О.У. Стецюк, 2010),

Штамм пробиотика

Положительное влияние на макроорганизм

L.rhamnosus GG

Усиление иммунного ответа, профилактика и лечение инфекций дыхательных путей у детей, профилактика и лечение инфекционной диареи у детей, профилактика антибиотик-ассоциированной диареи, профилактика возникновения атопического дерматита у детей, улучшение эрадикации H.pylori

L.reuteri SD2112

Усиление иммунного ответа, профилактика инфекций дыхательных путей у взрослых, лечение ротавирусной диареи

L.casei DN-114001

Усиление иммунного ответа, лечение диареи

L.acidophilus NCFM

Снижение непереносимости лактозы, уменьшение выраженности синдрома избыточного бактериального роста, лечение и профилактика урогенитальных инфекций у женщин, лечение инфекций дыхательных путей у детей, лечение диареи у детей, улучшение эрадикации H.pylori

L.plantarum 299V

Нейтрализация проявлений синдрома раздраженного кишечника, применяется в восстановительном периоде после хирургических вмешательств

L.casei Shirota YIT9029

Профилактика рецидивов поверхностного рака мочевого пузыря, усиление иммунного ответа

L.salivarius UCC118

Нейтрализация проявлений воспалительных заболеваний кишечника

B.lactis BB-12

Профилактика инфекций дыхательных путей у детей, профилактика и лечение инфекционной диареи и желудочно-кишечных расстройств у детей, профилактика антибиотик-ассоциированной диареи

B.infantis 35624

Нейтрализация проявлений синдрома раздраженного кишечника

B.longum BB536

Лечение атопической экземы, улучшение эрадикации H.pylori, лечение язвенного колита

B.lactis HN019 (DR10)

Усиление иммунного ответа, особенного у пожилых

B.animalis DN173-010

Нормализация времени прохождения пищи по кишечнику

L.johnsonii La1 (Lj1)

Улучшение эрадикации H.pylori, усиление иммунного ответа

S.boulardii

Профилактика антибиотик-ассоциированной диареи

S.thermophilus (большинство штаммов)

Профилактика проявлений лактазной недостаточности

 

Взаимодействие макроорганизма с кишечной микрофлорой может осуществляться несколькими путями: в виде комменсализма, паразитизма, симбиоза.

По современным представлениям, провести четкую границу между комменсалами и условно-патогенной микрофлорой невозможно. В определенных случаях заболевание могут вызвать различные микробы, входящие в состав нормальной микрофлоры.

В настоящее время в печати (в том числе, и медицинской) нередко говорится о дисбактериозе, как о несуществующей проблеме. Аргументируется это разными доводами.

  1. Под «дисбактериозом» обычно обозначают изменения соотношений и состава нормальной микрофлоры организма, а также места их обитания. Однако до настоящего времени во всем мире нет понятия нормы кишечного биоценоза. И нет «золотого стандарта» диагностики дисбактериоза.
  2. Наиболее часто для диагностики дисбактериоза используют посев кала. Однако результаты этого анализа непоказательны. Во-первых, анализ показывает состояние микробов, обитающих только в просвете толстой кишки, причем в ее дистальном (конечном) отделе. Состав микробиоты тонкой кишки остается неизвестным. Во-вторых, при таком исследовании выделяют 8-12 видов микробов, в то время как их количество в кишечнике более 1000 (причем не учитывается содержание даже бактериодов, которые составляют более 50% массы всех кишечных микробов). В-третьих, для достоверной диагностики требуется собрать содержимое кишечника в стерильных условиях, транспортировать материал при определенной температуре и доставить его в лабораторию в течение 2 часов. Иначе результаты будут искажены.

Существует другая методика: посев аспирата тонкокишечного содержимого или биоптата стенки тонкой кишки. В этом случае мы получаем данные о состоянии флоры в тонком кишечнике. Но такая диагностика применяется крайне редко.

Есть также косвенные методы, которые позволяют судить о состоянии микрофлоры кишечника. К ним относятся химические методы: газожидкостная хроматография и масс-спектрометрия.

Для анализа используется содержимое кишечника, в котором определяется концентрация веществ — продуктов жизнедеятельности микрофлоры, а затем делается вывод о ее качественном и количественном составе.

Используются также дыхательные тесты, когда продукты жизнедеятельности бактерий определяют в выдыхаемом воздухе. Однако эти методы можно использовать только в качестве предварительной диагностики, так как велика доля ложных результатов.

  1. Даже современные молекулярные методики не дают исчерпывающего результата: до 75% разновидностей микробов остаются не классифицируемыми. Содержание микробов в кале не отражает реальной ситуации в просвете тонкой и толстой кишок, а тем более в пристеночных биотопах, где состав микробов может заметно отличаться от состава просветной флоры.
  2. И, кроме того, диагноз «дисбактериоз кишечника» не имеет четкой клинической составляющей — иными словами, такой болезни просто не существует.

Все перечисленное верно. Однако говорить об отсутствии проблемы нарушенного, аномального, избыточного и т.д. роста кишечных микробов, очевидно, неверно. Небольшие возможности современной диагностики этого состояния не исключают существование самой проблемы. В зарубежной литературе вместо термина «дисбактериоз кишечника» для обозначения нарушений качественного и количественного состава кишечной микрофлоры применяют термин «синдром избыточного роста бактерий» в тонкой кишке (bacterial overgrowth syndrome). Под этим синдромом понимают клинически и/или лабораторно подтвержденный синдром мальдигестии/мальабсорбции, связанный с качественными или количественными изменениями микробиоты тонкой кишки.

В этой статье, говоря о проблеме влияния измененноймикробиоты на организм человека, мы будем пользоваться привычным нам термином «дисбактериоз».

При дисбактериозе происходит перераспределение флоры на протяжении кишечника: малонаселенная в норме тонкая кишка оказывается заполненной огромным количеством бактерий, а в толстой кишке меняется их видовой состав. Вместо полезных и привычных видов появляются патогенные (чаще это условно-патогенные микробы, которые при определенных условиях начинают проявлять свойства патогенных).

Причин нарушения видового состава и количества микроорганизмов в кишечнике очень много, и обычно действуют они в комплексе.

«Полезные» бактерии гибнут:

  • если им нечего есть. Такое случается, когда рацион несбалансирован, беден растительной клетчаткой и кисломолочными продуктами.
  • если им некомфортно. При различных заболеваниях (колит, панкреатит, холецистит, гастрит, гепатит и др.) в кишечнике меняется pH. В изменившихся условиях нарушается обмен веществ и целостность клеток кишечных микробов.
  • если их место занимают агрессивные «собратья» — патогенные бактерии, микроорганизмы, гельминты, грибы.

Не секрет, что облигатнопатогенные микробы (сальмонеллы, шигеллы, иерсинии, кампилобактерии и др.) вызывают соответствующие заболевания. При дисбактериозе же часто обнаруживаются, так называемые, условно-патогенные микробы, но в большом количестве. И здесь будет уместно напомнить о таком феномене, как «чувство кворума» (quorum sensing) – способность ощущать плотность собствнной популяции микробов. Оказалось, что микроорганизмы обладают способностью к самостимуляции собственного размножения. При благоприятных условиях они начинают продуцировать специальные автоиндукторы, стимулирующие соседние и недалеко расположенные микробные клетки данного вида. При превышении определенной пороговой концентрации биологические свойства этих микробов изменяются: у них экспрессируются заторможенные до этого гены, в которых закодированы биологически активные вещества, повышающие патогенность микробов (различные токсины, ферменты и т.д.). Таким образом, вроде бы безобидные микроорганизмы приобретают свойства патогенных. И в этом случае они уже способны оказывать повреждающее действие на организм человека и вызывать заболевание. (Если немного отвлечься от микробов, то можно сказать, что этот феномен, наверное, имеет универсальное действие. Например, люди в офисе, на стройке или производстве обычно ведут себя адекватно, но собираясь большой группой, например, на стадионе могут становиться агрессивными). Следует отметить, что предпринимаются попытки использовать «чувство кворума» в лечебных целях для увеличения метаболической и антагонистической активности представителей нормальной микрофлоры с целью защиты макроорганизма от действия патогенных агентов.

Поэтому лечение дисбактериоза может потребовать применения антимикробных препаратов, включая антибиотики. Однако следует помнить, что принципиально важным является то, что нужно лечить не плохой анализ на дисбактериоз, а клинически выраженное патологическое состояние, в основе которого лежит дисбактериоз. В немногочисленных данных содержимого тонкой кишки было показано, что до 20% здоровых людей могут иметь отклонения в микробном пейзаже (при патологии этот показатель составляет до 64%).

И, конечно же, говоря о лечении дисбактериоза, нельзя не сказать о применении биопрепаратов. Все они делятся на:

  • Пребиотики (лаклулоза, инулин, фруктозо- и галактозоолигосахариды и др.) — это препараты, которые подготавливают кишечник к заселению нормальной микрофлорой, создают для нее комфортные условия. К пребиотикам относятся также продукты питания, такие как: кукурузные, овсяные каши, ржаной хлеб, бобовые, соки с мякотью, отруби, молочные продукты и др.
  • Пробиотики (эубиотики) — это препараты, содержащие нормальную микрофлору кишечника и способные благоприятно воздействовать на кишечную микробиоту и общее состояние огранизма. Свойствами пробиотиков также обладают кисломолочные продукты, обогащенные лакто- и бифидобактериями.
  • Синбиотики— комбинированные препараты про- и пребиотиков.

Практика показывает, что хорошо работающие «в пробирке» препараты не всегда оказывают должный эффект в организме. Введенная с пробиотиками флора часто пропадает после окончания курса терапии. Дело в том, что дисбактериоз — это скорее следствие, нежели причина болезней. В больном организме «полезные» бактерии просто не приживаются, сколько их не «сажай». Дисбактериоз развивается под влиянием множества факторов. И вылечить его только лишь приемом лекарств невозможно.

Отдельно необходимо сказать о применении биопреаратов после приема антибиотиков. Многие считают, что это является обязательным. На самом деле, при отсутствии каких-либо клинических проявлений антибиотик-ассоциированной диареи в применении биопрепаратов нет необходимости. (Так же, как и при наличии изменений в анализе на дисбактериоз при отсутствии соответствующей симптоматики).

Прежде чем заниматься микрофлорой, необходимо лечение хронических заболеваний, особенно желудочно-кишечного тракта. Важно избавиться от очагов инфекции во рту, ЛОР-органах. Огромное значение имеет сбалансированный рацион питания. То есть, нужно создать самые благоприятные условия для колонизации кишечника, и только после этого рассчитывать на благоприятный эффект от лечения.

И наконец, следует сказать о еще одном заблуждении, которое довольно широко распространено. Многие считают что живые пробиотики колонизируют кишечник и, тем самым, излечивают дисбактериоз. Однако оказалось, что профилактические и лечебные эффекты пробиотиков могут быть воспроизведены с убитыми бактериями и продуктами их разрушения. Это служит подтверждением мысли о том, что основной механизм действия биопрепаратов связан с их влиянием на систему местной защиты организма ребенка (местного врожденного и адаптивного иммунитета кишечника).

Использование пробиотиков в медицине теоретически имеет большие перспективы. К настоящему времени доказана их эффективность при различных заболеваниях ЖКТ как инфекционных (ротавирусная инфекция, диарея путешественников, хеликобактерных хронических гастритах), так и – неинфекционных (некротизирующий энтероколит, неспецифический язвенный колит). Кроме того, показана терапевтическая эффективность пробиотиков при атопических заболеваниях, снижение частоты и тяжести эпизодов ОРИ у детей на фоне применения пробиотиков, и даже – усиление иммунного ответа на вакцинацию. Существуют работы, в которых показана возможная эффективность определенных пробиотиков в лечении воспалительных заболеваний кишечника (болезни Крона, неспецифического язвенного колита).

Если пофантазировать, то при определенном уровне знаний можно с помощью пробиотиков вызывать вполне определенные, необходимые данному конкретному пациенту иммунные реакции, способные помочь человеку справиться с различными по патогенезу заболеваниями (инфекционными, иммунными, неоплазменными). Но, как легко понять, это дело не близкого будущего.

И, в заключение, несколько ключевых моментов этой статьи:

  1. При отсутствии клинических признаков поражения ЖКТ (неустойчивый стул, боли в животе, беспокойство, плохая прибавка массы тела и т.д.) обнаруженные в анализе кала признаки дисбактериоза не требуют лечения (!),
  2. Проведение АБ-терапии не означает, что детям обязательно необходимо назначать биопрепараты. В подавляющем большинстве случаев достаточно правильного полноценного питания, с включением продуктов, содержащих растительную клетчатку, и, если нет противопоказаний в виде лактазной недостаточности или непереносимости белка коровьего молока, — кисломолочных продуктов.
  3. Развитие АБ-ассоциированной диареи обычно купируется после отмены причинно-значимого препарата. Хотя в этом случае может возникнуть потребность в медикаментозном лечении, что в каждом случае решается индивидуально. Однако роль правильного питания и в этом случае также является решающей. (Исключением является псевдомембранозный колит клостридиозной этиологии, лечение которого довольно сложное и может быть не всегда эффективным).
  4. У детей первых 4-6 месяцев жизни расстройство стула часто трудно поддаются лечению, но в большинстве случаев быстро исчезают после введения прикорма (в первую очередь, фруктов и овощей).
  5. Необходимо понимать, что проблема дисбактериоза – это проблема местной защиты. Поэтому, даже если путем героических усилий добиться нормализации состава микрофлоры кишечника (по анализу кала на дисбактериоз, что само по себе ни о чемне говорит, как уже упоминалось ранее), то при сохранении плохой местной защиты попадание в кишечник достаточно агрессивных возбудителей вновь приведет развитию дисбактериоза.
  6. Микробы, содержащиеся в биопрепаратах, хоть и могут участвовать в заселении кишечника, но их роль в этом процессе невелика. Основная их функции – стимуляция местного иммунитета. (Косвенным подтверждением этого тезиса является убедительно доказанный факт защитного действия L.rhamnosus GG при ротавирусном энтерите).

Роль нормальной микрофлоры в поддержании здоровья человека Текст научной статьи по специальности «Ветеринарные науки»

pean Congress of Endocrinology, Lion. — 2003.

53. Ordonez N., Balch Z., Matias-Guiu X., et al. Undifferetiated (anaplastic) carcinoma / Pathology and Genetics of Tumours of Endocrine Organs // IARCPress, Lion. — 2004. — P.77-80.

54. Passler C, Scheuba C, Prager G., et al. Anaplastic (undifferentiated) thyroid carcinoma // Langebeck s Arch. Surg.

Адрес для переписки:

664003, г. Иркутск, ул. Красного восстания, 1, профессор, тел. (3952) 228-829.

— 1999. — Vol. 384. — P.284-293.

55. Pierie J-P, MuzikanskyA., GazRD, etal. The effect of surgery and radiotherapy on outcome of anaplastic thyroid carcinoma // Ann.Surg.Oncol. — 2002. — Vol. 9, № 1. — P.57-64.

56. Reynolds R.M., Weir J, Stockton D.L., et al. Changing trends in incidence and mortality of thyroid cancer in Scotland // Clin. Endocrinol. — 2005. — № 2. — P156-162.

й Семен Борисович — зав. кафедрой общей хирургии,

© СИМОНОВА Е.В., ПОНОМАРЕВА О.А. — 2008

РОЛЬ НОРМАЛЬНОЙ МИКРОФЛОРЫ В ПОДДЕРЖАНИИ ЗДОРОВЬЯ ЧЕЛОВЕКА

Е.В. Симонова, О.А. Пономарева

(Иркутский государственный медицинский университет, ректор — д.м.н., проф. И.В. Малов, кафедра микробиологии,

зав. — д.м.н., проф. РВ. Киборт)

Резюме. В обзоре литературы излагаются современные представления о значении нормальной микрофлоры в поддержании здоровья человека, рассматриваются межмикробные взаимоотношения и связи в экологической системе «макроорганизм — микроорганизмы».

Ключевые слова: нормальная микрофлора, микробиоценоз, характеристические виды, комменсализм, мутуализм, антагонизм.

THE ROLE OF NORMAL MICROFLORA IN SUPPORTING HUMAN HEALTH

E.V. Simonova, O.A. Ponomareva (Irkutsk State Medical University)

Summary. There are some modern ideas about the meaning of normal microflora in supporting human health. Intermicrobe relations and connections in ecological system «macroorganism — microorganisms» are considered.

Key words: normal microflora, microbiocenosis, characteristic kinds, commensalism, mutualism, antagonism.

Микроорганизмы — наиболее древняя форма организации жизни на Земле, представляющая собой многочисленную и разнообразную группу [16]. J. Lederberg указывает на невероятные возможности генетического разнообразия микроорганизмов при постоянном действии факторов естественного отбора для адаптации к условиям внешней среды [52,53].

В процессе эволюции представители мира микробов, переходя на симбиотические взаимоотношения, адаптировались к существованию в организме человека [2,7].

С современных позиций микрофлору человека следует рассматривать как совокупность множества микробных сообществ, занимающих многочисленные экологические ниши (биотопы) на коже и слизистых оболочках всех открытых внешних полостей макроорганизма [22,39]. В основе заселения микроорганизмов в биотопах лежит комплекс факторов, определяющих его физико-химические свойства: рН среды, парциальное давление газов ткани, вязкость, температура, специфическая метаболическая активность ткани, ее функциональная нагрузка, а также наличие питательного субстрата [3,14,26,28]. Это и создает условия для формирования симбиотических групп, выполняю-

щих строго специфические функции внутри биоценоза и отличающихся от микрофлоры других микробиоценозов, но работающих в интересах экологической системе «макроорганизм — микрофлора» [49]. Совокупность микробных сообществ, разнообразных по своей численности и видовому составу, в различных биотопах определяют нормальный микробиоценоз человека [1]. Формирование экосистемы «макроорганизм — микроорганизм» происходит через процесс сукцессии, т.е. последовательной смены одних микроорганизмов в биоценозе другими видами с образованием устойчивого и стабильного микробного сообщества [60].

В естественной среде человека микроорганизмы находятся в сложных микробных ассоциациях, внутри которых складываются разнообразные формы их взаимоотношений (рис. 1).

Поскольку основным регулирующим фактором в микробиоценозе являются питательные вещества, обеспечивающие заселение экологической ниши микроорганизмами, их следует разделить на метаболически за-

Рис. 1. Типы межмикробного взаимодействия.

висимые группы и метаболически несвязанные между собой [32]. В симбиотической группе, существующей на основе мутуалистических взаимоотношений, устанавливается и закрепляется такое разделение метаболических функций между микроорганизмами, при котором взаимный обмен их метаболитами становится неизбежным и обязательным [8]. Bifidobacterium sp. и другие микроорганизмы, продуцирующие органические кислоты в биотопе, смещают рН среды в кислую сторону, создавая благоприятные условия для роста дрожжей рода Candida, которые в свою очередь обогащают среду обитания этой группы бактерий аминокислотами и витаминами, необходимыми для их нормального метаболизма [33].

Вместе с тем, в структуре микробиоценоза можно встретить сосуществующие микробные ассоциации, не являющиеся микробами одной трофической группы, но способные оказывать взаимное влияние через конечные продукты своего метаболизма. При метаболически зависимом комменсализме конечный продукт жизнедеятельности одного микроорганизма является источником питания для другого. Так, Veillonella sp. может использовать в метаболическом процессе только молочную кислоту, которую для нее образуют Bifidobacterium longum, как конечный продукт разложения глюкозы. При этом они вступают в биоценозе во взаимозависимые взаимоотношения в форме комменсализма [39].

В естественных условиях развития микробных сообществ нередко могут наблюдаться явления, при которых один вид микроорганизмов тем или иным способом угнетает или полностью подавляет рост и развитие других видов. Явление антагонизма широко распространено среди бактерий и грибов. Конкурентные формы взаимоотношений в микробиоценозе формируются вследствие конкуренции микроорганизмов за питательные вещества. Это, как правило, связано с тем, что они имеют одинаковые потребности в каком-либо субстрате, присутствующем в ограниченном количестве. Правом получить его будет обладать тот микроорганизм, который имеет более высокую метаболическую активность или скорость размножения. Например, бактерии подавляют рост актиномицетов, так как быстрее размножаются, а, следовательно, снижают уровень питательных веществ в условиях их обитания [32]. Некоторые микроорганизмы, обладающие протеолитичес-кими ферментами, например, бактерии рода Clostridium, проявляют по отношению к другим микробам насильственный антагонизм, при котором в условиях недостатка в среде питательных веществ могут использовать в качестве источника питания преимущественно продукты лизиса живых клеток других бактерий [8]. Иногда наряду с кислыми продуктами обмена отдельные микроорганизмы образуют нейтральные продукты обмена, например спирты, которые также могут тормозить развитие некоторых видов микробов (например, бактерий рода Proteus) [10]. В частности, вызывает интерес способность отдельных кислоторезистентных лактобактерий пролиферировать в желудке и конкурировать с Helicobacter pylori за органический субстрат, способствуя поддержанию его концентрации в норме [4,25,27,48].

Кроме того, есть формы взаимоотношений между микробами, когда обе популяции развиваются независимо друг от друга, формируя отношения нейтралистов. У нейтралистов нет общего источника питания, и они не продуцируют биологически активные вещества, которыми могли бы ингибировать друг друга. Такую форму взаимоотношений можно наблюдать между микроорганизмами разных систематических групп, например, между прокариотическими микроорганизмами (например, бактериями рода Bacteroides, Leptotrichia) и эукариотами (например, Entamoeba gingivalis), относящихся к биотопу полости рта [12,43].

