Грегори пинкус: Рождение таблетки. Как четверо энтузиаcтов совершили революцию в контрацепции

Содержание

Рождение таблетки. Как четверо энтузиаcтов совершили революцию в контрацепции

Опять же, он мог бы все бросить. Но вместо этого Пинкус и один его коллега, Хадсон Хоагленд, совершили беспрецедентный поступок: открыли свой собственный научно-исследовательский центр.  Они обивали пороги в Вустере и его окрестностях, раздавая брошюры и прося домохозяек, сантехников и владельцев скобяных лавок пожертвовать («сгодится любая малость») на новый институт, который они назвали «Вустерский фонд экспериментальной биологии». На собранные гроши был куплен старый дом неподалеку в Шрусбери, и Пинкус расположил в нем свой офис, а в гараже — лабораторию. В эти ранние годы средств было так мало, что Пинкус сам чистил клетки животных, а однажды — в период особо острого безденежья — поселил жену и детей в психиатрической больнице штата, где вел исследования по шизофрении.

Кто такая Сэнгер, Пинкус знал, да и почти вся Америка знала. Именно Сэнгер сделала популярным термин «контроль рождаемости» и практически в одиночку запустила в Соединенных Штатах движение за право предохраняться. Женщины никогда не достигнут равенства, говорила она, пока не освободятся от сексуального рабства. Сэнгер основала первый в стране центр контроля рождаемости в Бруклине в тысяча девятьсот шестнадцатом году и помогла открыться десяткам других по всему миру. Но даже после десятилетий работы устройства для контрацепции, предлагаемые этими центрами — по большей части презервативы и маточные колпачки, — были все так же неэффективны, неудобны или труднодоступны. Это было как обучать голодающих основам правильного питания, пищи им не давая. Сэнгер объяснила Пинкусу, что она ищет недорогой и простой метод контрацепции с полной защитой от дурака, лучше всего — таблетку. Что-нибудь биологическое, говорила она, что женщина сможет глотать каждое утро со стаканом апельсинового сока или пока чистит зубы, независимо от согласия мужчины, с которым она спит. Что-то такое, что сделает секс спонтанным, не требующим предварительного обдумывания, неприятной возни или вреда удовольствию. Что-то такое, что не лишит женщину фертильности, если потом она решит иметь детей.

Что-то, пригодное во всех частях света — от трущоб Нью-Йорка до джунглей Юго-Восточной Азии. И при этом эффективное на сто процентов.

Грегори Гудвин Пинкус — Евреи

  1. Евреи
  2. Самым влиятельным человеком Нового времени был родившийся в Германии физик Альберт Эйнштейн. Законодатель Моисей выделил еврейский народ и по сути основал цивилизацию. Иисус из Назарета обратил многие миллионы человек в беззаветную веру. На рассвете первого технологического столетия Эйнштейн открыл неиссякаемые возможности…
  3. Об Исааке Левитане российский писатель Григорий Горин как-то заметил: «Исаак Левитан был великим русским художником. И сам о себе так и говорил… Когда ему говорили: но ты же еврей! Он говорил: да, я еврей. И что? И ничего. Умные люди соглашались,…

Грегори Гудвин Пинкус


«Грегори Гудвин/>Пинкус»

В 1950-х годах Грегори Гудвин Пинкус разработал противозачаточную таблетку, которая неизмеримо повлияло на планирование семьи в обществе, но при этом имя создателя не стало известным обществу. Новый препарат стал фармацевтическим прорывом, который имел 100% эффект.

Вся научная деятельность Пинкуса была направлена на изучение размножения и воспроизводства млекопитающих. Пинкус был автором и соавтором более 350 научных работ по изучению гормонов, метаболизму, бесплодию.

Пинкус родился в обеспеченной еврейской семье, обучался в лучшем университете Новой Англии, работал в Кембриджи и университетах Берлина, где участвовал в исследованиях по генетике, репродуктивной биологии и физиологии животных.

После окончания Второй мировой войны Пинкус организовал Вустерский фонд экспериментальной биологии, который помогал американским солдатам страдающие последствиями стресса.


«Грегори Гудвин/>Пинкус»

Этот фонд так же стал исследовать размножение и гормоны, который выпускал периодическое издание по гормонам.

Маргрет Сенгер, которая была специалистом в семейной психологии, вдохновила Пинкуса для создания противозачаточного препарата способного предотвратить беременность без вреда для здоровья женщины. Грегори Пинкус с коллегами стал активно изучать синтетические соединения гормонов, которые способны влиять на размножение.

Изобретение Грегори Пинкуса повлияло на эффективность планирования семьи в США, где резко возросло количество применения противозачаточных таблеток, которая стала лучшей альтернативой, чем стерилизация. Статистика показывала, что предупреждение беременности снизилась с шести детей до четырех на каждую женщину в 1965 году.

В какой-то степени изобретение противозачаточной таблетки Грегори Пинкуса стал толчком к сексуальной революции в конце 1960-х годах, когда нежелательная беременность была исключена и позволило многим женщинам проще относиться к добрачному сексу.

Угроза СПИДа еще была не известна и не охлаждала пыл сексуальной свободы в обществе США.

Представители религии единодушно подвергли жесткой критике употребление противозачаточных препаратов, который предотвращали беременность, что является вмешательством в процессы природы.

Представители феменистких мнений приняли изобретение, как благоприятное и возможностью женщины свободно управлять своим правом на беременность.

 

  1. Люди и биографий — Евреи
  2. Самым влиятельным человеком Нового времени был родившийся в Германии физик Альберт Эйнштейн. Законодатель Моисей выделил еврейский народ и по сути основал цивилизацию. Иисус из Назарета обратил многие миллионы человек в беззаветную веру. На рассвете первого технологического столетия Эйнштейн открыл неиссякаемые возможности…
  3. Об Исааке Левитане российский писатель Григорий Горин как-то заметил: «Исаак Левитан был великим русским художником. И сам о себе так и говорил… Когда ему говорили: но ты же еврей! Он говорил: да, я еврей. И что? И ничего. Умные люди соглашались,…

  Рейтинг — 5583, Статистика просмотров сегодня — 1

Пинкус, Грегори Гудвин — Вики


В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Пинкус.

Грегори Гудвин Пинкус (9 апреля 1903 — 22 августа 1967) — американский биолог и исследователь, известен как один из создателей пероральных противозачаточных таблеток.

Биография

Родился в Вудбине, Нью-Джерси, в семье еврейских эмигрантов из Польши Элизабет и Джозефа Пинкусов[1]. Окончил Корнельский университет в 1924 году со степенью бакалавра сельского хозяйства. Степени магистра и доктора получил в Гарвардском университете, где также преподавал зоологию. В 1927—1930 годах работал в Европе, в Кембриджском университете (Англия) и Институте биологии кайзера Вильгельма в Берлине. В 1930 году начал преподавать общую физиологию в Гарварде, с 1931 года — доцент.

Гормональную биологию и стероидные гормоны начал изучать ещё в начале своей карьеры. Первым его успехом было достижение экстрапорального оплодотворения у кроликов в 1934 году. В 1944 году стал соучредителем Ворчестерского фонда экспериментальной биологии. В 1951 году Маргарет Сэнгер, встретившая Пинкуса нездолго до этого на званом обеде, выхлопотала для него небольшой грант, который позволил ему начать заниматься исследованиями в области гормональной контрацепции.

Для доказательства безопасности созданных им «таблеток» он провёл в 1952 и 1953 годах испытания на людях (добровольно согласившихся на это пациенток доктора Джона Рока, страдающих бесплодием). Испытания таблеток на женщинах, способных к деторождению, были начаты в 1956 году в Пуэрто-Рико, потому как на большей части территории США в то время продажа средств контрацепции была вне закона; впоследствии они стали распространяться также на Гаити, в Мексике и в Калифорнии, где запрета на продажу не было. В феврале 1961 года он изменил первоначальный состав таблеток

[2].

Умер Пинкус от редкого заболевания крови в 1967 году в возрасте 64 лет в Массачусетсе[3]. Похороны прошли 25 августа 1967 года[4].

Примечания

Четыре энтузиаста, изменивших секс: как изобретали оральные контрацептивы

В издательстве Livebook вышла книга Джонатана Эйга «Рождение таблетки» (перевод Анны Синяткиной). Речь в ней идет о таблетке для предохранения от беременности — одном из самых важных открытий XX века, и не только в индустрии фармакологии, но и в области прав женщин, устройства общества и медицины.

Это увлекательная история о четырех людях: противоречивом ученом, поклоннице евгеники, респектабельном католике-враче и богатой, но несчастной женщине.

Немного биологии

Идея предотвращения беременности так же стара, как цивилизация, но работало с ней человечество в основном двумя способами: барьерным методом и абортивными средствами. Что неудивительно, если учесть то, как долго люди думали, будто зародыш развивается только из спермы, а о существовании яйцеклеток и не подозревали. Более того, о работе женской репродуктивной системы, о том, что существует овуляция и что именно она необходима для оплодотворения, люди узнали всего лишь 100 лет назад.

Уже есть электричество, радио и телефон, есть кино, поезда и трансатлантические лайнеры. Но человечество все еще точно не знает, откуда берутся дети.

Идея того, что в биохимию человеческого организма можно вмешаться, появилась примерно тогда же, вместе с открытием гормонов и желез внутренней секреции. Если гормон инсулин, введенный в организм извне, мог спасать жизнь больных диабетом, то отсюда уже один шаг до введения в организм половых гормонов. Для чего? Ну, для чего-нибудь. Русский читатель на этом месте вспомнит «Собачье сердце» и операции профессора Преображенского по омоложению: «Я вам пересаживаю яичники обезьяны». Или эксперименты безумного ученого-англичанина из рассказа Конан Дойла «Человек на четвереньках», впрыскивавшего себе половые гормоны гиббона. Удивительно, но такие эксперименты проводились и в реальности, в книге упоминается как минимум один из них — эксперимент Броун-Секара, практически совпадающий с тем, что описывал Конан Дойл.

1950-е — это все еще время свободы эксперимента в медицине и биологии. В контексте истории изобретения орального контрацептива это очень важно помнить: во время чтения книги вы не раз зададитесь вопросом «А это вообще законно?». Да, тогда было законно. И спасибо автору, что не скрывает не самые приглядные стороны этой истории.

Четверо энтузиастов

Первый герой книги — Грегори Гудвин Пинкус, ученый-биолог, авантюрист, специалист по размножению млекопитающих. Его не особенно интересовала контрацепция, скорее, он хотел изобрести что-то эпохальное, удивительное, что-то, что изменит мир. Таблетка действительно стала таким изобретением.

И тут в игру вступает вторая героиня — Маргарет Сэнгер, феминистка, боровшаяся за равноправие. Как множество образованных женщин, чья юность пришлась на рубеж веков и популярность работ Фрейда, Маргарет Сэнгер считала, что секс — самая прекрасная часть человеческих отношений. Но, помимо почерпнутых в Европе убеждений и врожденного свободолюбия, у Сэнгер был большой опыт работы медсестрой: она знала, что делает с женским телом беременность и роды. Особенно когда их пять и более.

Идея контрацепции для Сэнгер состояла в основном в том, чтобы вернуть женщинам контроль над своим телом. И только потом уже возможность наслаждаться сексом. С этой целью она создала Федерацию контроля рождаемости, которая занималась тем, что мы бы сейчас назвали секс-просвещением.

Маргарет Сэнгер подала прошение в Сенат о создании Федерации контроля рождаемости в Вашингтоне в марте 1934 года. В результате федеральные суды предоставили врачам право давать советы о методах контрацепции. Фото: Associated Press. Источник: denverpost.com/2011/12/08/book-review-a-quick-understanding-of-margaret-sanger-the-mother-of-birth-control/

Именно оральный контрацептив изменил отношение к сексу навсегда. У него было два незаменимых свойства: его легко было применять и он был незаметен, а значит, женщина могла пить его независимо от кого бы то ни было, только по собственному желанию. Удобный и тайный, он давал женщинам возможность самим решать, когда беременеть, сколько детей иметь и иметь ли их вообще.

Сэнгер придумала термин «планирование семьи» еще в самом начале своей деятельности: он был достаточно пристойным, чтобы не пугать консервативные круги, но вместе с тем точно отражал то, к чему она стремилась.

Не будем забывать о том, что изобретение таблетки происходило в США в 1950-е годы. С одной стороны, беби-бум, скорее, способствовал ее открытию. С другой стороны, консервативная риторика была сильна как никогда: женщина обязана быть хранительницей очага, и никем больше. Мать — это естественное призвание, как иначе? А все остальное сделают мужчины. Но женщины уже начали понимать, что им этого мало.

И тут на сцену выходит наш третий герой: Джон Рок, врач и католик. До этого проектом таблетки занимались феминистка первой волны и чудаковатый ученый, прославившийся своим изучением экстракорпорального оплодотворения у кроликов. Им жизненно необходим был кто-то респектабельный, кто-то, кто вызывает доверие у аудитории и умеет работать непосредственно с женщинами. Джона Рока больше интересовала проблема бесплодия, чем вопросы контрацепции. Он обнаружил эффект отскока, который позволяет повысить вероятность беременности во время отмены контрацептивов. Этот эффект используется и по сей день. Вторым свойством таблеток, которые он прописывал пациенткам, было как раз временное бесплодие.

Грегори Гудвин Пинкус (сидит за столом) и Джон Рок (на фото справа). Источник: pbs.org/wgbh/americanexperience

Здесь встает резонный вопрос: а кто давал деньги на изобретение? Финансированию научной работы, поиску фондов и грантов и управлению деньгами посвящена заметная часть книги, и это ценно. Попытки показать другую сторону исследования, отличную от работы в лаборатории, встречаются не так часто. К тому же этот подход дал книге четвертую героиню — Катарину Мак-Кормик. Богатая наследница, пережившая очень тяжелый брак (у ее мужа дебютировало ментальное расстройство прямо во время первой брачной ночи), женщина нетерпеливая, умная и страстная. Она была готова финансировать спорные и дерзкие проекты. Без нее, как и без остальных троих, таблетка попросту не была бы создана.

Катарина Мак-Кормик стала одной из первых женщин, окончивших Массачусетский технологический институт по специальности «естественные науки». Источник: pbs.org/wgbh/americanexperience

Вокруг таблетки

Все это скорее история четырех энтузиастов, нежели самой таблетки. Да и что таблетка? Несколько миллиграммов синтезированного гормона. Самое интересное творится вокруг. Для автора книги это важно: он помещает историю создания контрацептива в широкий исторический и общественный контекст. Например, много внимания уделяет тому, как реагировала на изобретение католическая церковь, или отдельно останавливается на общественных и правительственных инициативах в Пуэрто-Рико. Таблетка для него существует не сама по себе, она явление прежде всего общественное, а не фармакологическое.

Автор несколько раз фиксирует наше внимание на том, что это, собственно говоря, не лекарство — его принимают здоровые люди. Поэтому с регистрацией в американской организации FDA (Food and Drug Administration) вышла большая заминка.

На основании чего разрешить к применению таблетку, предназначенную для химического воздействия на организм здорового человека? Прежние критерии к ней не подходят.

Поэтому первоначально таблетка вышла на рынок как средство для лечения расстройств менструального цикла. Старая уловка: еще в 1920-е годы именно так рекламировали подпольные услуги по прерыванию беременности («У вас проблемы с месячными? Мы поможем!»). Как видите, путь не просто полный сложностей, но и противоречивый и местами сомнительный, как и герои-создатели (Сэнгер, например, симпатизировала евгенике, как вам такое?).

Первый оральный контрацептив, Enovid, был одобрен FDA в 1960 году. Источник: Wikimedia Commons

Таблетка вышла на рынок, не избавившись от побочных эффектов и не пройдя достаточно испытаний. Ее дорабатывали и дорабатывают сейчас, но общий принцип все тот же: два синтетических гормона, «розовые пилюли Папы Пинкуса». И новая свобода для женщины — самой решать, что делать со своим телом.

В целом «Рождение таблетки» — это захватывающая история, в которой болеешь то за одних, то за других, держишь кулаки то за авантюристов, то за консерваторов, и всегда — за женщин, которым четверо энтузиастов прежде всего и хотели помочь.

Исторические этапы развития гормональной контрацепции. Оценка рисков и перспективы | Ужегова