В структуре микробиоценоза всегда можно выделить группы микроорганизмов, не связанных между собой метаболически, но при этом одни из них, развиваясь независимо от других, привносят новые свойства в экосистему, являясь синергистами для другой микрофлоры. Такой характер взаимоотношений можно наблюдать между аэробами и анаэробами, находящимися в одной экологической нише человека. Аэробы поглощают кислород, создают условия для развития анаэробов, которые обеспечивают их продуктами своей жизнедеятельности [55].

Примером активного антагонизма в естественных условиях развития микроорганизмов в биотопе может служить популяция уробактерий, в присутствии мочевины образующих аммиак, что приводит к значительному подщелачиванию среды и к подавлению некоторых видов микроорганизмов, не влияя на развитие самих уробактерий [8]. Активный антагонизм может быть связан с подавлением развития одних форм микробов другими с помощью образования и выделения конечных продуктов метаболизма в окружающую среду, обладающих антимикробной активностью (бактериоци-нов, антибиотических веществ и других). Например, плесневые грибы выделяют антибиотики, активные в отношении многих групп микроорганизмов (бактерий, актиномицетов и др.) [32]. Антагонизм может носить характер подавления одной из симбиотических групп, сожительствующих в биотопе, а также характер взаимного угнетения нескольких участников ассоциаций. Антагонистические взаимоотношения в симбиотической системе могут приводить к бактериостатической или бактерицидной активности, сопровождаться растворением ингибируемого микроорганизма [1]. В результате антагонизма между бактериями, постоянно стремящихся к росту своей популяции и расширению сферы ее обитания, сдерживается их бесконтрольный рост и нарушение микроэкологического равновесия.

Микрофлора, населяющая организм человека, в биотопе может находиться либо в свободном состоянии, либо в связанном, формируя биопленку. Нефиксированная микрофлора слущивается с поверхности биопленки и выбрасывается во внешнюю среду с выделениями человека (например, со слюной, с испражнениями). Микрофлора, формирующая биопленку, закрывает рецепторы от внешнего посягательства, тогда как свободно живущие микроорганизмы через свои продукты метаболизма вступают в конкурентные взаимодействия с чужеродной микрофлорой [45]. Биопленка — особая форма организации микрофлоры в организме человека. Она представляет собой хорошо взаимодей-

ствующее сообщество микроорганизмов, состоящее из бактерий одного или нескольких видов, занимающих чувствительные рецепторы в макроорганизме и колонизирующие на них, а также отделенных от внешней среды структурой, являющейся производной продуктов жизнедеятельности микроорганизмов и клеток тканей, на которых они адгезируют. Специальные исследования показали, что в биопленке по-иному, в сравнении с чистыми культурами бактерий, происходят их многочисленные физиолого-биологические процессы [58]. Сообщество организует единую генетическую систему, устанавливающую поведенческие формы для членов биопленки, определяющую их пищевые (трофические), энергетические и другие связи между собой и внешним миром. Последнее получило специальное название — «социальное поведение микроорганизмов» («quorum sensing») [3,17]. Установлено, что поведенческие функции микроорганизмов в составе биопленки детерминируются плазмидными генами [45,46,58]. Реакция микроорганизмов на изменения условий окружающей среды в биопленке существенно отличается от реакции каждого отдельного вида в монокультуре. Такая организация обеспечивает ее функциональную стабильность и, следовательно, является залогом конкурентного выживания в условиях внешней среды [51].

Характер взаимного влияния микроорганизмов друг на друга зависит от ряда факторов. К их числу следует отнести агрегирующую способность микрофлоры в биотопе, за счет возможности фиксироваться на строго специфическом рецепторе чувствительной клетки ткани макроорганизма [11]. Этот процесс осуществляется при специфическом лиганд-рецепторном взаимодействии адгезинов с определенным рецептором [20,23, 47,56,57]. Функцию адгезинов у бактерий могут выполнять лектины, отличающиеся вариабельностью химического строения и являющиеся специфическими для каждого вида, а также пили общего типа у грамотрица-тельных бактерий и компоненты пептидогликана у грамположительных [35]. За счет указанных выше особенностей происходит формирование индивидуального варианта нормальной микрофлоры в различных биоценозах. В то же время, адгезия носит не только выраженную видовую специфичность, но и тканевую. Так, например, Bacteroides sp., изолированные со слизистой полости рта крыс, не способны фиксироваться на аналогичных клетках других животных и, более того, не могут длительно колонизировать носоглотку или кишечник этого же животного [61].

Специфика расселения различных микробных популяций по отдельным биотопам макроорганизма кор-реллирует со сложившимися там условиями для обитания микроорганизмов. Количество и доступность питательных веществ в биотопе определяют колонизационную активность нормальной микрофлоры в нем. Известно, что недостаток или избыток того или иного метаболита служат сигналом для адаптивных изменений в соответствующем звене микроэкологической системы [60]. Толстая кишка — коллектор пищевых отходов, являющихся великолепным питательным материалом для развития многочисленных микроорганизмов. Поэтому общее количество жизнеспособных микроорганизмов в 1 г фекалий возрастает до 1010-1012, а ее качественный состав усложняется до 400 и более видов с

Сибирский медицинский журнал, 2008, № 8 общей биомассой около 1,5 кг. В силу столь высокой заселенности микрофлорой толстая кишка несет и самую большую функциональную нагрузку, по сравнению с другими биотопами ЖКТ [10]. В отличие от нее, удельное количество микроорганизмов тощей кишки колеблется в пределах 102-105 бактерий в 1 г содержимого, что во многом объясняется невысоким содержанием в ней питательных веществ [41].

Физико-химическое состояние биотопа выступает селектирующим фактором для отбора микрофлоры в нем. Например, из-за высокой кислотности микробиоценоз желудка достаточно скуден. Микроорганизмы, способные сохранять свою жизнедеятельность в кислой среде и в присутствии пепсина (Lactobacillus acidophillum, Enterococcus sp., грибы рода Candida и др.), локализуются преимущественно в пилорической его части. Активная перистальтика, секреторные иммуноглобулины (IgA, IgE) и ферменты также непосредственно участвуют в регуляции численности микроорганизмов в желудке [13].

Симбиотические взаимоотношения между организмом хозяина и его микрофлорой, эволюционно сформировавшиеся в результате длительной адаптации, предполагают наличие сложного и многогранного механизма, реализуемого на метаболическом, регуляторном, внутриклеточном и молекулярно-генетическом уровнях. Эти отношения являются жизненно важными как для человека, так и для заселяющих его организм микробных популяций. Все локальные микроэкосистемы тесно взаимодействуют между собой и с организмом хозяина, образуя единую симбиотическую систему, стабильно существующую за счет наличия сложных и разнообразных механизмов регуляции [4].

Среди микрофлоры, заселяющей разные экологические ниши организма человека, выделяют индиген-ную (аутохтонную) микрофлору и заносную, то есть привнесенную в организм извне [9,30] (рис. 2).

Состав индигенной микрофлоры определяют характеристические виды микроорганизмов, число которых невелико, но концентрация всегда значимо выражена. Например, частота обнаружения Streptococcus. mutans, Str. salvarius, Str. mitis в слюне и зубодесневых карманах составляет 100,0% случаев, а концентрация каждого из них достигает 105-108 в 1 мл. слюны [12]. Именно характеристические группы микроорганизмов определяют механизмы формирования стабильности в биотопе. Для них было принято определение «базовая симбиотическая единица», т.е. то наименьшее число видов, которое способно совместно существовать в конкурентных условиях и при котором ни один из них не смог бы выжить самостоятельно в данных условиях внешней среды [39]. Стабилизирующая микрофлора разнообразна по видовому спектру, но присутствует в биотопе в низких титрах. Например, бактерии рода Klebsiella, Escherichia, Aerobacter, являясь стабилизирующей микрофлорой полости рта, обнаруживаются только в слюне в 2,0-15,0% случаев, их концентрация в 1 мл слюны не превышает 102 [12].А [40]. Кроме того, у этих же

Рис. 2. Микрофлора тела человека.

Во взаимоотношения с макроорганизмом в форме комменсализма чаще всего вступают стабилизирующие виды микроорганизмов, входящие в структуру микробиоценоза. Комменсалам принадлежит основная функция по обеспечению защиты макроорганизма от чужеродной микрофлоры [5,18,44]. Взаимодействуя с рецепторами клетки, комменсалы инициируют образование биопленки. При этом предотвращается заселение макроорганизма посторонними микроорганизмами [54,62]. Комменсалы являются деструкторами многих химических веществ, поступающих через эндоплазма-тическую сеть на поверхность эпителиальных клеток, которые используют в качестве питательных субстратов [3]. Предполагается, что у взрослого человека микроорганизмы кишечника перерабатывают ежегодно до 50 кг материала эндогенного происхождения (слущен-ных эпителиальных клеток, пищеварительных сосков и т.д.) [26]. Микроорганизмы-комменсалы, населяющие кожу и слизистые, по убеждению Б.А. Шендерова, являются одним из главных механизмов защиты мак-рорганизма от потенциально токсигенных и мутагенных соединений, поступающих с пищей, водой, воздухом или образующихся внутри него [40]. Кроме того, микроорганизмы-комменсалы, являются резервуаром хромосомных и плазмидных генов. Огромный пул генетического материала и его изменчивость, а также высокая скорость размножения микробных клеток обуславливают колоссальные адаптационные возможности микрофлоры человека [39,52].

Реакция организма хозяина на многочисленные микроорганизмы, обитающие на его коже и слизистых,

— важный компонент иммунологического гомеостаза [19]. Комменсалы играют роль антигенного стимулятора иммунной системы, индуцируют образование низких титров антител, опсонинов, и тем самым поддер-

животных имеет место дефицит хемотаксических факторов, цитокинов, медиаторов воспаления, снижена активность естественных клеток-киллеров и фагоцитарная активность клеток ретикулоэндотелиальной системы. Гранулоциты от безмикробных мышей приближались к микроорганизмам, но не были способны их захватить и переварить [39].

Микроорганизмы, взаимодействующие с организмом человека в форме мутуализма, играют важнейшую роль в его жизнедеятельности [9,20]. Одной из функций мутуалистической микрофлоры является ее морфокинетическое действие. Так, установлено, что общая поверхность кишечника у безмикробных животных на 10,0-30,0% меньше, чем у конвенциональных [39]. Кроме того, доказано, что нормофлора стимулирует перистальтику кишечника, опорожнение желудка, оказывает влияние на эндокринную систему, кроветворение и т.д. [39,50].

В настоящее время накоплены многочисленные данные, свидетельствующие, что мутуалистическая микрофлора человека осуществляет биотрансформацию желчных кислот, холестерина, стероидных гормонов, лекарственных препаратов в различные метаболиты в процессе кишечно-печеночной рециркуляции [3,9,19,22].

Известна роль мутуалистической микрофлоры в продукции биологически активных соединений. Среди них — летучие жирные кислоты (уксусная, пропио-новая, масляная, изомасляная, изовалериановая), являющиеся главным продуктом микробной ферментации углеводов. Летучие жирные кислоты регулируют основной обмен, оптимальное значение рН в кишечнике, обладают антимикробным эффектом, благодаря чему участвуют в становлении и поддержании микробной экологии макроорганизма [38]. Исследования на безмикробных и обычных животных продемонстриро-

вали, что присутствующие в организме хозяина микроорганизмы способны синтезировать разнообразные витамины (практически все витамины В-комплекса, витамин К) [18]. Помимо летучих жирных кислот и витаминов, микрофлора производит и другие биологически активные вещества с разными эффектами действия на организм: бактериальные липополисахариды, пеп-тидогликаны, амины, антибиотики и прочие соединения с антимикробной активностью, стероидные гормоны и т.д. [19,39].

Помимо выполнения вышеперечисленных функций, мутуалисты участвуют в поддержании водно-солевого обмена, поддерживают рН, регулируют газовый обмен. Сопоставление состава содержимого кишечника обычных и безмикробных животных свидетельствует о том, что у последних отмечается повышенная гидратация кишечного содержимого, нарушена абсорбция Ca, Mg, P и других ионов и катионов [39].

Вместе с тем, микроорганизмы одной систематической группы, заселяющие разные биотопы человека, вступают в разные формы взаимоотношений с ним [61]. Так, например, Lactobacillus sp. могут обнаруживаться в различных биотопах человека и относятся к его доминирующей микрофлоре. И если в ЖКТ Lactobacillus sp. являются выраженными мутуалистами, то в биотопе влагалища они взаимодействуют с макроорганизмом в форме комменсализма [24,36]. Установлено, что вагинальные Lactobacillus sp. эффективно подавляют рост Gardnerella vaginalis, Staphylococcus sp., бактерий рода Klebsiella, Escherichia, грибов и других микроорганизмов, за счет выделения молочной кислоты, перекиси водорода, лизоцима, антибиотических компонентов, лакто-

ЛИТЕРАТУРА

1. Абросов Н.С., Боголюбов А.А. Экологические и генетические закономерности сосуществования и коэволюции видов. — Новосибирск: Наука, 1988. — 327 с.

2. Алимов А. Ф. Разнообразие, сложность, стабильность, выносливость экологических систем // Журн. общей биологии. — 1994. — Т 55,. № 3. — С.285-302.

3. Бабин В.Н., Домарадский И.В. Биохимические и молекулярные аспекты симбиоза человека и его микрофло-

ы // электрон. версия Росс. химического журнала. — 006. — №6. — Режим доступа: http://www. domaradsky.ru/ rhg94.htm (17 сент.2008).

4.епасеае: Автореф. …докт. мед. наук. — М., 1993. — 23 с.

7. Беэр С.А. Роль человеческого фактора в эволюции паразитарных систем // Мед. паразитология и паразитарные болезни. — 1993. — № 5. — С.50-56.

8. Бигон М., Харпер Дж, Таунсенд К. Экология. Особи, популяции и сообщества: в 2 т. — М.: Мир, 1989. — Т. 1. -667 с.; Т. 2. — 477 с.

9. Бондаренко В.М. Микрофлора человека: норма и патология // электронная версия научно-информационного журнала «Наука в России». — 2007. — №° 1. — Режим доступа: http://www.den-za- dnem.ru/page.php?article= 310 (17 сент.2008).

10. БондаренкоВ.М., Грачева Н.М., Мацулевич Т.В. Дисбактериозы кишечника у взрослых. — М.: Медицина, 2003.

11. Бондаренко В.М., Петровская В.Г. Ранние этапы развития инфекционного процесса и двойственная роль нормальной микрофлоры // Вестник РАМН. — 1997. — № 3. — С.7-10.

12. Боровский Е.В., Леонтьев В.К. Биология полости рта. —

цинов, подавляющих их жизнедеятельность, поэтому концентрация этих микроорганизмов в микроэкосистеме влагалища не превышает 102-104 КОЕ/г [21].

Исходя из вышесказанного, следует, что индиген-ная микрофлора, постоянно присутствующая в соответствующих микробиоценозах, является наиболее обширной по видовому разнообразию и количественным показателям и по праву называется своеобразным «экстракорпоральным органом» [3,14]. Этот «орган», как и любой другой орган человека, имеет свою структуру и физиологические функции, которые заключаются во влиянии нормальной микрофлоры на многие жизненно важные процессы. В микробиоценозах микроорганизмы представлены в виде ассоциаций и включают десятки и сотни разнообразных видов, а их численность у взрослого человека достигает 1015-17 клеток, что почти на порядок больше числа клеток всех органов и тканей макроорганизма [14,15,29]. Наиболее сложными по составу являются микробиоценозы толстой кишки, рта и носоглотки [42]. Более простыми являются микробиоценозы кожи и носовых ходов [39,42].

Нормальная микрофлора организма человека не является самостоятельным, отдельным от организма объектом внешней среды. Микроорганизмы закономерно колонизируют определенные области, вступают в тесные взаимоотношения с подлежащими структурами, специфически регулируя обмен веществ и функции организма. Однако различные неблагоприятные факторы, обладающие биологической активностью, способны вызывать нарушения в микробиоценозе человека и привести к развитию патологических состояний [6,31].

М: Медицинская книга, 2001. — 304 с.

13. Воробьев А.А., Лыкова ЕА. Бактерии нормальной микрофлоры: биологические свойства и защитные функции //ЖМЭИ. — 1999. — № 6. — С.102-105.

14. Воробьев А.А.Абрамов Н.А., Бондаренко В.М., Шенде-ров Б.А. Дисбактериозы — актуальная проблема медицины // Вестник РАМН. — 1997. — № 3. — С.4-7.

15. Воробьев А.А. Идеи Луи Пастера и развитие инфекто-логии и иммунологии // Вестник РАМН. — 1996. — №

6. — С.6-11.

16. Воробьев А.А., Гинцбург А.Л., Бондаренко В.М. Мир микробов // Вестник РаМн. — 2000. — № 11. — С.11-14.

17. Гинцбург А.Л., Ильина Т. С., Романова Ю.М. «Quorum sensing» или социальное поведение бактерий // ЖМЭИ.

— 2003. — № 5. — С.86-93.

18. Гончарова Г.И., Семенова Л.П., Лянная А.М., Козлова

Э.П. Бифидофлора человека, ее нормализующие и защитные функции // Антибиотики и мед. биотехнология. — 1987. — Т. 32, № 3. — С.25-28.

19. Домарадский И.В., Хохоев Т.Х., Кондракова О.А. и др. Противоречивая микроэкология // Росс. химический журнал. — 2002. — Т 46№ 3. — С.80-89.

20. Иванова В.В., Корнева Е.А. Закономерности взаимоотношений макроорганизма и возбудителей инфекционных болезней у детей // Вестник РАМН. — 2000. — №

11. — С.35-40.

21. КираЕ.Ф. Бактериальный вагиноз. — СПб.: Нева-Люкс,

2001. — 364 с.

22. Клинические аспекты диагностики и лечения дисбио-за кишечника в общетерапевтической практике: учебно-методическое пособие / Под ред. В.И. Симаненко-ва. — СПб., 2003. — 36 с.

23. Колганова Т.В., ЕрмолаевА.В., Дойл РДж. Влияние ферментов аспарагиназы и полифенолоксидазы на адгезивные свойства микроорганизмов // Бюл. эксп. биол. и мед. — 2004. — № 3. — С.24-31.

24. Костюк О.П., Чернышова Л.И., Волоха А.П. Физиологические и терапевтические свойства лактобактерий // Педиатрия. — 1998. — № 5. — С.71-76.

25. Куваева И.Б., Кузнецова Г.Г. Антагонистическая активность микробных популяций защитной флоры и ее связь с характеристикой микробиоценоза и факторами питания // Вопросы питания. — 1993. — № 3. — С.46-50.

26. Куваева И.Б. Обмен веществ организма и кишечная микрофлора. — М.: Медицина, 1976. — 304 с.

27. Ленцнер А.А., Ленцнер Х.П., Микелъсаар М.Э. Лактофлора и колонизационная резистентность // Антибиотики и мед. биотехнология. — 1997. — Т. XXXII, № 3. — С.173-177.

28. МиллерГ.Г. Биологическое значение ассоциаций микроорганизмов // Вестник РАМН. — 2000. — № 1. — С.45-51.

29. Миллер Г.Г. Роль ассоциаций микроорганизмов в инфекционной патологии: Автореф. …докт. биол. наук. —

М., 2001. — 22 с.

30. Осипов Г.М. Невидимый орган — микрофлора человека // электрон. текстовые дан. — М., 2008. Режим доступа: http://www. biovesta.ru/stati/nauchnye-stati/ nevidimyj-organ-mikroflora-cheloveka (17 сент.2008).

31. Отраслевой Стандарт «Протокол ведения больных. Дисбактериоз кишечника» ОСт91500.11.0004-2003:ут-вержден Приказом М3 РФ № 231 от 09.06.2003. — М., 2003. — 159с.

32. Пианка Э. Эволюционная экология. — М.: Мир, 1981.

— 400 с../(24 сент. 2008).

36. Субботин В.В., Данилевская Н.В. Микрофлора кишечника собак: физиологическое значение, возрастная динамика, дисбактериозы // Ветеринар. — 2002. — № 1. — С.25-47.

37. Суховолъский В.Г. Экономика живого: Оптимизационный подход к описанию процессов в экологических сообществах и системах. — Новосибирск: Наука, 2004. — 140 а

38. Хуснутдинова Л.М. Межбактериальные взаимодействия // ЖМЭИ. — 2003. — № 4. — С.3-8.

39. тендеров Б.А. Медицинская микробная экология и функциональное питание: в 3 т. Т.1. Микрофлора человека и животных и ее функции. — М.: ГРАНТЪ, 1998.

— 288 с.

40. тендеров Б.А. Нормальная микрофлора и некоторые вопросы микроэкологической токсикологии // Антибиотики и медицинская биотехнология. — 1987. — Т 32, № 3. — С.11-13.

41. Щербаков П.Л, Нижевич А.А., Логиновская В.В., Щербакова М.Ю. Микроэкология кишечника у детей и ее нарушения // Фарматека. — 2007. — Т. 148, № 14. — С.23-27.

42. Янковский Д.С. Состав и функции микробиоценозов различных биотопов человека // электронная версия всеукраинского научно-практич. журнала «Здоровье женщины». — Киев, 2003. — Т 16, № 4. — Режим досту-

па: http://medexpert.org.ua/modules/myarticles/

article storyid 21.html (05 ноября 2008).