В начале XX столетия контрацепция для женщин, основанная на гормонах, была полностью инновационной идеей. К тому времени было доступно немного информации о менструальном цикле и роли гормонов в организме женщин. Профессор физиологии Университета Инсбрука (Австрия) Людвиг Хаберландт впервые продемонстрировал возможность подавить фертильность у мышей путем перорального введения экстракта яичников. В 1920-х годах Л. Хаберландт и венский гинеко18 лог Отфрид Отто Фельнер вводили экстракты стероидов различным животным (опыты с подкожной имплантацией тканей яичника беременных крольчих взрослым особям репродуктивного возраста) и сообщили об их ингибирующем действии на фертильность. В 1931г. Л. Хаберландт предложил использовать прием гормонов для контроля рождаемости, был даже выпущен готовый к применению экстракт, названный инфекундином [1]. Но ранняя смерть ученого в возрасте 47 лет ВЕСТНИК Репродуктивного Здоровья • • Июнь • • 2011 О бзоры литературы свела на нет эту революционную, по сути, попытку. Итак, концепция была создана, но стероиды не были получены. Экстракция и выделение нескольких миллиграммов половых стероидов требовала колоссального материала, измеряемого бидонами мочи и сотнями килограммов органов. Эдвард Дойзи, американский биохимик, нобелиат, обработал 80 000 яичников свиней, чтобы получить только 12 мг эстрадиола. Проблема материала впоследствии была решена эксцентричным химиком Расселом Е. Маркером (рис.1), который с 1927 по 1935г. в Институте Рокфеллера занимался изучением конфигурации и оптической ротации, как методом определения компонентов. Рис. 1. Рассел Маркер скую группу, занимающуюся разработкой простого и дешевого метода синтеза кортизона, и через 2 года, в 1951 г., эта цель была достигнута. После этого К. Джерасси с коллегами изменил, свои научные приоритеты и сконцентрировался на изучении половых стероидов, в результате было сделано открытие, что удаление углерода в 19-м положении из прогестерона, полученного из ямса, повышает прогестагенную активность молекулы. В 1951 г. они официально сообщили о получении синтетического прогестерона, в 10 раз более мощного по сравнению с естественным прогестероном и более устойчивого при пероральном приеме, который получил название «норэтинодрон» (норэтистерон) [2]. Компания «Синтекс» сразу же подала заявку на регистрацию и получила первый патент на этот продукт в 1951 г. Патент на этот препарат был первым патентом на лекарственное средство, зарегистрированное в National Inventor’s Hall (Огайо). Рис. 2. Карл Джерасси Впоследствии, он заинтересовался решением проблемы выработки дешевого прогестерона и перешел на службу в Государственный университет Пенсильвании. В то время для получения 1 мг прогестерона требовалось 2500 яичников беременных свиней. В 1939 г. Р. Маркер изобрел метод превращения молекулы сапогенина в прогестин («деградация Маркера»). Он пришел к убеждению, что решить проблему получения больших количеств стероидных гормонов можно, обнаружив растения (в семействе агавы и ямса), которые содержат достаточное количество диозгенина, стероида растений (сапогенин), который может быть использован, как начальное вещество в выработке стероидных гормонов. В 1943 г., Р. Маркер уезжает в Мексику, где собирает 10 тонн корней Dioscorea Mexicana, и в старом гончарном сарае (собственность лаборатории Эмерика Солмо и Фредерика Лемана) в течение 2 месяцев изготавливает несколько фунтов прогестерона стоимостью 300 000$. В 1944 г., он создает компанию «Синтекс» и производит 30 кг прогестерона, стоимость которого упала с 200$ до 50$ за 1 г. Через некоторое время, Р. Маркер расстается со своими партнерами и уезжает, захватив с собой все записи, касающиеся процесса синтезирования вещества. Тогда компания наняла Джорджа Розенкранца, работавшего в фармацевтической фирме в Гаване, который быстро восстановил процесс, воспользовавшись публикациями Р. Маркера. В 1949 г. компания «Синтекс», уже пользующаяся достаточным авторитетом в своей области, пригласила химика Карла Джерасси (рис. 2), венского эмигранта, получившего образование в США и ученую степень в университете Висконсина, возглавить исследовательТем временем компания «Серле» также продолжала активные исследования и разработки в этой области. И через короткое время после открытия норэтинодрона, предположительно, независимо от работы К. Джерасси, химик из компании «Серле», Франк Колтон (рис. 3.), получил близкий изомер норэтинодрона, названный норэтинодрелом, на который компания «Серле» также получила патент в том же году, в сущности как на первый пероральный активный прогестагенный агент. Рис. 3. Франк Колтон 19 ВЕСТНИК Репродуктивного Здоровья • • Июнь • • 2011 Практически параллельно с этими историческими событиями, в 1951г., состоялась знаменательная встреча трех уникальных людей – Грегори Пинкуса, Маргарет Санджер и Кэтрин Маккормик. Эта встреча положила начало в разработку проекта, который завершился появлением на рынке первого орального контрацептивного средства 50 лет назад. М. Санджер была президентом американской Федерации по планированию семьи и впервые ввела в обиход термин «ограничение рождаемости», применив его в 1914 г. в ежемесячном журнале «Женский бунт» («The women rebel»), который она основала и редактировала [3]. К. Маккормик обладала недюжинным умом и была транола (150 мкг). Г. Пинкус с членами исследовательской группы доказали наличие у норэтинодрела и местранола 100% эффекта в отношении предупреждения беременности. 11 мая 1960 г. Управление по контролю за качеством пищевых продуктов и лекарственных препаратов (Food and Drug Administration – FDA) США, после получения всех необходимых данных, включая результаты клинических испытаний, дала свое формальное одобрение фирме «Серле» для выпуска на рынок препарата «Эновид» (рис. 5), ставшего первым препаратом, предложенным для повседневной лечебной практики. второй по счету женщиной, закончившей ТехнологичесРис. 5. Первый оральный контрацептивный кий институт штата Массачусетс в 1904 г. Она владела большим состоянием и щедро жертвовала средства на работы в области планирования семьи. В конечном счете она предоставила приблизительно 2 000 000 $ Уорчестерскому фонду экспериментальной биологии, созданному Пинкусом и Хогландом, в поддержку работы Г. Пинкуса над этим проектом. Г. Пинкус (рис. 4) родился в Нью-Джерси, в семье еврейских эмигрантов из России, окончил Корнеллский университет и изучал генетику в Гарварде, где и получил ученую степень. препарат Эновид Рис. 4. Грегори Пинкус Начальные открытия, проложившие путь к оральной контрацепции, приписывают Мин Чу Чангу, который был приглашен в исследовательскую группу Пинкуса для изучения влияния прогестерона на овуляцию. С момента, когда Адольф Бутенандт в 1929 г. выделил эстроген, а затем через 5 лет, – в 1934 г. синтезировал прогестерон и доказал его блокирующее действие на разрыв фолликулов, это направление стало новым этапом в развитии контрацепции. Когда стали доступны норэтинодрон и норэтинодрел, Чанг установил их 100% эффективность в отношении подавления овуляции при пероральном введении кроликам. Г. Пинкус привлек к своим исследованиям и руководителя отдела акушерства и гинекологии в Гарварде Джона Рока. В 1956 г. в Пуэрто-Рико начались первые клинические исследования норстероидов. Они подтвердили их антиовуляторное действие. В состав препарата в качестве прогестагенного компонента входил норэтинодрел («Серле») с добавлением небольшого количества мес20 С этого времени началась история развития комбинированных контрацептивных средств. Противозачаточные таблетки прошли большой путь развития: сейчас насчитывается более 500 разновидностей оральных гормональных контрацептивов в мире. Современные оральные контрацептивы содержат низкие дозировки синтетических женских половых гормонов, подобные тем, что образуются в организме женщины. Большинство гормональных контрацептивов представляют собой так называемые комбинированные оральные контрацептивы (КОК), в состав которых входят гормоны двух классов: эстрогены и прогестагены. Из-за их множественных эффектов на циклические процессы в женском организме, например сокращение выработки собственных гормонов или подавление овуляции, КОК расцениваются в качестве одного из самых надежных методов предохранения от незапланированных беременностей. Важно, что их эффект является полностью обратимым и способность женщин к наступлению беременности восстанавливается в короткие сроки после прекращения приема КОК. Продолжающиеся исследования с использованием современных КОК показали, что они обеспечивают также широкий спектр неконтрацептивных преимуществ: от купирования связанных с менструацией симптомов до долгосрочной пользы (например, снижение частоты рака яичников). В целом женщины хорошо переносят КОК и серьезные побочные эффекты на их фоне крайне редки. К наиболее частым неблагоприятным явлениям относится нагрубание молочных желез, головная боль и увеличение массы тела. Среди серьезных побочных эффектов самыми значимыми являются сердечно-сосудистые события и особенно повышение риска венозной тромбоэмболии (ВТЭ), но даже с учетом влияния всех КОК, представленных сегодня на рынке, ВЕСТНИК Репродуктивного Здоровья • • Июнь • • 2011 О бзоры литературы повышение риска ВТЭ является более низким, чем риск ВТЭ во время беременности или в послеродовый период. Однако информация о потенциальных факторах риска очень важна при принятии решения, является ли КОК подходящим выбором метода контрацепции для каждой конкретной женщины. В настоящее время в нашем распоряжении имеется широкий спектр современных методов контрацепции. Оральные гормональные контрацептивы превосходят другие средства в отношении безопасности, надежности и легкости применения. Сегодня около 80 млн женщин во всем мире предотвращают наступление незапланированной беременности с помощью оральных контрацептивов. Около 71% женщин в возрасте от 15 до 49 лет имели опыт использования одного гормонального контрацептивного метода и более, а 93% из них принимали с контрацептивной целью оральные контрацептивы, т. е. в целом 66% женщин имели опыт применения этих средств [4]. Кроме того, контрацепция более не является закрытым для обсуждения вопросом. Информация о современных контрацептивах находится в свободном доступе в интернете, различные методы контрацепции широко обсуждаются на медицинских форумах, в средствах массовой информации и т.д. Тем не менее, существует определенная брешь между знаниями в области интимных вопросов и сексуальным поведением недостаточно информированных молодых людей, результатом которой часто становится нежелательная беременность. Сравнение данных в индустриальных западных странах показало, что в Германии наступает 11 беременностей на 1 тыс женщин в возрасте от 15 до 19 лет, что является самым низким показателем наряду со Скандинавскими странами (7-11) и странами Бенилюкса (9), средние показатели имеют Великобритания (20) и Канада (16). США занимает низкую позицию с показателем 53, за ними следуют Нигерия (103) и Индия (73), а замыкает список Нигер (233) [5]. Таким образом, несмотря на высокий уровень знания и доступность, все еще остается потребность в информации и в образовании населения в отношении современных контрацептивных средств. Анализ пользы и рисков оральных контрацептивов в перспективе Справедливо отметить, что не существует ни одного контрацептивного метода со 100% эффективностью и полностью свободного от побочных эффектов. Выбор метода планирования семьи требует компромисса между желаемым уровнем защиты от беременности и согласием пары на некоторые риски и потенциальный вред, связанный с использованием конкретного метода. КОК являются удобным методом, так как прием орального контрацептива прост и не связан с сексуальной активностью. При использовании КОК показатель контрацептивных неудач метода составляет менее 1 % в течение года (рис.6). Это означает, что только у 1 из 100 женщин при правильном использовании метода в течение одного года наступит беременность. Эффективность КОК в реальной жизни с учетом возможных погрешностей при их приеме, использования сопутствующих медикаментозных средств или заболеваний составляет более 90 %, это означает, что от 3 до 9 женщин из каждых 100 при использовании данного метода контрацепции могут забеременеть. После окончания приема контрацептивов воcстановление фертильности происходит быстро. Рис. 6. Контрацептивная эффективность: нежелательные беременности в течение первого года [6-8] 29 27 25 25 20 18 15 15 10 8 5 0 0,3 2 2-9 4 Оральные контрацептивы Презерватив Спермициды Прерванный половой акт Периодическое воздержание Типичное использование Наилучшее использование Современные КОК обеспечивают не только превосходный контрацептивный эффект, но также множество неконтрацептивных преимуществ: от регуляции цикла, снижения менструальной кровопотери и дисменореи до лечения предменструального синдрома (ПМС), головной боли, связанной с менструацией, акне и гирсутизма. Долговременные преимущества включают снижение уровней риска рака эндометрия и яичников. Благодаря возможности избежать наступления незапланированной беременности происходит снижение подверженности серьезным сосудистым рискам и обострениям системных заболеваний, которые часто возникают именно во время беременности [9]. 21 ВЕСТНИК Репродуктивного Здоровья • • Июнь • • 2011 Метаболические эффекты пероральной контрацепции. Сердечно-сосудистые события ВТЭ ВТЭ является результатом влияния или взаимодействия предрасполагающих к ее развитию множественных приобретенных или наследственных факторов риска. В 1856 г. Р. Вирхов предположил, что тромбоз возникает в результате воздействия не менее одного из трех факторов, к которым относятся: повреждение эндотелия сосудов, снижение скорости кровотока и гиперкоагуляция крови. ВТЭ включает два взаимосвязанных заболевания (рис. 7): тромбоз глубоких вен (ТГВ) и легочную эмболию (ЛЭ). Рис. 7. Типы ВТЭ Легочная артерия Легочная вена Правое предсердие Левое предсердие Правый желудочек Левый желудочек Эмбол попавший, в кровоток ТГВ ТГВ (тромбоз глубоких вен) • чаще в нижних конечностях • иногда протекает бессимптомно или с минимальными симптомами • часто не диагностируется ЛЭ (легочная эмболия) • потенциальная угроза жизни ВТЭ (венозная тромбоэмболия фатальна в 1-2% случаев) Согласно данным отчета Agency for the Evaluation of Medicinal Products Committee for Proprietary Medicinal Products, касающегося КОК и ВТЭ, в 2001 г. ВТЭ оказалась фатальной в 1-2% случаев [10,11]. Известно, что распространенность случаев ВТЭ повышается с возрастом [12]. Частота впервые возникшей ВТЭ возрастает от менее чем 5 случаев на 100 000 лиц в возрасте моложе 15 лет до почти 500 случаев на 100 тыс. лиц в возрасте 80 лет [13]. Для сравнения, исходная частота этого нарушения среди женщин репродуктивного возраста составляет от 4 до 5 женщин на 10 тыс. женщин-лет [14]. Использование эстроген-гестагенных препаратов, таких как КОК, комбинированных контрацептивных пластырей, вагинальных колец, а также комбинированных препаратов для заместительной гормональной терапии (ЗГТ) относится к общеизвестным факторам риска развития ВТЭ. Показано, что риск ВТЭ у пользователей КОК возрастает при повышении дозы эстрогена и является наиболее высоким в первый год приема. К другим факторам риска относятся: перелом бедренной кости или голени, протезирование тазобедренного сустава, большое хирургическое вмешательство, иммобилизация, беременность и послеродовый период, наличие ВТЭ в анамнезе или наследственные генетические мутации системы гемостаза (тромбофилия), а так же увеличение возраста и ожирение [12]. Риск ВТЭ при использовании современных низкодозированных КОК повышается примерно в 2-3 раза по сравнению с женщинами, не применяющими эти препараты. Однако абсолютный риск является крайне низким (поражает 1 женщину на 10 тыс., но менее 1 женщины на 1 тыс.). Результаты исследования European Active Surveillance Study on Oral Contraceptives (EURAS-OC) показали, что частота ВТЭ у женщин, принимающих КОК, содержащих этинилэстрадиол (ЕЕ) в дозе менее 50 мкг составляет от 8 до 10 на 10 тыс. женщин-лет. [14] Для сравнения, частота ВТЭ составляет 4,4 на 10 тыс. женщин-лет у небеременных, не использующих КОК, однако у беременных женщин и в послеродовый период этот показатель возрастает до 20-30 на 10 тыс. женщин-лет (рис. 8) [14-15]. 22 ВЕСТНИК Репродуктивного Здоровья • • Июнь • • 2011 О бзоры литературы Рис. 8. Частота ВТЭ Небеременные женщины, не принимающие КОК (4.4 случая на 10 000 жен .-лет) Женщины , принимающие низкодозированный КОК (8.9 событий на 10 000 жен .-лет) Беременные женщины (29. 1 случая на 10 000 жен.-лет ) При применении контрацептивных средств, содержащих только прогестагены, не было выявлено повышения уровня ВТЭ. Трансдермальный путь введения эстрадиола при проведении ЗГТ у женщин после наступления менопаузы связан со снижением риска ВТЭ, но доступные к настоящему времени данные не свидетельствуют о преимуществах парентеральных путей введения гормонов (трансдермального или внутривлагалищного) при использовании комбинированных гормональных контрацептивов, содержащих ЕЕ [9]. Риск ВТЭ наиболее высок в течение первого года использования КОК. А также при возобновления приема данного или другого КОК после перерыва, составляющего 4 недели и более [16,17]. Риск ВТЭ постепенно снижается при длительном приеме и достигает уровня, сходного с таковым у женщин, не получающих эти препараты, в течение нескольких недель после прекращения их приема. Данные, полученные в ходе EURAS, показали, что увеличение возраста и индекса массы тела обладает кумулятивным эффектом на частоту ВТЭ (рис. 9) [18]. Рис. 9. EURAS: Влияние возраста и индекса массы тела(ИМТ) на частоту ВТЭ у принимающих оральные контрацептивы женщин в отсутствии других общеизвестных факторов риска 25 20 15 10 5 0 < 25 25 39 40 + Возраст *ɉɨɞɫɱɟɬ ɪɢɫɤɚ ɧɚ ɨɫɧɨɜɟ 115 ɫɥɭɱɚɟɜ ȼɌɗ ɧɚ 116,00 ɠɟɧɳɢɧ-ɥɟɬ ɩɪɢɟɦɚ. ИМТ < 25 ИМТ 25 30 ИМТ 30 + У женщин с установленными факторами риска ВТЭ (помимо приема КОК) этот риск был самым низким в возрасте моложе 25 лет и при индексе массы тела менее 25 кг/м2; однако повышался параллельно увеличению возраста и массы тела. Информация о факторах риска крайне важна при принятии решения, являются ли КОК подходящим методом контрацепции для конкретной женщины. Тем не менее, для огромного большинства пользователей при назначении КОК профиль пользы-риска является благоприятным. Хорошо известно, что повышение риска ВТЭ связано с дозой эстрогенов. В 1990-х годах широко обсуждался 23 ВЕСТНИК Репродуктивного Здоровья • • Июнь • • 2011 вопрос, о возможном различии рисков ВТЭ при использовании отдельных прогестагенов. В это же время несколько проведенных эпидемиологических исследований показали, что КОК, содержащие так называемые прогестагены II поколения – левоноргестрел – (ЛНГ), связаны с меньшим риском ВТЭ по сравнению с КОК III поколения, в состав которых в качестве прогестагенов входил гестоден (ГСД) и дезогестрел (ДЗГ) [19,20]. Однако большая часть исследований характеризовалась значительными методологическими погрешностями, не позволившими контролировать важнейшие показатели, включая продолжительность приема КОК, наличие исходных факторов риска ВТЭ, а также предпочтительное назначение этих новых препаратов женщинам, имеющим факторы риска. Эти дискуссии в Европе завершились публикацией в сентябре 2001г. официального сообщения Committee for Proprietary Medicinal Products Public Assessment Report, в котором было высказано предупреждение о возможном более высоком риске ВТЭ на фоне КОК III поколения по сравнению с препаратами II поколения [10,12]. В этом документе утверждалось, что «…на основании тщательной научной оценки было обнаружено, что КОК III поколения, содержащие 30 мкг ЕЕ, характеризуются несколько большим риском ВТЭ по сравнению с КОК II поколения». Это повышение риска выражалось в 1-2 дополнительных случая ВТЭ на 10 тыс. женщинлет использования этих препаратов. Эпидемиологические исследования EURAS, INGENIX 2000-2005 гг. Компания «Байер» спонсировала два крупномасштабных наблюдательных исследования IV фазы: в Европе, упоминавшееся ранее – EURAS-OC [14], и в США – исследование Ingenix [21]. Эти исследования независимо друг от друга продемонстрировали, что пользователи низкодозированных КОК имеют сходный риск ВТЭ в независимости от входящих в их состав прогестагенов, включая дроспиренон (ДРСП) [14,21]. В целом в обоих исследованиях приняли участие 120 тыс. пользователей КОК в Европе и США. Оба эти исследования, EURAS-OC и Ingenix, были предприняты с целью сравнения КОК, содержащего 30 мкг этинилэстрадиола/3 мг дроспиренона, с другими КОК в отношении риска ВТЭ. Исследование EURAS-OC, продолжавшееся в 20002005 гг., было многонациональным, проспективным неинтервенционным когортным исследованием с участием новых пользователей ДРСП-содержащих и ЛНГсодержащих КОК, а также препаратов, включавших другие прогестагены. В целом в исследовании участвовали 58 674 женщины из семи стран Европы, всего 142 475 женщин-лет наблюдения. Исследование характеризовалось активным наблюдением за женщинами; обследование проводили каждые 6 мес с целью выявления возможных побочных неблагоприятных событий, связанных с приемом КОК. В исследовании Ingenix ВТЭ-события констатировали у женщин, которые согласно базе данных страховых служб США, начали впервые принимать препарат Yasmin (Ярина) или другие КОК с 2001 по 2004 г. Всего Ярину начали получать 22 429 женщин, а другие КОК – 44 858 участниц. Наблюдение продолжалось в среднем, 7,6 мес (всего 41 656 женщин-лет). В этом исследовании 24 использовали систему подбора групп участниц по индексу соответствия или вероятности наличия отдельных факторов риска по данным медицинских карт, что позволило провести сравнение новых пользователей различных КОК по отношению к величине исходного риска ВТЭ [21]. Дизайн исследований тщательно обсуждался с компетентными регулирующими органами Европы и США. Концепция, проведение, анализ и представление результатов обоих исследований были выполнены двумя различными независимыми исследовательскими группами с использованием двух различных методологий в географически отдаленных частях мира. Статистическая мощность обоих исследований была достаточна для оценки различий риска ВТЭ на фоне КОК, содержащих различные прогестагены, в результате учета всех факторов, которые могли повлиять на полученные результаты (EURAS-OC), или использования индекса соответствия (Ingenix). Поскольку в исследование включали женщин, впервые начавших прием КОК, сравнивали результаты только женщин, кратковременно получавших эти препараты. Оценку результатов обоих исследований проводили «слепым» методом и под наблюдением независимого консультативного совета, осуществлявшего контроль безопасности. Все потенциальные эпизоды ВТЭ подтверждались в ходе повторной экспертизы представленных медицинских отчетов. Эти факторы позволили сделать полученные результаты менее подверженными воздействию систематических ошибок по сравнению с результатами двух других ретроспективных эпидемиологических исследований, опубликованных в British Medical Journal в августе 2009 г. , одно из которых было выполнено в Дании, а другое – в Нидерландах. В этих исследованиях изучали риск ВТЭ у пользователей различных типов гормональных контрацептивов [22,23]. Полученные результаты свидетельствовали о различии рисков ВТЭ, определявшихся входившими в их состав прогестагенами: риск ВТЭ был меньше при применении ЛНГ-содержащих КОК по сравнению с применением КОК, так называемого III поколения и КОК, включавших ДРСП. Результаты этих исследований были поставлены под сомнение как многими экспертами, так и регулирующими органами здравоохранения, отвечающими за выпуск препаратов на рынок. Данные одного из них не были статистически достоверными. А критический анализ результатов сидетельствовал, что выводы, особенно касающиеся новых типов прогестагенов, таких как ДРСП, были сделаны с методологическими погрешностями и/или в результате неправильной интерпретации полученных данных [9]. В настоящее время проводится повторный анализ данных второго исследования. Резюме по вопросам ВТЭ Все КОК связаны с повышением риска ВТЭ. ВТЭ является общеизвестным, однако редким событием при использовании КОК, риск ВТЭ на фоне КОК ниже, чем во время беременности/родов. Результаты двух крупных независимых исследований (EURAS, Ingenix) в Европе и США, включавших более 120 тыс. женщин, подтвердили, что риск ВТЭ сходен при применении всех низкодозированных КОК. Для огромного большинства пользователей КОК, профиль пользы-риска является благоприятным при соблюдении правильного режима приема. ВЕСТНИК Репродуктивного Здоровья • • Июнь • • 2011 О бзоры литературы Артериальная тромбоэмболия Артериальные тромбоэмболические заболевания включают инфаркт миокарда и ишемический инсульт. Факторы риска артериальной тромбоэмболии (АТЭ) включают курение, гипертензию, гиперхолестеринемию, ожирение, заболевания клапанов сердца, сахарный диабет типа 2. У женщин моложе 45 лет риск артериальных событий крайне низок и колеблется, по данным различных авторов от 1 до 10 на 100 тыс. женщин-лет. Результаты EURAS выявили частоту АТЭ, составляющую приблизительно 2 случая АТЭ/10 тыс. женщин-лет для пользователей КОК и 1,2 случая АТЭ/ 10 тыс. женщин-лет для тех, кто ранее получал эти препараты [14]. Среди женщин репродуктивного возраста риск АТЭ повышается во время беременности, особенно в родах и раннем послеродовом периоде, составляя 8 добавочных случаев инсульта на 100 тыс. беременностей [24]. Частота инфаркта миокарда во время беременности колеблется между 1 случаем на 16 129 до 1 случая на 35 700 родов [25,26]. Вскоре после появления КОК на рынке, появились сообщения о случаях АТЭ у женщин, применяющих эти препараты, чаще связанных с гипертензией, курением и старшим возрастом. Поскольку быстро была установлена взаимосвязь этих событий с дозой эстрогенов, это послужило основанием для постепенного снижения дозы эстрогенов. Ранее проведенные исследования с применением препаратов, содержащих эстрогены в дозе 50 мкг и более, показали, что женщины принимаюшие старые высокодозированные препараты имеют повышенный риск артериальных событий по сравнению с женщинами, их не использующими. Однако, нет убедительных данных, что использование КОК, содержащих от 30 до 40 мкг ЕЕ, повышает риск артериальных проблем у молодых женщин (<35 лет), за исключением тех, кто курит или страдает гипертензией [27]. Показано, что применение КОК в предшествующий период не повышает и не снижает риск инфаркта миокарда [28-30]. Ранее полагали, что использование низкодозированных КОК повышает риск инфаркта миокарда примерно в 2 раза, даже в случае учета таких факторов риска, как курение, гипертензия и ожирение [31, 32]. Однако в нескольких недавних исследованиях у женщин, получавших в настоящий момент препараты, включающие низкие дозы эстрогенов и прогестагены II и III поколений, было показано, что современные препараты не связаны с повышением риска инфаркта миокарда [33]. Риск АТЭ повышается у пользователей КОК, которые имеют гипертензию или курят. Существуют убедительные данные, что АТЭ случаются чаще у женщин с латентными признаками атеросклероза. Помимо этого, риск АТЭ возрастает при наличии дополнительных факторов риска и с возрастом. В целом абсолютный риск АТЭ, связанный с использованием КОК, крайне низок и его следует оценивать в контексте повышения риска этих событий при наступлении беременности. Резюме по вопросам АТЭ АТЭ является крайне редким событием у молодых женщин, и абсолютный риск остается низким у молодых пользователей, которые не курят и не имеют гипертензии. Использование КОК в предшествующий период не повышает и не снижает риск инфаркта миокарда. Риск АТЭ низок при использовании новых препаратов с низкой дозой ЕЕ (<50 мкг) и, возможно, является более низким при приеме КОК, содержащих новые типы прогестагенов, таких как дезогестрел (ДЗГ), гестоден (ГСД) и дроспиренон (ДРСП). Онкологические аспекты контрацепции С начала внедрения метода пероральной гормональной контрацепции прошло 50 лет. За этот период времени более 220 млн женщин использовали противозачаточные препараты. Женщины, начавшие применение оральных контрацептивов с 20 лет, только сейчас достигли возраста 50-60-70 лет, когда наиболее высока онкологическая заболеваемость. К концу XX века оставалась неясной роль гормональных контрацептивов в риске развития злокачественных новообразований у женщин. В настоящее время имеются данные более 100 эпидемиологических исследований, оценивающих канцерогенный риск КОК по отношению к ряду ведущих злокачественных опухолей у женщин (рис.10). Рис. 10. Риск гинекологических раков и продолжительность использования оральных контрацептивов [39] 10,0 1,0 Рак тела матки Рак молочных желез Рак шейки матки Рак яичников 0,1 0 4 ɝɨɞɵ 5 8 ɝɨɞɵ < 8 ɝɨɞɵ Длительность приема оральных контрацептивов ВЕСТНИК Репродуктивного Здоровья • • Июнь 25 • • 2011 КОК и рак молочной железы Показано, что на частоту рака молочной железы (РМЖ) оказывают влияние генетические, репродуктивные и гормональные факторы, стиль жизни и окружающая среда (например, курение, чрезмерное употребление алкоголя и географическое место пребывания), наряду с многими другими факторами, такими как социально-экономический статус и образование [34]. Возраст является наиболее важным фактором риска [35]. Частота РМЖ начинает повышаться у женщин в возрасте старше 30 лет [36, 37]. Результаты экспериментальных исследований убедительно показывают, что эстрогены играют роль в возникновении и росте РМЖ. Роль прогестагенов до конца не ясна. Первая закончившаяся родами беременность оказывает благоприятное влияние на дифференциацию ткани молочных желез, что защищает ее от воздействия различных канцерогенных субстанций, особенно, если это происходит на ранних этапах жизни [38]. Метаанализ 54 эпидемиологических исследований выявил небольшое увеличение относительного риска (ОР=1,24) развития РМЖ у женщин, принимающих КОК в настоящее время. Повышенный риск исчезает в течение 10 лет после прекращения приема этих препаратов. В связи с тем что РМЖ отмечается редко у женщин моложе 40 лет, некоторое увеличение числа РМЖ у женщин, принимающих КОК в настоящее время или принимавших недавно, является незначительным по отношению к общему риску этого заболевания. Его связь с приемом КОК не доказана. Наблюдаемое повышение риска может быть также следствием более ранней диагностики РМЖ у женщин, применяющих КОК. У женщин, когда-либо использовавших КОК, выявляются более ранние стадии РМЖ, чем у женщин, никогда их не применявших. КОК и рак яичников Рак яичников (РЯ) является ведущей причиной смертности по сравнению с другими гинекологическими раками, поскольку выявляется на поздних стадиях, а проведение скрининговых программ среди популяции женщин с высоким и низком риском не принесло успеха [40, 41]. Этиология заболевания до конца не известна. Одна из возможных теорий основана на кумулятивном эффекте повторяющихся овуляций (повторяющиеся процессы заживления поверхности яичника) и влиянии высоких уровней гонадотропинов [42, 43]. Факторы, подавляющие овуляцию, такие как беременность, лактация, использование оральных контрацептивов, связаны со снижением риска РЯ [44]. Получено достаточное число доказательных данных в пользу снижения риска РЯ при использовании КОК [44-47]. Риск снижается примерно на 50% при использовании КОК в течение 5 лет и более. Недавно проведенный Collaborative Group мета-анализ подтвердил снижение риска РЯ с увеличением продолжительности применения, которое достигало 60% после 15 лет приема. Более того, эти данные показали, что защитный эффект КОК, включая низкодозированные препараты, сохранялся в течение 20-30 лет после окончания их приема [45]. Появляется все больше данных о том, что сходный защитный эффект КОК в отношении РЯ отмечается и у носительниц мутаций генов BRCA1 и BRCA2 [48, 49]. 26 КОК и рак эндометрия Рак эндометрия (РЭ) чаще всего развивается у женщин в постменопаузе. Частота заболеваемости составляет 1:1000 женщин в год [50]. В большинстве случаев РЭ является результатом пролонгированной и непрерывной митотической активности эндометрия, которая имеет место на фоне эстрогенной стимуляции без противодействующего влияния прогестерона [51]. Оральные контрацептивы подавляют митотическую активность эндометрия, тем самым снижая риск развития РЭ [52]. Значительное количество эпидемиологических работ, включая многие метаанализы подтвердили 50% снижение риска развития РЭ у женщин, использовавших КОК, по сравнению с теми, кто никогда их не применял [53-58]. Более длительный прием этих препаратов коррелировал с более значительным снижением риска (до 80%) [59, 60]. Однако даже у женщин, принимавших их менее 5 лет, снижение риска было статистически значимым [61]. Риск развития аденокарциномы снижался на 56% после 4 лет приема КОК, на 67% после 8 летнего приема и на 72% после 12 лет приема [52, 62]. Защитный эффект сохранялся до 15 лет после прекращения приема КОК, что определялось воздействием прогестагенного компонента препаратов [63]. Чем более недавним был прием КОК, тем ниже риск РЭ [52] однако даже после 20 лет после прекращения их приема защитный эффект превышал 50%. Hannaford и соавт. в ходе Royal College of General Practitioners’ Study выявили снижение ОР РЭ (ОР 0,5; 95 % доверительный интервал – ДИ0,3-0,9) после 20 лет, прошедших с момента окончания приема [64]. КОК и рак шейки матки Известно, что причиной развития рака шейки матки (РШМ) является инфекция, вызванная вирусом папилломы человека (ВПЧ). Развитию инвазивной формы РШМ предшествует предраковая стадия – цервикальная интраэпителиальная неоплазия. Хотя оральные контрацептивы не являются причиной развития рака шейки матки, но у женщин с выявленной ВПЧ-инфекцией, которые их используют вместо барьерных методов контрацепции, РШМ может диагностироваться чаще. В течение последних 20 лет более чем в 50 исследованиях случай-контроль, когортных и одномоментных испытаниях изучали взаимосвязь использования КОК и цервикальной неоплазии, включающей дисплазию, карциному in situ и инвазивные формы РШМ. Хотя в некоторых из этих работ не выявлено никакой связи между использованием КОК и инвазивным РШМ или карциномой in situ, в других обнаружено незначительное повышение риска: величина ОР колебалась от 1,3 до 2,2 в большинстве испытаний с хорошим контролем [65]. КОК и колоректальный рак Известно, что репродуктивные факторы (наличие родов, возраст менархе и менопаузы) играют определенную роль в процессах колоректального канцерогенеза [66]. В двух репрезентативных метаанализах были объединены данные всех опубликованных работ, касающихся возможного влияния применения КОК на частоту колоректального рака, с целью получения количественных показателей с учетом продолжительности и давности приема по сравнению с теми женщинами, кто их никогда не использовал [67, 68]. ВЕСТНИК Репродуктивного Здоровья • • Июнь • • 2011 О бзоры литературы В 2009 г. опубликован систематический обзор и метаанализ, включавший 23 независимых исследования: 14 исследований случай-контроль и 9 когортных испытаний [68]. ОР колоректального рака для женщин, когда-либо принимавших КОК, против тех, кто никогда их не получал, по данным 11 исследований случай-контроль составил 0,82 (95 % ДИ 0,69-0,97), по данным семи когортных испытаний – 0,81 (95 % ДИ 0,75-0,89) и при объединении данных всех работ – 0,81 (95% ДИ 0,72-0,92). Результаты были сходными для рака кишечника и рака прямой кишки. Результаты этого метаанализа подтвердили данные предыдущего метаанализа, согласно которым у женщин, когда либо применявших КОК, отмечается примерно 20% снижение риска колоректального рака по сравнению с теми женщинами, которые никогда не принимали эти препараты [67]. Основываясь на представленных выше данных, снижение риска колоректального рака можно отнести к важным неконтрацептивным преимуществам гормональной контрацепции [69-71]. Эти данные согласуются с утверждением International Agency for Recearch on Cancer (IARC), суммировавшим данные 4 когортных исследований и 10 исследований случай-контроль: «получены достоверные данные, свидетельствующие о снижении колоректального канцерогенеза у человека при использовании КОК» [72]. Пероральная контрацепция в ХХI веке Тенденцией последних лет является использование исследователями более низких дозировок, создание препаратов, включающих новые комбинации гормонов, а также многофазный режим приема. Их усилия сосредоточены на создании КОК с дополнительными преимуществами. Например, уже созданы препараты, использующиеся в лечении акне или обильных ежемесячных менструальных кровотечений, и др. Дальнейшие разработки включают развитие оральных контрацептивов, содержащих фолиевую кислоту. Известно, что достаточное поступление в организм этого важного витамина до наступления и в течение первых месяцев беременности необходимо для снижения риска врожденных дефектов нервной трубки плода. За последние 50 лет было представлено множество прогестагенов в качестве компонентов оральных контрацептивов. Каждый из них обладал определенными уникальными свойствами. Однако эстрогенный компонент в большинстве препаратов оставался прежним – ЕЕ. Предпринималось множество попыток использовать эстрадиол, который вырабатывается в организме женщины, однако они были тщетными из-за невозможности обеспечить адекватный контроль цикла. Женщины не хотели принимать препараты, которые сопровождались постоянными мажущими выделениями или прорывными кровотечениями. В 2009 г. концерн «Байер Шеринг Фарма» произвел очередной переворот в области оральной контрацепции. Был разработан препарат, включающий комбинацию эстрадиола валерата и диеногеста в уникальном дозовом режиме. Клайра является первым представителем нового класса контрацептивных препаратов, обеспечивающих организм естественным эстрадиолом – эстрогеном, идентичном натуральному, образующемуся в женском организме. Динамический режим дозирования препарата включает снижающиеся дозы эстрадиола валерата – с 3мг до 2мг и 1мг (step-down), и возрастающие дозы диеногеста от 0 мг до 2 мг и 3 мг (step-up), в течение 26 дней активного применения, последние 2 таблетки не содержат активных компонентов. Этот дозовый режим был разработан с целью имитации циклических процессов в женском организме и субоптимального контроля цикла. До настоящего времени большинство назначаемых КОК являлись монофазными с режимом приема 21+7 и состояли из 21 идентичной таблетки, активные вещества в которой представлены эстрогеном и прогестагеном в фиксированных дозах. В многофазных таблетках соотношение дозы эстрогена и прогестагена меняется, поэтому при их использовании крайне важно строгое соблюдение режима приема. Формат режима 26+2, разработанный для препарата Клайра, является принципиально новым, гарантирующим надежную контрацепцию и хороший контроль цикла. В заключение, хочется сказать, что продолжающиеся в последние десятилетия инновационные разработки в области комбинированной оральной контрацепции привели к появлению новых препаратов с новыми компонентами и дозовыми режимами. Поскольку исследования продолжаются, не вызывает сомнений, что в ближайшем будущем мы можем ожидать появление новых оральных контрацептивов, с низкими профилями риска, высокой надежностью и доступностью, предоставляющих еще больше преимуществ для женщин. Литература