43. Borriello S.P. Microbial flora of the Gastrointestinal tract // J. Med Microbiol. — 1990. — Vol. 33, № 4. — Р.207-215.

44. Casadevall A., Pirfski L. Host Pathogen Interactions: Basic Concepts of Microbial Commensalism, Colonization, Infection, and Disease // A. Inf Immun. — 2000. — № 68:65.

— Р8-11.

45. Costerton J.W., Stewart P.S., Greenberg E.P. Bacterial biofilms: a common cause of persistent infections // Science. -1999. — № 284. — Р.1318-1322.

46. Donlan R.M., Costerton J.W. Biofilms: survival mechanisms of clinically relevant microorganisms // Clin. Microbiol. —

2002. — Rev. 15. — Р.167-193.

47. Finlau B.B., CossartP. Exploitation of mammalian host cell functions by bacterial pathogens // J. Med Microbiol. -1997. — № 5313. — Р718-725.

48. Gill H.S., Rutherfurd J., Prasad J., Gopal P.K. Enhancement of natural and acquired immunity by Lactobacillus rham-nosus (HN001), Lactobacillus acidophilus (HN017) an Bifidobacterium lactis (HN019) // Brit. J. Nutr. — 2000. -Vol. 83, № 2. — P167-176.

49. GoffL. J. Symbiosis and parasitism: another viewpoint // Bioscience. — 1992. — Vol. 32, № 4. — P.255-256.

50. Husebye E., Hellstrom R. The role of normal microbial flora in control of small intestine motility // Midtvedt. Microbiol. Therapy. — 1990. — № 20. — Р389-394.

51. Le Chevallier M.W., Cawthen D., Lee R.G. Inactiwation of biofilm bacteria // Appl. Environm. Microbiol. — 1998. -Vol. 54, № 10. — Р.68-80.

52. Lederberg J. Infections agents, hosts in constant flux // ASM. Nows. — 1999. — № 1. — Р.18-22.

53. Lederberg_ J. Infectious Diseases as an Evolutionary Paradigm // Emerging Infect. Dis. — 1997. — Vol. 3, № 4. -P.417-423.

54. Macfarlane G.T., Macfarlane S. Human colonic microbiota: ecology, physiology and metabolic potential of intestinal bacteria // Scand J. Gastroenterol. — 1997. — Vol. 32 (Sup-pl. 222). — Р.3-9.

55. May R.M. Mutualistic interactions among species // Nature. — 1982. — Vol. 296, № 5860. — P803-804.

56. Miller F.-M.C, Morschhauser J., Kohler G. Adharenz und Invasion: zwei Pathogenitatsfactoren bei pathogenen Bac-terien und PilZen // J. Gryst. Growth. — 1999. — № 2-4. -P39-42.

57. Normark S., Beijerinck C. Bacterial adhesins and their rde in ifectious disease. — Book Abstr. Delft, 1995. — P.16.

58. O’Toole G.A., Kaplan H.B, Kolter R. Biofilm formation as microbial development // Annu. Rev. Microbiol. — 2000. -№ 54. — Р.49-79;

59. ParksR.W., Clements W.D., Pope C. Bacterial translocation and gut microflora in obstructive jaundice // J. Anat. — 1996.

— № 189. — Р 561-565.

60. Rusch V. C. Das Koncept Symbiose: Eine Übersicht uber die Terminologie zur Beschreibung von Lebensgemeinschaften ungleichnamiger Organismen // Microecol. Therapy. -1999. — Vol. 19. — Р43-58.

61. Savage D.G. Overview of the association of microbes with epithelial surfaces // Microecol. Therapy. — 1994. — Vol. 14.

— Р59-78.

62. Van der Waaij D. Colonization resistance of the Digestive Tract // Japan. — 1999. — № 1. — P76-81.

Адрес для переписки:

664003, г. Иркутск, ул. Красного восстания, 1, ИГМУ, кафедра микробиологии, тел. (3952) 24-30-16. Пономарева Ольга Александровна — аспирант кафедры микробиологии ИГМУ, e-mail: [email protected]

Микрофлора и иммунитет

22.04.2020

«Нормальная микрофлора это качественное и количественное соотношение разнообразных популяций микробов отдельных органов и систем, поддерживающее биохимическое, метаболическое и иммунологическое равновесие организма, необходимое для сохранения здоровья человека».

Академик РАМН А.Воробьев

Нормальная микрофлора – это совокупность микробных сообществ, населяющих так называемые биотопы – «места жизни». Применительно к микробиологии – это ткани или среды организма с относительно однотипными условиями жизни для микроорганизмов.

Классификация нормальной микрофлоры:

  • резидентная (постоянная) микрофлора;
  • факультативная (нерегулярная) микрофлора;
  • транзиторная (случайная) микрофлора.

20 % микроорганизмов нормальной микрофлоры обитает в полости рта, 18-20% — приходится на кожные покровы, 15-16% — на носоглотку, 2-4% на урогенитальный тракт у мужчин и примерно 10 % на вагинальный биотоп у женщин, а больше всего (до 40%) в желудочно-кишечном тракте.

Биотопы начинают формироваться в период беременности. Источником микроорганизмов является  материнская микрофлора, пища и окружающая среда. Состав микрофлоры может существенно варьироваться в зависимости от внешней среды, образа жизни, отношения к гигиене и пищевых предпочтений …

К примеру, микрофлора японцев содержит повышенное количество микроорганизмов, способствующих переработке рыбы.

Кожа и слизистые оболочки

Заселение микроорганизмами кожи можно сравнивать с климатическими регионами мира: предплечья с пустынями, волосистую часть головы с прохладными лесами, промежность и подмышки с джунглями. Относительно закрытые участки тела содержат больше микроорганизмов, чем открытые зоны. Популяция биотопов зависит от влажности, температуры, выделений сальных и потовых желез. Обычно пальцы ног, подмышки и влагалище колонизируются микроорганизмами интенсивнее, чем более сухие, открытые зоны.

Большинство микроорганизмов обитают на поверхности кожи и в верхних частях волосяных фолликулов. Часть микрофлоры проникает в более глубокие слои и не подвергается уничтожению в процессе гигиенических процедур. Эти микроорганизмы являются своеобразным резервуаром для восстановления после удаления поверхностной микрофлоры.

Самой распространенной бактерией кожи является эпидермальный стафилококк (Staphylococcusepidermidis), составляющий 90% от резидентной микрофлоры.

Роль нормальной микрофлоры

Подавляющее большинство представителей резидентной микрофлоры проявляет выраженный антагонизм в отношении патогенных видов. Основной механизм – избирательное связывание нормальной микрофлорой поверхностных рецепторов эпителиальных клеток. Для микроорганизмов рецептор – это своеобразный якорь, который позволяет закрепиться на поверхности кожи.

К сведению: вирусы так же, как и все другие представители патогенной микрофлоры, нуждаются в якоре в виде рецепторов слизистых оболочек!

Второй, не менее важный механизм – секреция резидентной микрофлорой биологически активных веществ (кислот, спиртов, лизоцима, бактериоцинов…), смертельных для патогенных микроорганизмов.

К примеру, эпидермальный стафилококк вырабатывает антибиотик бактериоцин, активный в отношении определенных видов патогенной микрофлоры. Особенно эффективно бактериоцин подавляет рост  золотистого стафилококка, контролируя, таким образом его популяцию.

Третий механизм защиты – неспецифическая стимуляция иммунной системы. Большинство представителей нормальной микрофлоры заставляет иммунитет вырабатывать в небольшом количестве антитела (преимущественно иммуноглобулин A). Антитела формируют местный иммунитет, который не позволяет патогенным микроорганизмам проникать в глубокие структуры кожи и слизистых оболочек.

Нормальная микрофлора – неспецифический сильный стимулятор («раздражитель») иммунной системы!

 

рН кожи как фактор иммунитета

 В норме кожа имеет кислые показатели рН, которые варьируются в пределах 4,0 — 4,5. В норме оптимальное рН кожи поддерживается секретом потовых желез и кожным салом. Кроме того, эпидермальный стафилококк, пропионобактерии, коринебактерий, а так же некоторые разновидности дрожжевых грибков  в составе нормальной микрофлоры обладают способностью вырабатывать специфические  ферменты — липазу и эстеразу. Ферменты расщепляют триглицериды кожного сала на свободные жирные кислоты, что в итоге приводит к снижению рН кожи и формирует, таким образом, неблагоприятные условия для патогенных микроорганизмов.

Кислая рН относится к основным факторам, которые делают кожу «непривлекательной» для патогенных микроорганизмов.

Внутренняя и наружная гигиена в гармонии с микрофлорой

Основой  кислотно-щелочного равновесия, здорового иммунитета является сбалансированный минеральный обмен.

«Литовит-М» – цеолитсодержащий энтеро-, доноросорбент и иммуномодулятор, в глубоком значении этого слова. Избирательный эффект «Литовит-М» в отношении иммунной системы обусловлен  ионообменными свойствами минерала – цеолита. В процессе взаимодействия со средами организма цеолит отдает ионы недостающих макро- и микроэлементоа и одновременно связывает ионы, находящиеся выше «физиологического» уровня. В частности «Литовит-М» регулирует содержание цинка, кремния и селена – ключевых элементов здорового иммунитета.

Восстановление и поддержка минерального баланса приводит к стабильным нормальным показателям рН  тканей и сред организма, в том числе кожи и слизистых оболочек.

Детоксикационные свойства селективного сорбента и стимулирующее влияние на лимфатический дренаж способствуют освобождению от токсинов межклеточной жидкости и возвращению клеткам иммунной системы возможности полноценно выполнять свои функции в «чистой среде».

В комплексе с «Литовитом-М» рекомендуется использовать средства экологической косметологии «Кия».

Минеральная косметика «Кия» не содержит вредных для кожи и организма веществ, поскольку в нее входят только натуральные минералы исключительно мелкой фракции. В ее составе нет никаких отдушек, талька, спирта, красителей, минеральных масел или консервантов. Минералы по современным технологиям измельчаются до такой степени, что они встраиваются в самые мелкие углубления кожи: между отмершими клеточками эпидермиса, в воронках пор, «цепляются» за кислотную защитную «мантию». Но при этом не забивают поры и остаются воздухопроницаемыми, сохраняя «дыхание кожи».

И  главное:

Минеральная косметика «Кия» восстанавливает и поддерживает оптимальные показатели кислотно-щелочного равновесия кожи и, следовательно, оптимальные условия жизни для нормальной микрофлоры – важнейшего фактора иммунитета. 

Дисбактериоз

«Игнорировать роль микрофлоры и дисбиоза – это значит тормозить дальнейшее развитие медицины» – считает Президент РАМН Академик В.И. Покровский.

Известно, что дисбактериоз – состояние реально существующее, дающее серьезные отклонения от здоровья, хотя это современным практическим здравоохранением не признается.

В 1999 году на Всемирной Конференции в Марокко по дисбактериозу мировое сообщество признало, что «Дисбактериоз – это социальное заболевание планеты, результат эры антибиотиков и источник 90 % всех заболеваний человека».

«Мы подобны дереву, только корни его находятся внутри организма, в кишечнике. Ни одному садоводу не приходит в голову реанимировать погибшие листья, он прежде удобряет почву» – сказал профессор Ашот Хачатрян, всю жизнь посвятивший изучению микрофлоры человека.

Достижения Российской и зарубежной науки подтвердили очевидную роль дисбиоза в возникновении тяжелейших «неизлечимых» заболеваний:

  • аллергозов
  • парадонтозов
  • дисбиозов женской и мужской половой сферы
  • заболеваний, сопровождающихся нарушением обмена веществ: атеросклероза, сахарного диабета, заболеваний суставов, позвоночника
  • разнообразных «редких» вирусных и других «экзотических» инфекций
  • в хронизации практически всех воспалительных заболеваний у детей и взрослых
  • в беспросветном, затяжном течении заболеваний кожи, слизистых, желудочно-кишечного тракта (колитов, диарей, язвенных поражений)

Данное состояние здоровья населения свидетельствует о серьезных иммунных дефектах.

Прямую серьезную угрозу представляет дисбактериоз у детей. Доподлинно известно, что новорожденный с тяжелой формой дисбактериоза практически нежизнеспособен.

Нормальная микрофлора — это качественное и количественное соотношение разнообразных популяций микробов, колонизируемых отдельные органы и системы, эволюционно сложившееся и сформировавшееся при взаимодействии с организмом человека в течение периода его становления и существования как биологического вида, поддерживающее биохимическое, метаболическое и иммунологическое равновесие микроорганизма, необходимое для сохранения гомеостаза человека.

К защитной облигатной, основной, микрофлоре кишечника человека причисляются: облигатно-анаэробные бифидобактерии, в сочетании с менее многочисленными представителями биоценоза толстой кишки – лактобациллами и биологически полноценными эшерихиями.

Подсчитано, что в кишечном тракте взрослого человека количество микроорганизмов составляет 1013 КОЕ, т.е. почти равно числу клеток всех тканей и органов макро организма. О многокомпонентности микрофлоры человека говорит хотя бы тот факт, что в 1 г. содержимого слепой кишки содержится около двух биллионов микроорганизмов, представителей 17 различных семейств, 45 родов и свыше 400 различных видов микроорганизмов.

Среди облигатных представителей также выделяют бактероиды, количество которых у здоровых людей составляет от 0,3 х 106 до 1,9 х 1011 КОЕ/1 г. фекалий; бифидобактерий 107 – 1010 КОЕ/1 г.; лактобациллы 106 – 107 КОЕ/1 г., кишечных палочек от 104 до 109 КОЕ/г содержимого кишечника.

Нормальная микрофлора играет важную пусковую роль в механизме формирования иммунитета и специфических защитных реакций в постанальном развитии макроорганизма. Доказана весьма существенная роль микрофлоры кишечника в становлении местного иммунитета. Установлено влияние низкомолекулярных метаболитов, продуцируемых микрофлорой, на синтез и секрецию секреторного IgA.

В стимуляции иммунной системы принимают участие мурамилдипептиды, являющиеся компонентами клеточной стенки бактерий симбиотической микрофлоры.

Помимо участия в синтезе Ig A и активации фагоцитоза, нормальная микрофлора обеспечивает потенцирование продукции интерферонов, цитокинов, лизоцима, пропердина.

Микрофлора кишечника синтезирует ряд биологически активных веществ, способствующих разрушению аллергенов.

Симбиотическая микрофлора кишечника участвует в рециркуляции жирных кислот, холестерина, ряда макро- и микроэлементов (кобальт, цинк) всасывании солей кальция и железа, регулирует моторную активность толстой кишки, поддерживает водный, газовый, ионный гомеостаз организма, связывает и разрушает токсические субстанции, инактивирует избыток пищеварительных ферментов. Известно подавление микробами нормального биоциноза передачи неблагоприятной генетической информации, которую несут патогенные бактерии, и в частности, разрушение факторов множественной лекарственной устойчивости и аллергенов.

Установлено участие бактерий нормальной микрофлоры в ферментативной деятельности пищеварительного тракта. С функцией бактериоциноза кишечника связаны расщепление и утилизация пищевых веществ, продукция энзимов, участвующих в метаболизме белков, жиров, углеводов, нуклеиновых кислот, теплопродукция и терморегуляция, восполнение энергетических потребностей макроорганизма.

Бактериальной флоре пищеварительного тракта приписывают участие в синтезе витаминов. Нормальная микрофлора кишечника обеспечивает организм человека витамином К, фолиевой кислотой, рибофлавином и пиридоксином.

Микроорганизмы симбиотической флоры продуцируют и такие биологически активные вещества как бактериоцины, микроцины, антибиотики.

Одной из важных сторон защитной функции бактерий нормальной микрофлоры является антагонистическая активность в отношении патогенных и условно-патогенных микроорганизмов. Благодаря биохимической активности микроэкологической системы пищеварительного тракта, обеспечивающей продукцию микрофлорой субстанций с выраженной антагонистической активностью, попадающие извне патогенные микроорганизмы быстро элиминируются из кишечника, что предотвращает развитие инфекционного процесса.

Доказана роль лактобацилл в поддержании микробного баланса, благодаря продукции молочной кислоты и специфической адгезии к эпителию толстой кишки. Показана их антагонистическая активность в отношении патогенных бактерий, в частности Salmonella typ. Бифидобактерии, продуцируя уксусную и молочную кислоты препятствуют размножению гнилостной и патогенной микрофлоры, нормализуют перистальтику, а также способствуют всасыванию кальция, железа, витамина D и участвуют в процессах витаминообразования.

Кишечные палочки влияют на развитие и статус местной иммунной системы, связанной со слизистой оболочкой и обеспечивают защиту хозяина от инфекций, обусловленных энтеропатогенными микроорганизмами. Кишечная палочка принимает участие в расщеплении белков и углеводов, метаболических превращениях холестерина, желчных кислот, жирных кислот.

Кишечная палочка также обладает канцеролитическими свойствами, выделены из кишечника здоровых лиц штаммы кишечной палочки и фекального энтеррококка, которые in vitro обладали способностью вызывать некроз раковых клеток.

Немаловажными регуляторами роста бактерий в кишечнике являются различные экзоэнзимы и бактериоцины: микроцины, колицины, лизоцим.

У здорового взрослого человека микрофлора толстой кишки характеризуется стабильностью. Однако известны значительные колебания в составе микрофлоры толстой кишки в зависимости от условий окружающей среды, сезонов года и многих других факторов. Если в зимнее время микробиоциноз характеризуется высоким содержанием бифидо и лактобактерий и низкой обсеменностью стафилококками, грибами кандида, а также условно патогенным энтеробактериями, то в весенний период показатели микробиоценоза достоверно ухудшаются. В летний период состав микрофлоры отличается минимальным содержанием лакто- и бифидобактерий, максимальным – эшерихий и условно-патогенных энтеробактерий, также отмечается увеличение носительства стафилококков и грибов. Под влиянием климатических и экологических условий проживания людей у них формируется варианты нормы микробиоценоза кишечника – ценотипы, им соответствующие. Состав микрофлоры кишечника меняется также и на протяжении суток: у всех людей после приема пищи число микроорганизмов в кишечнике умеренно увеличивается, а через несколько часов возвращается к исходному состоянию.

Колонизация анаэробных бактерий обычно происходит только после колонизации аэробных бактерий, таких, как E.coli.

Установлено,что кишечник детей, получавших материнское молоко, на фоне выраженного преобладания бифидофлоры содержит минимальное количество аэробов, обладающих протеалистической активностью. При переходе на искусственное вскармливание увеличивается количество представителей аэробной флоры.

У вегетарианцев, употребляющих преимущественно продукты растительного происхождения с большим количеством клетчатки, повышается содержание лактобактерий, энтерококков, колиформных бактерий, то есть микробов, способствующих функциональной активности системы местного иммунитета.

Микробная экосистема желудочно-кишечного тракта играет значительную роль в поддержании здоровья человека, изменение ее качественного или количественного состава ведет к серьезным нарушениям функционирования различных органов и систем организма.

Большинство исследователей трактуют дисбиоз как состояние срыва адаптации, нарушение защитных и компенсаторных механизмов. Развитию дисбиоза способствуют изменения привычного образа жизни, гиповитаминоз, истощение организма, применение антибиотиков, гормональная терапия, а также снижение иммунологической реактивности организма. Особенно выражены изменения микрофлоры кишечника при антибактериальной терапии. В настоящее время нарушению микробного пейзажа кишечника придается большое значение при самых различных заболеваниях местного и общего характера. Дисбиоз регистрируется у подавляющего большинства больных с поражением желудочно-кишечного тракта инфекционной и неинфекционной природы, при хронических воспалительных и аллергических заболеваниях, онкологических процессах, у реконвалесцентов после перенесенных инфекционных заболеваний внекишечной локализации, при приеме антибиотиков, в процессе и после лучевой терапии. Нередко изменение микрофлоры кишечника обнаруживается у проживающих в экологически неблагоприятных условиях, а также при нервных стрессах.

Все вышеперечисленные факторы могут приводить к нарушению не только количественного и качественного состава нормофлоры, но и к усилению генетического обмена и формированию измененных клонов, несущих плазмиды лекарственной устойчивости, нередко включающие острова патогенности, детерминирующие адгезивные, цитотоксические и энтеротоксические свойства бактерий, что обуславливает отрицательные проявления факультативной дисбиозной микрофлоры. Она может быть источником инфекции, вызывая гнойно-септические и др. болезни; иметь сенсибилизирующую активность, проявляющуюся через аллергические реакции; иметь банк плазмидных генов, обеспечивающих формирование патогенных клонов, и обладать мутагенной активностью, стимулируя возникновение и развитие опухолей.

В настоящее время признано, что некоторые представители нормальной микрофлоры, особенно ее факультативной части, обладая определенными механизмами приживления, способы вызывать воспалительный процесс. Причины этого остаются до конца не ясными и могут быть связаны с наличием у них множества факторов патогенности.

Термин «дисбактериоз», введенный в 1916 г. немецким врачом A.Nissle имеет ряд синонимов: нарушение микроэкологии кишечника,дисбиоз кишечника, нарушение биоциноза кишечника и др. Различия в терминологии в значительной мере обусловлены тем, что сама проблема имеет два аспекта: клинический и микробиологический.

В разработанном новом Отраслевом стандарте « Дисбактериоз кишечника. Протокол ведения больных» дается следующее определение: «Дисбактериоз кишечника – это клинико – лабораторный синдром, возникающий при целом ряде заболеваний и клинических ситуаций, который характеризуется изменением качественного и/или количественного состава микрофлоры, а так же транслокацией различных её представителей в несвойственные биотопы и их избыточным ростом, метаболическими и иммунными нарушениями с сопровождающимися у части пациентов клиническими симптомами поражения кишечника».

Факторы, ведущие к нарушениям микрофлоры, т.е. к дисбиозам, весьма многочисленны. Поэтому почти 90% населения нашей страны в той или иной мере страдают дисбактериозами. Они, как правило, сопряжены с нарушениями иммунной системы.

При дисбиозе происходит увеличение общего количества бактерий, изменяется их спектр со сдвигом в сторону грамотрицательных и анаэробных штаммов, уменьшается концентрация конъюгированных желчных кислот, нарушается абсорбция жиров и жирорастворимых витаминов, возникает стеаторея. Вместе с тем, свободные желчные кислоты повреждают эпителий слизистой оболочки кишечника, что приводит к нарушению всасывания аминокислот, жиров, углеводов, возникает дефицит витамина В12. Слизистая колонизируется условно-патогенными микробами, некоторые штаммы которых обладают инвазивностью и агрессивностью по отношению к слизистой кишечника.

Адгезия некоторых патогенных бактерий к слизистой оболочке кишечника влечёт за собой утрату микроворсинок и полное сглаживание щёточной каймы.

Клинические проявления дисбактериоза многообразны — диспептические расстройства (запоры, диареи), нарушения обмена веществ, воспалительные заболевания (гастриты, дуодениты), гнойно-воспалительные заболевания и осложнения разной локализации, язвенная болезнь желудка и 12-типерстной кишки, гепатиты, злокачественные образования, аллергия и т.д.

В норме, находясь в состоянии динамического равновесия, представители кишечной микрофлоры не оказывают отрицательного влияния на организм.

Микроорганизмы, составляющие нормальную микрофлору, могут находиться как на поверхности слизистой оболочки кишечника, так и в просвете кишки.

Однако вследствие различных нарушений (сдвиг иммунологического статуса, приём антибиотиков, инфекционный процесс, стресс, травма и т.п.) бактерии нормофлоры начинают усиленно размножаться и могут заселять нетипичные для них экологические ниши, становясь причиной аутоинфекций. Перенос интестинальных бактерий через слизистую оболочку кишечника, их прохождение через систему мезентериальных лимфоузлов и воротной вены печени в органы получил название транслокации. Описаны три главные причины, содействующих бактериальной транслокации из ЖКТ: резкое увеличение количества бактерий в ЖКТ, иммунодефицит, повышение проницаемости слизистого барьера кишечника. По мнению некоторых авторов транслокация представляет собой процесс биологически целесообразный, стимулирующий иммунитет не только у теплокровных, но и хладнокровных животных, а также растений. Кишечник представляет собой огромнейший лимфоидный орган.Бактериям нормальной микрофлоры свойственна способность к транслокации через стенку кишечника в мезентериальные лимфатические узлы и органы брюшной полости, что сопровождается стимуляцией работы этих органов без каких- либо отрицательных реакций. С током крови бактерии достигают патологического очага, где локализуются в жизнеспособных тканях, в основном в соединительной, костной, вокруг сосудов. В зоне повреждения микробы выделяют широкий набор антибиотиков, протеолитических ферментов, иммуномодуляторов, факторов роста фибробластов, чем способствуют очищению воспалительного очага от некротизированных фрагментов и ускорению регенерации.

При кишечной непроходимости в фекалиях наиболее часто обнаруживают микробы родов Bactroidеs. Преобладание бактериоидов считают наиболее достоверным признаком запоров. Напротив, снижение содержания анаэробов с параллельным нарастанием количества аэробных бактерий чаще встречается при опухолях кишечника, печени и поджелудочной железы. При циррозе печени (реже при колитах) отмечается увеличение процента обнаружения бактерий рода Veillonella, что характерно для других патологий. При кожном зуде отмечают увеличение количества стафилококков и обсуждают вопрос о роли St. aureus в патогенезе атопического дерматита.

Этиологическими агентами инфекции мочевыводящих путей чаще являются условно-патогенные микробы кишечника или кожи, причём в более 95% случаев это энтеробактерии (преимущественно Е. соli), патогены вида Pseudomones aeruginosa, кандида, и.т.д.

Применение антимикробных препаратов не ведёт к полному выздоровлению, а зачастую увеличивает время лечения. Неэффективность антибактериальной терапии связана с отрицательными сдвигами в иммунологической реактивности организма. Кроме того, появляется резистентность. Заслуживает внимание и тот факт, что применение антибиотиков приводит к развитию дисбиозов организма. Так, больные с хронической урогенитальной инфекцией характеризуются наличием дисбиотических нарушений микроэкологии ЖКТ. Более выраженный дисбаланс микроэкологии толстой кишки наблюдается у лиц, страдающих хр. простатитом, мочекаменной болезнью, осложнённой пиелонефритом.

Установлено, что нормальная физиологическая микрофлора половых путей способствует сохранению здоровья женщины в репродуктивном периоде, защищает внутренние половые органы от восходящего инфицирования и септических осложнений поле родов и оперативных вмешательств.

В нормальных условиях влагалище представляет динамическую экосистему, стерильную при рождении, которая начинает колонизироваться в течение нескольких дней и преимущественно грамположительной флорой, состоящей из анаэробных бактерий (бифидобактерии), стафилококков, стрептококков, бактероидов. У здоровых небеременных женщин репродуктивного возраста обнаружено 109 анаэробных и 108 аэробных колониеобразующих единиц (КОЕ) на 1 мл влагалищного содержимого. Ранговая последовательность бактериальных видов такова — лактобациллы, пептококки, бактероиды, стафилококки эпидермальные, коринебактерии, эубактерии, дифтероиды, стрептококки, бифидобактерии, бактероиды.

В своё время Дедерлейн сформировал гипотезу, согласно которой лактобациллы влагалища, образуя молочную кислоту, выполняют защитную роль в отношении условно-патогенной флоры (УПФ), причём влагалищные выделения возникают тогда, когда обычная ацидофильная флора замещается патогенной. Действительно, было доказано угнетающее действие лактобацилл на другие микроорганизмы.

Защитные свойства лактобацилл связаны с их колонизирующей способностью и непосредственной антимикробной активностью. Именно колонизирующая способность позволяет лактобациллам включиться в микрофлору стенки и стать основной частью экологического барьера, блокирующего рецепторы клеток слизистой влагалища, необходимые для адгезии патогенных и условно-патогенных микроорганизмов. Непосредственная антимикробная активность сопряжена с продуцированием молочной кислоты, антибиотических средств, лактоцинов, лизоцима, перекиси водорода.

Слизистая оболочка репродуктивного тракта служит механическим и функциональным барьером, являясь также и иммунологическим фильтром, поскольку она интимно связана с подслизистым регионарным лимфоидным аппаратом и циркулирующими в кровотоке лимфоидными клетками и медиаторами иммунитета.

Лактобациллы известны как сильные антагонисты по отношению ко многим микроорганизмам. По силе антимикробного действия они могут иногда даже превосходить антибиотики.

Микрофлора влагалища подвержена воздействию многих факторов, на неё влияет гормональный фон, инфекционные и соматические болезни, нарушение режима питания, медикаментозная терапия (особенно гормоно- и антибиотикотерапия), наличие иммунодефицитов.

Проблема инфекционных заболеваний женских половых органов является одной из актуальных проблем акушерства и гинекологии. В структуре инфекционной заболеваемости влагалища превалируют кандидоз, трихомониаз и бактериальный вагиноз. Бактериальный вагиноз — это клинический синдром, характеризующийся обильными выделениями из влагалища, часто с неприятным запахом, зудом, дизурическими расстройствами. Клинические проявления обусловлены замещением нормальной микрофлоры влагалища аэробными, анаэробными микроорганизмами (гарднерелла, микоплазма и т.д.) без поражения субэпителиальных тканей стенки влагалища. Это общий инфекционный невоспалительный синдром, связанный с дисбиозом влагалищного биотопа, характеризующийся чрезмерно высокой концентрацией облигатно и факультативно анаэробных условно-патогенных микроорганизмов и резким понижением или отсутствием молочнокислых лактобактерий в отделяемом влагалища.

В связи с тем, что у 54% женщин, страдающих бактериальным вагинозом, обнаруживается ещё и дисбактериоз кишечника, то можно предполагать наличие единого дисбиотического процесса в организме.

Имеются сведения, доказывающие, что большинство акушерских и гинекологических осложнений связано с бактериальным вагинитом. К ним относятся: развитие инфекционной патологии во время беременности и послеродовом периоде, увеличение частоты преждевременных родов и рождение новорождённых с низкой массой тела, высокая частота послеродового эндометрита и хориоамнионита. Отмечается высокая степень развития восходящего инфицирования от матери к плоду в последнем триместре беременности.

В связи с вышесказанным, разработка эффективных методов профилактики и лечения бактериального вагиноза является одной из актуальных проблем современного здравохранения.

До настоящего времени лечение больных с бактериальным вагинозом остаётся сложной, дорогостоящей и нерешённой задачей. Многие клиницисты используют в лечении антибактериальные препараты, тем самым усугубляя процесс.

По мнению ряда ведущих акушеров-гинекологов, приступая к лечению бактериального вагиноза следует придерживаться следующих основных принципов, определяющих успех терапии:

  1. создание оптимальных физиологических условий среды влагалища;
  2. восстановление нормального или максимально приближенного к норме микробиоценоза влагалища;
  3. использование десенсибилизирующих и иммунокоррегирующих лекарственных средств.

Важное место в лечении и профилактики бактериального вагиноза занимает использование пробиотиков.

Разнообразие микроэкологических нарушений нормальной микрофлоры, обусловливающих дисбактериоз, требует для их коррекции различные по составу пробиотики, обладающие разными биологическими свойствами.

Наиболее известными микроорганизмами, которые используют в качестве основы биопрепаратов, являются лактобациллы. Необходимо подчеркнуть, что лактобациллы применяют для коррекции не только микрофлоры кишечника, но и вагины.

Другой группой микроорганизмов, на основе которых базируются многие пробиотики, являются бифидобактерии.

Для разработки пробиотиков используют и другие микроорганизмы. Кишечные палочки начали употреблять в качестве основы биопрепаратов еще с 1918 года.

Первые сообщения об использовании живых культур бацилл в медицинской практике были опубликованы в начале 50- х годов во Франции. B. subtilis оказывал лечебное действие не только при патологии ЖКТ, но и при пиелонефритах., вызванных энтеробактериями или протеем, а так же при лечении инфицированных варикозных ран, при лечении инфицированных ожогов и ран, абсцессов лёгких, острых желудочно-кишечных инфекций, в том числе и у грудных детей. Лёгочной форме туберкулёза, а введение живой культуры B. subtilis в спинно-мозговой канал способствовало излечению от бактериального менингита и вирусного энцефалита. В течение первых двух часов после введения около 90% от общего количества спор переходят в вегетативные формы. Процесс прорастания спор сопровождается интенсивным продуцированием, в том числе экстрацеллюлярным, ряда физиологически активных веществ, таких как протеолитические ферменты, антибиотические вещества, лизоцим и другие. Необходимо отметить, что бациллы характеризуются более разнообразной и выраженной антимикробной активностью, чем другие микроорганизмы-пробиотики. Этот эффект, в первую очередь, связан с продукцией бактериями рода Bacillus антибиотических веществ. Количество антибиотиков, образуемых этими микроорганизмами, приближается к 200. Бациллы могут оказывать существенное влияние на иммунологическую реактивность макроорганизма. Споры бацилл стимулируют активность лимфоцитов. Пероральное введение спор B. subtilis повышает активность секреторных Ig A. B. subtilis и его клеточные стенки индуцируют образование интерферона альфа2-типа.

Бактерии рода Bacillus могут оказывать выраженное лечебное действие при кишечных паразитарных заболеваниях. Появляются данные об использовании бацилл не только для коррекции микрофлоры, но и в качестве противоопухолевых препаратов, иммуномодуляторов.

Со времени, когда было установлено положительное влияние живых микробных культур на макроорганизм, учёные пытаются объяснить механизм такого действия. Одним из основных механизмов действия пробиотиков считают их способность к адгезии на поверхности эпителия кишечника. Другим важным аспектом эффективности пробиотиков является антагонистическая активность в отношении патогенных микроорганизмов. Антагонизм может быть обусловлен продукцией антибиотических веществ, органических кислот, перикиси водорода. У лактобацилл, например, ингибирующий эффект связан в основном с низким рН и продуцируемой молочной кислотой. Наиболее важной стороной положительного воздействия пробиотиков на организм хозяина является их способность модифицировать метаболические процессы, которые происходят в кишечнике:

  1. Подавление реакций, которые ведут к образованию токсических или онкогенных метаболитов.
  2. Стимуляция ферментативных реакций, участвующих в детоксикации потенциально токсических веществ, либо эндогенное разложение или преобразование таких веществ.
  3. Стимуляция пищеварительных ферментов хозяина либо, в случае отсутствия таких ферментов, обеспечение их наличия за счёт бактерий.
  4. Синтез витаминов и других необходимых питательных веществ, которые не могут быть в достаточном количестве получены с едой.

Существуют данные, свидетельствующие о влиянии введённых пробиотиков на активность бактериальных ферментов, участвующих в образовании токсических веществ. Пероральное введение L. acidophillus вызвало существенное снижение активности трёх ферментов: в-глюкуронидазы, азоредуктазы, нитратредуктазы.. Эти ферменты катализируют превращение проканцерогенов в канцерогены в толстом кишечнике.

Введение пробиотиков на основе L. acidophillus улучшало клинический статус пациентов, страдающих печёночной энцефалопатией Это неврологическое заболевание, связанное с печёночной недостаточностью и повышением уровня аммиака. Обычно аммиак образуется в кишечнике из мочевины вследствие воздействия бактериальных уреаз. Связывание и детоксикация образующегося аммиака происходит в печени. У больных с печёночной недостаточностью нарушается детоксикационные механизмы и уровень аммиака в крови повышается. При введении пробиотика больным печёночной энцефалопатией наблюдали уменьшение уреазной активности в кишечнике и снижение уровня аммиака в крови. С метаболической активностью пробиотиков связывают также снижение уровня холестерина в сыворотке крови.

Важными свойствами пробиотиков является их способность повышать специфическую и неспецифическую иммунную резистенстность организма хозяина. Установлено, что перорально введённые лактобациллы стимулирют активность перитонеальных макрофагов, причём эффект был одинаков при использовании как живых, так и убитых клеток. Наиболее эффективными стимуляторами макрофагов были L.casei и L.acidophillus. При введении пробиотиков активируется продукция цитокинов, особенно гамма-интерферона.

Выраженный эффект оказывают пробиотики на иммунную систему, усиливая клеточный и гуморальный ответ.

Наличие иммунодефицитных состояний является не только причиной хронизации воспалительного процесса, но и причиной рецидивирования, а так же торможения регенерации и восстановления функций поражённых органов.

(Гончарова Г.И., Ленцнер А.А, Бондаренко В.М, Никитенко В.И., Петровская В.Г, Шендеров Б.Л., Лянная А.М., Воробьёв А.А., Мацулевич Т.В., Коршунов В.М., Червин В.В., Поташник Л.В., Чайка Н.А., Лиходед В.Г., Зорина В.В., Резник С.Р., Василевская И.А., Симонова А.А., Захаров В.В. Бородин А.В., Oberhelman R.A., Dunne C., O’Mahony, Murphy L., Nelson C.R., Taylor E., Marteau P., Kolars J., Levitt M., Roos N..)

Микробиота и её роль в развитии организма человека и поддержании его здоровья

Микробиота человека – это сообщество микробов, которые обитают в открытых полостях человеческого организма. Есть микробиота кожи, полости рта, различных отделов желудочно-кишечного тракта (ЖКТ). Сегодня учёные подробно изучают микробиоту человека,  считая, что её состояние оказывает большое влияние на здоровье всего организма в целом, а нарушения микробиоты – дисбиоз, способствует формированию различных патологических состояний.

История изучения кишечной микробиоты насчитывает более трёх столетий. В 1850-м году Луи Пастер создал теорию о функциональной роли бактерий в процессе пищеварения, а Р. Кох продолжил исследования в этом направлении и разработал методику разграничения болезнетворных и полезных микроорганизмов. И.И. Мечников в 1888 году научно обосновал теорию о том, что в кишечнике человека обитает комплекс микроорганизмов, обладающих «аутоинтоксикационным эффектом». Немецким учёным Альфредом Ниссле в 1916 году был впервые предложен термин «дисбактериоз». В 70-е годы ХХ-го века А.М. Уголев определил дисбактериоз кишечника, как изменение качественного и количественного состава бактериальной флоры, возникающее под влиянием различных факторов: питания, изменения перистальтики кишечника, возраста, воспалительных процессов, лечения антибактериальными препаратами, стресса, тяжёлых соматических заболеваний.

Существуют данные, что микробная колонизация и установление оптимального симбиоза «хозяин – микроб» в раннем возрасте глубоко влияют на здоровье и развитие, как в младенчестве, так и в дальнейшей жизни, способствуя созреванию кишечника, развитию его иммунной системы, физиологических функций и метаболизма. Компоненты микробиоты ЖКТ синтезируют разнообразные микронутриенты, такие как витамин В12, витамин К, фолиевая кислота, которые организм человека не может синтезировать самостоятельно.

Понятие «дисбиоз кишечника» связано с изменением состава кишечной микробиоты, проявляющейся снижением уровня нормальных бактерий (бифидо – и лактобактерий и нормальной кишечной палочки) и повышением уровня условно-патогенных бактерий. Дисбиоз кишечника проявляется минимальными кишечными дисфункциями (наличием неустойчивого стула – учащением, разжижением или запором, метеоризмом и кишечными коликами). Также развивается дефицит витаминов, который проявляется в виде кровоточивости дёсен, ломкости ногтей и волос. При дисбактериозе снижаются защитные силы организма, из этого следуют частые простудные, вирусные и другие инфекционные болезни.

Необходимо помнить, что диагноза «дисбактериоз» не существует, констатируемые дисбиотические расстройства всегда вторичны и сопутствуют или являются следствием основного заболевания. Кроме того, наличие дисбиотических нарушений требует обязательного исключения заболеваний, протекающих со сходной клинической симптоматикой. Это, в первую очередь, кишечные инфекции, заболевания, протекающие с синдромом мальабсорбции (муковисцидоз, лактазная недостаточность, целиакия), и гастроинтестинальная форма пищевой аллергии.

ВАЖНО: при вышеперечисленных симптомах нужно обращаться  к врачу, а не надеяться только на «чудо-йогурты с бифидобактериями» и что «само пройдёт». Внимание к организму человека и его самочувствию – залог его здоровья в будущем. Ищем  причину дисбиотические расстройства:

  • Если она в антибактериальной терапии, то нужно излечить основное заболевание и восстановить кишечник после применения антибиотика.
  • Правильное питание. Исключение из рациона цельного молока, острой, жирной, копчёной, жареной пищи, а также маринованных продуктов, фаст-фуда. Необходимо есть больше свежих овощей и фруктов, кисломолочных продуктов, которые «оздоравливают» микрофлору кишечника.
  • Организация правильного режима дня. Создание благоприятного эмоционального фона. Ограждение от стресса.
  • Применение про- и пребиотиков.

      Что такое пробиотик – это живая бактерия, обитатель нормальной микрофлоры кишечника. Это бактерии с доказанным положительным эффектом на здоровье человека, в тех случаях, если они употребляются в достаточном количестве. Положительный эффект пробиотиков связан с прохождением их через ЖКТ и участием в процессах пищеварения, метаболизме, закисления внутренней среды кишечника и тем самым препятствием росту патогенных бактерий.

Что представляют собой пребиотики? Это пища для нашей защитной микрофлоры. В основном пребиотики состоят из среднецепочечных углеводов, олигосахаридов, пищевых волокон, растительной клетчатки. Люди их не переваривают, но их переваривает наша микрофлора. Есть также лекарственные средства с содержанием пребиотиков – Хилак форте, Дюфалак, Лактулоза.

Основа здоровья – это здоровый образ жизни. В биологических принципах здорового образа жизни необходимо отметить: питание, солнечный свет, тепло, двигательная активность. Рациональное питание – одна из универсальных форм связи организма с биосферой, ведущее звено в общей цепи обмена веществ. Придерживаясь правила здорового питания, вы сможете поддерживать организм в оптимальном физиологическом состоянии.

Врач-педиатр УЗ «15-я городская детская поликлиника» Чаушник Светлана Петровна

Страница не найдена |

Страница не найдена |

404. Страница не найдена

Архив за месяц

ПнВтСрЧтПтСбВс

2627282930  

       

       

       

     12

       

     12

       

      1

3031     

     12

       

15161718192021

       

25262728293031

       

    123

45678910

       

     12

17181920212223

31      

2728293031  

       

      1

       

   1234

567891011

       

     12

       

891011121314

       

11121314151617

       

28293031   

       

   1234

       

     12

       

  12345

6789101112

       

567891011

12131415161718

19202122232425

       

3456789

17181920212223

24252627282930

       

  12345

13141516171819

20212223242526

2728293031  

       

15161718192021

22232425262728

2930     

       

Архивы

Май

Июн

Июл

Авг

Сен

Окт

Ноя

Дек

Метки

Настройки
для слабовидящих

Роль микрофлоры человека в здоровье и болезнях

  • 1.