1. Прилепская В.Н. Гормональная контрацепция. М.: МЕДпресс, 1998.

2. Тирер Л.,История разработки и вывода на рынок оральных контрацептивных средств. Все о контрацепции. 2008; 4:2-5.

3. Bayer Schering Pharma. Market Research. Data on file, 2009.

4. UNFPA. Births per 1000 women (15-19 years) 2002. State of World Population 2003. Retrieved Jan 22, 2007.

5. Hatcher RA et al., editors, Contraceptive Technology, 18th rev. ed., Bridging the Gap Communications, 2004.

6. Arevalo M et al. Efficacy of a new method of family planning: the Standard Days Method. Contraception 2002; 65:333-8.

7. Arevalo M et al. Efficacy of the new Two Day Method of family planning. Fertil Steril 2004; 82:885-92.

8. Reid RL et al. Oral contraceptives and venous thromboembolism, consensus opinion from an international workshop held in Berlin, Germany, in December 2009. J Fam Pl and Repro Hlth Care 2010;36(3):117-22.

9. EMEA. Combined oral contraceptives and venous thromboembolism. The European Agency for the Evaluation of Medicinal Products Committee for Proprietary Medicinal Products Public Assessment Report. 28 September 2001. http://www.ema.europa.eu/pdfs/human/ regaffair/0220101e n.pdf. Accessed May 2010.

10. Rosendaal FR. Venous thrombosis: a multicausal disease. Lancet 1999;353:1167-73.

11. Anderson FA Jr et al. Risk factors for venous thromboembolism. Circulation 2003;107:I-9-I-16.

12. White RH. The epidemiology of venous thromboembolism. Circulation 2003;107:I-4-I-8.

13. Dinger JC. The safety of a drospirenone-containing oral contraceptive: final results from the European Active Surveillance Study on Oral Contraceptives based on 142,475 women-years of observation. Contraception 2007;75(5):344-54.

14. Heit JA et al. Trends in the incidence of venous thromboembolism during pregnancy or postpartum: a 30-year population-based study. Ann Int Med 2005;143:697-706.

15. Suissa S et al. First-time use of newer oral contraceptives and the risk of venous thromboembolism. Circulation 1997;56:141-6.

16. Suissa S et al. Recurrent use of newer oral contraceptives and the risk of venous thromboembolism. Hum Reprod 2000;15(4):817-21.

17. Information presented by Jurgen Dinger at a symposium at the 10th Congress of the European Society of Contraception (ESC), 30 April-3 May 2008, Prague, Czech Republic.

18. WHO. Effect of different progestagens in low oestrogen oral contraceptives on venous thromboembolic disease. World Health Organization Collaborative Study of Cardiovascular Disease and Steroid Hormone Contraception. Lancet 1995;346:1582-8.

19. Jick H et al. Risk of idiopathic cardiovascular death and nonfatal venous thromboembolism in women using oral contraceptives with differing progestagen components. Lancet 1995;346:1589-93.

20. Seeger JD et al. Risk of thromboembolism in women taking ethinylestradiol/dro-spirenone and other oral contraceptives. Obstet Gyn 2007;110(3):587-93.

21. Lidegaard 0 et al. Hormonal contraception and risk of venous thromboem-bolism: national follow-up study. BMJ 2009;339:b2890.

22. Van Hylckama Vlieg A et al. Effects of oestrogen dose and progestogen type on venous thrombotic risk associated with oral contraceptives: results of the MEGA case-control study. BMJ 2009:339:b2921.

23. Rosamond W et al. Heart Disease and Stroke Statistics2008 Update. A Report From the American Heart Association Statistics Commit tee and Stroke Statistics Subcommittee. Circulation 2008;117;e25-e146.

24. Ladner HE et al. Acute myocardial infarction in pregnancy and the puerperium: a population-based study. Obstet Gyn 2005;105:480-4.

25. James, AH et al. Acute myocardial infarction in pregnancy: a United States population-based study. Circulation 2006;113:1564-71.

26. Chan WS et al. Risk of stroke in women exposed to low dose COCs_a critical evaluation of the evidence. Arch Intern Med 2004;164:741-7. Review Erratum in Arch Intern Med 2005;165:2040.

27. WHO. Collaborative Study of Cardiovascular Disease and Steroid Hormone Contraception. Acute myocardial infarction and combined oral contraceptives: results of an international multicentre case-control study. Lancet 1997;349:1202-09.

28. Dunn N et al. Oral contraceptives and myocardial infarction: results of the MICA case-control study. BMJ 1999; 318:1579-84.

29. Rosenberg L et al. Low-dose oral contraceptive use and the risk of myocardial infarction. Arch Intern Med 2001; 161(8):1065-70.

30. Tanis BC et al. Oral contraceptives and the risk of myocardial infarction. NEJM 2001;345(25):1787-93.

31. Khader YS et al. Oral contraceptives use and the risk of myocardial infarction: a meta-analysis. Contraception 2003; 68:11-7.

32. Margolis KL et al. A prospective study of oral contraceptive use and risk of myocardial infarction among Swedish women. Fertil Steril 2007; 88:310-6.

33. Key TJ et al. Epidemiology of breast cancer. Lancet Oncol 2001;2:133-40.

34. ESHRE Capri Workshop Group. Hormones and breast cancer. Hum Reprod Update 2004;10(4):281-93.

35. Cancer registry of the Robert-Koch-Institute, Berlin, Germany http: // www. rki. de/cln_116/nn_204086/DE / Content / GBE / DachdokKrebs / Datenbankabfra-gen/ Neuerkrankungen/neuerkrankun-gen_node. html? _nnn=true. Accessed May 2009.

36. Key TJ et al. Epidemiology of breast cancer. Lancet Oncol 2001;2:133-40.

37. Russo J et al. The protective role of pregnancy in breast cancer. Breast Cancer Res 2005;7:131-142.

38. Vessey M et al. Oral contraceptive use and cancer: Findings in a large cohort study 1968-2004. Br J Cancer 2006;95:385-89

39. Hanna L et al. Prevention of ovarian cancer. Best Pract & Res Clin Obstet Gyn 2006;20(2):339-62.

40. Rosenthal A et al. Familial ovarian cancer screening. Best Pract & Res Clin Obstet Gynecol 2006;20(2):321-38.

41. Casagrande JT et al. «Incessant ovulation» and ovarian cancer. Lancet 1979;2:170-3.

42. Cramer DW et al. Determinants of ovarian cancer risk. II. Inferences regarding pathogenesis. J Natl Cancer Inst 1983;71:717-21.

43. Tworoger S et al. Association of oral contraceptive use, other contraceptive methods and infertility with ovarian cancer risk. Am J Epidemiol 2007;166(8):894-901.

44. Ness RB et al. Risk of ovarian cancer in relation to estrogen and progestin dose and use characteristics of oral contraceptives. SHARE study group Steroids Hormones and Reproductions. Am J Epidemiol 2000;152:233-41.

45. Hannaford PC et al. Cancer among users of oral contraceptives: cohort data from the Royal College of General Practitioner’s oral contraception study. BMJ 2007 [online 12 September 2007].

46. Collaborative Group on Epidemiological Studies of Ovarian Cancer. Ovarian cancer and oral contraceptives: collaborative reanalysis of data from 45 epidemiologi-cal studies including 23,257 women with ovarian cancer and 87,303 controls. Lancet 2008;371:303-14.

47. McGuire V et al. Relation of contraceptive and reproductive history to ovarian cancer risk in carriers and noncarriers of BRCA1 gene mutations. Am J Epidemiol 2004;160:61318.

48. Whittemore AS et al. Oral contraceptive use and ovarian cancer risk among carriers of BRCA1 or BRCA2 mutations. Br J Cancer 2004;91:1911-15.

49. Grady G et al. Hormone replacement therapy and endometrial cancer risk: a meta analysis. Obstet Gyn 1995;85:304.

50. Key TJ et al. The dose-effect relationship between ‘un- opposed’ oestrogens and endometrial mitotic rate: its central role in explaining and predicting endometrial cancer risk. Br J Cancer 1988;57:205-12.

51. Schlesselman JJ. Risk of endometrial cancer in relation to use of combined oral contraceptives. A practitioner’s guide to meta-analysis. Hum Reprod 1997;12:1851-63.

52. Kaufman DW et al. Decreased risk of endometrial cancer among oral-contraceptive users. NEJM 1980;303: 1045-7.

53. Kelsey JL et al. A case-control study of cancer of the endometrium. Am J Epidemiol 1982;116:333-42.

54. Hulka BS et al. Protection against endometrial carcinoma by combination-product oral contraceptives. JAMA 1982;247:475-7.

55. Jick SS et al. Oral contraceptives and endometrial cancer. Obstet Gyn 1993;82;931-5.

56. Weiderpass E et al. Use of oral contraceptives and endometrial cancer risk (Sweden). Cancer Causes Control 1999;10:277-84.

57. LaVecchia C et al. Oral contraceptives and cancer: An update. Drug Safety 2001;24:741-54.

58. Henderson BE et al. The epidemiology of endometrial cancer in young women. Br J Cancer 1983;47:749-56.

59. Stanford JL et al. Oral contraceptives and endometrial cancer: do other risk factors modify the association. J Int Cancer 1993;54:243-8.

60. Centers for Disease Control. Oral contraceptive use and the risk of endometrial cancer. JAMA 1983;249:1600-4.

61. Burkman RT et al. Safety concerns and health benefits associated with oral contraception. Am J Obstet Gyn 2004;190:5-22.

62. Rosenblatt KA et al. Hormonal content of combined oral contraceptives in relation to the reduced risk of endometrial carcinoma. The WHO Collaborative Study of Neoplasia and Steroid Contraceptives. Int J Cancer 1991;49:186-90.

63. Hannaford PC et al. Cancer risk among users of oral contraceptives: cohort data from the Royal College of General Practitioner’s oral contraception study. BMJ 2007; 335:651-8.

64. Irwin KL. The association between oral contraceptive use and neoplasia of the cervix, vagina and vulva. In: Hannaford PC, Webb AMC, editors. Evidence-guided prescribing of the pill, The Parthenon Publishing Group, 1996:145-56.

65. Fraumeni JF et al. Cancer mortality among nuns: role of marital status in etiology of neoplastic disease in women. J Natl Cancer Inst 1969;42:455-68.

66. Fernandez E et al. Oral contraceptives and colorectal cancer risk: a meta-analysis. Br J Cancer 2001 ;84(5):722-7.

67. Bosetti C et al. Oral contraceptives and colorectal cancer risk: a systematic review and meta-analysis. Hum Reprod Update 2009;15(5):489-98.

68. ACOG Practice Bulletin. Noncontracep-tive uses of hormonal contraception. Obstet & Gynecol 2010; 115(1):206-18.

69. Huber J et al. Noncontraceptive benefits of oral contraception. Expert Opinion Pharmacotherapy 2008; 9(13): 2317-25.

70. ESHRE Capri Workshop Group. Hormonal contraception: what is new? Hum Reprod Update 2002;8(4):359-71. IARC. Combined estrogen-progestogen contraceptives and combined estrogen-progestogen menopausal therapy. Monographs on the evaluation of carcinogenic risks to humans, vol 91, 2007.


Рождение таблетки: Как голова чернокожего помогла изобрести противозачаточное

Это сильно тормозило исследования. Прогестерон был так дорог, что исследователи вообще не могли себе позволить с ним экспериментировать. И даже если ученым удавалось раздобыть небольшое количество вещества и их исследования вели к фантастическим прорывам, пациенты, нуждавшиеся в свежеразработанных препаратах, никогда не смогли бы их купить. А у Маркера было предположение, что прогестерон и другие гормоны можно гораздо дешевле добывать из овощей. Он сказал об этом своему начальнику в Институте Рокфеллера, доктору П. А. Левену, но тот ответил, что это уже было испробовано и из этого ничего не получилось. Маркера такой резкий отказ не устроил. «Я сказал, что эта задача достаточно практична, чтобы над ней работать, и если я не смогу делать этого в институте, то найду другое место», — вспоминал он. Маркер уволился и перешел в колледж штата Пенсильвания на ставку намного меньшую: тысяча восемьсот долларов в год против прежних четырех тысяч четырехсот.

Химику сравнительно легко работать с половыми гормонами, такими как прогестерон и эстроген, и этим они Маркера и интересовали. Половые гормоны — это стероиды, органические молекулы, имеющие схожую структуру: атомы углерода и водорода организованы в четыре конденсированных кольца. Похожую структуру имеют тысячи гормональных соединений. Прогестерон, к примеру, строением напоминает тестостерон. Из-за этой простоты его легко модифицировать. Несколькими простыми химическими реакциями можно мужские гормоны превратить в женские и наоборот. Когда Маркер всерьез стал погружаться в эту развивающуюся область, открытия посыпались одно за другим. В университете штата Пенсильвания ему удалось произвести тридцать пять граммов прогестерона из мочи беременной женщины. В то время женщинам, страдавшим частыми выкидышами, начали прописывать небольшие дозы прогестерона. Президент фармацевтической компании «Парк-Дэвис», участвовавшей в финансировании работы Маркера, был в восторге, сказав, что компания сможет продавать его прогестерон по тысяче долларов за грамм. Вскоре Маркер изобрел способ еще лучше — производство прогестерона из бычьей мочи. Тем временем другие ученые выяснили, что можно получать половые гормоны, модифицируя химическую структуру холестерина, хотя этот метод оказался дорогим и времязатратным. К сороковому году Маркер совершил гигантский прорыв и подтвердил идею, возникшую у него в Институте Рокфеллера: он разработал пятиэтапный химический способ добычи прогестерона из соединения, найденного в корне сарсапареля. Поиски растения с бóльшим содержанием этого соединения и привели его в Мексику к cabeza de negro.

Вскоре во всем мире ученые начали синтезировать прогестины (название синтетических версий природного гормона) и пытаться улучшить результаты Маркера. Маркер участвовал в основании новой компании «Синтекс», быстро ставшей мировым лидером по поставке прогестерона. Но, верный себе, он быстро разочаровался: по его словам, он так и не получил своей доли от собственной работы. Уходя, он уничтожил все свои бумаги. Химик, пришедший ему на замену — бежавший из Европы венгерский еврей Джордж Розенкранц, — пытался повторить его работу. Маркер свои методы скрывал и даже этикеток не наклеивал на реактивы, различая их по цвету и запаху. Но Розенкранц за пять лет не только повторил результаты Маркера, но и разработал процесс производства синтетических андрогенов и эстрогенов. В сорок девятом году Розенкранц нанял молодого американца австрийского происхождения Карла Джерасси, оставившего Висконсинский университет ради работы в Мексике: он слышал, что Рассел Маркер и другие делают там революционную работу. Джерасси был решительно намерен усовершенствовать производимые компанией прогестины.

По не до конца понятным причинам синтетический прогестерон не давал особого эффекта при пероральном приеме. Инъекции были болезненны, но и для них требовались дозы бо´льшие, чем для других половых гормонов. Джерасси поставил себе целью создать более мощный прогестерон, который действовал бы и при пероральном приеме. В колледже он когда-то читал статью, как химик Макс Эренштейн удалил из какой-то молекулы атом углерода и заменил его на атом водорода. Джерасси сказал, что это как если бы Эренштейн «превратил тщательно выстроенный особняк в занюханное бунгало». Операция в высшей степени бесполезная, но она навела Джерасси на некоторые идеи. Модифицированное им соединение оказалось в четыре — восемь раз мощнее прежних версий. А лучше всего было то, что оно выдерживало всасывание из пищеварительного тракта, то есть его можно было принимать перорально. Джерасси полагал, что созданный им препарат будет эффективен в лечении женщин с расстройствами менструального цикла. Он не знал, что другой молодой химик — Фрэнк Колтон из «Г. Д. Серл и Ко», — тоже вдохновленный Эренштейном, создавал примерно то же самое. И ни Джерасси, ни Колтон не знали, что Грегори Пинкус искал именно такое соединение.

«В самых диких мечтах, — говорил Джерасси, — мы и представить себе не могли, что это вещество однажды станет активным ингредиентом противозачаточной таблетки».

Изображения: Рената Фогель

Грегори Пинкус – великий учёный

Грегори Пинкус – великий учёный, сделавший большой вклад в жизнь всего человечества. Если кратко, он занимался различными исследованиями болезней и путей их передачи. Самым же известным изобретением Грегори Пинкуса является оральный контрацептив, в создании которого он занимает ключевое место.

История создания орального контрацептива

Создание противозачаточной таблетки было большой проблемой в первой половине двадцатого века. Многие люди задумывались над степенью потребности человечества в данном изобретении, однако никто из исследователей не знал, какой состав должен быть у данной таблетки что бы она могла надёжно выполнять свои функции без вреда для здоровья. Ещё в 1937 году был изобретён первый препарат, похожий по своему принципу действия на таблетку Пинкуса, но этот препарат имел две больших проблемы: заоблачную стоимость и непривлекательный и даже неприятный способ применения – путём инъекций. Не следует приуменьшать важность этого изобретения, однако оно не стало привлекать людей так как мало кто мог себе позволить такую небывалую роскошь. Таким образом, состоянием на 1950 год противозачаточная таблетка не была изобретена. Никто не может сказать точно, кто подвиг Грегори Пинкуса на создание подобного препарата, однако существует версия, что это была Маргарет Сенгер, пропагандировавшая планирование семьи. В этом сложном деле Пинкус был лучшей кандидатурой так как занимался исследованием метаболизма стероидов, а также размножения млекопитающих. Большой объём знаний в сочетании с научной интуицией позволили определить истинный состав препарата почти сразу, однако перед тем, как препарат стал доступным, пришлось много поработать.

Бюрократические сложности


В общей сложности исследования заняли около трёх лет прежде чем препарат пошёл в массовое производство. Сначала таблетки были исследованы на лабораторных животных и показали хорошие результаты, однако далее пришлось получить разрешение на начало экспериментального введения препарата в организм человека. И только после того, как на долгой дистанции применение противозачаточных таблеток дало положительные результаты в плане эффективности, а также не нанесло существенного вреда здоровью подопытных, начался путь внедрения таблеток в массовое производство, а в финале – реклама контрацептива. В то время люди не имели хороших альтернатив, которые есть сейчас. Именно благодаря малоизвестному учёному Грегори Пинкуссу люди получили возможность использования недорогой, эффективной и безопасной контрацепции. Судьба Грегори Пинкусса О судьбе самого учёного известно немного. Грегори Пинкус родился в Вудвайне, Нью-Джерси, США, в русско-еврейской семье. Окончив университет в 1924 году, в 1927 уже получил степень доктора в Гарварде. Он успел поработать в Гарварде и в Кембридже, а также в Университете Кларка. Кроме того в 1944 году основал Уорчестерский фонд. Основным видом деятельности данного фонда была поддержка экспериментальных исследований. Впоследствии на протяжении многих лет после создания фонда Грегори Пинкус руководил несколькими лабораториями и лично принимал участие в их работе. Пинкус также часто публиковал плоды своих трудов. За свою жизнь он успел опубликовать более 250 научных статей биологической тематики. Кроме того в 1965 году была издана книга «Победа плодовитости», ставшая бестселлером в своей нише. Талантливый учёный успел получить множество премий, однако ни он, ни другие люди, бравшие участие в создании противозачаточной таблетки не получили нобелевскую премию. Когда учёный умер в 1967 году, о нём сразу же все забыли: как научный мир, так и простые люди. Тот, кто подарил всему человечеству такое замечательное изобретение, был похоронен в семейном кругу, почти никто из незнакомых ему людей не пришёл провести гения в последний путь.

Фактов и идей из любой точки мира

«ТАБЛЕТКА» И ЧЕТЫРЕ ГЛАВНЫХ РАЗРАБОТЧИКА

В 2012 году Джонатан Эйг опубликовал «Рождение таблетки: как четыре крестоносца заново изобрели секс и совершили революцию» (1). В 36 главах рассказывается увлекательная история.

Ей уже исполнился 71 год, она любила секс и 40 лет искала способ сделать его лучше. Она хотела научный метод контроля над рождаемостью, который позволил бы женщинам заниматься сексом сколько угодно раз, не забеременев.Это была Маргарет Сэнджер (1879–1966) () , одна из легендарных крестоносцев 20-го века. Она встречалась с Грегори Гудвином Пинкусом (1903–1967), ученым с гениальным IQ, но сомнительной репутацией. Ему было 47, и Гарвард отверг его как радикала, унижал в прессе, и ему не оставалось ничего другого, кроме как проводить свои зачастую противоречивые эксперименты в переоборудованном гараже. Он был биологом и, возможно, ведущим мировым экспертом в области воспроизводства млекопитающих в 1930-х годах.

Маргарет Сэнджер. Фото: общественное достояние.

Пинкус знал о Маргарет Сэнджер; почти все в США сделали. Именно Сэнгер популяризировал термин «контроль рождаемости» и почти единолично инициировал движение за права контрацепции в США. По ее мнению, женщины никогда не добьются равенства, пока они не будут освобождены от сексуального рабства. Сэнгер открыл первую в стране клинику по контролю над рождаемостью в 1916 году и помог запустить десятки других клиник по всему миру. Но все, с чем ей приходилось работать, — это презервативы и шейные колпачки, которые обычно были неэффективными, непрактичными и труднодоступными.Сэнджер объяснила Пинкусу, что она искала недорогой, простой в использовании и полностью надежный метод контрацепции, предпочтительно таблетки. Она сказала, что это должно быть что-то биологическое, что-то, что женщина глотает каждое утро, с согласия или без согласия мужчины, с которым она спит; что-то, что сделало бы половой акт спонтанным, без предусмотрительности и неуверенности, без жертвы удовольствия; то, что не повлияет на фертильность женщины, если она пожелает иметь детей в более позднем возрасте; что-то, что сработало бы повсюду, от трущоб Нью-Йорка до джунглей Юго-Восточной Азии; что-то 100% эффективное.Она спросила Пинкуса: «Можно ли это сделать?» Ранее она обратилась к другим ученым, и они сказали, что это невозможно. Они утверждали, что это грязная работа с дурной репутацией. И даже если бы это можно было сделать, они утверждали, что в этом нет никакого смысла. В 30 штатах и ​​федеральном правительстве все еще действуют законы, запрещающие контроль рождаемости. Зачем создавать таблетки, которые не осмелилась бы производить ни одна фармацевтическая компания и ни один врач не посмел бы выписать? Но Сэнджер питал надежду, что Грегори Пинкус отличался от других, что он может быть достаточно смелым или достаточно отчаянным, чтобы попытаться.

Также менялись времена. В 1948 году, всего двумя годами ранее, профессор колледжа в Индиане по имени Альфред Чарльз Кинси опубликовал исследование под названием «Сексуальное поведение мужского пола», за которым через 5 лет последовало исследование «Сексуальное поведение женского пола», которое показало, что люди были намного свободнее в сексе, чем предполагалось ранее. Секс для удовольствия женщин был идеей, которая была немыслима в 1950 году. Хуже того, это было опасно. Что случится с институтами брака и семьи? Что случилось бы с любовью? Если бы женщины имели возможность управлять своим телом, если бы у них была возможность выбирать, когда и забеременеть ли они, чего бы они хотели дальше? Наука, утверждал Сэнгер, даст женщинам шанс стать равными партнерами с мужчинами.

Однажды Сэнгер попросил Пинкуса начать работу над таблеткой, он поехал прямо в свой офис в Вустерском фонде экспериментальной биологии, учреждении, которое он основал вместе с одним из своих коллег, Хадсоном Хогландом, чтобы поговорить с одним из его исследователей, MC. Чанг. В то время как фундамент начинался в отреставрированном амбаре в Вустере, к 1950 году он переместился в увитый плющом кирпичный дом в жилом районе соседнего Шрусбери. Пинкус знал о Чанге и уговорил его присоединиться к фонду с зарплатой в 2000 долларов в год (26000 долларов по сегодняшним меркам).Чанг, который знал Пинкуса по репутации, думал, что он будет работать в одном из престижных американских институтов и что его стипендия будет включать бесплатное проживание. Он действительно получил бесплатное жилье, но его комната была в YMCA. Он и Пинкус ездили на работу и с работы на автобусе. Позже Чанг перебрался в фундамент и спал на маленькой кровати в углу переоборудованной лаборатории, используя горелки Бунзена для подогрева своей скудной еды. Как строгий конфуцианец, Чанг явно не возражал. Пинкус сказал Чангу, что говорил с Маргарет Сэнджер о ее желании получить таблетку для предотвращения беременности.Это должна была быть таблетка, а не инъекция, желе, жидкость или пена, а не механическое устройство, используемое во влагалище. Когда Пинкус говорил так целеустремленно, его коллеги обратили внимание. Пинкус с самого начала знал, что одно дело создать противозачаточные таблетки, а другое — убедить мир принять их.

Пинкус и Чанг уже знали, что инъекции гормона прогестерона предотвращают овуляцию у кроликов. Тем не менее по многим причинам ученые не пытались исследовать последствия для людей.Было слишком много рисков. Также в то время прогестерон был очень дорогим. Пинкус и Чанг знали, как действует прогестерон. Когда яйцеклетка оплодотворяется, прогестерон подготавливает матку к имплантации и закрывает яичники, поэтому яйцеклетки больше не выделяются. Фактически, признал Пинкус, у природы уже было эффективное противозачаточное средство. Теперь задача заключалась в том, чтобы посмотреть, смогут ли они его создать, изменить и использовать. К счастью, новые технологии сделали получение прогестерона менее дорогим. Пинкус думал, что если Сэнгер за это заплатит, он хорошо знает, как действовать дальше.

Он и Чанг начали с повторения своих экспериментов, проведенных в Пенсильвании 13 годами ранее, корректируя дозировки и способы доставки, чтобы почувствовать прогестерон и то, как он действует. Начали с кроликов. Пинкус направил запрос на финансирование Американской федерации планирования семьи, группы по защите здоровья и защиты женщин, которую Сэнгер помогла сформировать. Он попросил 3100 долларов: стипендию в размере 1000 долларов для Чанга, 1200 долларов на покупку кроликов, 600 долларов на корм для животных и 300 долларов на разные товары.Сэнджер написал Пинкусу, что у них есть 2000 долларов, но Пинкус и Чанг приступили к работе.

Первые результаты были тем, чего они ожидали: у животных, получавших прогестерон, не наблюдалась овуляция! Затем они перешли к крысам, и снова эксперимент сработал: не было беременных крыс, и снова большие дозы имели более длительный эффект. В течение относительно короткого периода в Worcester Foundation было около 20 ученых, и его годовой бюджет составлял 300 000 долларов, из которых около 63 000 долларов были внесены местными жителями.

К счастью, это было время огромного роста фармацевтической промышленности. К концу 1940-х — началу 1950-х годов производители лекарств, такие как G.D. Searle & Company, яростно конкурировали, чтобы открывать и продавать новые. В 1940-х годах Searle, небольшая фармацевтическая компания, базирующаяся в Скоки, штат Иллинойс, и другие фармацевтические компании искали способы синтезировать кортизон, который, как недавно было продемонстрировано, снимает боль при артрите. Пинкус убедил фармацевтическую компанию, что он может синтезировать кортизон, прокачивая сыворотку через надпочечники свиноматок, и потратил 500 000 долларов из денег Сирла, пытаясь доказать это.Но прежде чем Сирл смог использовать новую технологию Пинкуса, исследователи из компании Upjohn нашли более простой и менее затратный способ выполнить эту работу.

Осенью 1951 года, надеясь восстановить отношения с Сирлом и заручиться их помощью в прогестероновом проекте Маргарет Сэнджер, Пинкус поехал в Скоки, чтобы встретиться с Альбертом Л. Реймондом, директором по исследованиям фармацевтической компании. Пинкус потерпел неудачу в своей первоначальной попытке получить деньги от Сирла.

Зангер. Кем была Маргарет Сэнджер? Она была из семьи из 11 детей.Она была номером 6, родилась в 1879 году в Корнинге, штат Нью-Йорк. Ее мать была хрупкой и покорной и умерла от туберкулеза в 50 лет. Ее отец был очаровательным каменотесом. Мэгги, как ее называли, уехала из дома в раннем возрасте и поступила в Claverack College, школу-интернат в долине Гудзона в Нью-Йорке. Она заработала себе дорогу и начала высказываться об избирательном праве и эмансипации женщин. Она поступила в школу медсестер при больнице Уайт-Плейнс в округе Вестчестер, штат Нью-Йорк. Хотя она считала брак «сродни самоубийству», в 22 года она встретила красивого молодого художника и архитектора по имени Уильям Сэнгер.Они полюбили друг друга, поженились и построили дом в Гастингс-на-Гудзоне, округ Вестчестер, штат Нью-Йорк. Вскоре приехали трое детей, два мальчика и девочка.

Не довольна ни пригородом, ни браком, в 1912 году Маргарет и ее семья переехали в Нью-Йорк, и она начала проводить время в Гринвич-Виллидж. Там она обсудила сексуальную свободу, добровольное материнство и необходимость для женщин большей автономии в спальне и в обществе. В это время Сэнгер работала в медсестре Уильяма Уолда, группе медсестер, посланной Домом поселений Генри-стрит для ухода за бедными женщинами, и часто помогала женщинам при родах.Сангер был поражен бедностью и нищетой: дети больны, грязны и недокормлены; свирепствующий туберкулез; и женщины, по-видимому, не подозревают о том, как устроено их тело, и о риске повторных беременностей и венерических заболеваний. В 1920-х годах государственный департамент здравоохранения распространял циркуляры, предупреждающие женщин о том, что беременность, протекающая слишком близко друг к другу, опасна и предрасполагает матерей к туберкулезу. Но тот же отдел запретил женщинам получать информацию о том, как предотвратить беременность.

По оценкам врачей, треть всех беременностей в США на тот момент заканчивались абортами.Сэнгер убедился, что женщины должны иметь право на противозачаточные средства. В 1913 году она написала серию из 12 статей о сексе и репродукции для радикальной газеты The Call . Сэнгер отвергла идею полноценного материнства. Она стала участвовать в праве голосовать за женщин и в стремлении запретить продажу алкоголя с мыслью о том, что, если мужчины перестанут пить, они будут менее жестоко обращаться с ними и с меньшей вероятностью будут заставлять своих жен заниматься сексом.

В 1914 году, вскоре после публикации газеты Сэнгер, The Woman Rebel , инспектор почтового отделения США выдал ордер на ее арест, обвинив ее в четырех пунктах нарушения законов США о непристойности.Сэнгер, которому сейчас 34 года, предпочла не появляться в суде. Вместо этого она отказалась от залога, бросила семью и переехала в Европу, где влюбилась в 55-летнего Генри Хэвлока Эллиса, одного из выдающихся мировых сексуальных психологов. Эллис поставил перед собой задачу раскрыть тайны секса, собирая истории мужчин и женщин, чтобы доказать, что физическая близость естественна и разнообразна. Эллис познакомил Сенгера с большим количеством интеллектуалов, включая писателя-фантаста Х. Дж. Уэллса, Джорджа Бернарда Шоу, Бертрана Рассела и Лоренцо Портета.

Эллис был наставником Сэнгера. Теперь у нее впервые появился план. Сначала она рассматривала противозачаточные средства в первую очередь как способ помочь женщинам контролировать размер семьи. Теперь она начинала верить, что, если секс будет отделен от деторождения, женщины могут получить свободу таким образом, о котором они даже не догадывались: в браке, в смысле семьи, а также в возможностях карьерного роста и образования для женщин произойдут изменения.

Когда Сэнджер была в Европе, ее муж был арестован Энтони Комстоком, специальным агентом почтовой службы, за распространение брошюр о контроле над рождаемостью.Комсток поставил перед собой задачу бороться с грязью в Америке, почти в одиночку создавая строгий свод законов о непристойности. Комсток был назначен специальным агентом комитета YMCA по подавлению порока. В то время как ведущие налеты и крушить секс устройств, порнографические картинки и контрацептивы, Комсток прославилась охраняя Америку от порнографии и болезней. В 1873 году он убедил Конгресс принять закон, запрещающий использование почты для перевозки «любых непристойных, непристойных, похотливых или непристойных книг, брошюр, изображений, газет, писем, писем, печатных изданий или других публикаций непристойного характера.После этого в каждом штате были свои законы о непристойности, многие из которых сделали незаконным продажу или распространение информации о противозачаточных средствах. Чтобы обеспечить соблюдение федерального закона, Комсток был назначен специальным агентом по непристойности почтового отделения США. Вскоре после этого ему разрешили носить пистолет. Закон Комстока так широко определяет безнравственность, что может включать в себя что угодно. Таким образом, неудивительно, что запретили не только продажу противозачаточных средств, но и передачу информации о контрацепции.Закон повлиял на политику и десятилетиями не позволял женщинам получать противозачаточные средства!

Вскоре после прибытия в Англию Сэнджер написала мужу, что считает их 12-летний брак оконченным. Она попросила развода, но он не чувствовал того же. Однако в 1915 году муж Сэнгер был осужден по обвинению в непристойности, и судья заявил, что он нарушил не только законы человека, но и закон Бога в своей схеме по предотвращению материнства. Он отсидел 30 дней в тюрьме. Только после этого Маргарет согласилась вернуться домой.Вскоре после этого ее 5-летняя дочь Пегги заболела пневмонией и умерла. Всю оставшуюся жизнь ее мучили сны о младенцах. Однако эта трагедия не заставила ее уделять больше внимания уходу за двумя выжившими детьми. Вместо этого Сэнгер вернулся к работе. Она начала с того, что позировала для рекламных фотографий, в широком квакерском воротнике, рядом с ней был маленький сын и выглядела как респектабельная молодая мать. Примерно в это же время она начала использовать фразу «противозачаточные средства» вместо контрацепции.Ключевым словом во фразе было «контроль». Если бы женщины действительно могли контролировать, когда и как часто они рожают, они обладали бы такой властью, о которой раньше даже не догадывались. Без контроля женщинам суждено было быть женами и матерями и не более того.

В 1916 году Сэнгер открыла свою первую клинику по контролю над рождаемостью в Бруклине, где группа медсестер раздавала презервативы и пессарии (гибкие резиновые колпачки, которые обычно продавались в аптеках как «опора для матки», но в действительности функционировали аналогично диафрагме или диафрагме. шейный колпачок).Разумеется, клиника действовала в прямом нарушении закона штата Нью-Йорк, поэтому никого не удивил, когда полиция провела обыск через 10 дней после ее открытия, конфисковала противозачаточные средства и арестовала Сэнгера. Она отсидела 30 дней в колонии по обвинению в незаконном распространении противозачаточных средств.

Зангер постепенно становилась более изощренной в своем радикализме. Вместо того, чтобы бросать вызов консервативным взглядам общества на секс и оспаривать законы о непристойности, она пыталась привлечь врачей, ученых и корпоративных лидеров, чтобы они присоединились к ее крестовому походу, подчеркивая преимущества для общественного здравоохранения.Она призвала женщин обратиться к врачам для установки диафрагм, надеясь, что врачи станут ценными союзниками в ее борьбе. Одним из ее союзников в то время был богатый вдовец по имени Джеймс Ноа Сли, который встретил Сэнгер и быстро влюбился в нее. Сли был на 20 лет старше Сэнгера и был президентом компании 3-in-1 Oil, производителя продукта, который в то время держал под рукой почти каждый американец для смазки пишущих машинок, велосипедных цепей и швейных машин. Сэнгер была разлучена со своим первым мужем 7 лет, когда она встретила Сли.В 1922 году она окончательно развелась с Уильямом Сэнгером и вышла замуж за крутого аристократичного Сли. Сли дал Сэнгер все деньги, которые она хотела для своего дела. Теперь она и ее муж владели собственной компанией по разработке и продаже противозачаточных устройств.

К 1925 году более 1000 врачей со всего мира стремились принять участие в ежегодной конференции Сэнгера по контролю над рождаемостью, проходившей в Нью-Йорке. На нем присутствовали британский экономист Джон Мейнард Кейнс, а также Норман Томас, У. Б. Дюбуа, Аптон Синклер и Бертран Рассел.Движение за контроль над рождаемостью явно становилось заметным в США и быстро распространялось по всему миру. В целом, уровень рождаемости в США упал на 30% в период с 1895 по 1925 год, хотя женщины начали выходить замуж в более раннем возрасте. К 1930 году Лига контроля над рождаемостью, основанная Сэнгером, контролировала 55 клиник в 23 городах.

В 1932 году таможенные чиновники США, ссылаясь на законы о непристойности, конфисковали коробку с экспериментальными диафрагмами, отправленную Сэнгеру японским врачом и отцом 12 лет, который считал, что его новая конструкция сделает противозачаточные средства более эффективными.Сэнгер и ее союзники оспорили захват, утверждая, что закон блокирует научный прогресс и препятствует развитию медицины. Судья Апелляционного совета штата Нью-Йорк согласился со знаменательным решением. После этого, пока в деле участвуют врачи, можно будет законно использовать почту для распространения информации о контрацепции или для доставки противозачаточных средств. Это решение позволило Американской медицинской ассоциации признать противозачаточные средства профилактическим средством.

Пинкус .В январе 1952 года Пинкус подал отчет в Planned Parenthood, в котором говорилось, что пероральные дозы прогестерона в 10 мг подавляли овуляцию у 90% протестированных кроликов. Результаты были достаточно хорошими, чтобы оправдать испытания на женщинах, и он был готов начать. Когда ее второй муж умер в 1942 году в возрасте 83 лет, Сэнгер унаследовала 5 миллионов долларов. Часть денег она отдала движению за контроль над рождаемостью, часть — друзьям, а большую часть потратила на щедрые каникулы. Планируемое отцовство быстро росло в 1940-х годах, добавляя филиалов по всей стране.Руководили ею в основном бизнесмены и врачи-мужчины. Прескотт С. Буш, бизнесмен из Коннектикута, чей сын и внук оба станут президентами США, служил казначеем первой общенациональной кампании по сбору средств Planned Parenthood в 1947 году. К сожалению, организацию напугала идея сделать то, что никогда раньше не пробовали: пожертвовать медицина здоровым женщинам просто для улучшения их образа жизни. Скандал или судебный процесс могут погубить всю организацию. Планируемое отцовство не было готово идти на уступки, и уж точно не для Пинкуса.

Грегори Гудвин Пинкус () воображал себя поэтом, философом, земледельцем и любителем женщин. Его страсть к жизни и идеям была велика. Подростком он написал в своем дневнике: «Наша единственная обязанность — это саморазвитие; Работа человека — максимально использовать свои таланты и помогать другим делать то же самое ». Пинкусом руководили не секс, деньги или слава. Это было его стремление к величию, желание, которое никогда не угасало, пока он жил. Семья Пинкусов приехала в Нью-Йорк в 1891 году из Одессы, космополитичного российского города.В то время в России царили антиеврейские погромы, и Пинкусы бежали. Они переехали в трущобы Нью-Йорка, а оттуда в Колчестер, штат Коннектикут, а затем в кибуц.

Грегори Пинкус. Фотография из изображений из истории медицины, Библиотека Конгресса, ID 186672.

В 1902 году Лиззи Липман и Джозеф Пинкус поженились, и у них появилось шесть отпрысков. Грегори («Гуди») был первым, прибывшим в 1903 году. Он прошел через Корнельский университет, мыл посуду и столы для официантов.Однажды в последний год обучения Пинкус вернулся домой и встретил гостя со своей семьей. Ее звали Элизабет Ноткин, она на 4 года старше его. Пятеро мальчиков Пинкуса никогда не видели никого, похожего на Лиззи. Она ругалась, пила и курила сигареты. В 1923 году она и Гуди поженились перед судьей, когда она навещала его в Гарварде, где он защищал докторскую диссертацию по биологии. Вскоре она забеременела первым ребенком. В 27 лет Гуди Пинкус была назначена преподавателем кафедры общей физиологии Гарварда.Через год его повысили до доцента биологии. В Гарварде он экспериментировал в основном с крысами, изучая, как они реагируют на тепло и свет. Когда он закончил учебу, он получил докторскую степень, проучился 2 года в Гарварде и 1 год в Европе.

Впервые в Европе Пинкус начал исследовать яйца млекопитающих — предмет, который стал делом всей его жизни. Он вернулся в Гарвард в качестве профессора в 1930 году. Пинкус интересовался тем, как животные передают генетические признаки, и это привело его к изучению яиц млекопитающих, в частности, как они оплодотворяются и как развиваются in vitro.Он попробовал инъекции гормонов, чтобы увидеть, как они влияют на кроликов, и однажды заметил, что инъекции эстрогена предотвращают беременность. В 1934 году Пинкус объявил Национальной академии наук, что он оплодотворил кроличьи яйца в пробирке, пересадил их в тело матери-хозяина и принес новорожденных кроликов в срок. В то время это было радикальное исследование. Он также написал в заявке на грант, что его целью было применить его технику in vitro на людях. Его работа начала привлекать необычайное внимание за пределами академического сообщества. New York Times впервые процитировал его работу в статье 1934 года. К сожалению, газета описала Пинкуса как зловещего ученого, пытающегося вырастить детей в бутылках. Оплодотворив кроличьи яйца и вернув их матери, Пинкус сделал еще один шаг: позволил яйцам стать эмбрионами, оставаясь в стакане. В 1936 году Pincus добился партеногенетического развития яйцеклетки кролика; они начали репродуктивный процесс без какого-либо оплодотворения, просто манипулируя средой, окружающей яйцо.Вскоре после этого Пинкус успешно пересадил яйцо суррогатной самке кролика. Пресса назвала это «непорочным зачатием». В том же году Гарвард отметил свое 300-летие выпуском брошюры, в которой перечислены величайшие научные открытия, сделанные его преподавателями за три столетия обучения. В список попали работы Пинкуса. В том же году он опубликовал свою новаторскую книгу Яйца млекопитающих .

С каждым новым открытием, каждым дерзким заявлением и каждым выступлением перед научным сообществом Пинкус привлекал все больше внимания в основной прессе.Газеты по всей стране публиковали отчеты о его исследованиях. В 1937 году журнал Collier’s Magazine опубликовал очерк о творчестве Пинкуса. Был процитирован критик: «Если бы детей рожали в пробирках, это было бы гибелью женщин». Критик отметил, что беременность не только улучшила внешний вид женщины, но и улучшила ее нервную систему. Внезапно Пинкус стал изображаться революционером или, что еще хуже, девиантом. Вскоре после статьи Collier’s Гарвард сообщил Пинкусу новость: он получит грант на прохождение еще одного года в Кембриджском университете в Англии, а затем его закончит.Таким образом, в возрасте 34 лет Пинкус уже опубликовал новаторскую книгу и ряд привлекающих внимание научных исследований и был на пороге блестящей карьеры, преподавая и проводя исследования в одном из самых богатых и престижных университетов страны. мир. Но внезапно он ушел.

Пинкус, вероятно, был жертвой ограниченности и антисемитизма, но его также погубило собственное необъятное эго. Он не мог найти другой колледж, готовый нанять его.Его спас одноклассник Хадсон Хоугланд, который ушел из Гарварда и пошел работать в Университет Кларка в Вустере. Семья Пинкусов прибыла в Вустер осенью 1938 года, и Пинкус вернулся к работе над гормонами. В 1944 году он и несколько других ученых организовали крупную конференцию по гормонам. Они назвали это Конференцией по лаурентийскому гормону. Пинкус стал председателем конференции и занимал эту должность до конца своей жизни.

В 1944 году он и Хоугланд сделали шаг, о котором американское научное сообщество почти не слышало.Они основали собственную лабораторию, назвав ее Вустерским фондом экспериментальной биологии. Хогланд и Пинкус оказались отличными продавцами, и жители Вустера откликнулись на них щедро. Хоугланд, в частности, обладал даром собирать деньги. Он происходил из богатой семьи и производил впечатление утонченности. Он не был сутулым ученым, но с самого начала было ясно, что Пинкус был настоящим гением, а Хоугланд — организатором. Сначала двое ученых работали в палате государственной больницы Вустера, но вскоре у них было достаточно денег, чтобы нанять дюжину рабочих и купить имение площадью 12 акров в соседнем Шрусбери.К 1951 году в фонде работало 57 мужчин и женщин, что сделало его, по некоторым оценкам, крупнейшим частным независимым научно-исследовательским учреждением в стране.

У семьи было мало денег, она жила в нескольких переполненных квартирах и, наконец, нашла место в Вустерском сумасшедшем доме, пугающем и опасном месте, но это сэкономило деньги на аренде и позволило Пинкусу более полно сосредоточиться на своей работе. У него не было машины и он не водил ее до 40 лет. Он каждый день ездил на автобусе или автостопом с другим ученым, чтобы добираться до работы.Пинкус был опытным скрэбблом и шахматистом и увлекался детективными романами. На пляже он проплывет до моря больше мили. В начале 1950-х, когда фонд Вустера был более стабильным, семья Пинкус купила дом. Он больше походил на старый отель, чем на дом, и Пинкус заплатил за него 30 000 долларов (около 260 000 долларов сегодня). В здании из красного кирпича было дюжина спален, 10 каминов и меблированный подвал, где Пинкус иногда предлагал бесплатное жилье приезжающим ученым. У них были вечеринки, которые длились до поздней ночи и оставляли почти всех пьяными.Пьяная или трезвая, Лиззи была острой как бритва, во всех отношениях интеллектуально равной ее мужу, когда разговоры не были столь научными. Она свободно говорила по-французски и по-русски.

Несмотря на изгнание из Гарварда, Пинкус начал приобретать репутацию лидера среди своих сверстников. Он был не только блестящим ученым, но и обладал даром организаторской работы. Конференция по гормонам Лаурентина стала крупнейшей и самой важной гормональной конференцией в мире, и в результате Пинкус, не имевший связи с университетом или корпорацией и не имевший значительного открытия, которое можно было бы назвать своим, стал влиятельным игроком в научном сообществе.Он помог решить, какие ученые будут приглашаться на конференцию каждый год, кому будет разрешено выступать с докладами и чьи работы будут цитироваться в ежегодном отчете конференции.

Маккормик. Осенью 1950 года, незадолго до того, как Грегори Пинкус впервые встретился с Маргарет Сэнджер, Сэнджер получил письмо от 75-летней женщины по имени Кэтрин Декстер МакКормик (1875–1967) () . Он гласил: «Я хочу знать: а) где, по вашему мнению, сегодня больше всего нуждается в финансовой поддержке Национальное движение за контроль над рождаемостью; и б) каковы нынешние перспективы дальнейших исследований в области контроля рождаемости, и под исследованиями я имею в виду исследования в области контрацепции.Для Пинкуса и Сэнгера выбор времени для письма был как нельзя более удачным. Маккормик была одной из самых богатых женщин в мире, и после многих лет личной борьбы и трагедий (ее муж был шизофреником) она, наконец, получила возможность тратить это богатство. Маккормик была недавно овдовевшей женой Стэнли Маккормика, младшего сына Сайруса Маккормика, изобретателя и производителя механизированной жатки и одного из самых богатых людей в мире. Кэтрин было 29 лет на момент ее свадьбы, яркой и красивой, она была лидером женского движения и одной из первых женщин, получивших ученую степень в Массачусетском технологическом институте со степенью естествознания.Она собиралась поступить в медицинский институт, но брак изменил это.