    Dubos R, Schaedler RW Пищеварительный тракт как экосистема. Американский журнал медицинских наук, 1964 г., 248: 267–271.

    Google Scholar

  • 2.

    Freter R Экспериментальные кишечные инфекции Shigella и Vibrio у мышей и морских свинок. Журнал экспериментальной медицины 1956, 104: 411–418.

    Артикул PubMed Google Scholar

  • 3.

    Ducluzeau R, Bellier M, Raibaud P Transit digestif de divers inoculum bactériens представляет per os chez des souris axéniques et holoxéniques: эффективный антагонист кишечной микрофлоры желудочно-кишечного тракта. Zentralblatt für Bakteriologie und Parasitenkunde, Infektionskrankheit und Hygiene 1970, 213: 533–548.

    Google Scholar

  • 4.

    Van der Waaij D, Berghuis de Vries JM, Lekkerker JEC Устойчивость к колонизации пищеварительного тракта у обычных мышей и мышей, леченных антибиотиками.Кембриджский журнал гигиены 1971 г., 69: 405–411.

    Google Scholar

  • 5.

    Freter R, Brickner H, Botney M, Cleven D, Aranki A Механизмы, которые контролируют бактериальные популяции в моделях непрерывного потока культур флоры толстого кишечника мышей. Инфекция и иммунитет 1983, 39: 676–685.

    PubMed Google Scholar

  • 6.

    Savage DC Ассоциации аборигенных микроорганизмов с поверхностью эпителия желудочно-кишечного тракта.В: Hentges DJ (ред.): Микрофлора кишечника человека в здоровье и болезнях. Academic Press, Нью-Йорк, 1983, стр. 55–74.

    Google Scholar

  • 7.

    Штеффен Е.К., Берг Р.Д., Дейч Е.А. Сравнение скорости транслокации различных аборигенных бактерий из желудочно-кишечного тракта в мезентериальный лимфатический узел. Журнал инфекционных болезней 1988, 157: 1032–1038.

    PubMed Google Scholar

  • 8.

    Wells CL, Maddaus MA, Simmons RL Предлагаемые механизмы транслокации кишечных бактерий. Обзоры инфекционных болезней 1988, 10: 958–978.

    PubMed Google Scholar

  • 9.

    Holmberg SD, Osterholm MT, Seneger KA, Cohen ML Лекарственная устойчивость Salmonella от животных, получавших противомикробные препараты. Медицинский журнал Новой Англии 1984, 311: 617–622.

    PubMed Google Scholar

  • 10.

    Tancrède CH, Andremont AO Бактериальная транслокация и грамотрицательная бактериемия у пациентов с гематологическими злокачественными новообразованиями. Журнал инфекционных болезней 1985, 152: 99–103.

    PubMed Google Scholar

  • 11.

    Nord CE, Heimdahl A, Kager L Антимикробные изменения микрофлоры ротоглотки и кишечника человека. Скандинавский журнал инфекционных болезней 1986, 49: 64–72.

    PubMed Google Scholar

  • 12.

    Lemozy J Энтеробактерии, устойчивые к антибиотикам, в пищеварительном тракте горожан. Science et Techniques des Animaux de Laboratoire 1976, i: 170–171.

    Google Scholar

  • 13.

    Tancrède C Клинические и экспериментальные методы оценки экологического воздействия на кишечник. Médecine et Maladies Infectieuses 1988, 18: 14–20.

    Артикул Google Scholar

  • 14.

    Леви С.Б., Фитцджеральд Г.Б., Макон А.Б. Изменения кишечной флоры сельскохозяйственных работников после введения на ферме кормов с добавками тетрациклинов. Медицинский журнал Новой Англии 1986 г., 295: 583–588.

    Google Scholar

  • 15.

    Lyerly DM, Кривань HC, Wilkins TD Clostridium difficile: болезни и токсины. Обзоры клинической микробиологии 1988 г., 1: 1–18.

    PubMed Google Scholar

  • 16.

    Rolfe RD, Finegold SM Активность кишечной β-лактамазы при илеоцеците, индуцированном ампициллином, Clostridium difficile . Журнал инфекционных болезней 1983 г., 17: 227–235.

    Google Scholar

  • 17.

    Леонард Ф., Андермонт А., Лерклерк Б., Половые губы Р., Танкред С. Использование анаэробов, продуцирующих β-лактамазу, для предотвращения снижения цефтриаксоном устойчивости кишечника к колонизации. Журнал инфекционных болезней 1989, 160: 274–280.

    PubMed Google Scholar

  • 18.

    Коларс Дж. К., Левитт М. Д., Ауджи М., Савайно Д. А. Йогурт, самоперевариваемый источник лактозы. Медицинский журнал Новой Англии 1984, 310: 1–3.

    PubMed Google Scholar

  • 19.

    Горбач С., Гольдин Б. Микрофлора кишечника и связь рака толстой кишки. Reviews of Infectious Diseases 1990, 12, Supplement 2: 252–261.

    Google Scholar

  • МИКРОБЫ И ВЫ: НОРМАЛЬНАЯ ФЛОРА

    (август 2003 г.)

    Микробы повсюду. Они населяют воздух, воду, почву и даже установили близкие отношения с растениями и животными. Без микробов жизнь на Земле прекратилась бы. Это происходит главным образом из-за той важной роли, которую микробы играют в системах, поддерживающих жизнь на Земле, таких как круговорот питательных веществ и фотосинтез. Кроме того, физиология, питание и защита растений и животных (включая человека) зависят от различных взаимоотношений с микробами.В этом отчете основное внимание будет уделено взаимоотношениям между микробами и людьми. И, как мы увидим, эти отношения являются ключевыми факторами, определяющими, живем ли мы здоровым образом или нет.

    Микробы и вы

    Вы покрыты микроорганизмами! На самом деле, с вашим телом связано примерно в 10 раз больше прокариотических клеток (в основном бактерий), чем эукариотических клеток, но это хорошо.

    Микробы, которые колонизируют человеческое тело во время рождения или вскоре после него, оставаясь на протяжении всей жизни, называются нормальной флорой [1-2].Нормальная флора может быть обнаружена во многих частях человеческого тела, включая кожу (особенно влажные области, такие как пах и между пальцами ног), дыхательные пути (особенно нос), мочевыводящие пути и пищеварительный тракт (в первую очередь, рот). и толстой кишки). С другой стороны, такие области тела, как мозг, система кровообращения и легкие, должны оставаться стерильными (свободными от микробов).


    Рис. 1: Расположение нормальной микробной флоры. Каждая из этих областей тела содержит свою микросреду и различных обитателей микробов

    Человеческое тело предоставляет множество уникальных условий для жизни различных бактериальных сообществ.В этом контексте ученые называют человеческое тело хозяином. Положительные отношения хозяина и микроба обычно описываются как мутуалистические или комменсалистические. В мутуализме выигрывают и хозяин, и микроб. Что находится в противоречии с комменсализмом, когда один партнер в отношениях получает выгоду (обычно микроб), а другой партнер (обычно хозяин) не получает ни пользы, ни вреда. Во многих случаях может быть трудно установить, следует ли считать конкретное отношение хозяина и микроба мутуалистическим или комменсалистическим, поскольку ученые только начинают понимать роль нормальной флоры в здоровье человека.Другими словами, отдельные микробы могут выполнять в нашем организме важные функции, которые мы еще не обнаружили. Так же, как отношения хозяин-микроб могут быть положительными или нейтральными, они также могут быть отрицательными. Такие отношения хозяин-микроб обычно описываются как паразитарные или патогенные. В паразитарных отношениях микроб получает выгоду за счет хозяина, и аналогично в патогенных отношениях микроб причиняет вред хозяину. В обоих случаях цена для хозяина может варьироваться от незначительной до фатальной.

    «Положительные» или «отрицательные» отношения «хозяин-микроб» зависят от многих факторов. И в большинстве случаев отношения действительно останутся положительными. Хозяин обеспечивает нишу и питание для колонизирующего микроба, а микроб занимает пространство, которое в противном случае мог бы колонизировать потенциальный паразит или патоген. В этих случаях микробные сообщества могут даже способствовать пищеварению или синтезировать питательные вещества для хозяина. Однако жизнь не всегда идеальна, и в определенных ситуациях здоровые представители нормальной флоры могут вызвать болезнь, а вторгшиеся патогены могут их вытеснить.Результатом будет болезнь. Чтобы проиллюстрировать некоторые из этих сценариев, давайте более подробно рассмотрим микробные сообщества, обнаруженные в различных областях человеческого тела.

    Жизнь на поверхности, кожа

    Кожа человека не является особенно богатым местом для жизни микробов. Поверхность кожи относительно сухая, слегка кислая, а основным источником питания являются мертвые клетки. Это среда, которая предотвращает рост многих микроорганизмов, но некоторые из них адаптировались к жизни на нашей коже.

    Propionibacterium acnes — грамположительная бактерия, обитающая на коже. P. acnes — анаэробы, поэтому они обитают в порах и железах, где уровень кислорода ниже. Как следует из названия, P. acnes вызывает общее заболевание кожи, называемое акне. Хотя вспышки прыщей могут вызывать эмоциональный и физический дискомфорт, инфекция не опасна для жизни. Точка, дополненная элементом P. acnes , выполняющим важную роль, занимая ниши, которые в противном случае могли бы быть заселены более опасными патогенами.

    Еще один видный представитель кожной флоры — это Staphylococcus epidermidis . Это высокоадаптированные грамположительные бактерии, способные выжить во многих частях тела. S. epidermidis может вызывать опасные для жизни заболевания у пациентов больниц при использовании инвазивных медицинских устройств, таких как катетеры. В таких случаях S. epidermidis образуют устойчивые к антибиотикам биопленки вдоль катетера и попадают в кровоток, вызывая системную инфекцию, которая может быть фатальной.В соответствии с этим сценарием S. epidermidis будет считаться условно-патогенным микроорганизмом, поскольку он остается доброкачественным до тех пор, пока не будут созданы определенные условия, которые позволяют ему вызывать заболевание. S. epidermidis фактически не считался серьезной угрозой для здоровья человека до введения катетеров и хирургического вмешательства. Сегодня исследователи и производители разрабатывают новые подходы к созданию катетеров, предотвращающих образование биопленок.

    Бактериальный чихание, нос

    В носу человека обитает печально известная грамположительная бактерия Staphylococcus aureus , наиболее известная своей ролью в больницах, где она является основной причиной хирургических ран и системных инфекций.Возможно, вы слышали о S. aureus в средствах массовой информации, где его часто называют MRSA, что означает устойчивый к метициллину Staphylococcus aureus . Инфекции этой бактерии в настоящее время представляют очень серьезную угрозу для здоровья человека, поскольку она стала устойчивой ко всем коммерчески доступным антибиотикам, включая метициллин и ванкомицин. Он часто переносится в носу у медицинских работников и передается от пациента к пациенту. Почему одни люди несут S. aureus , а другие нет, неизвестно.

    Ополаскиватель для полости рта

    По оценкам, 500-600 различных видов бактерий размножаются на слизи и остатках пищи во рту. Преобладающим членом этого сообщества является грамположительная бактерия Streptococcus mutans . Он растет на биопленках на поверхности зубов (зубном налете), где потребляет сахар и превращает его в молочную кислоту. Молочная кислота разрушает эмаль на поверхности зубов, что приводит к образованию полостей. Интересно, что группа исследователей разработала стратегию борьбы с кариесом зубов с помощью генетически модифицированного штамма бактерий, вырабатывающих токсин, специфически убивающий S.mutans [3]. Уловка заключается в том, что этот генетически модифицированный штамм бактерий выживет во рту только в том случае, если вы обеспечите его определенными питательными веществами. По сути, вы чистите зубы новым штаммом бактерий, и они вырабатывают токсин, который предотвращает рост S. mutans , тем самым снижая выработку молочной кислоты. Чтобы поддерживать штамм бактерий во рту, вы обеспечиваете необходимое питательное вещество, ежедневно поливая его жидкостью для полоскания рта — просто не забывайте кормить свои бактерии!

    Вопрос о том, является ли кариес заболеванием, достаточно серьезным, чтобы оправдать использование нового штамма генетически модифицированных бактерий, является предметом споров.Последствия изменения популяций бактерий во рту могут иметь непредсказуемые последствия. Например, Streptococcus pneumoniae — гораздо более опасные бактерии, которые могут колонизировать ротовую полость. Это условно-патогенный микроорганизм, который обитает во рту и горле, ожидая возможности заразить легкие, когда защитные системы ослаблены, например, после заражения гриппом (гриппом). В нормальных условиях рост S. mutans превосходит рост S.pneumoniae во рту. Приведет ли удаление S. mutans из микрофлоры полости рта к увеличению роста S. pneumoniae и, следовательно, к увеличению риска заражения пневмонией?

    Отвага желудочная кислота

    Какой организм будет жить в очень кислой (pH 1-2) среде, такой как желудок? Неудивительно, что не так много организмов приспособились к жизни в этой среде. Один из организмов, обитающих в желудке человека, — это грамотрицательная бактерия под названием Helicobacter pylori [4].Как ему выжить? Что ж, это создает менее кислую микросреду. Бактерии достигают этого, проникая в слизистую оболочку желудка на глубину, при которой pH практически нейтрален. Кроме того, H. pylori вырабатывает фермент, называемый уреазой, для преобразования вырабатываемой желудком мочевины в аммиак и диоксид углерода.


    Рис. 2: H. plyori создает собственную микросреду, проникая в слизистую оболочку желудка. Затем микроб может избежать уровней pH, которые обычно убивают его внутри подкладки.Здесь также могут образовываться язвы.

    H. pylori является возбудителем язвы желудка, которая, как раньше считалась вызванной, помимо прочего, стрессом, но теперь лечится антибиотиками. Пока неизвестно, как именно H. pylori вызывает язвы. Считается, что бактерия может вызывать у хозяина иммунный ответ, который приводит к неконтролируемому локальному воспалению и образованию язв. Кроме того, теперь ясно, что рак желудка связан с H.pylori. В настоящее время ведутся исследования, чтобы определить, какую роль H. pylori играет в этом процессе. В целом, примерно 30-50% населения Земли колонизировано H. pylori , и исследования показали, что колонизация H. pylori варьируется от страны к стране и между социально-экономическими и этническими группами. Как происходит эта передача, также неизвестно. Примечательно, что язвы развиваются менее чем у 20% людей, колонизированных H. pylori .Тот факт, что у большинства людей, колонизированных H. pylori, никогда не развиваются язвы, побудил микробиологов предположить, что H. pylori следует рассматривать как нормальную флору желудка человека. Некоторые исследователи считают, что H. pylori может помочь защитить от таких состояний, как детская диарея и заболевания пищевода. Будет ли удаление H. pylori с помощью антибиотиков непредвиденными последствиями для нашей внутренней экосистемы и, следовательно, для нашего здоровья? Что именно H. pylori делает в желудке человека, требует дальнейших исследований.

    Тонкая кишка и толстая кишка

    По сравнению с желудком тонкий кишечник представляет собой относительно гостеприимную среду [5]. Однако тонкий кишечник ставит перед микробами новую проблему — высокую скорость потока. Это мешает бактериям колонизировать тонкий кишечник, потому что они очень быстро вымываются. В результате концентрация бактерий в тонком кишечнике остается относительно низкой (10 6 бактерий на мл), а человеческие ферменты выполняют большую часть процессов пищеварения.Сведение к минимуму концентрации бактерий в тонком кишечнике может быть стратегией, адаптированной нашим организмом, чтобы избежать конкуренции между микробами за ценные питательные вещества, такие как простые сахара и белки.

    В толстой кишке все замедляется. В то время как пища проходит через тонкий кишечник примерно за 3-5 часов, пища проходит через толстую кишку 24-48 часов. Эта более низкая скорость потока дает бактериям в толстой кишке время для размножения, так что они достигают очень высоких концентраций (10 12 -10 13 бактерий на мл).Бактерии, упакованные в просвет, составляют около 35-50% содержимого толстой кишки и около 2 фунтов общей массы тела взрослого человека. Ободочная кишка — это резервуар для бактерий, которые участвуют в конечных стадиях переваривания пищи. Именно здесь бактерии представлены полисахаридами, которые не могут расщепляться человеческими ферментами. Процесс разложения полисахаридов в толстой кишке называется ферментацией в толстой кишке. Эти полисахариды получают из растительного материала (например, целлюлозы, ксилана и пектина) и из клеток человека (например,полисахариды, которые склеивают клетки кишечника) и легко разлагаются бактериями толстой кишки. Ферментация полисахаридов приводит к образованию ацетата, бутирата и пропионата, которые используются в качестве источника углерода и энергии клетками слизистой оболочки толстой кишки. Таким образом, толстую кишку можно рассматривать как орган пищеварения, в котором бактерии выполняют большую часть работы.


    Рис. 3. Житель толстой кишки. Микробная флора толстой кишки способна переваривать пролетающие мимо полисахариды, которые в противном случае были бы неперевариваемыми.

    В развитом мире, где много питательных веществ, кишечное брожение не является необходимым для выживания. Однако в регионах, где диеты богаты растительными полисахаридами и мало легкоусвояемых питательных веществ, ферментация толстой кишки может означать разницу между жизнью и смертью. Есть также свидетельства того, что кишечная палочка в толстой кишке вырабатывает витамин К, который необходим человеческому организму для процесса свертывания крови. Толстая кишка — это очень сложная микробная среда, которую мы только начинаем понимать.

    Вагинальный

    По сравнению с другими микробными популяциями человеческого тела мало что известно о нормальной флоре влагалищного тракта. Преобладающими видами бактерий являются Lactobacillus . Как и в случае с другими частями тела, наличие нормальной флоры в вагинальном тракте, по-видимому, играет защитную роль, поскольку у женщин, принимающих антибиотики от прыщей или инфекций мочевыводящих путей, у которых снижен уровень Lactobacillus , часто развиваются дрожжевые инфекции.Считается, что Lactobacillus может предотвращать рост дрожжей, производя перекись водорода, побочный продукт метаболизма бактерий.

    Объединяя все воедино

    Примеры, представленные выше, описывают несколько примеров нормальной флоры вокруг человеческого тела. Из этих примеров можно выделить несколько общих тем, и, чтобы подвести итог, давайте обсудим эти темы:

    1. Бактерии выполняют в организме человека физиологические, питательные и защитные функции.

    2. Очень важно поддерживать баланс. Нормальная флора состоит из сообществ бактерий, которые функционируют как микробные экосистемы. Если эти экосистемы будут нарушены, последствия могут быть непредсказуемыми. Антибиотики, повреждение тканей, медицинские процедуры, изменения в диете и появление новых патогенов — вот примеры изменений, которые могут повлиять на вашу нормальную флору.

    3. Мы только начинаем понимать сложность и функцию нормальной флоры в организме человека. Наше понимание микробных сообществ было ограничено нашей способностью культивировать микробы в лабораторных условиях.Считается, что на стандартных лабораторных средах будет расти менее 1% бактерий. Это означает, что нам еще предстоит изучить более 99% микробного мира. Сегодня новые технологии, такие как полимеразная цепная реакция (ПЦР), высокопроизводительное секвенирование ДНК и ДНК-микрочипы, начинают давать представление об этих микробных экосистемах. Исследователи предположили, что пришло время приступить к «второму проекту генома человека [6]», в котором будут определены геномные последовательности микробов, составляющих нашу нормальную флору.Расширение нашего понимания нормальной флоры предоставит нам фундаментальную информацию о том, кто мы есть.

    Дополнительное чтение

    1. Стейли Дж. Т., Рейзенбах А. Л., ред. 2002. Биоразнообразие микробной жизни: основа биосферы Земли. Нью-Йорк: Вили. 552п.

    2. Английский МП. 1982. Микробы, человек и животные: естественная история микробных взаимодействий. Нью-Йорк: Вили. 342п.

    3. Postgate JR. 2000. Микробы и человек. Оксфорд, Великобритания; Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета.373п.

    4. Guarner F, Malagelada JR. 2003. Флора кишечника в здоровье и болезнях. Ланцет 361 (9356): 512-9.

    Список литературы

    1. Салиерс А.А., Уитт Д.Д. 2000. Микробиология: разнообразие, болезни и окружающая среда. Bethesda Maryland: Fitzgerald Science Press.

    2. Тодар К. 2002. Нормальная бактериальная флора животных. Бактериологический факультет Висконсинского университета. Сайт

    3. Hillman JD. 2002. Генетически модифицированный Streptococcus mutans для профилактики кариеса зубов.Антони Ван Левенгук 82 (1-4): 361-6.

    4. Линч Н.А. Helicobacter pylori и язвы: пересмотренная парадигма. Федерация Американского общества экспериментальной биологии. Сайт

    5. Whitfield J. 2003. Кишечная реакция. Nature 423: 583-584.

    6. Релман Д.А., Фалькоу С. 2001. Значение и влияние последовательности генома человека для микробиологии. Trends Microbiol 9 (5): 206-8.

    (Искусство Цзян Лун)

    Бактерии


    Бактерии как союзники

    Мы узнаем все больше и больше о преимуществах бактерий.Конечно, с помощью грибов бактерии играют жизненно важную роль в разрушении и переработке мертвых организмов. Здоровые внутренние ткани (например, кровь, мозг, мышцы и т. Д.) Не содержат микроорганизмов, но кожа и слизистые оболочки в нашем желудочно-кишечном тракте, наших дыхательных путях и мочеполовых путях контактируют с организмами в окружающей среде, и эти поверхности становятся колонизированными многими из этих видов бактерий. Эти бактерии, которые регулярно встречаются на определенном участке, называются «нормальной флорой».«Нормальная флора человека состоит из> 200 видов бактерий. Их состав зависит от возраста, пола, стресса, питания и т. Д. В таблице ниже приведен частичный список некоторых из наиболее распространенных бактерий, которые регулярно встречаются у людей и на них. Число знаков плюс указывает на их относительную численность. +/- указывает на то, что вид может присутствовать, а может и не присутствовать.