Суфражистки Кэтрин Маккормик и миссис Чарльз Паркер, 22 апреля 1913 г. Фото: Библиотека Конгресса (LC-USZ62-93552).

Когда ее муж заболел, она почувствовала, что гормоны — слово, придуманное в 1905 году, — могли быть причиной состояния ее мужа, и стала ученицей этих химических посланников. В 1909 году она начала волонтерство в женском избирательном движении, а к 1921 году начала сотрудничать с Сэнгер, которая была занята планированием первой американской конференции по контролю над рождаемостью в Нью-Йорке.Когда ее муж умер в 1947 году, миссис Маккормик унаследовала более 35 миллионов долларов, включая почти 32 000 акций компании International Harvester, принадлежащей Маккормику. Сэнгер тоже стала вдовой, ее муж умер в 1943 году. Маккормик точно знал, что она хотела делать со своими деньгами.

В январе 1952 года Сэнгер остановился навестить Кэтрин МакКормик в ее особняке в Санта-Барбаре, Калифорния. Незадолго до визита Сэнгер получил отчет от Пинкуса, в котором указывались результаты экспериментов, которые он и Чанг проводили на кроликах и крысах, и объясняли эффекты инъекций гормонов по сравнению с их пероральным введением.Он подтвердил, что пероральные дозы были эффективны на 90%, и сказал, что надеется поэкспериментировать с различными соединениями прогестерона, которые могут работать лучше. Пинкус пришел к выводу, что эксперименты «недвусмысленно демонстрируют, что можно подавить овуляцию у кролика и успешное размножение кролика с помощью прогестерона…». Кроме того, было продемонстрировано, что после стерильного периода может наступить нормальное воспроизводство ». В июне 1952 года Маккормик планировал посетить Вустерский фонд, чтобы воочию увидеть, что там происходит.Она встретилась с Хогландом и Чангом и узнала о проводимой работе с прогестероном, но не видела Пинкуса, которого не было в городе. После этого визита Маккормик стал ведущим экспертом Сэнгера по плану Пинкуса по исследованиям в области контрацепции.

Рок. Пинкус признал, что теперь проекту таблеток нужен не обязательно биолог, а чемпион продукта — кто-то, кто мог бы создать команду для научной работы, заключить союзы с производителями, необходимые для поставки химикатов, и, если все пойдет хорошо, распространить новости грядущего изобретения, чтобы оно могло быть принято.Он знал, что делать дальше: тестировать прогестерон у женщин. Для этого ему нужно было бы добавить в свою команду игрока — врача, желательно гинеколога, кого-то, кто мог бы заверить пациентов, участвовавших в экспериментах, в их безопасности и сообщить фармацевтическим компаниям, поставляющим прогестерон, что никто не будет пострадал от экспериментов. Он рассмотрел несколько, но дошел до врача по имени Джон Рок (1890–1984) () , который, как и Пинкус, был человеком из Гарварда. Рока уважали его сверстники и обожали его пациенты.Он был высоким, стройным и седовласым, с нежной улыбкой и спокойными, неторопливыми манерами. Даже это имя означало силу, солидность и надежность, а он был католиком.

Доктор Джон Рок. Фото: Библиотека Конгресса (LC-USZ62-128825).

Родившийся в 1890 году в Мальборо, штат Массачусетс, Рок был сыном ирландского владельца салуна, и хотя он был большим, сильным и спортивным, он предпочитал играть со своими сестрами, а братья иногда называли его «неженатым». Он поступил в Гарвард и учился не только в колледже, но и в медицинской школе.В 1926 году он стал директором клиники бесплодия в Свободной больнице для женщин в Бостоне. В то время как католическая церковь выступала против абортов, Рок считал, что здоровье женщины важнее здоровья ее плода, и что беременность следует прерывать, если она ставит под угрозу жизнь пациенток. «Религия, — говорил он своей дочери, — очень плохой ученый». Со временем Рок претерпел фундаментальные изменения, поскольку сострадание к своим пациентам пересилило его принуждение тащить за собой церковную линию. Он сочувствовал женщинам, которые приходили к нему в офис и говорили, что боятся снова забеременеть, будь то из-за того, что их тела были изношены, или потому, что они не могли представить себе, как будут иметь больше детей.Рок начал понимать, что многие пары хотят контрацепции, потому что они хотят отложить, а не избежать, стать родителями. В 1931 году он был одним из 15 бостонских врачей (и единственным католиком), подписавшим петицию, призывающую к отмене государственного запрета на контрацептивы.

В 1925 году Рок женился на Анне Торндайк, жительнице Бостона, которая разделяла его чувство приключений, работая водителем скорой помощи во Франции во время Первой мировой войны. Ему было 35, а ей 29 в браке. У них было пятеро детей. Он обожал свою жену и не боялся публично проявить свою привязанность.В своей практике он консультировал беременных женщин и рожал, но он также работал с женщинами, которые не могли зачать ребенка, и пришел к выводу, что половой акт является важной связью для мужей и жен, поскольку они безуспешно боролись за детей.

Хотя Сэнгер не хотел, чтобы Пинкус включал Рока в свою команду, исследующую прогестерон, из-за ее недоверия к католической церкви, Пинкус увидел в Роке не только талантливого ученого, но и важного пропагандиста его новой, пока еще не реализованной, противозачаточной таблетки. .Рок уже получил небольшую известность как врач-католик, осмелившийся бросить вызов своей церкви. В 1944 году он попал в заголовки газет, когда впервые успешно оплодотворил яйцеклетку человека in vitro. В 1948 году Рок опубликовал книгу под названием Добровольное отцовство , в которой говорилось: «Ничто в жизни мужчины и женщины не будет так важно для них самих или общества, как их отцовство».

Грегори Пинкус и Джон Рок познакомились в 1930-х годах, когда Пинкус еще учился в Гарварде. В 1940-х годах, когда Рок начал экспериментировать с экстракорпоральным оплодотворением яйцеклеток человека, одним из его первых шагов было послание своего научного сотрудника к Пинкусу для руководства.В то время Рок был необычным явлением среди специалистов по фертильности, потому что он также просил мужей сдать сперму на анализ. Он подозревал (и его подозрения подтвердились в последующие годы), что мужчины несут ответственность за большой процент проблем с бесплодием. Он был также необычен тем, что управлял ритм-клиникой в ​​коридоре от клиники репродуктивной медицины. Ритм-клиника Рок была первой бесплатной клиникой в ​​Массачусетсе, которая предлагала советы по контролю над рождаемостью. Женщин, посетивших его ритм-клинику, попросили записать свой менструальный цикл и половую жизнь в течение 3 месяцев.После этого Рок попытался научить женщин, у которых были регулярные циклы, когда они могли безопасно заниматься сексом с небольшим риском оплодотворения. Он знал, что многие женщины использовали диафрагмы, спринцевания и презервативы, но закон не позволял ему прописывать или даже обсуждать эти предметы, если только здоровье женщины не находилось под серьезной угрозой! Рок долгое время считал, что церковь и штат Массачусетс были неправы, отказываясь от контроля над рождаемостью.

В 1952 году Пинкус и Рок посетили одну и ту же научную конференцию и между сессиями болтали о своей работе.Когда Рок описал свою работу с беременными женщинами, Пинкус предложил ему попробовать прогестерон без эстрогена. Рок экспериментировал с различными комбинациями гормонов при разных способах доставки, пытаясь найти лекарство, которое работает лучше всего и вызывает наименьшие побочные эффекты. Он не просил своих пациентов подписывать формы согласия, но объяснил женщинам, что лекарство, которое они собирались принимать, напрямую не поможет их бесплодию. Так в то время проводились эксперименты.Он начал женщинам с 50 мг прогестерона и 5 мг эстрогена и постепенно увеличил дозу до 300 мг прогестерона и 30 мг эстрогена. Когда закончился первый курс лечения, никто не умер и никто серьезно не заболел. Тринадцать из 80 женщин, находящихся под опекой Рока, забеременели. Рок рассказал коллегам об этом многообещающем результате, который получил название «Rock Rebound». Женщины, принимающие гормоны, часто были уверены, что они беременны, потому что гормоны вызывают многие из тех же симптомов, что и беременность.Женщины отчаянно хотели иметь детей, поскольку большинство из них пытались это сделать годами.

Узнав о работе Рока, Пинкус был доволен, но не удивлен, что прогестерон оказывает противозачаточное действие. Для Пинкуса важно было то, что пациенты Рока не умирали. Ему казалось, что это было доказательством того, что давать женщинам прогестерон безопасно. Рок сказал Пинкусу, что его воодушевляет его работа с прогестероном, но что у него есть большая проблема: пациенты, принимающие гормон, считают, что они беременны, как бы он их ни уверял.И они были раздавлены, когда правда наконец стала для них ясна.

Пинкус предложил элегантное решение, которое имело бы огромные последствия для его собственной работы и для будущего женщин во всем мире. Чтобы предотвратить овуляцию у женщин при ежемесячных менструациях, самым простым решением было прекращение приема таблеток прогестерона в течение 5 дней каждый месяц. Это имело смысл для обоих мужчин.

Ранние клинические испытания. Одной из компаний, поставляющих гормоны для его экспериментов с прогестероном, была компания G.Д. Серл. Хотя производитель лекарств не добился успеха с Пинкусом годом ранее, официальные лица компании никогда не отказывались от блестящего, но непредсказуемого ученого. Должностные лица Сирла продолжали верить, что Пинкус может придумать что-нибудь полезное, и для фармацевтической компании было намного дешевле выписать гранты для Вустерского фонда, чем нанять собственных исследователей. По этим причинам, несмотря на неудачи Пинкуса, Сирл согласился выплатить фонду 62 400 долларов за 12-месячный период, начиная с июня 1953 года.Кроме того, Пинкус получит акции Searle, начиная с 19 акций по цене 921,50 доллара. Официальные лица Searle не использовали новые противозачаточные средства и попросили Пинкуса не афишировать свое участие в его проекте. Они сказали Пинкусу, что не будут иметь ничего общего с противозачаточными таблетками, которые нарушают менструальный цикл.

Поскольку закон Массачусетса запрещает все формы контрацепции, Пинкус разработал метод проверки формулы контроля над рождаемостью, назвав ее «лечением бесплодия».«Если бы он все еще учился на факультете Гарварда или даже если бы он все еще работал вместе с Университетом Кларка, ему бы это никогда не сошло с рук. Теперь Пинкус считал себя больше, чем ученым-исследователем. Он был активистом, крестоносцем и бизнесменом. Он также был строителем коалиций.

В 1950-х годах еще не существовало закона, обязывающего врачей информировать пациентов о том, что они участвуют в эксперименте. Рок сказал своим пациентам, что прогестерон, который они получают, отключит их яичники и сделает невозможным беременность, что лечение будет имитировать беременность и может вызвать тошноту, и что у них будет больше шансов забеременеть, когда эксперимент будет завершен. .

Начиная с 1953 года Пинкус и Рок зачислили 27 пациентов Рока в бесплатную больницу для трехмесячного испытания. Поскольку Пинкус хотел убедиться, что гормон эффективен для остановки овуляции, женщины, у которых овуляция не происходила регулярно, не включались. Зачисленные женщины все еще были бесплодны, но Рок не знал, что стало причиной их бесплодия. Вместо смеси прогестерона и эстрогена, которую Рок использовал в прошлом, женщины в этом эксперименте получали только прогестерон, и они получали таблетки ежедневно в течение 3 недель каждого месяца, останавливаясь на неделю, чтобы дать им возможность менструировать.Тесты были сложными, и тестирование называлось «Проект прогестерона Pincus» или PPP, потому что было протестировано очень много образцов мочи. Пинкус проверил образцы мочи в Шрусбери. Пинкус также включил гинеколога из Вустера, доктора Генри Киркендалла, и попросил его набрать 30 женщин для исследования, аналогичного исследованию Рока. Женщинам нужно будет каждый день измерять собственную температуру и записывать свои результаты. Также предполагалось, что они будут ежедневно брать мазки из влагалища и собирать собственную мочу для анализа на гормоны.Дозировка прогестерона будет высокой, от 250 до 300 мг в день. Женщинам не заплатили за их участие и не проинформировали о том, что результаты могут привести к изобретению новой формы контроля над рождаемостью. Большинство из них делали это просто потому, что их об этом попросил проверенный врач.

В первый год испытаний Пинкус, Рок и Киркендалл набрали 60 женщин. К сожалению, половина включенных женщин выбыла из исследования либо потому, что процедура теста была слишком сложной, либо из-за слишком тревожных побочных эффектов.К сожалению, в этом эксперименте 15% женщин показали признаки овуляции при приеме прогестерона, что значительно хуже, чем у Пинкуса на кроликах и крысах.

Тем временем Рассел Маркер, Джордж Розенкранц и Фрэнк Колтон разработали синтетический прогестерон (прогестин), который был в 4-8 раз более мощным, чем природный прогестерон, и новое соединение смогло выжить при всасывании в пищеварительном тракте. что означало, что его можно было принимать внутрь. Это было то место, которое искал Пинкус.

В мае 1953 года, когда Пинкус и Рок запускали свой первый раунд испытаний на людях, Сэнджер и Маккормик встретились с Пинкусом и выяснили, кого Маккормик мог бы поддержать. Женщин не смущали дешево обставленные кабинеты, плохая вентиляция в комнатах для животных или скучный вид лабораторий. Во всяком случае, они казались очарованными очарованием этого места и с особым энтузиазмом восприняли план Пинкуса по тестированию пациентов Джона Рока. По окончании тура Маккормик спросил Пинкуса, сколько денег ему нужно.Пинкус уже договорился о гранте в размере 17 500 долларов от Planned Parenthood на покрытие первого года клинических испытаний. Маккормик согласился заплатить половину этой суммы. Маккормик спросил, сколько потребуется для финансирования всего исследовательского проекта. Сколько получить таблетку? Пинкус ответил 125 000 долларов. На следующий день МакКормик позвонил Пинкусу и сказал, что она выпишет чек на 10 000 долларов, а потом получит еще. К этому времени Сирл финансировал Worcester Foundation из расчета около 5600 долларов в месяц, что сделало его крупнейшим частным спонсором фонда и составляло около 8% от общего дохода фонда.Кроме того, Сирл в то время платил около одной трети годовой зарплаты Пинкуса в размере 15 000 долларов, в то время как средний доход семьи в США составлял 5 000 долларов.

К осени 1953 года у Фонда Вустера было 46 грантов, которые принесли в общей сложности 622 000 долларов дохода. Все, кроме 11%, было потрачено на исследования. К счастью, Пинкус получил от Маккормика 50 000 долларов на строительство центра тестирования на животных, в котором отчаянно нуждался. Тем временем он продолжал пробовать разные соединения прогестерона, чтобы увидеть, какое из них работает лучше всего, и продолжал искать способы тестирования на женщинах.

Более чем когда-либо МакКормик взял на себя ответственность. У Сангера было слабое здоровье, мало энергии и он становился все более сварливым. Хотя Сэнгер временами отвлекался или лишался дееспособности из-за болезни, именно Маккормик настаивал на продвижении вперед. Она никому не была обязана и могла свободно высказывать свое мнение. Только Маккормик из команды разработчиков имел смелость и независимость заявить, что все женщины, замужние или нет, должны иметь доступ к таблетке.

Около половины женщин, участвовавших в исследовании Рока и Киркендалла, выбыли.Тестировать противозачаточные таблетки было труднее, чем тестировать другие лекарства. Одно дело — попробовать новое лекарство на больных людях, которые хотят поправиться, но это были здоровые молодые женщины, добровольно участвовавшие в экспериментах. Пинкус сказал МакКормику, что ему нужно будет проверить сотни, если не тысячи женщин, и у него будет больше персонала — врачей, медсестер и клерков, а также больше кабинетов для осмотра. После года работы и показателя отсева примерно 50% в первом раунде тестирования Пинкус и Рок завершили исследование только примерно с 30 женщинами.

В марте 1954 года Пинкус и его жена отправились в поездку в Пуэрто-Рико, где они читали лекции в медицинских школах и перед группами врачей. Он был впечатлен качеством работы, проделанной на острове, и воодушевился, узнав, что действуют десятки клиник по контролю над рождаемостью. Он пришел к выводу, что эксперименты можно проводить в Пуэрто-Рико в относительно большом масштабе. И что самое интересное, противозачаточные средства были законными в Пуэрто-Рико с 1937 года! В Пуэрто-Рико перенаселение и бедность издавна были серьезными проблемами.Остров был бедным и многолюдным, а семьи были большими. К 55 годам средняя мать в Пуэрто-Рико рожала 6,8 ребенка. Чуть более 8% замужних пуэрториканских женщин в возрасте до 50 лет вызвались пройти стерилизацию. Хотя аборты в Пуэрто-Рико были запрещены, в 1950-х годах они стали настолько обычным явлением, что Пуэрто-Рико приобрел международную репутацию как место, где можно без вопросов получить эту процедуру. Наконец, Маккормик и Рок согласились с Пинкусом в том, что Пуэрто-Рико было местом, где можно было бы изучить женщин, в которых они нуждались.

Когда Пинкус начал планировать в Пуэрто-Рико испытания противозачаточных таблеток в 1954 году, другой ученый, Йонас Солк, запускал первые испытания своей вакцины от полиомиелита. Солк потратит десятки миллионов долларов на испытания вакцины, в то время как Пинкус будет работать с бюджетом менее 20 000 долларов на первый год. Солк продолжил тестировать свое лекарство на 600000 детей во время полевых испытаний, в то время как Пинкус надеялся, что сможет собрать 300 человек. Ни Солк, ни Пинкус не интересовались извлечением выгоды из своих изобретений.В 1954 году, когда Пинкус вел переговоры с Planned Parenthood о поддержке и финансировании и договаривался с Searle и Syntex о поставках необходимых соединений прогестерона, он, как и Солк, сосредоточился на научной работе, а не на деньгах. Хотя общественные призывы к контролю над рождаемостью едва ли можно было сравнить с призывом к вакцине от полиомиелита, растущую озабоченность вызывал рост населения.

Когда Пинкус впервые посетил остров в феврале 1954 года, он встретил доктора Эдриса Райс-Рэй, медицинского директора Ассоциации планирования семьи Пуэрто-Рико.Она была не из Пуэрто-Рики, а из Детройта. Она получила степень бакалавра в колледже Вассар и степень доктора медицины в Северо-Западном университете. В 1949 году она переехала в Сан-Хуан с двумя детьми после развода с мужем в Чикаго. Доктор Райс-Рэй стала руководителем исследования Пинкуса в Пуэрто-Рико.

Тем временем Пинкус нашел еще одно место для приобретения женщин для своего исследования, а именно Государственную больницу Вустера, приют, построенный более века назад. Пинкусу было несложно получить разрешение на эксперименты над пациентами в приюте.Никаких разрешительных листов подписывать не нужно. Врач-распорядитель, доктор Бардвелл Флауэр, выпускник Гарварда, был рад иметь под рукой еще несколько врачей в его огромной больнице. Помогло и то, что Маккормик предложил деньги на покраску и ремонт некоторых палат приюта в обмен на сотрудничество в исследовании прогестерона. Они вводили прогестерон и эстроген в различных дозах женщинам с диагнозом паранойя, шизофрения, меланхолия, маниакальная депрессия, хронический алкоголизм, болезнь Альцгеймера, болезнь Пика и другие.Пинкусу удалось зарегистрировать 16 женщин — все они были отнесены к категории психотиков — для первого раунда тестирования на прогестерон. Он также дал гормон 16 мужчинам, чтобы посмотреть, как это повлияет на их бесплодие. (Сэнгер и Маккормик, однако, ясно дали понять, что они не доверяют мужчинам брать на себя ответственность за контрацепцию, и они хотят, чтобы женщины контролировали свое собственное тело и свою фертильность.) Таблетки у мужчин давали разные результаты, и эта сторона исследования была вскоре прекращена.

В феврале 1955 года Пинкус посетил Маккормик в Бостоне, чтобы познакомить ее с современными событиями.В конце 1954 года Пинкус начал эксперименты на животных с новой группой прогестинов, которые были во много раз мощнее природного прогестерона. Два соединения казались особенно многообещающими. Один, названный норэтинодроном, был разработан Syntex, а другой, названный норэтинодрелом, был разработан Сирлом. Пинкус и Чанг предпочли продукт Searle, потому что самки с ним не развили слегка мужские характеристики. Пинкус сообщил Сирлу, что хочет использовать соединение норэтинодрел и намеревается попробовать его в качестве орального контрацептива для женщин.Сирл согласился отправить экспериментальное лекарство при условии, что на флаконах не будет этикеток и Сирл не будет упомянут как поставщик.

Пинкус рассказал Маккормику о преимуществах проведения клинических испытаний в Пуэрто-Рико. На этот раз он должен начать новый эксперимент с медсестрами и студентами-медиками на этом острове. Он отказывался от биопсии эндометрия, что было крайне неудобно и отпугивало участников. Кроме того, факультет потребует, чтобы студенты участвовали в учебе.Если молодые женщины беспокоились о клеймении того, что они противозачаточные, у Пинкуса было решение: он назвал проект «изучением физиологии прогестерона у женщин». А когда зачислили медсестры и студенты, распространилась информация о том, что эти вещества безопасны и эффективны. Дальше будет легче. Пинкус сказал Маккормику, что новые лекарства будут стоить около 50 центов за грамм, что будет означать расходы в размере около 5000 долларов на лечение 100 женщин в течение первого года тестирования. Кроме того, ему понадобятся деньги на врачей, медсестер, секретарей, поездки и печатные материалы.В первый год общие операционные расходы, вероятно, составят около 10 000 долларов. Маккормик заверил его, что с деньгами проблем не будет.

В конце 1955 года Джон Рок сообщил Сирлу предварительные результаты своих тестов с новым прогестиновым соединением норэтинодрелом. Тест Рока показал, что прогестины мешают гипофизу вырабатывать гормоны, которые сигнализируют яичникам о выделении яйцеклеток. Но у пилюли были другие эффекты, которые еще не были ясно изучены. Оказалось, что это изменило консистенцию цервикальной слизи, сделав ее более враждебной по отношению к сперматозоидам.Рок указал, что он относительно уверен, что прогестин Сирла безопасен и не повлияет на способность женщины забеременеть. Он был достаточно оптимистичен, чтобы побудить Сирла продвигать препарат более широко, но он был далеко не таким оптимистичным, как Пинкус. Дополнительные результаты Рока показали, что и норэтинодрел, и норэтиндрон оказались эффективными. Лучше всего то, что они работали при дозировке всего 10 мг в день, что было одной тридцатой дозой прогестерона, которую Пинкус и Рок давали ранее.

В октябре 1955 года Пинкус и Сэнгер отправились в Японию, чтобы присутствовать на встрече, на которой он первоначально планировал объявить, что оральное средство контрацепции для людей почти готово, хотя на самом деле он еще не решил, какая форма контрацептива работает лучше всего и в какой дозе. В Токио Сангера встретили как героя. Число зарегистрированных абортов в Японии увеличилось с 246000 в 1949 году до чуть более 800000 в 1952 году, а количество операций по стерилизации подскочило с 6000 в 1949 году до более чем 44000 в 1956 году.Сэнджер выступал против аборта как метода контроля рождаемости и считал, что Японии более отчаянно нужны оральные контрацептивы, чем большинству других стран. Она также считает, что страна имеет хорошие возможности для использования инноваций в области контрацепции. Например, уровень грамотности был высоким. Акушерки действовали даже в отдаленных деревнях. Если это сработает в Японии, Сэнгер очень надеялся, что это сработает во всей Азии и во всем мире.

В феврале 1956 года Пинкус вылетел в Пуэрто-Рико, чтобы посмотреть, сможет ли он спасти испытания.Все студенты и медсестры университета бросили учебу. Ему нужен был новый подход. Он встретился с доктором Райс-Рэй, который был одновременно медицинским директором Ассоциации планирования семьи и директором учебного центра для медсестер в отделе общественного здравоохранения Министерства здравоохранения в бедном районе Сан-Хуана. Эти двойные роли сделали ее идеальным гидом по Пуэрто-Рико для Пинкуса и Рока. Она хорошо знала сообщества, в которых будут проходить полевые испытания, и была бунтарем, отказавшимся от удобной медицинской практики в Чикаго, потому что считала, что женщины должны иметь доступ к контрацепции.Райс-Рэй начала с посещения суперинтенданта жилищного строительства, человека, который воочию видел последствия перенаселения и бремя, которое оно возлагает на молодых матерей. Он передал подробный список всех жителей общины и пообещал, что его сотрудники помогут Райс-Рэю набирать подданных. Она наняла сильную, умную, кипучую медсестру, которую знали все в округе. Правительственные чиновники Пуэрто-Рико одобрили исследование.

К концу марта 1956 года Райс-Рэй и ее помощница медсестра выбрали группу из 100 женщин, а также контрольную группу из еще 125 человек.Хотя почти все были католиками, Райс-Рэй встретила только одну женщину, которая сказала, что ее религия запрещает ей участвовать в исследовании. Субъектам, получавшим противозачаточные таблетки, сказали, что они принимают экспериментальное новое противозачаточное средство. Женщинам из контрольной группы сказали, что они участвовали в опросе о размере семьи. Они использовали соединение Серла, норэтинодрел. Субъекты должны были принимать по одной таблетке в день в течение 20 дней до остановки. Доктор Райс-Рэй начала распространять противозачаточные таблетки в апреле 1956 года.Она дала каждой женщине полную бутылку, которой хватило бы на 20 дней. Она сказала своим пациентам подождать 5 дней после заполнения одной бутылки, прежде чем начинать новую. Несмотря на то, что она пыталась сделать инструкции простыми, все же случались ошибки. Один пациент пошел домой и принял все таблетки сразу. Другие поделились ими с друзьями. Врачи, медсестры и социальные работники пытались раздавать календари. Они пытались дарить женщинам бусинки на веревочке, чтобы они могли считать. Ничего не получилось.

Газета узнала об исследовании и опубликовала его.После этого 30 женщин выбыли из испытания, некоторые из-за возражений их мужей, другие из-за того, что беспокоились о том, что скажет их священник, а третьи из-за неприятных побочных эффектов. Через 6 месяцев еще 48 пациентов бросили курить, оставив лишь около 20 из первоначальных 100. После медленного начала исследование больше никогда не было затруднительным для добровольцев. К концу 1956 г. в нем участвовала 221 женщина. Семнадцать из этих женщин забеременели — факт, который, возможно, беспокоил некоторых ученых, но не Пинкуса.«Беременность не имела никакого отношения к таблеткам», — сказал он Кэтрин Маккормик. Женщины забеременели, потому что не следовали инструкциям. Они либо забыли принимать таблетку каждый день, либо решили не принимать ее, потому что побочные эффекты становились невыносимыми. Среди первых 221 женщины в исследовании 38 (17%) сообщили об отрицательной реакции на препарат, и по крайней мере 25 женщин вышли из исследования именно из-за побочных эффектов. В декабре 1956 года доктор Райс-Рэй и Пинкус отправились в Скоки, штат Иллинойс, чтобы представить свои выводы официальным лицам в G.D. Searle, который уже запатентовал норэтинодрел и недавно зарегистрировал новое название препарата, назвав его Эновид.

К 1957 году Пинкус и Рок были уверены, что таблетка работает и работает безопасно. Их самой большой задачей было привлечь больше женщин, чтобы они попробовали это, и в то же время посмотреть, могут ли они что-нибудь сделать с побочными эффектами. Пинкус считал, что большинство побочных эффектов были психосоматическими. Чтобы проверить эту теорию, он разработал простой эксперимент. Одной группе женщин давали Эновид с обычными предупреждениями о возможных реакциях.Другой группе сказали, что они получали Эновид, но вместо этого им дали плацебо вместе с такими же предупреждениями о побочных эффектах, которые были даны первой группе. Третья группа получала настоящий Эновид без предупреждений о побочных эффектах. Побочные эффекты составили 23% в первой группе, 17% во второй группе и 6% в третьей группе. Эксперимент Пинкуса нарушил два основных правила современных медицинских исследований: его пациенты не были проинформированы о цели исследования и не были предупреждены о рисках. Тем не менее результаты убедили его в своей правоте.Многие побочные эффекты были воображаемыми.

Пинкус искал больше пациентов. Он связался с Кларенсом Гэмблом, известным из Proctor & Gamble, который в течение многих лет спонсировал исследования в Пуэрто-Рико, и Гэмбл предложил профинансировать второе испытание. Он связал команду Пинкуса с медицинским директором Мемориальной больницы Райдера в городе в 35 милях от Сан-Хуана. Женщины попали в больницу по двум причинам: чтобы родить и сразу после этого пройти стерилизацию. Если бы не последняя процедура, акушерки родили бы их дома.Район, выбранный Гэмблом, был районом трущоб без туалетов, канализации и жилых домов, настолько переполненных, что почти не было места для зажатого пешехода. Гэмбл нанял женщину для проведения переписи населения Ла-Веги, ходя от двери к двери, спрашивая матерей, сколько у них детей, стерилизованы ли они и какие противозачаточные средства они используют, если таковые имеются. Эновид был предложен женщинам, которым отказали в стерилизации в больнице. Найти желающих пациентов не составило труда, но снова побочные эффекты усложнили работу.Женщины жаловались на прорывные кровотечения, тошноту и головные боли. Тем не менее, женщины, отчаявшиеся избежать беременности, продолжали участвовать в исследованиях.

Сейчас, когда в двух пуэрториканских общинах проходят испытания, Пинкус и его команда приступили к работе на третьем месте в Порт-о-Пренсе, Гаити. Увеличение числа пациентов вселяло в Пинкуса и Сирла надежду, что у них может быть достаточно информации, чтобы доказать безопасность Эновида.

В какой-то момент Пинкус и Чанг обнаружили, что соединение Сирла случайно было загрязнено небольшим количеством синтетического эстрогена, также известного как местранол.Пинкус всегда старался избегать эстрогена, и когда он узнал об этом случайном заражении, он приказал фармацевтической компании избавиться от эстрогена — не только потому, что он чувствовал, что это может быть небезопасно, но и потому, что он думал, что эстроген мог быть ответственным за некоторые побочных эффектов. Однако, к его удивлению, тошнота не только не исчезла, но и у женщин началось еще более сильное кровотечение. Как следствие, Пинкус понял, что случайное заражение могло быть хорошим делом.Проведя дополнительные эксперименты, он обнаружил, что прорывное кровотечение усиливается при снижении дозы эстрогена, а тошнота и боль в груди усиливаются при повышении. Он также обнаружил, что при слишком низком уровне эстрогена таблетка менее эффективна в предотвращении беременности. Теперь, вместо того, чтобы очищать таблетку, он предложил Сирлу намеренно приготовить таблетки по 10 мг с 1,5% местранолом. Полностью побочные эффекты не исчезли, но кровотечение практически прекратилось.

Еще в первые месяцы 1957 года уровень отсева оставался высоким, а количество женщин, включенных в это исследование, было низким — слишком низким, по мнению Пинкуса, для того, чтобы получить одобрение Управления по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA).Пытаясь убрать акцент на количестве пациентов, включенных в исследование, Пинкус вообще прекратил говорить о женщинах. Вместо этого он говорил о количестве наблюдаемых менструальных циклов: из 1279 циклов, когда режим лечения строго соблюдался, не было ни одной беременности. Проще говоря, 1279 менструальных циклов казались намного более впечатляющими, чем у 130 женщин.

Сирл столкнулся с трудными вопросами: каковы правила тестирования таблеток на здоровых людях? Как далеко пришлось пойти компании, чтобы доказать свой продукт? Достаточно ли 1 года тестирования для определения долгосрочных эффектов? Пинкус призвал Джека Сирла не увязнуть.В конце концов, на такие вопросы не было возможности ответить, потому что никто никогда не делал ничего подобного. С любым лекарством был риск, но польза от этого лекарства была не похожа ни на что другое. Это был наркотик, у которого был шанс заработать деньги, изменить жизнь, изменить культуру и бороться с огромными мировыми проблемами, такими как голод, бедность и перенаселенность. Роды тоже были опасны, особенно для больных, слабых или голодающих. Невозможно было измерить, сколько жизней можно было бы спасти с помощью надежного противозачаточного средства.В конце концов Джек Сирл пришел к выводу, что потенциальные выгоды перевешивают риски.

Подача FDA. Searle застраховала свою ставку одним важным способом: вместо того, чтобы получить одобрение FDA на противозачаточные таблетки, компания подала заявку на одобрение Enovid для лечения нарушений менструального цикла. В заявлении Сирла в FDA в 1957 году о контрацепции не упоминалось. Аменорея, дисменорея и меноррагия — это проблемы с менструальным циклом, с которыми Эновид борется. Компания также заявила, что новый препарат будет использоваться для лечения бесплодия, потому что, хотя количество случаев было небольшим, тесты показали, что женщины, у которых яичники отдыхали в течение нескольких месяцев, с большей вероятностью забеременели после прекращения приема препарата.Инспекторы FDA не могли отклонить это лекарство как противозачаточное средство, потому что Сирл не просил одобрения в качестве противозачаточного средства. Единственный вопрос заключался в том, работает ли он безопасно и эффективно при лечении нарушений менструального цикла.

10 июня 1957 г., после двух месяцев рассмотрения заявки, поданной G.D. Searle и компанией, FDA одобрило продажу Эновида для лечения бесплодия и нарушений менструального цикла. Примерно в то же время препарат был одобрен для такого же использования в Англии под торговой маркой Enavid.Оказалось, что Сирлу не нужно было продавать таблетку в качестве средства контроля рождаемости, потому что мужчины и женщины сами учились тому, на что она способна. Не повредило то, что FDA потребовало, чтобы фармацевтическая компания поместила предупреждение на каждую бутылку, в котором говорилось, что «Эновид предотвратил овуляцию»; Другими словами, реальное назначение препарата было указано, как если бы это был побочный эффект. Это заявление было похоже на бесплатную рекламу.

В 1958 году в 17 штатах еще действовали законы, запрещающие продажу, распространение или рекламу противозачаточных средств.Постепенно законы отменялись по одному штату. Тех, кто был на месте, в основном не применяли. Стало яснее, чем когда-либо, что большинство американцев отдают предпочтение тому или иному типу контроля над рождаемостью.

В 1959 году лекарства продавались с этикетками и ничего более. Не было информационных вкладышей, которые рассказывали бы пациентам, как следует применять препарат, или предупреждать их о возможных побочных эффектах. Если пациентам нужны инструкции, помимо тех, что напечатаны на бутылке, они спрашивали своих врачей. По уважительной причине Сирл больше, чем обычно, беспокоился о том, как они могли бы получить это лекарство, если бы они получили разрешение продавать его в качестве противозачаточного.Во-первых, женщины будут принимать его по своему выбору, а не по необходимости. Они будут пробовать его для замены других форм контроля над рождаемостью, а не для облегчения боли или лечения болезни. Сирл хотел задать правильный тон, соблюдая баланс между медицинским применением таблетки и ее социальной пользой. Сирл пригласил Джона Рока, который твердо верил в Enovid, помочь им с их питчем. Он предложил компании использовать в своих статьях такие фразы, как «интервал между деторождением», «отсрочка беременности» и «подавление овуляции», а не противозачаточные средства или противозачаточные средства.В конце концов Сирл остановился на «планировании семьи» как на своем предпочтительном эвфемизме. В брошюре, подготовленной для врачей, Рок потратил 1,5 страницы на описание менструального цикла для врачей общей практики, которые, возможно, были не так знакомы с ним, как гинекологи. Он писал, что Эновид «полностью имитирует» естественное действие прогестерона по подавлению овуляции. В отдельной брошюре для пациентов он написал: «Эновид — это искусственно созданный гормон, который по химическому составу очень похож на два гормона, эстроген и прогестерон, которые естественным образом вырабатываются в яичниках человека.

23 июля 1959 г. Г.Д. Сирл обратился в FDA с просьбой одобрить применение Эновида для контроля рождаемости. (Хотя это еще не было официально признано противозачаточным средством, более 500000 женщин принимали таблетки.) Хотя число женщин, участвовавших в клинических испытаниях таблетки, оставалось небольшим, Сирл подал самую крупную заявку на новое лекарство в истории Америки в то время. , с 20 томами данных. В 1959 году в FDA было всего четыре врача, работающих полный рабочий день, и четыре врача, работающих неполный рабочий день, которым было поручено расследовать 369 новых заявок на лекарства, поданных в этом году.Эти семь исследователей находились под огромным давлением, чтобы не отставать от заявлений, но у них было мало времени для проведения собственных исследований или поддержания своего профессионального образования. Приложение Enovid оказалось на столе одного из сотрудников, работающих неполный рабочий день, Паскуале ДеФеличе, 34-летнего акушера-гинеколога, который все еще заканчивал ординатуру в Джорджтаунском медицинском центре в Вашингтоне, округ Колумбия. Он был католиком и собирался стать отцом 10 детей.

ДеФелис серьезно усомнился в обоснованности использования прогестерона и небольшом количестве (n ≈ 130) пациентов, изученных и попросив Сирла предоставить дополнительные данные.Сирл вернулся к работе, чтобы собрать больше данных. Тем временем ДеФелис разослала анкету 61 американскому врачу, имевшему значительный опыт применения этого препарата. Реакция едва ли способствовала выпуску Эновида в качестве противозачаточного средства. Несмотря на значительные колебания FDA, 7 апреля 1959 года ДеФелис позвонил Сирлу и выразил согласие агентства. Официальное объявление было сделано 9 мая 1960 года. С тех пор мир изменился.

Вскоре после того, как таблетка была принята, Пинкус начал работать над таблеткой с более низким уровнем гормонов, и к 1964 году Сирл начал продавать Эновид-Е с гормональной дозой всего 2.5 мг, снижая стоимость для потребителей до 2,25 доллара в месяц и снижая или устраняя для многих побочные эффекты.

Оглядываясь на более чем полвека назад, кажется невероятным, что группа храбрых, мятежных неудачников — Сэнджер, Пинкус, Маккормик и Рок — совершила такой радикальный прорыв, не имея государственных средств и сравнительно небольших корпоративных денег. Пинкус заработал на своем изобретении относительно небольшие деньги — только зарплату у Сирла и акции компании, которые он купил. Он никогда не запатентовал препарат, но ни о чем не жалеет.Он был чистым ученым.

Если и была одна проблема с изобретением Пинкуса, так это то, что даже образованные женщины иногда испытывали трудности с его использованием. Здоровые молодые женщины не привыкли принимать лекарства каждый день. Иногда они забывали или теряли счет, сколько таблеток они приняли с начала менструального цикла. Нервные мужчины напомнили своим женам и подругам, что привело к трениям. Мужчины задавались вопросом, не пытались ли женщины тайно забеременеть, и женщины подозревали, что мужчин больше заботила сексуальная доступность женщин, чем их здоровье.После одной такой семейной вспышки Дэвид Т. Вагнер из Женевы, штат Иллинойс, решил не отдавать дело полностью в руки своей жены. Вагнер взял листок бумаги и положил его на комод в их спальне. На бумаге он писал дни недели; Затем он каждый день клал сверху по одной таблетке. Когда Дорис проглатывала таблетку, открывался день недели, и муж и жена получали подтверждение того, что она ее приняла. Вагнер сказал, что это творило чудеса в их отношениях. Вагнер, инженер по продукту из компании Toolworks в Иллинойсе, начал рисовать коробку для таблеток, которая также могла бы служить календарем.В 1962 году он подал заявку на патент на дозатор круглых таблеток. Сирл отказался от интереса к своему изобретению, но противозачаточные таблетки от Ortho появились на рынке в феврале 1963 года, и они были доставлены не в бутылке, а в красивой упаковке Dialpack. В конце концов, все производители таблеток использовали оригинальную упаковку, изобретенную Вагнером.

В 1967 году журнал Time поместил таблетку на свою обложку, сообщив, что «всего за 6 лет она изменила и освободила половую и семейную жизнь большой и все еще растущей части населения США: в конечном итоге это обещает сделать то же самое для большей части мира.

В 2010 году британские ученые опубликовали результаты 40-летнего исследования «Смертность среди пользователей противозачаточных таблеток», которое показало, что женщины, принимавшие противозачаточные таблетки, с меньшей вероятностью, чем другие женщины, умирали от болезней сердца, рака и другие недуги (2). Исследование, в котором приняли участие 46 000 женщин, помогло развеять опасения по поводу повышенного риска рака или инсульта. У женщин, принимавших таблетки, на 12% меньше шансов умереть от любой причины во время исследования.

В 2011 году Лаура Пинкус Бернард, дочь Гуди, прошла через пустые залы увитого плющом здания, где когда-то работал ее отец, где когда-то спал Чанг и где животные когда-то спаривались или пытались спариваться, прежде чем отдать свою жизнь науке.Место было безлюдно, если не считать одинокой женщины, стучащей по клавиатуре компьютера на своем столе. То, что что-то такое большое и изменяющее мир произошло из такого скромного места, казалось немного чудом.

Грегори Гудвин Пинкус (1903-1967) | Энциклопедия проекта эмбрионов

Грегори Гудвин Пинкус

Грегори Гудвин Пинкус, один из первых исследователей, ответственных за разработку первого оральные противозачаточные таблетки, родился в Вудбайне, штат Нью-Джерси, 19 апреля 1903 года в семье русских евреев.В 1924 году Пинкус получил степень бакалавра в Корнельского университета, а в 1927 году получил степень магистра и доктора философии в Гарвардского университета, обучаясь Замок Уильяма Эрнеста и Уильям Джон Крозье. После этого Пинкус учился в Кембриджский университет с Фрэнсисом Хью, Адамом Маршаллом и Джоном Хаммондом, биологами-репродуктологами, и Институт кайзера Вильгельма с Ричард Гольдшмидт, генетик.

В 1931 году Пинкус был назначен доцентом в Гарвардский университет, но потерял должность из-за негативной огласки, связанной с его эксперименты по оплодотворению in vitro с кролики.В 1936 г. опубликовано Яйца млекопитающих и в 1944 году основали Вустерский фонд экспериментальной биологии со своим коллегой, Хадсон Хоугланд.

Пинкус участвовал во многих областях эндокринологии и репродуктивной биологии, но наиболее известен разработкой противозачаточная таблетка. В 1951 году он и Мин Чуэ Чанг начал исследования эффектов прогестерон и синтезированный прогестин в кролики. Этому исследованию способствовали Маргарет Сэнджер, которая придумала идею гормонального контроля над рождаемостью и обратилась к Пинкусу по поводу возможности создания этой технологии.В 1953 г. Кэтрин Декстер МакКормик, подруга Sanger’s, пообещал полностью профинансировать проект по контролю над рождаемостью.

Через свои эксперименты с кролики и крыс, Пинкус обнаружил, что овуляцию можно остановить с помощью синтетического прогестерона. (прогестин). Когда пришло время провести клинические испытания с — спросил Пинкус. Джон Чарльз Рок, акушер-гинеколог в Медицинская школа Гарвардского университета, чтобы сотрудничать с ним из-за его престижного положения и его участия в Католическая церковь.В США, и особенно в Массачусетсе, законы против контроля рождаемости препятствовали проведению этого исследования. Первые испытания были проведены в Бесплатная больница для женщин под предлогом исследования фертильности и позже была перемещена в Пуэрто-Рико для крупномасштабных исследований в сотрудничестве с Сельсо-Рамон Гарсия.

Пинкус умер 22 августа 1967 года в Бостоне, штат Массачусетс, от миелоидной метаплазии, скорее всего, вызванной его работой с химическими веществами. Его работа, в сотрудничестве с другими, является основой для создания гормонального противозачаточная таблетка.

Буттар, Алия, «Грегори Гудвин Пинкус (1903-1967)».

(24 ноября 2008 г.). ISSN: 1940-5030 http://embryo.asu.edu/handle/10776/1664.

Государственный университет Аризоны. Школа наук о жизни. Центр биологии и общества. Энциклопедия проекта эмбриона.

© Правление Аризоны под лицензией Creative Commons Attribution-NonCommercial-Share Alike 3.0 Unported (CC BY-NC-SA 3.0) http://creativecommons.org/licenses/by-nc-sa/3.0/

Грегори Гудвин Пинкус | Энциклопедия.com

Исследования Грегори Гудвина Пинкуса (1903-1967) в области эндокринологии привели к новаторским исследованиям в области гормонов и физиологии животных. Тем не менее, он наиболее известен разработкой оральных противозачаточных таблеток.

практический гуманизм в лучшем виде.Кроме того, Грегори Гудвин Пинкус также участвовал в основании Вустерского фонда экспериментальной биологии и ежегодной конференции по гормонам Лаврентия.

Пинкус родился в Вудбайне, штат Нью-Джерси, 9 апреля 1903 года, он был старшим сыном Джозефа и Элизабет. Липман Пинкус. Его отец, выпускник сельскохозяйственного колледжа Сторрс в Коннектикуте, был учителем и редактором сельскохозяйственного журнала. Семья его матери приехала из Латвии и поселилась в Нью-Джерси. Дядя Пинкуса по материнской линии, Джейкоб Гудейл Липман, был деканом Сельскохозяйственного колледжа штата Нью-Джерси при Университете Рутгерса, директором Сельскохозяйственной экспериментальной станции штата Нью-Джерси и редактором-основателем журнала Soil Science .

После посещения государственной начальной школы в Нью-Йорке Пинкус стал отличником средней школы Морриса, где он был президентом дискуссионных и литературных обществ. Будучи студентом Корнельского университета, он основал и отредактировал Cornell Literary Review. После получения B.S. В 1924 году он был принят в аспирантуру Гарварда. Он сосредоточился на генетике под руководством В. Э. Кастла, но также работал над физиологией с физиологом животных В. Дж. Крозье.Пинкус приписал этим двум ученым влияние на его изучение физиологии репродукции. Он получил степени магистра и доктора наук в 1927 году в возрасте двадцати четырех лет. Пинкус женился на Элизабет Ноткин 2 декабря 1924 года, в том же году, когда он получил степень бакалавра. У них было трое детей — Алексис, Джон и Лора Джейн.

В 1927 году Пинкус получил трехлетнюю стипендию Национального исследовательского совета. В это время он побывал в Кембриджском университете в Англии, где работал с Ф.Х.А. Маршалл и Джон Хэммонд, пионеры репродуктивной биологии. Он также учился в Институте кайзера Вильгельма у генетика Ричарда Гольдшмидта. Он вернулся в Гарвард в 1930 году, сначала в качестве преподавателя биологии, а затем в качестве доцента.

Большая часть исследований Пинкуса в начале своей карьеры была сосредоточена на наследовании физиологических особенностей. Более поздние исследования были сосредоточены на репродуктивной физиологии, особенно на половых гормонах и гонадотропных гормонах (те, которые стимулируют репродуктивные железы).Другие исследовательские интересы включали геотропизм, наследование диабета, взаимосвязь между гормонами и стрессом и эндокринную функцию у пациентов с психическими расстройствами. Он также внес вклад в разработку первой успешной обширной частичной панкреатэктомии у крыс.

Разработка оральных противозачаточных таблеток началась в начале 1930-х годов с работы Пинкуса по гормонам яичников. Он опубликовал множество исследований живых яйцеклеток (яиц) и их оплодотворения. Еще во время учебы в Гарварде он усовершенствовал некоторые из самых ранних методов пересадки яиц животных от одной самки к другой, которая переносила их в срок.Он также разработал методы множественной овуляции у лабораторных животных. В результате этой работы он узнал, что некоторые фазы развития яйцеклетки животного регулируются определенными гормонами яичников. Затем он проанализировал влияние гормонов яичников на функцию матки, перемещение яйца и поддержание бластоцисты (первая эмбриональная стадия), а затем и самого эмбриона. К 1939 году он опубликовал результаты своих исследований по разведению кроликов без самцов путем искусственной активации яиц у самок.Эта манипуляция получила название «пинкогенез» и широко освещалась в прессе, но не могла быть широко воспроизведена другими исследователями.

Вернувшись после года в Кембриджском университете в 1938 году, Пинкус стал приглашенным профессором экспериментальной зоологии в Университете Кларка в Вустере, штат Массачусетс, где он оставался до 1945 года. Именно в Кларке Пинкус начал работать с Хогландом, хотя они и работали. знают друг друга как аспиранты. Вместе они начали исследовать взаимосвязь между стрессом и гормонами для ВМС и ВВС США.В частности, они исследовали взаимосвязь между экскрецией стероидов, функцией коры надпочечников и стрессом от полета. Во время учебы в университете Кларка Пинкус был назван научным сотрудником Гуггенхайма и избран членом Американской академии искусств и наук.

Весной 1943 года недалеко от Балтимора прошла первая конференция по гормонам, спонсируемая Американской ассоциацией развития науки. Поскольку конференция проходила в частном клубе, афроамериканский ученый Перси Джулиан был исключен.Пинкус выразил протест руководству, и Джулиану в конце концов разрешили присоединиться к конференции. Хотя в первый год Пинкус и не был организатором, в следующем году Пинкус вместе с биохимиком Сэмюэлем Гурином и физиологом-химиком Робертом Бейтсом участвовал в изменении формы конференции. Они проводили конференцию в Лаврентийских горах Квебека, Канада, и с тех пор конференция стала известна как Лаврентьевская конференция, и Пинкус был ее постоянным председателем. В дополнение к своим административным обязанностям он редактировал двадцать три тома Недавний прогресс в исследованиях гормонов, сборника статей, представленных на ежегодных конференциях.

Вместе с Хогландом Пинкус также стал соучредителем Вустерского фонда экспериментальной биологии (WFEB) в 1944 году. Хогланд был исполнительным директором WFEB; Пинкус проработал двенадцать лет директором лабораторий, а затем директором по исследованиям. WFEB служил исследовательским центром стероидных гормонов и проводил обучение молодых биохимиков методам биохимии стероидов. С 1946 по 1950 год Пинкус работал на факультете медицинской школы Тафтса в Медфорде, штат Массачусетс, а затем с 1950 года до своей смерти он был профессором-исследователем биологии в аспирантуре Бостонского университета.Многие из его докторантов в этих университетах завершили исследования в WFEB.

Пинкус проводил исследования бесплодия и гормонов с 1930-х годов, но только в 1950-х он применил свои теоретические знания к идее решения проблемы перенаселения. В 1951 году он познакомился с работой Маргарет Сэнджер, которая описала неадекватность существующих методов контроля рождаемости и надвигающуюся проблему перенаселения, особенно в слаборазвитых районах.К 1953 году Пинкус работал с Мин-Чуэ Чангом в WFEB, изучая влияние стероидов на фертильность лабораторных животных.