    Источник: http://www.google.com/patents/WO2008049231A1?cl=en

    Эта нормальная флора дает нам множество преимуществ, в том числе:

    • Они предотвращают колонизацию болезнетворными микроорганизмами, конкурируя за прикрепление и питательные вещества.
    • Некоторые из них синтезируют витамины, которые усваиваются организмом в качестве питательных веществ (например, K и B12).
    • Некоторые производят вещества, подавляющие патогенные виды.
    • Они стимулируют развитие определенных тканей, например толстая кишка и лимфатические ткани желудочно-кишечного тракта.
    • Они стимулируют выработку перекрестно-реактивных антител. Поскольку нормальная флора ведет себя как антигены у животного, она индуцирует низкие уровни антител, которые перекрестно реагируют с аналогичными антигенами на патогены, предотвращая инфекцию или инвазию

    Некоторые данные свидетельствуют о том, что ненадлежащее использование антибиотиков и предотвращение микробов путем дезинфекции самих себя и окружающей среды могут иметь неблагоприятные последствия для здоровья.Фактически, есть данные, позволяющие предположить, что чрезмерная дезинфекция у детей может увеличить риск аутоиммунных заболеваний, ожирения и астмы. Вот несколько интересных ссылок, которые дают некоторое представление об этой идее.

    Блог NPR

    Этот сайт дает прекрасное представление о многих преимуществах бактерий. Есть 8-минутный аудиофайл, который транслировался по NPR, и есть много других интересных ссылок.

    http://www.npr.org/blogs/health/2013/07/22/203659797/staying-healthy-may-mean-learning-to-love-our-microbiomes

    Кишечные бактерии могут влиять на наш мозг

    Льюис Томас

    Отрывок из книги Льюиса Томаса: «Жизнь клетки — заметки наблюдателя за биологией».»Bantam Books, 1974. стр.88-89.» Микробы «

    Младенцы знают: немного грязи полезно

    Из The New York Times: Личное здоровье: Джейн Э. Броуди, дата публикации: 26 января 2009 г.

    Джонатан Эйзен: знакомьтесь со своими микробами

    Это выступление TED, в котором микробиолог Джонатан Эйзен обсуждает преимущества микробов и представляет некоторые идеи о том, как мы можем использовать микробы для улучшения здоровья человека. (14:23)

    Экология болезней

    Экология болезней — это статья Джима Роббинса из New York Times.Роббинс говорит:

    «Если мы не сможем понять мир природы и позаботиться о нем, это может привести к выходу из строя этих систем и вернуться, чтобы преследовать нас способами, о которых мы мало знаем. Важным примером является развивающаяся модель инфекционного заболевания, которая показывает, что большинство эпидемии — СПИД, лихорадка Эбола, Западный Нил, атипичная пневмония, болезнь Лайма и сотни других, которые произошли за последние несколько десятилетий, — не происходят просто так. Они являются результатом того, что люди делают с природой.

    Оказывается, болезнь — это во многом экологическая проблема.Шестьдесят процентов новых инфекционных заболеваний, поражающих людей, носят зоонозный характер — они происходят от животных. Причем более двух третей из них происходят из дикой природы ».

    Грязь в нашем рационе

    Это статья из New York Times от 20 июня 2012 года.

    Настой кала для лечения чрезмерной инфекции C. difficile

    (отчет в Медицинском журнале Новой Англии, 16 января 2013 г.)

    вернуться наверх | предыдущая страница | следующая страница

    Микрофлора — обзор | Темы ScienceDirect

    4.2.2 Микробиота

    Микробиота, бактериальный состав кишечника животных, как недавно было признано, оказывает очень значительное влияние на многие аспекты биологии животного. Эти эффекты кажутся настолько распространенными, что кажется невероятным, чтобы микробиота не влияла на другие инфекции хозяина. Есть как минимум три способа, с помощью которых это могло произойти. Во-первых, микробиота оказывает метаболическое воздействие на пищу, которую съел хозяин, что, следовательно, влияет на фактическое питание хозяина.Таким образом, микробиота может быть частью воздействия питания хозяина на инфекцию. Во-вторых, микробиота влияет на местную физиологию кишечника хозяина, что, следовательно, влияет на нишу, которую используют кишечные паразиты. Например, виды комменсальных бактерий могут влиять на создание патогенных бактерий. В-третьих, микробиота обладает иммунологическими эффектами как локальными для кишечника, так и более системными, и эти иммунологические эффекты будут влиять на паразитов и другие инфекции. С нашей точки зрения инфрасообщества микробиота, таким образом, сама по себе является неотъемлемой частью этого инфрасообщества (на самом деле, она может иметь самую большую компонентную биомассу из инфрасообщества любого человека).Таким образом, это ясно указывает на то, что инфрасообщество является одновременно результатом процессов воздействия и восприимчивости, но что в этом случае инфрасообщество также является действующим лицом в процессах внутри хозяина, влияющих на восприимчивость. Таким образом, микробиота является примером того, как рассматривать и концептуализировать хост-инфраструктуру.

    Микробиота стала доступной для анализа благодаря подходам к секвенированию ДНК; до этого с большей частью микробиоты, включая анаэробные виды, было трудно, если не невозможно, работать с использованием классических микробиологических подходов (например,грамм. культура in vitro). Введение микробиоты: у человека микробиота состоит из более чем 1000 видов, присутствующих в больших количествах (около килограмма клеток; 9 из каждых 10 клеток в организме человека являются микробными), содержащих в ≥200 раз больше генов (т. Е. микробиом) как наш собственный геном, с метаболическими и другими эффектами (Candela et al ., 2010; Ding et al ., 2010; Eckburg et al ., 2005; Heijtz et al ., 2011; Ли и Мазманян, 2010 г .; Лей и др. ., 2006; Лей, 2010; Lozupone et al ., 2012; Pennisi, 2010; Rajilić-Stojanović et al ., 2007; Turnbaugh et al ., 2006, 2008, 2009). Большинство кишечных бактерий (микробиота) являются нормальными комменсальными колонистами кишечника; некоторые всегда являются патогенными (облигатные патогены), некоторые иногда являются патогенами (условно-патогенные микроорганизмы). Таким образом, микробиота кишечника представляет собой смесь таксонов с различными эффектами и отношениями к хозяину. Микробиота формирует развитие «нормального» кишечника человека и играет важную роль в иммунологической толерантности и «нормальной» иммунологической функции (Brugman and Nieuwenhuis, 2010; Candela et al ., 2010; Серф-Бенуссан и Габорио-Рутио, 2010 г .; Чанг и Каспер 2010; Хэнд и Белкайд, 2010; Ли и Мазманян, 2010). Появляется все больше доказательств того, что микробиота играет роль в нарушении регуляции иммунитета, например, при воспалительных заболеваниях кишечника (Round and Mazmanian, 2009). Было проведено исследование того, что формирует состав микробиоты человека. Люди начинают заселяться микробами с рождения (Manco et al , 2010), поэтому события в материнском и детском возрасте могут иметь пожизненные последствия (Collado et al ., 2010; Gareau et al ., 2010; Spor и др. , 2011). В течение первого года жизни индивидуальные микробиоты различаются, но это сходится к смешению между основными таксономическими группами микробов (Firmicutes, Bacteriodetes и т. Д.) Примерно с 1 года жизни, которое сохраняется на протяжении всей жизни (Booijink et al ., 2010; Palmer и др. ., 2007; Turnbaugh и др. ., 2009). Несмотря на это, существует большая степень межиндивидуальной вариабельности микробиоты, так что люди имеют свои собственные «отпечатки пальцев» микробных видов (Kuczynski et al ., 2010). Существует как экологический (например, воздействие микробов, диета, эффекты инфекции), так и генетический компонент, контролирующий микробиоту (Benson et al ., 2010; Booijink et al ., 2010; Brugman and Nieuwenhuis, 2010; De Filippo ). et al ., 2010; Hilberbrandt et al ., 2009; Kuczynski et al ., 2010; Ley et al ., 2005; McKnite et al ., 2012; Palmer et al ., 2007; Spor et al ., 2011; Stecher et al ., 2010; Turnbaugh et al ., 2009; Walk et al ., 2010; Яцуненко и др. , 2012).

    С этой точки зрения, возможно, несколько удивительно, что на сегодняшний день существует довольно мало исследований, изучающих, как микробиота хозяина влияет на паразитарные инфекции. (Тем не менее, в настоящее время проводится много исследований микробных патогенов, в частности, стремятся использовать подходы, которые манипулируют микробиотой для обеспечения антипатогенной терапии, потому что комменсалы могут влиять на истеблишмент и т. Д.патогенных бактерий.) Однако недавно было обнаружено прямое влияние микробиоты хозяина на инфекции нематод. Например, успешное закрепление T. muris в кишечнике хозяина и жизнеспособность яиц нематод частично зависит от взаимодействия с кишечными бактериями (Hayes et al ., 2010). Более того, клинические синдромы, такие как вызванная Trichuris suis диарея у свиней, зависят от коинфекции спирохетами (Rutter and Beer, 1975). Эффекты также двухсторонние: T.suis у свиней изменяет микробиоту свиней, как и инфекция H. polygyrus в микробиоте мышей (Walk et al ., 2010; Wu et al ., 2012). Была обнаружена взаимосвязь между бактериальной инфекцией ( Bordetella bronchiseptica в дыхательных путях) и желудочно-кишечной нематодной инфекцией ( Graphidium strigosum ) у кроликов, так что гельминтозная инфекция была более распространена у совместно инфицированных животных по сравнению с гельминтозной инфекцией. только инфицированные животные (Murphy et al ., 2011; Pathak et al ., 2012). Требуется больше такой работы, в частности, чтобы выявить направленность эффектов, что может потребовать, например, экспериментального анализа временных рядов (раздел 5).

    Таким образом, недавние обширные данные показали, как микробиота хозяина оказывает всепроникающее влияние на биологию хозяина. Когда паразитологи рассматривают инфрасообщество хозяина, становится ясно, что микробиоту также необходимо учитывать. Невозможно вообразить, что микробиота не имеет отношения к формированию инфракоммунитов гельминтов и простейших, и ранние данные теперь показывают это.Это легко предвидеть для кишечных паразитов, но влияние микробиоты на питание и иммунитет во всем организме делает это актуальным для паразитов, населяющих все ткани.

    Флора нормального тела

    Глава 4 Биопленки в здоровье и медицине

    Раздел 7 Человеческое тело как экосистема

    Page 3 Флора нормального тела

    Авторские права © Альфред Б.Каннингем, Джон Э. Леннокс и Рокфорд Дж. Росс, ред. 2001-2010

    Нормальная флора организма и ее роль в здоровье и болезнях

    Защитный эффект нормальной флоры

    Невероятное количество телерекламы, рекламы дезинфицирующих спреев, средств для полоскания рта, зубных паст, убивающих микробы, средств для чистки толстой кишки, антисептиков для рук, унитазов и средств для душа, заставит нас принять предубеждение большинства людей, что «единственная хорошая ошибка — это мертвый ошибка».Казалось бы, их цель — искоренить все микробы, населяющие наши дома и тела. Эта многомиллионная индустрия нацелена на геноцид микробов, и только безнадежность их задачи гарантирует выживание нашего вида.

    Стэнли Фалькоу, специалист по инфекционным заболеваниям из Стэнфордского университета, выразился так:

    «Хотя мы являемся жертвами небольшого числа откровенно патогенных микроорганизмов, мы являемся хозяином бесчисленных комменсальных бактерий, грибов, простейших и мелких насекомых.Для большинства видов комменсальных бактерий их репликация на нас или внутри нас имеет важное значение для их выживания. Более того, наше собственное выживание, вероятно, зависит от присутствия этих микроорганизмов. С. Фалькоу. 1997. ASM News 63: 359-365.

    Получение нормальной микрофлоры тела

    До рождения большинство людей микробиологически бесплодны. Есть вирусы и бактерии, которые могут проникать через плацентарный барьер, но это случается редко.Наш первый контакт с большим количеством микроорганизмов связан с нашим коротким путешествием по родовым путям, хотя это воздействие немного задерживается для почти 30% детей, рожденных в настоящее время с помощью кесарева сечения. Это первоначальное воздействие богатого микробного населения родовых путей матери редко вызывает проблемы, хотя оно действительно приводит к заражению кожи, носоглотки и кишечника новорожденного различными микроорганизмами, не все из которых сохраняются в тканях ребенка. Обработка, объятия, чистка и уход способствуют большему количеству представителей микробных видов, которые получают опору для ног (удерживание биопленки?) У новорожденных.

    Рацион новорожденных играет решающую роль в микробной популяции кишечника, при этом во флоре грудных детей преобладают такие организмы, как Bifidobacteriumbifidus. Переход на коровье молоко или молочные смеси стимулирует рост газообразующих колиформ, переход, который родители обычно отмечают как обонятельные изменения при необходимости смены подгузников. Продолжаются изменения в диете, поскольку диета становится все более сложной, в конечном итоге приобретая характеристики кишечника взрослого человека с преобладанием таких организмов, как Bacteroides spp , Fusobacterium spp , анаэробные кокки, энтерококки, дрожжи и простейшие.

    Подобная экологическая последовательность наблюдается практически в каждой колонизированной области тела, хотя скорость изменений и конкретные микробные представители сильно различаются от одной системы органов к другой.

    Например, во рту первое появление зубов совпадает с появлением многих видов стрептококков, включая S. sanguis . Этот организм становится основным компонентом флоры ротовой полости взрослых.Но к S. sanguis присоединяется множество других обитателей, которые объединяются друг с другом в серии изысканно точных пар, ведущих к экологической сукцессии, во многих отношениях имитирующей сукцессию растений в недавно вырубленном лесном массиве. В одном из самых тщательных исследований микроорганизмов полости рта Пол Коленбрандер идентифицировал до 600 различных видов, обитающих во рту (необходима ссылка).

    Роль кишечной микробиоты (комменсальных бактерий) и слизистого барьера в патогенезе воспалительных и аутоиммунных заболеваний и рака: вклад стерильных и гнотобиотических животных моделей болезней человека

  • 1

    Backhed F, Ley RE, Sonnenburg JL, Петерсон Д.А., Гордон Д.И.Хозяин-бактериальный мутуализм в кишечнике человека. Science 2005; 307 : 1915–1920.

    Google Scholar

  • 2

    Экбург П.Б., Бик Е.М., Бернштейн С.Н., Пурдом Э., Детлефсен Л., Сарджент М. и др. . Разнообразие микробной флоры кишечника человека. Science 2005; 308 : 1635–1638.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 3

    Цинь Дж., Ли Р., Раес Дж., Арумугам М., Бургдорф К.С., Маничан С. и др. .Каталог микробных генов кишечника человека, созданный путем метагеномного секвенирования. Nature 2010; 464 : 59–65.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 4

    Доре Дж, Леклерк М., Жюст С., Лепаж П, Блоттьер Х, Кортье Дж. Микробиота кишечника человека: от филогенетики к функциональной метагеномике. В: Heidt PJ, Snel J, Midtvedt T, Rusch V, (eds.) Кишечная микробиомика: новые индикаторы здоровья и болезней. Херборн: Фонд Олд-Херборнского университета, 2010: 15–22.

    Google Scholar

  • 5

    Мартин Ф.П., Шпренгер Н., Яп И.К., Ван И, Бибилони Р., Рошат Ф. и др. . Метаболические перекрестные помехи между панорганическим кишечным микробиомом и хозяином. J Proteome Res 2009; 8 : 2090–2105.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 6

    Клееребезем М. Метагеномные подходы к разгадке состава и функции кишечной микробиоты человека.В: Heidt PJ, Snel J, Midtvedt T, Rusch V (eds.) Кишечная микробиомика: новые индикаторы здоровья и болезней. Херборн: Фонд Олд-Херборнского университета, 2010: 27–39.

    Google Scholar

  • 7

    Falk PG, Hooper LV, Midtvedt T, Gordon JI. Создание и поддержание экосистемы желудочно-кишечного тракта: что мы знаем и должны знать из гнотобиологии. Microbiol Mol Biol Rev 1998; 62 : 1157–1170.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 8

    Hooper LV, Falk PG, Gordon JI. Анализ молекулярных основ комменсализма в кишечнике мышей. Curr Opin Microbiol 2000; 3 : 79–85.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 9

    Mestecky J, Russel MW, Jackson S, Michalek SM, Tlaskalova-Hogenova H, Sterzl J (ред.) Достижения в иммунологии слизистых оболочек. Нью-Йорк / Лондон: Plenum Press, 1995.

    Google Scholar

  • 10

    Тласкалова-Хогенова Х., Тукова Л., Лодинова-Задникова Р., Степанкова Р., Цукровска Б., Фунда Д.П. и др. . Иммунитет слизистой оболочки: его роль в защите и аллергии. Int Arch Allergy Immunol 2002; 128 : 77–89.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 11

    Mestecky J, Bienenstock J, Lamm ME, McGhee J, Strober W, Mayer L (ред.) Иммунология слизистой оболочки. 3-е изд . Амстердам: Elsevier – Academic Press, 2005.

  • 12

    Гарретт В.С., Галлини К.А., Яцуненко Т., Мишо М., Дюбуа А., Делани М.Л. и др. . Enterobacteriaceae действуют совместно с микробиотой кишечника, вызывая спонтанный и передаваемый от матери колит. Cell Host Microbe 2010; 8 : 292–300.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 13

    Hill DA, Artis D.Кишечные бактерии и регуляция гомеостаза иммунных клеток. Annu Rev Immunol 2010; 28 : 623–667.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 14

    Чунг Х, Каспер ДЛ. Иммунные механизмы, стимулируемые микробиотой, для поддержания гомеостаза кишечника. Curr Opin Immunol 2010; 22 : 455–460.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 15

    Russell MW, Огра, пл.Решения слизистой оболочки: толерантность и отзывчивость на поверхности слизистой оболочки. Иммунол Инвест 2010; 39 : 297–302.

    PubMed Google Scholar

  • 16

    Тласкалова-Хогенова Х., Степанкова Р., Худкович Т., Тукова Л., Цукровска Б., Лодинова-Задникова Р. и др. . Комменсальные бактерии (нормальная микрофлора), иммунитет слизистых оболочек и хронические воспалительные и аутоиммунные заболевания. Immunol Lett 2004; 93 : 97–108.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 17

    Тернер Дж. Барьерная функция слизистой оболочки кишечника при здоровье и болезни. Nat Rev Immunol 2009; 9 : 799–809.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 18

    Linden SK, Sutton P, Karlsson NG, Korolik V, McGuckin MA. Муцины в слизистой оболочке барьера для инфекции. Иммунол слизистой оболочки 2008; 1 : 183–197.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 19

    Fasano A. Физиологические, патологические и терапевтические последствия модуляции опосредованного зонулином кишечного барьера: жизнь на краю стены. Am J Pathol 2008; 173 : 1243–1252.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 20

    Биненшток Дж., Коллинз С. 99-я Далемская конференция по инфекциям, воспалениям и хроническим воспалительным заболеваниям: психонейроиммунология и кишечная микробиота: клинические наблюдения и основные механизмы. Clin Exp Immunol 2010; 160 : 85–91.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 21

    Меджитов Р., Джейнвей С мл. Врожденное иммунное распознавание: механизмы и пути. Immunol Rev 2000; 173 : 89–97.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 22

    Кобаяши К., Инохара Н., Эрнандес Л.Д., Галан Дж. Э., Нуньес Г., Джейнвей Калифорния и др. .RICK / Rip2 / CARDIAK опосредует передачу сигналов для рецепторов врожденной и адаптивной иммунной систем. Nature 2002; 416 : 194–199.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 23

    Келли Д., Кэмпбелл Д.И., Кинг Т.П., Грант Дж., Янссон Э.А., Куттс А.Г. и др. . Комменсальные анаэробные кишечные бактерии ослабляют воспаление, регулируя ядерно-цитоплазматическое перемещение PPAR-гамма и RelA. Nat Immunol 2004; 5 : 104–112.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 24

    Petnicki-Ocwieja T, Hrncir T., Liu YJ, Biswas A, Hudcovic T, Tlaskalova-Hogenova H et al . Nod2 необходим для регуляции комменсальной микробиоты в кишечнике. Proc Natl Acad Sci USA 2009; 106 : 15813–15818.

    CAS Google Scholar

  • 25

    Rescigno M, Di Sabatino A.Дендритные клетки в гомеостазе и болезнях кишечника. J Clin Invest 2009; 119 : 2441–2450.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 26

    Кумбс Дж. Л., Паури Ф. Дендритные клетки в регуляции иммунной системы кишечника. Nat Rev Immunol 2008; 8 : 435–446.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 27

    Барнс М.Дж., Паури Ф.Регуляторные Т-клетки усиливают гомеостаз кишечника. Иммунитет 2009; 31 : 401–411.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 28

    Mestecky J, Russell MW, Elson CO. Кишечный IgA: новые взгляды на его функцию в защите самой большой поверхности слизистой оболочки. Gut 1999; 44 : 2–5.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 29

    Holmgren J, Czerkinsky C.Иммунитет слизистой оболочки и вакцины. Nat Med 2005; 11 : S45 – S53.