Наука сделала возможным массовое производство стероидных гормонов, и Чанг открыл группу соединений, называемых прогестинами, которые действуют как ингибиторы овуляции. Пинкус передал эти результаты в компанию G. D. Searle, где он был консультантом, и сместил акцент на людей, а не на лабораторных животных. Пинкус также привлек к проекту специалистов по репродукции человека Джона Рока и Селсо Гарсиа.Они провели клинические испытания противозачаточных таблеток в Бруклине, Массачусетс, для подтверждения лабораторных данных. Затем Пинкус отправился в Гаити и Пуэрто-Рико, где руководил крупномасштабными клиническими полевыми испытаниями.

Оскар Хехтер, который познакомился с Пинкусом в 1944 году во время работы в WFEB, написал в Perspectives in Biology and Medicine , что «Грегори Пинкус принадлежит истории, потому что он был человеком действия, который показал миру, что демографический кризис — это не проблема» невозможная проблема. Он и его соратники продемонстрировали, что есть способ контролировать рождаемость в больших масштабах, подходящий как для развитых, так и для слаборазвитых обществ.Стероиды против оплодотворения, которые стали известны как «таблетки», оказались эффективными, простыми, противозачаточными средствами, относительно безопасными и чрезвычайно практичными для использования в больших количествах ». Пинкус провел большую часть последних пятнадцати лет своей жизни в путешествиях. для объяснения результатов исследований. Это отражено в его членстве в биологических и эндокринологических обществах Португалии, Франции, Великобритании, Чили, Гаити и Мексики. Его работа в области оральных контрацептивов была также отмечена такими наградами, как Премия имени Альберта Д.Премия Ласкера в области планирования отцовства в 1960 году и премия Камерона в области практической терапии от Эдинбургского университета в 1966 году. Он был избран членом Национальной академии наук в 1965 году.

Пинкус умер до выпуска перспектив в биологии и медицине его шестьдесят пятый день рождения был опубликован. Хотя последние три года своей жизни он болел, он продолжал работать и путешествовать. Он умер в Бостоне 22 августа 1967 года от миелоидной метаплазии, болезни костного мозга, причиной которой, по некоторым предположениям, была его работа с органическими растворителями.

Дополнительная литература

Словарь научной биографии, Том 10, Scribner, 1970, стр. 610-611.

Ингл, Дуайт Дж., «Грегори Гудвин Пинкус», в биографических мемуарах, том 42, Columbia University Press, 1971, стр. 228-270.

Хехтер, Оскар, «Посвящение Грегори Пинкусу», в книге «Перспективы биологии и медицины », весна , 1968 г., стр. 358-370.

Хоугланд, Хадсон, «Творчество — генетические и психосоциальные», в журнале «Перспективы биологии и медицины », весна , 1968 г., стр.339-349. □

Грегори Гудвин Пинкус

Как заметил его друг и коллега Хадсон Хоугланд в книге Perspectives in Biology and Medicine: : «[Пинкус] очень важная разработка пилюли.… Контроль над рождаемостью человека в мире, стремящемся к патологическому перенаселению, является примером практического гуманизма. это самое лучшее. » Кроме того, Грегори Гудвин Пинкус также участвовал в основании Вустерского фонда экспериментальной биологии и ежегодной конференции по лаурентийскому гормону.

Пинкус родился в Вудбайне, штат Нью-Джерси, 9 апреля 1903 года, был старшим сыном Джозефа и Элизабет Липман Пинкус. Его отец, выпускник сельскохозяйственного колледжа Сторрс в Коннектикуте, был учителем и редактором сельскохозяйственного журнала. Семья его матери приехала из Латвии и поселилась в Нью-Джерси. Дядя Пинкуса по материнской линии, Джейкоб Гудейл Липман, был деканом Сельскохозяйственного колледжа штата Нью-Джерси при Университете Рутгерса, директором Сельскохозяйственной экспериментальной станции штата Нью-Джерси и редактором-основателем журнала Soil Science .

После посещения государственной начальной школы в Нью-Йорке Пинкус стал отличником средней школы Морриса, где он был президентом дискуссионных и литературных обществ. Будучи студентом Корнельского университета, он основал и редактировал Cornell Literary Review. После получения B.S. В 1924 году он был принят в аспирантуру Гарварда. Он сосредоточился на генетике под руководством В. Э. Кастла, но также работал над физиологией с физиологом животных В. Дж. Крозье.Пинкус приписал этим двум ученым влияние на его изучение физиологии репродукции. Он получил степени магистра и доктора наук в 1927 году в возрасте двадцати четырех лет. Пинкус женился на Элизабет Ноткин 2 декабря 1924 года, в том же году, когда он получил степень бакалавра. У них было трое детей — Алексис, Джон и Лора Джейн.

В 1927 году Пинкус выиграл трехлетнюю стипендию Национального исследовательского совета. В это время он побывал в Кембриджском университете в Англии, где работал с Ф.Х.А. Маршалл и Джон Хэммонд, пионеры репродуктивной биологии. Он также учился в Институте кайзера Вильгельма у генетика Ричарда Гольдшмидта. Он вернулся в Гарвард в 1930 году, сначала в качестве преподавателя биологии, а затем в качестве доцента.

Большая часть исследований, проведенных Пинкусом в начале своей карьеры, была сосредоточена на наследовании физиологических особенностей. Более поздние исследования были сосредоточены на репродуктивной физиологии, особенно на половых гормонах и гонадотропных гормонах (те, которые стимулируют репродуктивные железы).Другие исследовательские интересы включали геотропизм, наследование диабета, взаимосвязь между гормонами и стрессом и эндокринную функцию у пациентов с психическими расстройствами. Он также внес вклад в разработку первой успешной обширной частичной панкреатэктомии у крыс.

Разработка оральных противозачаточных таблеток началась в начале 1930-х годов с работы Пинкуса по гормонам яичников. Он опубликовал множество исследований живых яйцеклеток (яиц) и их оплодотворения. Еще во время учебы в Гарварде он усовершенствовал некоторые из самых ранних методов пересадки яиц животных от одной самки к другой, которая переносила их в срок.Он также разработал методы множественной овуляции у лабораторных животных. В результате этой работы он узнал, что некоторые фазы развития яйцеклетки животного регулируются определенными гормонами яичников. Затем он проанализировал влияние гормонов яичников на функцию матки, перемещение яйца и поддержание бластоцисты (первая эмбриональная стадия), а затем и самого эмбриона. К 1939 году он опубликовал результаты своих исследований по разведению кроликов без самцов путем искусственной активации яиц у самок.Эта манипуляция получила название «пинкогенез» и широко освещалась в прессе, но не могла быть широко воспроизведена другими исследователями.

Вернувшись после года в Кембриджском университете в 1938 году, Пинкус стал приглашенным профессором экспериментальной зоологии в университете Кларка в Вустере, штат Массачусетс, где он оставался до 1945 года. Именно в Кларке Пинкус начал работать с Хогландом, хотя они знали друг друга как аспиранты. Вместе они начали исследовать взаимосвязь между стрессом и гормонами для ВМС и ВВС США.В частности, они исследовали взаимосвязь между экскрецией стероидов, функцией коры надпочечников и стрессом от полета. Во время учебы в университете Кларка Пинкус был назван научным сотрудником Гуггенхайма и избран членом Американской академии искусств и наук.

Весной 1943 года недалеко от Балтимора прошла первая конференция по гормонам, спонсируемая Американской ассоциацией содействия развитию науки. Поскольку конференция проходила в частном клубе, афроамериканский ученый Перси Джулиан был исключен.Пинкус выразил протест руководству, и Джулиану в конце концов разрешили присоединиться к конференции. Хотя в первый год Пинкус и не был организатором, в следующем году Пинкус вместе с биохимиком Сэмюэлем Гурином и физиологом-химиком Робертом Бейтсом участвовал в изменении формы конференции. Они проводили конференцию в Лаврентийских горах Квебека, Канада, и с тех пор конференция стала известна как Лаврентьевская конференция, и Пинкус был ее постоянным председателем. В дополнение к своим административным обязанностям он редактировал двадцать три тома «Последние достижения в исследованиях гормонов», — сборника статей, представленных на ежегодных конференциях.

Вместе с Хогландом Пинкус также стал соучредителем Вустерского фонда экспериментальной биологии (WFEB) в 1944 году. Хогланд был исполнительным директором WFEB; Пинкус проработал двенадцать лет директором лабораторий, а затем директором по исследованиям. WFEB служил исследовательским центром стероидных гормонов и проводил обучение молодых биохимиков методам биохимии стероидов. С 1946 по 1950 год Пинкус работал на факультете медицинской школы Тафтса в Медфорде, штат Массачусетс, а затем с 1950 года до своей смерти он был профессором-исследователем биологии в аспирантуре Бостонского университета.Многие из его докторантов в этих университетах завершили исследования в WFEB.

Пинкус проводил исследования бесплодия и гормонов с 1930-х годов, но только в 1950-х годах он применил свои теоретические знания к идее решения проблемы перенаселения. В 1951 году он познакомился с работой Маргарет Сэнджер, которая описала неадекватность существующих методов контроля рождаемости и надвигающуюся проблему перенаселения, особенно в слаборазвитых районах.К 1953 году Пинкус работал с Мин-Чуэ Чангом в WFEB, изучая влияние стероидов на фертильность лабораторных животных.

Наука сделала возможным массовое производство стероидных гормонов, и Чанг открыл группу соединений, называемых прогестинами, которые действуют как ингибиторы овуляции. Пинкус передал эти результаты в компанию G. D. Searle, где он был консультантом, и сместил акцент на людей, а не на лабораторных животных. Пинкус также привлек к проекту специалистов по репродукции человека Джона Рока и Селсо Гарсиа.Они провели клинические испытания противозачаточных таблеток в Бруклине, Массачусетс, для подтверждения лабораторных данных. Затем Пинкус отправился в Гаити и Пуэрто-Рико, где руководил крупномасштабными клиническими полевыми испытаниями.

Оскар Хехтер, который познакомился с Пинкусом в 1944 году во время работы в WFEB, написал в Perspectives in Biology and Medicine , что «Грегори Пинкус принадлежит истории, потому что он был человеком действия, который показал миру, что демографический кризис не является« невозможным ». Он и его соратники продемонстрировали, что есть способ контролировать рождаемость в больших масштабах, подходящий как для развитых, так и для слаборазвитых обществ.Стероиды против оплодотворения, которые стали известны как «таблетки», оказались эффективными, простыми, противозачаточными средствами, относительно безопасными и чрезвычайно практичными для использования в больших количествах ». Пинкус провел большую часть последних пятнадцати лет своей жизни в путешествиях. для объяснения результатов исследований. Это отражено в его членстве в биологических и эндокринологических обществах Португалии, Франции, Великобритании, Чили, Гаити и Мексики. Его работа в области оральных контрацептивов была также отмечена такими наградами, как Премия имени Альберта Д.Премия Ласкера в области планирования семьи в 1960 г. и премия Камерона в области практической терапии от Эдинбургского университета в 1966 г. Он был избран членом Национальной академии наук в 1965 г.

Пинкус умер до того, как был опубликован выпуск Перспективы биологии и медицины , посвященный его шестьдесят пятому дню рождения. Хотя последние три года своей жизни он болел, он продолжал работать и путешествовать. Он умер в Бостоне 22 августа 1967 года от миелоидной метаплазии, болезни костного мозга, причиной которой, по некоторым предположениям, была его работа с органическими растворителями.

Грегори Пинкус и Эновид · Зачатие таблетки · OnView: цифровые коллекции и экспонаты

Подходящие экспериментальные объекты

Протоколы, касающиеся потенциальных участников и методов для каждого испытания противозачаточных таблеток, 1956-1957 гг.

Грегори Пинкус успешно провел испытания гормонального соединения на животных; Чтобы разработать оральные гормональные контрацептивы для людей, ему нужен был опытный врач. Рок, который в 1952 году использовал гормональные препараты, чтобы остановить овуляцию у своих пациенток с бесплодием, был его выбором.Первые полевые испытания гормона, произведенного Серлом, были проведены в Сан-Хуане, Пуэрто-Рико, в 1956 году. Протоколы исследования составили Рок, Пинкус и Селсо-Рамон Гарика; Эдрис Райс-Рэй был выбран для ежедневного управления проектом. С годами полевые испытания расширились, и в них были задействованы дополнительные объекты в Пуэрто-Рико и Гаити. Кларенс Дж. Гэмбл и его помощница Аделина Пендлтон Саттервейт последовали его примеру и организовали судебные процессы в Пуэрто-Рико на основе предыдущей работы Рока, Пинкуса и Гарсии.

Полевые испытания норэтинодрела в качестве орального контрацептива

Грегори Пинкус, 1959

«В предыдущей статье (1) мы сообщили о результатах 16-месячного исследования эффектов перорального приема таблеток норэтинодрел-эстроген, используемых в качестве противозачаточного средства 265 пуэрториканскими домохозяйками в Сан-Хуане. Сейчас мы проанализировали различные данные, полученные в этом проекте за 30-месячный период. Кроме того, у нас есть аналогичные данные по трем дополнительным проектам; два из них были созданы в Пуэрто-Рико, в более сельской местности, чем Сан-Хуан, а именно Хумакао, под общим руководством доктора Ф.Аделина Пендлтон; другой был основан в Порт-о-Пренсе в Гаити под контролем комитета, состоящего из докторов. Ф. Ларак, Р. Николас и Р. Борно. Информация о дате начала каждого проекта, количестве субъектов и количестве записанных циклов приема стероидных препаратов приведена в Таблице 1. »

Медицинская брошюра Enovid

Лицевая и оборотная стороны медицинской брошюры по Эновиду, противозачаточной таблетке, 1958 г.

Таблетка была тщательно изучена Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов.Результаты этих испытаний привели к тому, что FDA одобрило таблетку Эновид в 1957 году, но только для лечения заболеваний женской репродуктивной системы. Затем Сирл добивался одобрения этой таблетки как противозачаточного, а не терапевтического препарата. Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов начало интенсивное расследование и, наконец, одобрило таблетку Эновид 10 мг для использования в качестве контрацептива в 1960 году. Эта ранняя брошюра по противозачаточному препарату Эновид предназначалась не для обучения пациентов, а только для медицинских работников.

Горькая пилюля: Гарвард и мрачная история контроля рождаемости | Magazine

Испытания начались с небольших испытаний на крысах и кроликах.Каждый день в течение пяти дней исследователи накачивали неполовозрелых кроликов-самок полными репродуктивными гормонами эстрогеном и прогестероном. На пятый день ученые позволили кроликам совокупиться, затем удалили их маточные трубы и осмотрели их на предмет оплодотворения яйцеклеток. В течение многих лет ученые из Массачусетса усердно работали с сотнями кроликов в клетках в подвальной лаборатории с ограниченным бюджетом в поисках идеального соединения.

23 июня 1960 года, через десять лет после начала испытаний, на рынок поступили гормональные противозачаточные таблетки.Идея была проста: принимать небольшую белую таблетку один раз в день, чтобы избежать случайной беременности. Последствия были революционными.

Женщины могли работать, не опасаясь забеременеть. Секс до брака стал менее рискованным. Секс после замужества стал менее опасным. Историки-феминистки провозглашают этот день началом сексуальной революции, но история противозачаточных таблеток — это также история противоречивых идеологий и медицинской эксплуатации. Ученые, получившие образование в Гарварде, разработавшие таблетку, полагались на инвазивные тесты и сомнительное медицинское согласие.

Люди, которые первыми разработали противозачаточные таблетки, начали свою карьеру в Гарварде. Грегори Г. Пинкус был доцентом Гарварда, который продолжал исследовать тайны зачатия в своей собственной лаборатории. Хотя его методы были противоречивыми, Пинкус был готов сделать все возможное, чтобы продвинуть свои исследования.

Джон К. Рок, выпускник 1915 года, был профессором Гарварда, который всю свою карьеру пытался понять фертильность, надеясь бороться с тем, что он считал главным социальным злом дня: перенаселенностью.Вместе Рок и Пинкус первыми разработали гормональные противозачаточные таблетки, проведя серию клинических испытаний. Отойдя от лабораторных тестов, они провели серию экспериментов на женщинах в приюте Массачусетса и бедных районах Пуэрто-Рико.

К 1965 году 6,5 миллиона американских женщин принимали его ежедневно, что сделало его самой популярной формой контроля над рождаемостью на рынке. Сегодня таблетки употребляют более 100 миллионов человек по всему миру.

Несмотря на то, что конечный продукт был революционным, он был создан за счет женщин, участвовавших в этих испытаниях.Врачи из Гарварда иногда тестировали противозачаточные таблетки без согласия пациента, что поднимало вопросы о методах исследований в Гарварде и за его пределами.

БЕЗУМНЫЙ УЧЕНЫЙ

Грегори Г. Пинкус, бывший доцент кафедры общей физиологии Гарварда, занимался наукой.

Несмотря на то, что он был одной из ключевых фигур, стоящих за таблеткой, он неоднозначно относился к ее применению. «Я против того, чтобы женщины имели сексуальную свободу», — сказал Пинкус в интервью 1967 года. «Но спешу добавить, что я тоже против сексуальной свободы среди мужчин.Он создал пилюлю, более или менее, потому что она отвечала на научный вопрос, а не на социальный.

Получив степень бакалавра биологии в Корнелле в 1924 году, Пинкус поступил в докторантуру. программа в Гарварде. Там его наставником был биолог по имени Уильям Дж. Крозье, который изменил представление Пинкуса о науке. Крозье и его последователи верили в нечто революционное: животноводческие процессы имеют химическую основу. Даже такие сложные явления, как воспроизводство, можно понять с помощью реакций и уравнений.Пинкус принял это близко к сердцу, назвав многих своих поздних критиков ненаучными «мистиками».

Получив докторскую степень, Пинкус был принят на работу доцентом в Гарвард. Он сделал себе имя, изучая репродуктивную функцию кроликов, впервые поняв, как гормоны взаимодействуют с развивающейся яйцеклеткой. В конце концов, он уговорил кроличьи яйца развиться в эмбрионы без оплодотворения. Все, что ему нужно было знать, — это химия.

Но освещение в прессе кролика Пинкуса было исключительно негативным.В пьесе Кольера Пинкус изображен как гнусный сумасшедший ученый с «темными проницательными глазами, суженными до щелей». The New York Times напечатала заголовок, который частично гласил «Фантазия Хаксли, воплощенная в реальность гарвардскими биологами», имея в виду темную репродуктивную науку «О дивный новый мир».

Гарвард, заботясь о связях с общественностью, принял к сведению: в 1937 году Пинкус узнал, что он не получит должности. По словам историка Джеймса Рида, Пинкус считался «евреем-саморекламой, который слишком рано публиковался и слишком много говорил.

Благодаря своей целеустремленности в достижении результатов и собственному опыту борьбы с антисемитизмом, Пинкус стал известен своей поддержкой ученых, которых он считал талантливыми, независимо от других соображений. Он никогда не понимал, почему такого ученого, как он, можно уволить по причинам, отличным от их заслуг.

В 1944 году Пинкус стал соучредителем Вустерского института экспериментальной биологии. После многих лет борьбы с университетской политикой Пинкус смог создать остров чистой науки.

Пинкус начал свою карьеру в Вустере сразу после того, как химики обнаружили, что мексиканский дикий ямс содержит соединения, похожие на гормоны человека, что спровоцировало взрыв в разработке лекарств. Раньше гормональные исследования ограничивались затратами; исследователям приходилось использовать соединения, тщательно извлеченные из животных. После открытия гормоны можно было массово производить по дешевке.

Эта новая технология положила начало глобальной гонке за новым чудо-лекарством. Предстояло заработать состояния.

Впервые получив искусственные гормоны под рукой, Пинкус расширил исследования в своем недавно основанном Институте, тесно сотрудничая с фармацевтической компанией G.D. Searle. Пинкус также купил акции Searle, создав дополнительный стимул для открытий.

Конкуренция была ожесточенной. Когда начались медицинские испытания, Пинкус будет искать подопытных, руководствуясь соображениями целесообразности, а не этики.

ХОРОШИЙ ДОКТОР

Безумный ученый встретил своего соперника в лице приветливого врача и профессора Гарварда Джона К.Рок. В отличие от Пинкуса, Рок глубоко интересовался социальными последствиями своей науки. По его собственному мнению, Рок не был «исследователем». «Все, что я знаю, — писал он своему коллеге в 1948 году, — это некоторые проблемы, на которые я хочу ответить».

Он никогда не занимался наукой ради науки. Он выбрал акушерство и гинекологию для связи этой области с социальным опытом, таким как человеческая сексуальность, брак и любовь, а также своей католической верой. (Гинекология также требует относительно небольшого количества лет обучения, что является еще одним плюсом.)

После окончания Гарвардской медицинской школы в 1918 году он продолжал работать в Гарварде, работая профессором клинической гинекологии более трех десятилетий. В 1923 году Рок возродил клинику по лечению бесплодия в Массачусетской больнице общего профиля. В следующем году он открыл новую клинику по лечению бесплодия в здании, которое тогда называлось Бесплатной больницей для женщин (ныне часть Бостонской больницы для женщин и Бригама и женщин).

Free Hospital, желтый французский особняк в Бруклине, предлагал Року особое преимущество: поскольку это была учебная больница, у врачей из Гарварда был более широкий доступ к пациентам.

В конце концов, Рок начал тестировать комбинации синтетических гормонов на своих пациентах с низким доходом, к стратегии, к которой он и Пинкус возвращались снова и снова в более поздних исследованиях.

Рок столкнулся с искусственными версиями эстрогена и прогестерона — гормонов, поддерживающих слизистую оболочку матки — в ходе своей работы в национальном комитете. Он считал, что соединения могут «развить» дисфункциональную репродуктивную систему его бесплодного пациента. Дозировки были опасно высокими — на много порядков выше того, что женщины принимают сегодня.Однако оказалось, что они дали желаемый эффект: 13 из 80 ранее бесплодных пациенток забеременели после окончания испытаний. Его коллеги назвали это явление «Rock Rebound».

Хотя они и в некоторой степени переписывались друг с другом, начиная с 1930-х годов, Пинкус и Рок вновь встретились на научной конференции в 1952 году. Именно там Рок обнаружил, что в новых испытаниях Пинкуса против овуляции на кроликах использовалось то же лекарство, что и он сам. чтобы стимулировать плодородие.

В следующем году два исследователя начнут гораздо более масштабное исследование с участием 60 пациенток из Бесплатной больницы и отдаленных клиник с целью определения влияния прогестерона на менструальный цикл.Многие женщины, которые не забеременели из-за рикошета, были разочарованы вводящими в заблуждение побочными эффектами соединения, имитирующими симптомы беременности. Половина женщин отказались от участия в суде.

Недовольный результатами, Пинкус усвоил важный урок: ему нужно будет предпринять более решительные и менее этичные шаги, чтобы достичь степени экспериментального контроля, необходимой для понимания антиовуляторного эффекта соединения.

Тем временем Рок задумался над проблемой перенаселения.В последующие годы цель сдерживания роста населения — особенно среди людей, которых он считал неполноценными, — станет способом примирить его работу по контрацепции с его католицизмом и рационализировать работу с тем, кто не соглашается. «Людям нравится заводить детей. И это особенно верно среди первобытных народов ». — сказал Рок в интервью WGBH десять лет спустя.

К середине 1950-х годов два профессора Гарварда объединили свои усилия, и их исследования начали показывать многообещающие.Все, что им было нужно, — это покровитель.

КЛЕТКА

После смерти мужа 19 января 1947 года Кэтрин Д. Маккормик заработала 35 миллионов долларов. На протяжении всей жизни феминистка и защитница контроля над рождаемостью, она потратила деньги на то, что Маргарет Сэнджер, известная феминистка и основательница организации Planned Parenthood, объяснила ей как «величайшую потребность всего движения [Planned Parenthood]» — «простое, дешевое противозачаточное средство. ” Феминистки мечтали о противозачаточных таблетках, которые женщина могла бы принимать без ведома мужчины, и Рок и Пинкус были их лучшим шансом.

После тестирования сотен комбинаций стероидов на лабораторных животных фармацевтическая компания G.D. Searle определила многообещающий препарат-кандидат. Объединив это с финансами Маккормика, ученые Гарварда были готовы провести крупномасштабные испытания. Но прежде чем они начали, Пинкус незаметно провел дополнительные эксперименты.

Слишком много женщин выбыли из первых испытаний Free Hospital Джона Рока в Бостоне, и Пинкус был недоволен результатами. Маккормик, теперь его главный спонсор, выразил разочарование в письме Сэнгер, сказав, что ей нужна «клетка» для овулирующих самок, с которой можно поэкспериментировать.

К счастью для Пинкуса, Гарвард имел давнюю договоренность с близлежащей государственной больницей Вустера, которая могла предоставить решение. Согласно стипендии историка Джонатана Эйга, через гарвардский фонд, ранее созданный на средства Маккормика, некоторые из коллег Пинкуса из Гарварда годами проводили там эксперименты на психически больных пациентах.

В 1954 году под предлогом изучения «возможного транквилизирующего эффекта» Пинкус начал новое исследование.Он набрал 16 пациенток в больницу штата Вустер, накормил их прототипами противозачаточных таблеток, а затем нарезал им матки, чтобы понять влияние препарата на овуляцию. Когда он закончил, он опубликовал свои выводы.

Многие критиковали его методологию. После того, как результаты эксперимента были опубликованы в «Ланцет», один врач написал редакции: «Использование в качестве подопытных кроликов хронических психотических пациентов, не способных дать или отказать в действительном разрешении на физиологические исследования такого типа, должно быть столь же отвратительным. многим из ваших читателей, как и мне.

Но критика не смутила Пинкуса: он продолжал экспериментировать с психотическими пациентами в государственной больнице Вустера. В эксперименте 1956 года ученые под руководством Пинкуса провели биопсию яичек у 20 мужчин-шизофреников без анестезии. Согласно письмам и черновику научной статьи, рассмотренной The Crimson в Библиотеке Конгресса, Пинкус интересовался «страхом кастрации» у мужчин.

Пинкус отказывался принимать отрицательные отзывы во время испытаний, даже когда он находился недалеко от дома.В какой-то момент он незаметно отправил препарат членам семьи женского пола. Когда одна родственница пожаловалась на серьезные побочные эффекты, Пинкус предложил послать ей другую экспериментальную смесь. Она вежливо отказалась.

По мере того, как побочные эффекты таблетки становились все более очевидными, Пинкус не осознавал их серьезность. Много лет спустя он сказал New York Times: «Эти побочные эффекты в основном психогенные. Большинство из них происходит потому, что их ждут женщины ». Пинкус будет повторять это послание снова и снова в последующие годы.

Когда несколько лет спустя он экспортировал свои методы в Пуэрто-Рико, даже его сотрудники были обеспокоены его небрежностью. Во время крупномасштабных клинических испытаний медицинский директор G.D. Searle Corporation направил партнеру Пинкуса Джону Року предостерегающую записку: «Мы здесь уже давно обеспокоены небрежностью, с которой материалы от животных Пинкуса передаются вашим пациентам».

Но разработка противозачаточных средств — и других чудодейственных лекарств — произошла в относительно нерегулируемый период истории науки.Нюрнбергский кодекс 1947 года, устанавливавший важность информированного согласия, не имел юридической силы. Поправки Кефовера-Харриса о наркотиках 1962 года и Отчет Бельмонта 1979 года, которые требовали доказательств безопасности лекарств и «уважения, милосердия и справедливости» во всех испытаниях на людях, еще не были написаны.

Американские исследователи не имели формального обязательства получать информированное согласие.

НАЗНАЧЕНИЕ: ПУЭРТО-РИКО

В 1950-х годах Пуэрто-Рико было идеальным местом для тестирования противозачаточных средств.Его законы были более либеральными, чем законы континентальной части США, и по всему острову уже существовала установленная клиническая сеть. Он также был целью расового страха — его бедное латиноамериканское население беспокоило многих американских паникеров по поводу перенаселения.

Евгенические настроения привели к необычайно либеральному репродуктивному регулированию. В 1935 году Пуэрто-Рико, намного опередив материковую часть США, основало клиники планирования семьи, а в 1937 году разрешило преподавание и практику противозачаточных средств.

Но однозначно евгеническое законодательство также кодифицировало принудительную стерилизацию.К 1955 году 16,5 процента пуэрториканских женщин детородного возраста были стерилизованы. В исследовании 1988 года женщин, которые были стерилизованы в то время, 16 процентов сообщили, что они не приняли решение самостоятельно.

Многие на острове оправдывали такую ​​практику. «Трагедия ситуации состоит в том, что более разумные классы добровольно ограничивают свою рождаемость, в то время как самая порочная, самая невежественная, самая беспомощная и безнадежная часть населения размножается с огромной скоростью», — написал губернатор Пуэрто-Рико Маргарет Сэнджер. в 1933 г.

Напротив, вся информация и материалы о противозачаточных средствах, включая презервативы, диафрагмы, спермициды и желе, были запрещены в некоторых частях материковой части США до 70-х годов. Рок и Пинкус сумели провести несколько небольших экспериментов в Массачусетсе, представив гранты и отчеты о бесплодии и менструальном цикле, но им было бы труднее оправдать крупномасштабное исследование контрацепции на континенте. Если они хотели добиться больших успехов, им пришлось бы уйти из дома.

Как U.Южная территория, Пуэрто-Рико, была самой простой альтернативой. «Из-за своего полуколониального статуса с США возможность тестирования на теле этих женщин казалась нам продолжением этих территорий», — говорит Габриэла Сото Лавеага, профессор истории науки в Гарварде.

Финансируемые энтузиастами по контролю над рождаемостью, соблазненные слабым регулированием контрацепции и одобренные установленной клинической сетью, Рок и Пинкус решили экспортировать заключительные этапы своих исследований в Пуэрто-Рико.

ЖЕСТКАЯ ТАБЛЕТКА

Они начали с малого. Селсо-Рамон Гарсиа, их коллега по Вустерскому фонду, в 1955 году привлек 20 студенток-медиков Университета Пуэрто-Рико к участию в первоначальном исследовании.

У этого исследования с самого начала были проблемы: более половины участников выбыли из него, что привело Рока в ярость. Пинкус и их сотрудники. «Если бы какой-нибудь студент-медик проявил такую ​​безответственность, я бы осудил ее при рассмотрении оценок», — написал Пинкус один исследователь.

Высокий процент отсева не должен вызывать удивления: испытание ни в коем случае не было легким. Согласно статьям Рока и Пинкуса, методы требовали значительного времени и эпизодической боли, не говоря уже о распространенных побочных эффектах, включая сгустки крови, кровотечение и тошноту. Каждый день участников заставляли измерять температуру и мазок из влагалища. Каждый месяц их шейки матки расширялись и собирались ткани маток. В некоторых случаях женщинам делали лапаротомию — большой разрез, предназначенный для обнажения брюшной полости, чтобы исследователи могли наблюдать за их яичниками в режиме реального времени.

Полученные данные, ученые оставили студентов-медиков и подготовились к первому официальному полевому испытанию того, что станет противозачаточной таблеткой. Они создали прототип лекарственного препарата — все, что им было нужно, это испытуемые.

Исследователи выбрали район Сан-Хуана Рио-Пьедрас, где для соседних сельскохозяйственных рабочих был построен жилой комплекс. «Поскольку выбранные семьи были безземельными, они были в некоторой степени социальными проблемами», — написал в своих заметках один из соавторов.Бедность и неподвижность сделали живущих там женщин идеальными объектами для контролируемого исследования.

По словам Лавеаги, в то время этот стратегический процесс отбора был обычным делом. «Правила были более мягкими, но вы также верили, что над некоторыми людьми можно экспериментировать: над« слабоумными », цветными людьми, бедными», — говорит она.

После того, как исследователи выбрали район, записка от Пинкуса до Рока указывает, что они наняли 265 «достаточно умных» женщин, для которых «беременность была бы приемлемой или, в худшем случае, неудобной.”

Исследование не предполагало финансовой компенсации, но у них никогда не было проблем с убеждением женщин зарегистрироваться. «У нас всегда было больше людей, желающих принять участие в наших исследованиях, чем у нас было лекарств», — сказала Адалин П. Саттертуэйт, полевой врач, в интервью, проведенном в 70-х годах историком из библиотеки Шлезингера.

Хотя многие элементы испытаний были эксплуатационными, большинство историков согласны с тем, что женщины участвовали в испытаниях, чтобы получить доступ к обратимой контрацепции.

«Легко сказать, что бедные женщины на самом деле не знали, что происходит», — говорит Лавеага. Она ссылается на аналогичные эксперименты, такие как испытания ВМС в Коста-Рике, в которых женщины выстраивались в очередь для участия. «Это не черно-белая ситуация».

Но, как и в предыдущих исследованиях, исследователям было трудно убедить женщин продолжать принимать таблетки. Участие было трудным: в течение трех месяцев испытуемых заставляли принимать по одной таблетке в день в течение большей части менструального цикла и регулярно сдавать анализы.Согласно письмам, социальные работники и врачи, в том числе Эди Райс-Рэй, сотрудник Пинкуса и Рока, часто навещали субъектов, собирая мазки из влагалища на предметных стеклах, записывая побочные эффекты и раздавая таблетки.

Согласно статье Пинкуса и Рока, 22 процента женщин бросили учебу из-за побочных эффектов, которые оставались серьезными.

Были и другие неудачи: в пуэрториканской газете «El Imparcial» появилась статья, осуждающая тесты как неомальтузианскую кампанию по стерилизации женщин, несколько женщин продавали свои таблетки на черном рынке, и было постоянное сопротивление. от католической церкви.

И все же ученые шли вперед. В 1959 году, после дополнительных испытаний в Пуэрто-Рико, Гаити и Мексике, Сирл обратился в FDA с просьбой сделать Эновид противозачаточным средством. В следующем году FDA одобрило использование противозачаточных средств.

После сбора данных Пинкус и Рок упаковали свои чемоданы и вернулись в Массачусетс, где контроль рождаемости быстро стал широко доступным.

Это была другая история в Пуэрто-Рико. Первоначальная цена Эновида — 50 центов за таблетку или 11 долларов в месяц — была слишком дорога для государственных служащих, которые участвовали в испытаниях.После нескольких месяцев длительных мазков из влагалища и более инвазивных процедур большинство участников остались в пухом состоянии — лишены как компенсации, так и лекарства, которое они помогли создать.

Действительно, в Пуэрто-Рико преимущества таблеток все еще не ощущаются в полной мере. В 2002 году, последнем году по оценкам использования противозачаточных средств на острове, 46 процентов женщин в возрасте от 18 до 44 лет сообщили, что они были стерилизованы. Только 19 процентов использовали оральные контрацептивы. По состоянию на 2008 год 65,5% беременностей на острове были незапланированными.

Спустя почти 60 лет мечта о маленькой волшебной таблетке, мечта, которая побудила так много бедных женщин подписаться на экспериментальный препарат, остается недостижимой.

ЧАСТИЧНАЯ ИСТОРИЯ

Через десять лет после своего первого выпуска противозачаточные таблетки снова попали в заголовки газет во время слушаний Нельсона по поводу таблеток, расследования, проведенного на Капитолийском холме по поводу безопасности таблетки. Когда активистки-феминистки заметили, что женщин не приглашают для дачи показаний, они прервали процесс и дали показания со своих мест.«Почему нет мужских таблеток?» — крикнула активистка Элис Вулфсон. «Почему 10 миллионов женщин используются в качестве подопытных кроликов?»

Ни врачи, ни протестующие не упомянули о пуэрториканских испытаниях.

Испытания также были исключены из знаменитого и осуждающего обвинительного акта 1966 года анестезиолога HMS Генри К. Бичера в отношении современной исследовательской практики, опубликованного в Медицинском журнале Новой Англии.

Бичер назвал эксперименты, которые отдавали предпочтение благополучию «пациентов в целом» над пациентами, подвергающимися самому эксперименту.Бичер сомневался, следует ли публиковать данные, полученные неэтично, «даже со строгим редакционным комментарием». Статья критиковала многие недавние научные достижения Гарварда и потрясла исследовательский мир.

С тех пор появились гораздо более строгие медицинские стандарты. В университетах по всей стране были созданы институциональные контрольные комиссии в надежде, что такого рода исследования больше не повторится.

Тем не менее, история болезни часто зачищается, хвалят прогресс, но не вспоминают тех, кто его создал.По большей части популярное повествование о таблетке — это праздник. Когда в журнале Harvard Gazette за 2009 год говорилось о роли Гарварда в создании противозачаточных таблеток, они не ссылались на пуэрториканские испытания или проверки на убежище. Пинкуса и Рока в основном помнят за их вклад в расширение репродуктивных возможностей женщин, не говоря уже об их вызывающих беспокойство методах.

«Наша обязанность как обычных граждан — быть информированными, знать историю и задавать вопросы», — говорит Лавеага.«Если у нас есть базовый уровень знаний, легче бороться, не забывать, обнародовать его и признавать, когда были допущены ошибки».

Доставить «таблетку» было непросто

В 1957 году Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США одобрило новый препарат под названием Эновид для регулирования менструального цикла. На бутылке была предупреждающая этикетка, в которой говорилось, что это лекарство имеет еще одну функцию — он также предотвращает беременность.

В то время, когда во многих штатах контроль рождаемости был незаконным, эта предупреждающая этикетка была лучшей маркетинговой тактикой, которую могла попросить фармацевтическая компания.В течение двух лет более 500 000 женщин принимали эту таблетку, которая вскоре стала известна как таблетка.

Но противозачаточные эффекты таблеток были не случайными — они были результатом многолетней борьбы врачей и защитников контроля над рождаемостью за то, чтобы дать женщинам возможность управлять своей репродуктивной судьбой, несмотря на социальные и правовые барьеры.

В своей новой книге «Рождение таблетки: как четыре крестоносца заново изобрели секс и начали революцию» Джонатан Эйг рассказывает нам, почему группа мужчин и женщин была вынуждена создать новую форму контроля над рождаемостью, почему это было так сложно. для них, чтобы проверить это в клинических испытаниях, и почему настоящая цель первой противозачаточной таблетки изначально была указана как побочный эффект.

В вашем профиле в Твиттере написано: «Моя новая книга о противозачаточных таблетках. Последней был Аль Капоне. Что побудило вас написать книгу о таблетке?

Может быть, 10 или 12 лет назад я слышал проповедь в синагоге, где раввин говорил о противозачаточных таблетках и сказал, что это, возможно, самое важное изобретение 20 века. И тогда это показалось мне странным. Я действительно не думал, что это могло быть правдой, но это осталось со мной. А потом, годы спустя, я думал о том, что написать для моей следующей книги, и моя жена сказала: «Тебе действительно стоит написать книгу, которую могли бы прочитать женщины.»

Я вспомнил ту проповедь о таблетках, и меня поразило то, что я понятия не имел, откуда эта таблетка и как мы ее получили. Я задавался вопросом, зачем кому-то в 1950-х или 60-х годах изобретать противозачаточные таблетки, чтобы предоставить женщинам большее равенство и позволить им наслаждаться сексом, не опасаясь беременности? Знаете, в 1950-х годах это не казалось чем-то, что было бы в общественной повестке дня, когда мужчины действительно все контролировали. Вот где мне стало любопытно, и Я начал изучать историю происхождения.И как только я это заполнил, я влюбился в персонажей. И тогда я действительно понял, что у меня есть что-то хорошее.

Маргарет Сэнджер позирует в Чикаго в 1917 году, всего через год после того, как она открыла первую в Америке клинику по контролю над рождаемостью в Бруклине, штат Нью-Йорк.

Фотография Джерри Мози, AP

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Вы открываете свою книгу с той ночи, когда Маргарет Сэнджер, основательница программы «Планируемое отцовство», попросила доктора Грегори Пинкуса начать работу над противозачаточными таблетками.На этой встрече в 1950 году методы контроля рождаемости, такие как презервативы, внутриматочные спирали (ВМС) и диафрагмы, уже были доступны, хотя и не всегда легкодоступны для женщин. Почему Сэнгер считал важным разработать противозачаточные таблетки?

Что ж, проблема со всеми остальными формами, которые были доступны, заключалась в том, что к ним было нелегко получить доступ, они были не очень эффективны и по-прежнему требовали участия человека. В некоторых случаях, например, в презервативах, мужчина нужен самым прямым образом.В других случаях вам нужен был мужчина в виде врача, который бы подошел или выписал их.

Она хотела чего-то, что женщины могли бы полностью контролировать самостоятельно, что они могли бы скрыть от мужчин в случае необходимости, и чего-то современного и научного, что работало бы как по волшебству. Это действительно была ее мечта, и годами — на самом деле десятилетиями — люди говорили ей, что это чушь, что это невозможно. Поэтому, когда она встретила Пинкуса, и Пинкус сказал: «Да, я могу это сделать» — это был для нее огромный момент.

Как она думала, что таблетка изменит жизнь женщин?

Что ж, она считала, что он сделает много вещей одновременно.Что это позволит им, прежде всего, получать удовольствие от секса, и что это позволит им контролировать свое тело и избегать нежелательной беременности, и что, как только это произойдет, у них будут всевозможные реальные возможности заявить о себе и бороться за равенство — дольше учиться в школе, учиться на ученых степенях и трудоустроиться. [Сэнгер] действительно верил, что это что-то, что изменит весь контекст, в котором живут мужчины и женщины.

Эновид изначально продавался в качестве регулятора менструального цикла в конце 1950-х годов, прежде чем он был одобрен как первая в мире противозачаточная таблетка в 1960 году.

Фотография Джерри Мози, AP

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Исследование таблеток возглавляли Пинкус и доктор Джон Рок. Объясните научные и культурные сдвиги, которые сделали их работу над таблеткой возможной. Почему это было действительно интересное время для того, чтобы все собралось вместе?

Это было идеальное время. Это было просто чудом в том, что [ученые] впервые начали понимать гормоны и то, как их можно использовать для регулирования функций организма.Появляются инсулин и кортизон, и ученые воодушевлены возможностями создания этих синтетических гормонов. [Приближается] новая волна науки, без которой это невозможно.

Вы также обеспокоены ростом населения после Второй мировой войны. Есть ощущение, что население мира внезапно растет слишком быстро, и это морально приемлемая причина защищать контроль над рождаемостью в дополнение к простому продвижению его для лучшего секса.Так что это очень важно, к тому же после войны, после 40-х годов, у вас появилось больше открытости в отношении секса. Мужчины уходят воевать, и им нравится заниматься сексом, пока они служат в армии. Женщины, пока их мужчины находятся за границей, они покидают родительский дом и встречаются с мужчинами, за которых не собираются выходить замуж, они начинают работать.

Итак, все эти приливы начинают меняться, и это становится идеальным штормом для этого проекта, когда объединяются противозачаточные таблетки.

Говоря о вещах, которые, казалось, сходились воедино, я был очарован ролью Кэтрин МакКормик в этой истории. Можете ли вы объяснить, кем она была и почему она была так важна для создания таблетки?

Я бы сказал, что все четыре важных персонажа очень важны. Если кто-то из них выпадет, все развалится, и Маккормик важна, потому что она готова профинансировать весь проект в то время, когда ни фармацевтическая компания, ни университет, ни правительственное учреждение не собираются тратить на это деньги.Даже организация Planned Parenthood не хотела тратить на это деньги, потому что это казалось слишком рискованным.

Кэтрин МакКормик — пожилая женщина, богатая наследница. Она потратила все свои деньги и время на уход за своим психически больным мужем, а когда он умирает, она наследует сотни миллионов долларов, связывается с Маргарет Сэнджер и говорит, что готова приступить к работе по контролю над рождаемостью, и она готова сделать все, что угодно. берет. Она действительно единолично профинансировала весь проект.

Она также ученый, одна из первых женщин, окончивших Массачусетский технологический институт, и она тоже следит за Пинкусом и Роком, чтобы убедиться, что они настойчиво и быстро продвигаются вперед.Она беспокоится, что, если они не начнут действовать быстро, эта штука может развалиться и никогда не удастся. Отчасти потому, что она тоже стара, она хочет, чтобы они закончили, прежде чем она умрет.

Женщина посещает клинику, чтобы получить противозачаточные средства в 1940 году. В 1940-х годах доступные методы контрацепции включали диафрагмы, презервативы и внутриматочные спирали (ВМС).

Фотография Джерри Мози, AP

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Когда Пинкус и Рок впервые начали свою работу с таблетками и гормоном прогестероном, у них были некоторые проблемы с привлечением женщин для испытаний.

Вероятно, это была самая большая проблема, с которой они столкнулись, когда выяснили, что химия работает: как вы проверяете ее, когда контроль рождаемости незаконен в 30 штатах, и все еще действуют федеральные законы?

Они должны быть осторожными в этом, и они начинают с того, что дают его женщинам, которые идут к доктору Року с просьбой о помощи с бесплодием — и это вроде безумие, чтобы думать об этом, но первые женщины, прошедшие тестирование на рождение ребенка Противозачаточные таблетки принимают женщины, которые пытались забеременеть.Это было очень важно, потому что [Пинкус и Рок] смогли увидеть, что таблетка не причинила серьезного вреда. Это вызвало у [женщин] тошноту и временами головокружение, и были серьезные побочные эффекты, но не причиняло длительного вреда.

Это дало Пинкусу и Року уверенность в том, что они могут двигаться вперед и попытаться найти больше женщин, но это оставалось трудным. Они отправились в психиатрическую больницу и дали там гормон женщинам. А затем, когда им понадобилось больше женщин, намного больше, они наконец остановились на Пуэрто-Рико.Они отправились в трущобы Пуэрто-Рико и проверили его на бедных женщинах, которые отчаянно пытались прекратить беременность, и именно тогда они наконец нашли приличное количество женщин, желающих участвовать в этих экспериментах.

Даже тогда, это довольно спорный, потому что этические нормы в 1950-е годы были не то, что они являются сегодня. Женщины не всегда понимали, что это экспериментальный препарат, и от них не требовалось подписывать формы согласия, поэтому эти парни летали на сиденьях своих штанов.

Эновид — первая версия таблеток — была одобрена FDA для регулирования менструального цикла с предупреждающей этикеткой, в которой говорилось, что он останавливает овуляцию. Вы написали: «Другими словами, реальное назначение препарата было указано, как если бы это был побочный эффект». Почему это было?

Когда они впервые решили, что готовы получить одобрение FDA, они хотели подойти к этому вопросу как можно осторожнее и тише. Поэтому они подумали, что вместо того, чтобы просить одобрения в качестве средства контроля над рождаемостью, давайте просто попросим одобрения как средства, регулирующего менструальный цикл.Казалось, планка будет ниже, потому что они не утверждают, что она предотвращает беременность. Именно это они и сделали. И на бутылке даже было предупреждение на этикетке: «Предупреждение: предотвращает беременность».

Таким образом, это стало сигналом для женщин, что если вы действительно отчаянно пытаетесь избежать беременности, эта таблетка может помочь. Женщины начали ходить к своим врачам и просить об этом, потому что они знали, что это на самом деле делает, даже если это рекламировалось только как регулирующие циклы.Доктора тоже знали, что он делает на самом деле, поэтому они начали рассказывать об этом женщинам, и это помогло распространить информацию. Это помогло создать это молва, массовое движение, в котором таблетки стали популярными еще до того, как они стали «таблетками».

Вы пишете, что «таблетка стала широко известна как« Таблетка », возможно, единственный продукт в американской истории, настолько мощный, что не нуждался в названии». Достигла ли таблетка тех результатов, на которые надеялся Сэнгер, поскольку она стала популярной?

Думаю, она достигла всех или большинства целей.Это, безусловно, позволяло женщинам заниматься сексом, не беспокоясь о беременности. Это, безусловно, предоставило им больше возможностей с точки зрения образования и карьеры. Это не оказало огромного влияния, на которое она надеялась, на рост населения мира, но это сложный вопрос, и, вероятно, один продукт никогда не будет работать для всего мира.

Но я думаю, что по большей части [эти четыре человека] увидели изменение, которое таблетки начали оказывать на культуру. Они увидели, как начала расцветать сексуальная революция.Они впервые увидели постановление Верховного суда в 1965 году о том, что женщина действительно имеет право использовать противозачаточные средства. Так что я думаю, что они вполне достигли цели со своими прогнозами относительно того, какое воздействие окажет таблетка.

Демонстранты ждут выступления перед Капитолием во время Марша в защиту женских жизней в 1986 году. Участники марша выступали за репродуктивные права.

Фотография Джерри Мози, AP

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Одним из самых серьезных противоречий в вашей книге было противоречие между идеей о том, что контроль рождаемости хорош для контроля над рождаемостью — часто для групп населения, считающихся «нежелательными», и идеей, что контроль над рождаемостью полезен для здоровья женщин и гендерного равенства. Можешь немного распаковать это?

Существует существенный конфликт, который имеет довольно глубокие корни, потому что таблетка, с одной стороны, разработана как что-то, что способствует свободе и дает женщинам большее равенство; с другой стороны, это также продвигается в некоторых кругах, особенно со стороны евгеников, как нечто, что будет препятствовать определенным типам женщин иметь больше детей.Вы пытаетесь создать что-то, что освободит женщин, и, безусловно, во всем мире есть женщины, которые хотели бы иметь меньше детей. В то же время есть ощущение, что в этом есть расистский элемент — что народы отговаривают заводить слишком много детей.

Это один из величайших философских и этических конфликтов, лежащих в основе истории Маргарет Сэнджер и изобретения таблетки, потому что одна из причин, по которой они смогли это сделать, — это движение за контроль над населением, и есть также эта более предвзятая группа евгеников, которые настаивают на более мощном инструменте, который позволит «правильным» людям воспроизводить больше, а «неправильным» людям перестать иметь детей.

И все это погрязло в беспорядке той работы, которую они делают. И очень трудно отделить хорошие намерения от плохих, за исключением того, что я думаю, что в более широком смысле Сэнгер, Пинкус и остальные считали, что в целом это будет огромной силой добра и будет способствовать большему равенству и свободе. . Но они ясно видели, что это было сложно; это не было черно-белое изображение.

После создания таблетки Пинкус и другие обсуждали создание противозачаточных средств для мужчин.Почему они считали важным сначала создать таблетки для женщин?

Я думаю, что ключом к успеху Сэнгера и МакКормика было то, что они не могли доверять мужчинам. Они чувствовали, что если бы к этому приложили руку мужчины, это можно было бы каким-то образом свергнуть, и что если бы у женщин не было власти контролировать свое собственное тело, если бы им пришлось полагаться на мужчин, чтобы это произошло, они никогда бы не добились успеха в достижении равенства.

Я думаю, что вы можете взглянуть на сегодняшнюю политику и увидеть, что, возможно, они были правы, потому что все еще есть много мужчин, которым не нравится идея о том, что женщины контролируют свою фертильность и принимают собственные решения о том, что делать со своими тела.

Итак, они почувствовали, что мы можем поговорить о контроле над рождаемостью для мужчин позже, но сначала мы должны дать женщинам мощный инструмент, который им нужен, иначе проблема никогда не будет воспринята всерьез — у женщин никогда не будет возможностей, которые им следовало бы.

Без Сэнгера, Пинкуса и Рока и без финансирования Маккормика, думаете ли вы, что кто-то другой разработал