    CAS Google Scholar

  • 30

    Brandtzaeg P. Обновленная информация об иммуноглобулине А слизистой оболочки при желудочно-кишечных заболеваниях. Curr Opin Gastroenterol 2010; 26 : 554–563.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 31

    Огра пл. Аспекты развития иммунной системы слизистой оболочки: роль внешней среды, микрофлоры слизистой оболочки и молока. Adv Exp Med Biol 2009; 639 : 41–56.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 32

    Hanson LA, Silfverdal SA. Иммунная система матери представляет собой сбалансированную угрозу для плода, обращаясь к защите новорожденного. Acta Paediatr 2009; 98 : 221–228.

    PubMed Google Scholar

  • 33

    Кверка М., Бурьянова Ю., Лодинова-Задникова Р., Кочуркова И., Цинова Дж., Тукова Л. и др. .Профили цитокинов в человеческом молозиве и молоке по белковой матрице. Clin Chem 2007; 53 : 955–962.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 34

    Adlerberth I, Wold AE. Установление микробиоты кишечника у западных младенцев. Acta Paediatr 2009; 98 : 229–238.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 35

    Тласкалова-Хогенова Х., Черна Дж., Мандель Л.Пероральная иммунизация стерильных поросят: появление антителообразующих клеток и антител разных изотипов. Scand J Immunol 1981; 13 : 467–472.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 36

    Cebra JJ. Влияние микробиоты на развитие иммунной системы кишечника. Am J Clin Nutr 1999; 69 : 1046S – 1051S.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 37

    Cebra JJ, Jiang HQ, Boiko N, Tlaskalová-Hogenová H.Роль микробиоты слизистой оболочки в развитии, поддержании и патологиях иммунной системы слизистой оболочки. В: Mestecky J, Bienenstock J, Lamm ME, McGhee J, Strober W, Mayer L (ред.) Иммунология слизистой оболочки. 3-е изд. Амстердам: Elsevier – Academic Press, 2005: 335–368.

    Google Scholar

  • 38

    Sterzl J, Silverstein AM. Аспекты развития иммунитета. Adv Immunol 1967; 6 : 337–459.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 39

    Тласкалова Х., Камарытова В., Мандель Л, Прокесова Л, Крумл Дж., Ланк А и др. .Иммунный ответ стерильных поросят после перорального моноконтаминации живым штаммом Escherichia coli 086. I. Судьба антигена, динамика и место образования антител, природа антител и образование гетерогемагглютининов. Folia Biol (Прага) 1970; 16 : 177–187.

    CAS Google Scholar

  • 40

    Tlaskalova-Hogenova H, Sterzl J, Stepankova R, Dlabac V, Veticka V, Rossmann P et al .Развитие иммунологической способности в стерильных и обычных условиях. Ann NY Acad Sci 1983; 409 : 96–113.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 41

    Mandel L, Travnicek J. Мини-свинья как модель в гнотобиологии. Nahrung 1987; 31 : 613–618.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 42

    Tlaskalová-Hogenová H.Гнотобиология как инструмент — введение. В: Лефковиц I (ред.) Руководство по методам иммунологии: Всеобъемлющий справочник методов. Лондон: Academic Press Ltd, 1997: 1524–1529.

    Google Scholar

  • 43

    Степанкова Р., Синкора Дж., Худцович Т., Козакова Х., Тласкалова-Хогенова Х. Различия в развитии субпопуляций лимфоцитов из кишечной лимфатической ткани (GALT) у стерильных и обычных крыс: эффект старения. Folia Microbiol (Praha) 1998; 43 : 531–534.

    CAS Google Scholar

  • 44

    Синкора М, Батлер Дж. Онтогенез иммунной системы свиней. Dev Comp Immunol 2009; 33 : 273–283.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 45

    Хрнцир Т, Степанкова Р., Козакова Х., Худкович Т, Тласкалова-Хогенова Х. Микробиота кишечника и содержание липополисахаридов в рационе влияют на развитие регуляторных Т-клеток: исследования на стерильных мышах. BMC Immunol 2008; 9 : 65.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 46

    Уильямс А.М., Проберт С.С., Степанкова Р., Тласкалова-Хогенова Х., Филипс А., Блэнд П.В. Влияние микрофлоры на неонатальное развитие Т-клеток слизистой оболочки кишечника и миелоидных клеток у мышей. Иммунология 2006; 119 : 470–478.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 47

    Проберт С.С., Уильямс А.М., Степанкова Р., Тласкалова-Хогенова Х., Филипс А., Блэнд П.В.Влияние отлучения от груди на клональность Т-лимфоцитов рецептора альфа-бета Т-клеток в кишечнике мышей GF и SPF. Dev Comp Immunol 2007; 31 : 606–617.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 48

    Козакова Х., Рехакова З., Колинская Ю. Моноассоциация Bifidobacterium bifidum у мышей-гнотобиотиков: влияние на ферменты щеточной каймы энтероцитов. Folia Microbiol (Praha) 2001; 46 : 573–576.

    CAS Google Scholar

  • 49

    Umesaki Y, Tohyama K, Mutai M. Биосинтез связанных с мембраной гликопротеинов микроворсинок эпителиальных клеток тонкого кишечника у стерилизованных и стерилизованных мышей. J Biochem 1982; 92 : 373–379.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 50

    Брай Л., Фальк П. Г., Мидтведт Т., Гордон Дж. Модель взаимодействия хозяина и микробов в открытой экосистеме млекопитающих. Science 1996; 273 : 1380–1383.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 51

    Бах Дж. Ф. Влияние инфекций на предрасположенность к аутоиммунным и аллергическим заболеваниям. N Engl J Med 2002; 347 : 911–920.

    Google Scholar

  • 52

    Задний ход F. 99-я Далемская конференция по инфекциям, воспалениям и хроническим воспалительным заболеваниям: нормальная микробиота кишечника в условиях здоровья и болезней. Clin Exp Immunol 2010; 160 : 80–84.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 53

    Элерс С., Кауфманн Ш. 99-я Далемская конференция по инфекциям, воспалениям и хроническим воспалительным заболеваниям: изменения образа жизни, влияющие на взаимодействие между хозяином и окружающей средой. Clin Exp Immunol 2010; 160 : 10–14.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 54

    Selmi C, Gershwin ME.Роль факторов окружающей среды при первичном билиарном циррозе. Trends Immunol 2009; 30 : 415–420.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 55

    Youinou P, Pers JO, Gershwin ME, Shoenfeld Y. Геоэпидемиология и аутоиммунитет. J Autoimmun 2010; 34 : J163 – J167.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 56

    Israel E, Grotto I, Gilburd B, Balicer RD, Goldin E, Wiik A et al .Анти-Saccharomyces cerevisiae и антинейтрофильные цитоплазматические антитела как предикторы воспалительного заболевания кишечника. Gut 2005; 54 : 1232–1236.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 57

    Шенфельд Ю., Бланк М., Абу-Шакра М., Амитал Х., Барзилай О., Беркун Ю. и др. . Мозаика аутоиммунитета: прогноз, аутоантитела и терапия аутоиммунных заболеваний — 2008. Isr Med Assoc J 2008; 10 : 13–19.

    PubMed Google Scholar

  • 58

    Вестолл. Новый взгляд на молекулярную мимикрию: кишечные бактерии и рассеянный склероз. J Clin Microbiol 2006; 44 : 2099–2104.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 59

    Blank M, Barzilai O, Shoenfeld Y. Молекулярная мимикрия и аутоиммунитет. Clin Rev Allergy Immunol 2007; 32 : 111–118.

    PubMed Google Scholar

  • 60

    van Eden W, Wick G, Albani S, Cohen I. Стресс, белки теплового шока и аутоиммунитет: как иммунные ответы на белки теплового шока должны использоваться для контроля хронических воспалительных заболеваний. Ann NY Acad Sci 2007; 1113 : 217–237.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 61

    Жернакова А, Ван Димен СС, Вейменга С.Выявление общего патогенеза на основе общей генетики иммунных заболеваний. Nat Rev Genet 2009; 10 : 43–55.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 62

    Хокинс Р.Д., Хон ГК, Рен Б. Геномика следующего поколения: интегративный подход. Nat Rev Genet 2010; 11 : 476–486.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 63

    Тласкалова-Хогенова Х., Степанкова Р., Тукова Л., Фарре М.А., Фунда Д.П., Верду Э.Ф. и др. .Аутоиммунитет, иммунодефицит и инфекции слизистых оболочек: хроническое воспаление кишечника как чувствительный индикатор иммунорегуляторных нарушений в ответ на нормальную микрофлору просвета. Folia Microbiol (Praha) 1998; 43 : 545–550.

    CAS Google Scholar

  • 64

    Abt MC, Artis D. Микробиота кишечника при здоровье и болезни: влияние микробных продуктов на гомеостаз иммунных клеток. Curr Opin Gastroenterol 2009; 25 : 496–502.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 65

    Секиров И., Рассел С.Л., Antunes LC, Финли ББ. Микробиота кишечника в здоровье и болезнях. Physiol Rev 2010; 90 : 859–904.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 66

    Сингх Б., Рид С., Ассеман С., Мальмстрем В., Моттет С., Стивенс Л.А. и др. . Контроль воспаления кишечника с помощью регуляторных Т-клеток. Immunol Rev 2001; 182 : 190–200.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 67

    Улиг Х. Х., Маккензи Б. С., Хью С., Томпсон С., Джойс-Шейх Б., Степанкова Р. и др. . Дифференциальная активность IL-12 и IL-23 при патологии слизистых оболочек и системном врожденном иммунитете. Иммунитет 2006; 25 : 309–318.

    CAS Google Scholar

  • 68

    Клавель Т, Халлер Д.Молекулярные взаимодействия между бактериями, эпителием и иммунной системой слизистой оболочки кишечного тракта: последствия для хронического воспаления. Curr Issues Intest Microbiol 2007; 8 : 25–43.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 69

    Xavier RJ, Подольский ДК. Раскрытие патогенеза воспалительного заболевания кишечника. Nature 2007; 448 : 427–434.

    CAS Google Scholar

  • 70

    Blumberg RS.Воспаление в кишечнике: патогенез и лечение. Dig Dis 2009; 27 : 455–464.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 71

    Bengmark S. Биоэкологический контроль воспалительных заболеваний кишечника. Clin Nutr 2007; 26 : 169–181.

    PubMed Google Scholar

  • 72

    Мэтью К.Г. Новые ссылки на патогенез болезни Крона, полученные с помощью сканирования ассоциаций по всему геному. Nat Rev Genet 2008; 9 : 9–14.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 73

    Элсон CO, Конг Y, Маккракен В.Дж., Диммитт Р.А., Лоренц Р.Г., Уивер Коннектикут. Экспериментальные модели воспалительного заболевания кишечника раскрывают врожденные, адаптивные и регуляторные механизмы диалога хозяина с микробиотой. Immunol Rev 2005; 206 : 260–276.

    PubMed Google Scholar

  • 74

    Sellon RK, Tonkonogy S, Schultz M, Dieleman LA, Grenther W., Balish E et al .Резидентные кишечные бактерии необходимы для развития спонтанного колита и активации иммунной системы у мышей с дефицитом интерлейкина-10. Infect Immun 1998; 66 : 5224–5231.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 75

    Дилеман Л.А., Хунтьен Ф., Циан Б.Ф., Спренгерс Д., Тжва Е., Торрес М.Ф. и др. . Пониженное соотношение защитных и провоспалительных цитокиновых ответов на комменсальные бактерии у трансгенных крыс HLA-B27. Clin Exp Immunol 2004; 136 : 30–39.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 76

    Худцович Т., Степанкова Р., Цебра Дж., Тласкалова-Хогенова Х. Роль микрофлоры в развитии воспаления кишечника: острый и хронический колит, индуцированный сульфатом декстрана, у здоровых и выращиваемых традиционным способом иммунокомпетентных и иммунодефицитных мышей. Folia Microbiol (Praha) 2001; 46 : 565–572.

    CAS Google Scholar

  • 77

    Степанкова Р., Паури Ф., Кофронова О., Козакова Х., Худкович Т., Хрнцир Т и др. . Сегментированные нитчатые бактерии в определенном бактериальном коктейле вызывают воспаление кишечника у мышей SCID, восстановленных с помощью Т-клеток CD45RB high CD4 + . Воспаление кишечника 2007; 13 : 1202–1211.

    PubMed Google Scholar

  • 78

    Verdu EF, Bercik P, Cukrowska B, Farre-Castany MA, Bouzourene H, Saraga E et al .Пероральное введение антигенов анаэробных бактерий кишечной флоры снижает тяжесть экспериментального острого колита у мышей BALB / c. Clin Exp Immunol 2000; 120 : 46–50.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 79

    Кверка М., Закостельская З., Климесова К., Сокол Д., Худцович Т., Хрнцир Т. и др. . Пероральное введение антигенов Parabacteroides distasonis ослабляет экспериментальный колит у мышей за счет модуляции иммунитета и состава микробиоты. Clin Exp Immunol 2010; 163 : 250–259.

    PubMed Google Scholar

  • 80

    Кучера П., Новакова Д., Беханова М., Новак Дж., Тласкалова-Хогенова Х., Андел М. Глиадин, эндомизиальные и тироидные антитела у пациентов с латентным аутоиммунным диабетом взрослых (LADA). Clin Exp Immunol 2003; 133 : 139–143.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 81

    Fasano A, Shea-Donohue T.Механизмы заболевания: роль барьерной функции кишечника в патогенезе аутоиммунных заболеваний желудочно-кишечного тракта. Nat Clin Pract Gastroenterol Hepatol 2005; 2 : 416–422.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 82

    Wapenaar MC, Monsuur AJ, van Bodegraven AA, Weersma RK, Bevova MR, Linskens RK et al . Связь с генами плотного соединения PARD3 и MAGI2 у голландских пациентов указывает на общий дефект барьера для целиакии и язвенного колита. Gut 2008; 57 : 463–467.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 83

    Виссер Дж., Розинг Дж., Сапоне А, Ламмерс К., Фазано А. Плотные соединения, кишечная проницаемость и аутоиммунитет: целиакия и диабет 1 типа. Diabetes Metab Res Rev. 2008; 24 : 59–63.

    Google Scholar

  • 84

    Участок L, Amital H. Инфекционные ассоциации целиакии. Autoimmun Rev 2009; 8 : 316–319.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 85

    Ou G, Hedberg M, Horstedt P, Baranov V, Forsberg G, Drobni M et al . Проксимальная микробиота тонкой кишки и идентификация палочковидных бактерий, связанных с детской глютеновой болезнью. Am J Gastroenterol 2009; 104 : 3058–3067.

    PubMed Google Scholar

  • 86

    Collado MC, Donat E, Ribes-Koninckx C, Calabuig M, Sanz Y.Конкретные группы бактерий двенадцатиперстной кишки и фекалий, ассоциированные с детской глютеновой болезнью. J Clin Pathol 2009; 62 : 264–269.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 87

    de Palma G, Cinova J, Stepankova R, Tuckova L, Sanz Y. Основное достижение: Бифидобактерии и грамотрицательные бактерии по-разному влияют на иммунные ответы в провоспалительной среде целиакии. J Leukoc Biol 2010; 87 : 765–778.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 88

    Степанкова Р., Тласкалова-Хогенова Х., Синкора Дж., Йодль Дж., Фрич П. Изменения слизистой оболочки тощей кишки после длительного кормления стерильных крыс глютеном. Scand J Gastroenterol 1996; 31 : 551–557.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 89

    Ваарала О. Утечка кишечника при диабете 1 типа. Curr Opin Gastroenterol 2008; 24 : 701–706.

    PubMed Google Scholar

  • 90

    Поццилли П., синьор А., Уильямс А.Дж., Билс П.Е. Колонии мышей NOD по всему миру — последние факты и цифры. Immunol Today 1993; 14 : 193–196.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 91

    Funda D, Fundova P, Harrison L. Зависимость от микрофлоры выбранных рационов для профилактики диабета: без микробов и без микробов моноколонизированные мыши NOD как модели для изучения факторов окружающей среды при диабете 1 типа. 13-й Международный конгресс иммунологии , MS-11.4 16 (Бразильское общество иммунологии, Рио-де-Жанейро, 2007).

  • 92

    Вен Л., Лей Р.Е., Волчков П.Ю., Странджес П.Б., Аванесян Л., Stonebraker AC и др. . Врожденный иммунитет и микробиота кишечника в развитии диабета 1 типа. Nature 2008; 455 : 1109–1113.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 93

    Hoorfar J, Buschard K, Dagnaes-Hansen F.Профилактическое изменение питания заболеваемости диабетом у мышей с аутоиммунным диабетом без ожирения (NOD). Br J Nutr 1993; 69 : 597–607.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 94

    Funda DP, Kaas A, Bock T, Tlaskalova-Hogenova H, Buschard K. Безглютеновая диета предотвращает диабет у мышей NOD. Diabetes Metab Res Rev. 1999; 15 : 323–327.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 95

    Funda DP, Kaas A, Tlaskalova-Hogenova H, Buschard K.Безглютеновая, но также и обогащенная глютеном диета предотвращает диабет у мышей NOD; загадка глютена при диабете 1 типа. Diabetes Metab Res Rev. 2008; 24 : 59–63.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 96

    Желинкова Л., Тукова Л., Цинова Ю., Флегелова З., Тласкалова-Хогенова Х. Глиадин стимулирует человеческие моноциты к выработке IL-8 и TNF-альфа через механизм, включающий NF-kappaB. FEBS Lett 2004; 571 : 81–85.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 97

    Драго С., Эль-Асмар Р., Ди Пьерро М., Грация Клементе М., Трипати А., Сапоне А и др. . Глиадин, зонулин и проницаемость кишечника: воздействие на слизистую оболочку кишечника и клеточные линии кишечника при целиакии и без целиакии. Scand J Gastroenterol 2006; 41 : 408–419.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 98

    Watts T, Berti I, Sapone A, Gerarduzzi T, Not T, Zielke R и др. .Роль модулятора плотных контактов кишечника зонулина в патогенезе диабета I типа у крыс с предрасположенностью к диабету BB. Proc Natl Acad Sci USA 2005; 102 : 2916–2921.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 99

    Яцишин Б., Меддингс Дж., Садовски Д., Боуэн-Яцишин МБ. Пациенты с рассеянным склерозом имеют CD45RO + В-клеток периферической крови и повышенную кишечную проницаемость. Dig Dis Sci 1996; 41 : 2493–2498.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 100

    Pender MP. Профилактика и лечение рассеянного склероза путем борьбы с инфекцией вируса Эпштейна-Барра. Autoimmun Rev 2009; 8 : 563–568.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 101

    Schrijver IA, van Meurs M, Melief MJ, Wim Ang C, Buljevac D, Ravid R et al . Бактериальный пептидогликан и иммунная реактивность центральной нервной системы при рассеянном склерозе. Brain 2001; 124 : 1544–1554.

    CAS Google Scholar

  • 102

    Faria AM, Weiner HL. Пероральная толерантность: терапевтическое значение при аутоиммунных заболеваниях. Clin Dev Immunol 2006; 13 : 143–157.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 103

    Очоа-Репараз Дж., Милькарц Д.В., Дитрио Л.Е., Берроуз А.Р., Фуро Д.М., Хак-Бегум С. и др. .Роль комменсальной микрофлоры кишечника в развитии экспериментального аутоиммунного энцефаломиелита. J Immunol 2009; 183 : 6041–6050.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 104

    Очоа-Репараз Дж., Мелькарц Д.В., Ван И, Бегум-Хак С., Дасгупта С., Каспер Д.Л. и др. . Полисахарид из комменсала человека Bacteroides fragilis защищает от демиелинизирующего заболевания ЦНС. Иммунол слизистой оболочки 2010; 3 : 487–495.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 105

    Коллинз С.М., Берчик П. Взаимосвязь между кишечной микробиотой и центральной нервной системой при нормальной функции желудочно-кишечного тракта и заболевании. Гастроэнтерология 2009; 136 : 2003–2014.

    Google Scholar

  • 106

    Gershon MD. Кишечная нервная система: второй мозг. Hosp Pract (Миннеап) 1999; 34 : 31–32, 35–38, 41–42 пасс.

    CAS Google Scholar

  • 107

    Lebouvier T, Chaumette T, Paillusson S, Duyckaerts C, Bruley des Varannes S, Neunlist M и др. . Второй мозг и болезнь Паркинсона. Eur J Neurosci 2009; 30 : 735–741.

    PubMed Google Scholar

  • 108

    de Magistris L, Familiari V, Pascotto A, Sapone A, Frolli A, Iardino P et al .Изменения кишечного барьера у пациентов с расстройствами аутистического спектра и у их родственников первой степени родства. J Педиатр Гастроэнтерол Нутр 2010; 51 : 418–424.

    PubMed Google Scholar

  • 109

    Theoharides TC, Doyle R. Аутизм, гематоэнцефалический барьер и тучные клетки. J Clin Psychopharmacol 2008; 28 : 479–483.

    PubMed Google Scholar

  • 110

    Finegold SM, Dowd SE, Гончарова В., Лю С., Хенли К.Е., Вулкотт RD и др. .Пиросеквенирование фекальной микрофлоры аутичных и контрольных детей. Анаэроб 2010; 16 : 444–453.

    CAS Google Scholar

  • 111

    Яп И.К., Энгли М., Веселков К.А., Холмс Э., Линдон Дж. К., Николсон Дж. К.. Метаболический фенотип мочи отличает детей с аутизмом от их здоровых братьев и сестер и контрольной группы того же возраста. J Proteome Res 2010; 9 : 2996–3004.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 112

    Maes M, Kubera M, Leunis JC.Кишечно-мозговой барьер при большой депрессии: дисфункция слизистой оболочки кишечника с повышенной транслокацией ЛПС из грамотрицательных энтеробактерий (негерметичная кишка) играет роль в воспалительной патофизиологии депрессии. Neuro Endocrinol Lett 2008; 29 : 117–124.

    PubMed Google Scholar

  • 113

    Nestler EJ, Hyman SE. Животные модели психоневрологических расстройств. Nat Neurosci 2010; 13 : 1161–1169.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 114

    Кастани М.А., Степанкова Р., Тласкалова Х., Тернер Л.Ф., Лю З., Буреш Дж. Изучение поведения крыс с глютен-индуцированной энтеропатией. Int J Neurosci 1995; 83 : 7–15.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 115

    Addolorato G, Di Giuda D, de Rossi G, Valenza V, Domenicali M, Caputo F et al .Регионарная гипоперфузия головного мозга у больных целиакией. Am J Med 2004; 116 : 312–317.

    PubMed Google Scholar

  • 116

    Weber P, Brune T, Ganser G, Zimmer KP. Желудочно-кишечные симптомы и проницаемость у пациентов с ювенильным идиопатическим артритом. Clin Exp Rheumatol 2003; 21 : 657–662.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 117

    Родригес-Рейна Т.С., Мартинес-Рейес К., Ямамото-Фурушо Дж.Ревматические проявления воспалительного заболевания кишечника. World J Gastroenterol 2009; 15 : 5517–5524.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 118

    Тойванен П. Нормальная кишечная микробиота в этиопатогенезе ревматоидного артрита. Ann Rheum Dis 2003; 62 : 807–811.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 119

    Эбрингер А., Рашид Т., Уилсон С.Ревматоидный артрит, протеус, антитела против CCP и Карл Поппер. Autoimmun Rev 2010; 9 : 216–223.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 120

    Рашид Т., Эбрингер А. Доказано, что анкилозирующий спондилит связан с клебсиеллой. Clin Rheumatol 2007; 26 : 858–864.

    PubMed Google Scholar

  • 121

    Vaahtovuo J, Munukka E, Korkeamaki M, Luukkainen R, Toivanen P.Фекальная микробиота при раннем ревматоидном артрите. J Rheumatol 2008; 35 : 1500–1505.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 122

    Рехакова З., Чапкова Дж., Степанкова Р., Синкора Дж., Лоузецка А., Ивани П. и др. . У здоровых мышей не развивается анкилозирующая энтезопатия, спонтанное заболевание суставов. Hum Immunol 2000; 61 : 555–558.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 123

    Таурог Дж. Д., Ричардсон Дж. А., Крофт Дж. Т., Симмонс В. А., Чжоу М., Фернандес-Суэйро Дж. Л. и др. .Состояние без микробов предотвращает развитие воспалительных заболеваний кишечника и суставов у трансгенных крыс HLA-B27. J Exp Med 1994; 180 : 2359–2364.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 124

    Ровенский Я., Станчикова М., Свик К., Утесены Я., Бауэрова К., Юрковичова Ю. Лечение адъювант-индуцированного артрита комбинацией метотрексата и пробиотических бактерий. Escherichia coli O83 (Colinfant). Folia Microbiol (Praha) 2009; 54 : 359–363.

    CAS Google Scholar

  • 125

    Ву Х.Дж., Иванов И.И., Дарси Дж., Хаттори К., Шима Т., Умесаки Ю. и др. . Сегментированные нитчатые бактерии, проживающие в кишечнике, вызывают аутоиммунный артрит через Т-хелперные 17 клеток . Иммунитет 2010; 32 : 815–827.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 126

    Backhed F, Manchester JK, Semenkovich CF, Gordon JI.Механизмы, лежащие в основе устойчивости к ожирению, вызванному диетой, у стерильных мышей. Proc Natl Acad Sci USA 2007; 104 : 979–984.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 127

    Сэмюэл Б.С., Шайто А., Motoike T, Рей Ф. Э., Бэкхед Ф., Манчестер Дж. К. и др. . Воздействие микробиоты кишечника на ожирение хозяина модулируется короткоцепочечным рецептором, связанным с G-белком, связывающим жирные кислоты, Gpr41. Proc Natl Acad Sci USA 2008; 105 : 16767–16772.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 128

    Ley RE. Ожирение и микробиом человека. Curr Opin Gastroenterol 2010; 26 : 5–11.

    PubMed Google Scholar

  • 129

    Ayada K, Yokota K, Kobayashi K, Shoenfeld Y, Matsuura E, Oguma K. Хронические инфекции и атеросклероз. Clin Rev Allergy Immunol 2009; 37 : 44–48.

    PubMed Google Scholar

  • 130

    Сандек А., Анкер С.Д., фон Хелинг С. Кишечные и кишечные бактерии при хронической сердечной недостаточности. Curr Drug Metab 2009; 10 : 22–28.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 131

    Райт С.Д., Бертон С., Эрнандес М., Хассинг Х., Черногория Дж., Мундт С. и др. . Инфекционные агенты не нужны для атерогенеза у мышей. J Exp Med 2000; 191 : 1437–1442.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 132

    Степанкова Р., Тонар З., Бартова Ю., Недорость Л., Россман П., Поледне Р. и др. . Отсутствие микробиоты (условия отсутствия микробов) ускоряет атеросклероз у мышей с дефицитом ApoE, получавших стандартную диету с низким содержанием холестерина. J Atheroscler Thromb 2010; 17 : 796–804.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 133

    Guarner F, Bourdet-Sicard R, Brandtzaeg P, Gill HS, McGuirk P, van Eden W et al .Механизмы болезни: пересмотр гигиенической гипотезы. Nat Clin Pract Gastroenterol Hepatol 2006; 3 : 275–284.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 134

    Страчан Д.П. Сенная лихорадка, гигиена и размер домочадца. BMJ 1989; 299 : 1259–1260.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 135

    фон Мутиус Э.Взаимодействие генов с окружающей средой при астме. J Allergy Clin Immunol 2009; 123 : 3–11; викторина 2–3.

    PubMed Google Scholar

  • 136

    Адлерберт I, Страчан Д.П., Матрикарди П.М., Арне С., Орфей Л., Аберг № и др. . Микробиота кишечника и развитие атопической экземы в трех европейских когортах. J Allergy Clin Immunol 2007; 120 : 343–350.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 137

    Лодинова-Задникова Р, Цукровска Б, Тласкалова-Хогенова Х.Пероральный прием пробиотика Escherichia coli после рождения снижает частоту аллергии и повторных инфекций в более позднем возрасте (после 10 и 20 лет). Int Arch Allergy Immunol 2003; 131 : 209–211.

    PubMed Google Scholar

  • 138

    Бьоркстен Б. Профилактика аллергии. Вмешательства во время беременности и в раннем детстве. Clin Rev Allergy Immunol 2004; 26 : 129–138.

    PubMed Google Scholar

  • 139

    Isolauri E, Salminen S. Пробиотики: использование при аллергических расстройствах: Отчет исследовательской группы по питанию, аллергии, иммунологии слизистых оболочек и кишечной микробиоте (NAMI). J Clin Gastroenterol 2008; 42 (Дополнение 2) S91 – S96.

    PubMed Google Scholar

  • 140

    Lonnqvist A, Ostman S, Almqvist N, Hultkrantz S, Telemo E, Wold AE и др. .Воздействие стафилококкового суперантигена на новорожденных улучшает индукцию оральной толерантности у мышей, моделирующих аллергию дыхательных путей. Eur J Immunol 2009; 39 : 447–456.

    PubMed Google Scholar

  • 141

    Репа А., Козакова Х., Худкович Т., Степанкова Р., Хрнцир Т., Тласкалова-Хогенова Х. и др. . Восприимчивость к индукции назальной и пероральной толерантности к основному аллергену пыльцы березы Bet v 1 не зависит от присутствия микрофлоры. Immunol Lett 2008; 117 : 50–56.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 142

    de Martel C, Franceschi S. Инфекции и рак: установленные ассоциации и новые гипотезы. Crit Rev Oncol Hematol 2009; 70 : 183–194.

    PubMed Google Scholar

  • 143

    Mantovani A, Allavena P, Sica A, Balkwill F. Воспаление, связанное с раком. Nature 2008; 454 : 436–444.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 144

    Schottelius AJ, Dinter H. Цитокины, NF-kappaB, микросреда, воспаление кишечника и рак. Cancer Treat Res 2006; 130 : 67–87.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 145

    МакКоннелл BB, Ян VW. Роль воспаления в патогенезе колоректального рака. Curr Colorectal Cancer Rep 2009; 5 : 69–74.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 146

    О’Киф С.Дж., Оу Дж., Ауфрейтер С., О’Коннор Д., Шарма С., Сепульведа Дж. и др. . Продукты микробиоты толстой кишки опосредуют влияние диеты на риск рака толстой кишки. J Nutr 2009 г .; 139 : 2044–2048.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 147

    Ваннуччи Л., Степанкова Р., Гробарова В., Козакова Х., Россманн П., Климесова К. и др. .Колоректальная карцинома: важность среды толстой кишки для противоракового ответа и системного иммунитета. J Immunotoxicol 2009; 6 : 217–226.

    PubMed Google Scholar

  • 148

    Ван Ч.З., Ма XQ, Ян Д.Х., Го З.Р., Лю Г.Р., Чжао GX и др. . Производство энтеродиола из обезжиренных семян льна путем биотрансформации кишечными бактериями человека. BMC Microbiol 2010; 10 : 115.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 149

    Велентзис Л.С., Кантвелл М.М., Кардвелл С., Кештгар М.Р., Леатем А.Дж., Вудсайд СП. Лигнаны и риск рака груди у женщин в пре- и постменопаузе: метаанализ обсервационных исследований. Br J Cancer 2009; 100 : 1492–1498.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 150

    Chung KT, Stevens SE Jr, Cerniglia CE.Уменьшение азокрасителей микрофлорой кишечника. Crit Rev Microbiol 1992; 18 : 175–190.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 151

    Babu SD, Jayanthi V, Devaraj N, Reis CA, Devaraj H. Профиль экспрессии муцинов (MUC2, MUC5AC и MUC6) в Helicobacter pylori , инфицированных предопухолевым и неопластическим эпителием желудка человека. Mol Cancer 2006; 5 : 10.

    PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 152

    Fukata M, Abreu MT.Роль Toll-подобных рецепторов в злокачественных новообразованиях желудочно-кишечного тракта. Онкоген 2008 г .; 27 : 234–243.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 153

    Редди Б.С., Нарисава Т., Райт П., Вукусич Д., Вайсбургер Дж. Х., Виндер ЭЛ. Канцерогенез толстой кишки с азоксиметаном и диметилгидразином у стерильных крыс. Cancer Res 1975; 35 : 287–290.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 154

    Sacksteder MR.Возникновение спонтанных опухолей у стерильных крыс F344. J Natl Cancer Inst 1976; 57 : 1371–1373.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 155

    Ваннуччи Л., Степанкова Р., Козакова Н., Фисерова А., Россманн П., Тласкалова-Хогенова Х. Колоректальный канцерогенез у стерильных и выращенных традиционным способом крыс: различная кишечная среда влияет на системный иммунитет. Int J Oncol 2008; 32 : 609–617.

    PubMed Google Scholar

  • 156

    Oozeer R, Rescigno M, Ross RP, Knol J, Blaut M, Khlebnikov A et al . Здоровье кишечника: прогностические биомаркеры для профилактической медицины и разработки функциональных продуктов питания. Br J Nutr 2010; 103 : 1539–1544.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 157

    Cukrowska B, LodInova-ZadnIkova R, Enders C, Sonnenborn U, Schulze J, Tlaskalova-Hogenova H.Специфический пролиферативный и антительный ответ недоношенных детей на кишечную колонизацию непатогенным пробиотиком E. coli , штамм Nissle 1917. Scand J Immunol 2002; 55 : 204–209.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 158

    Bleich A, Sundberg JP, Smoczek A, von Wasielewski R, de Buhr MF, Janus LM et al . Чувствительность к Escherichia coli Nissle 1917 у мышей зависит от окружающей среды и генетического фона. Int J Exp Pathol 2008; 89 : 45–54.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 159

    Preidis GA, Versalovic J. Ориентация на человеческий микробиом с помощью антибиотиков, пробиотиков и пребиотиков: гастроэнтерология вступает в эру метагеномики. Гастроэнтерология 2009; 136 : 2015–2031.

    CAS PubMed PubMed Central Google Scholar

  • 160

    Тршебичавский И., Рада В, Спличалова А, Спличаль И.Перекрестный разговор кишечника человека с бифидобактериями. Nutr Ред. 2009 г .; 67 : 77–82.

    PubMed Google Scholar

  • 161

    Hormannsperger G, Haller D. Молекулярное взаимодействие пробиотических бактерий с кишечной иммунной системой: клиническое значение в контексте воспалительного заболевания кишечника. Int J Med Microbiol 2010; 300 : 63–73.

    PubMed Google Scholar

  • 162

    Karczewski J, Troost FJ, Konings I, Dekker J, Kleerebezem M, Brummer RJ et al .Регулирование белков плотных контактов эпителия человека с помощью Lactobacillus plantarum in vivo и защитные эффекты на эпителиальный барьер. Am J Physiol Gastrointest Liver Physiol 2010; 298 : G851 – G859.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 163

    Wells JM, Rossi O, Meijerink M, van Baarlen P. Микробы и коллоквиум Саклера здоровья: эпителиальные перекрестные помехи на границе микробиоты и слизистой оболочки. Proc Natl Acad Sci USA 2010; в прессе.

  • 164

    Fric P. Пробиотики в гастроэнтерологии. Z Гастроэнтерол 2002; 40 : 197–201. Чешский.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 165

    Floch MH, Kim AS (ред.) Пробиотики: клиническое руководство. 1-е изд . Thorofare: SLACK Inc, 2010.

  • 166

    Каллиомаки М., Антуан Дж. М., Херц У., Райкерс Г. Т., Уэллс Дж. М., Мерсенир А.Руководство по обоснованию доказательств положительного воздействия пробиотиков: профилактика и лечение аллергических заболеваний с помощью пробиотиков. J Nutr 2010; 140 : 713S – 721S.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 167

    Matsuzaki T, Takagi A, Ikemura H, Matsuguchi T, Yokokura T. Микрофлора кишечника: пробиотики и аутоиммунитет. J Nutr 2007; 137 : 798S – 802S.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 168

    Maassen CB, Claassen E.Штамм-зависимые эффекты пробиотических лактобацилл на аутоиммунитет ЕАЕ. Вакцина 2008; 26 : 2056–2057.

    CAS Google Scholar

  • 169

    van Baarlen P, Troost FJ, van Hemert S, van der Meer C, de Vos WM, de Groot PJ et al . Дифференциальная индукция путей NF-kappaB с помощью Lactobacillus plantarum в двенадцатиперстной кишке здоровых людей, коррелирующая с иммунной толерантностью. Proc Natl Acad Sci USA 2009; 106 : 2371–2376.

    CAS PubMed Google Scholar

  • 170

    Hanniffy S, Wiedermann U, Repa A, Mercenier A, Daniel C, Fioramonti J et al . Потенциал и возможности использования рекомбинантных молочнокислых бактерий в здоровье человека. Adv Appl Microbiol 2004; 56 : 1–64.

    PubMed Google Scholar

  • 171

    Schwarzer M, Repa A, Daniel C, Schabussova I, Hrncir T., Pot B et al .Неонатальная колонизация мышей Lactobacillus plantarum, продуцирующая аэроаллерген Bet v 1, смещает в сторону Th2- и Т-регуляторные ответы при системной сенсибилизации. Аллергия 2010; в прессе.

  • Микроорганизмы, обнаруженные на коже

    Автор: Наташа Ли Бакалавр (с отличием), приглашенный студент-медик, Университет Лидса, Соединенное Королевство; Главный редактор: Hon A / Prof Amanda Oakley, Гамильтон, Новая Зеландия, август 2014 г.


    Что такое микрофлора кожи?

    Кожная микрофлора — это микроорганизмы, обитающие на нашей коже.Микрофлору часто (и правильнее) называют микробиотой кожи или микробиомом кожи.

    Существует огромное количество микроорганизмов — общее количество микробных клеток в нашем теле и на нем аналогично количеству клеток человека. После кишечника на коже больше микроорганизмов, чем где-либо еще в организме. Виды бактерий на сегодняшний день являются самыми многочисленными; однако грибки, вирусы и клещи также обнаруживаются на коже нормальных здоровых людей.

    Резидентные микроорганизмы

    Резидентная микробиота обнаруживается в верхних частях эпидермиса и собирается внутри и вокруг волосяных фолликулов.К ним относятся:

    Временные бактерии

    Некоторая микробиота считается временной, поскольку их можно только время от времени выделять и культивировать из образцов кожи. В основном это грамположительные бактерии, в том числе клостридии в области промежности. Иногда на влажных участках возможен рост грамотрицательных бактерий Acinetobacter .

    Другие грамотрицательные бактерии не считаются частью нормальной микробиоты кожи, поскольку относительно низкая влажность и высокое осмотическое давление кожи неблагоприятны для их роста.

    Где на коже обитает микрофлора?

    Микроорганизмы встречаются по всей поверхности кожи, но их виды варьируются в зависимости от анатомической локализации.

    Кожные участки можно разделить на три типа:

    Сухие участки тела

    Сухие участки включают предплечья, кисти рук, ноги и ступни. У них самая разнообразная микробиота из-за высокого воздействия внешней среды. Преобладают коагулазонегативные стафилококки (например, S. epidermedis и S. hominis ).

    Влажные участки тела

    Corynebacteriam процветают на влажной коже кожных складок: локтевых складках, под грудью, между пальцами ног и пахом.

    Сальные участки

    Сальные участки тела включают голову, шею и туловище, где сальные железы выделяют маслянистое вещество, кожный жир, позволяя кутибактериям процветать. Клещи Demodex ( Demodex folliculorum и Demodex brevis ) и гриб Malasezzia также скапливаются в жирных областях лица.

    Распределение микробиоты по участкам тела

    Грибы

    Malasezzia обычно встречаются по всему телу, за исключением ступней. Как описано выше, их больше в масляных областях.

    Вирусы

    О распространенности вирусов на нормальной коже известно очень мало. Традиционно вирусы на коже считались патогенными, то есть вредными, но недавние исследования оспаривают это.

    Какова роль микрофлоры в здоровье человека?

    Микроорганизмы можно сгруппировать в соответствии с их родством с нами:

    • Комменсалы — организмы, которые обитают на нашей коже и получают от нас пользу, но мы не получаем от них никакой пользы.
    • Симбионты — микроорганизмы и человек взаимовыгодны.
    • Патогены — микроорганизм приносит пользу человеку, но вызывает болезнь.

    Большинство микроорганизмов на нашей коже являются комменсалами, поскольку они нечасто вызывают болезни. Однако в некоторых случаях комменсальные микробы, такие как S. epidermidis , играют полезную или патогенную роль.

    Комменсальные микроорганизмы могут предотвращать колонизацию патогенных микроорганизмов, таких как S.aureus . Например:

    • Штамм S. epidermidis продуцирует антибиотико-подобные соединения, называемые бактериоцинами
    • .
    • Комменсалы истощают питательные вещества и производят токсичные метаболиты, предотвращая прилипание вредных бактерий к клеткам кожи
    • Они усиливают иммунный ответ на патогенные бактерии через интерферон, другие цитокины и фагоцитоз
    • Липотехоевая кислота в клеточной стенке грамположительных бактерий стимулирует тучные клетки к высвобождению кателицидина (антимикробного пептида).

    У всех одинаковые кожные микроорганизмы?

    Вообще говоря, у большинства людей есть похожие, но не идентичные микроорганизмы. Некоторые различия связаны с возрастом и окружающей средой.

    Первоначальная колонизация кожи новорожденного ребенка обычно происходит во время вагинальных родов через родовые пути. При родах путем кесарева сечения кожа ребенка сначала стерильна.

    После рождения ключевыми факторами, влияющими на рост микробов на коже, являются:

    • pH кожи (нормальный — слабокислый при ~ pH 5)
    • Влажность
    • Температура
    • Соотношение кислород: диоксид углерода
    • Воздействие солнца: ультрафиолетовое излучение (УФИ) повреждает ДНК микроорганизмов
    • Взаимодействие с другими микроорганизмами
    • Врожденная защита хозяина
    • Генетический состав человека.

    Может ли микробиота кожи быть вредной?

    Микроорганизмы вызывают ряд инфекционных и неинфекционных заболеваний кожи, поражающих эпидермис, волосяные фолликулы, дерму и подкожный слой.

    Хотя комменсальные организмы безвредны для большинства людей, они могут вызывать легкие или даже потенциально смертельные заболевания у другого. Следующие факторы делают патогенез более вероятным:

    • Нарушение механического кожного барьера из-за травмы, кожного заболевания (например, дерматита) или инвазивного медицинского устройства (например, центральной венозной магистрали)
    • Препараты для подавления иммунитета
    • Нарушение иммунитета, вызванное раком или инфекцией, вызванной вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ)
    • Крайний возраст (очень молодой или очень старый)
    • Индивидуальные генетические факторы.

    Написать ответ

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *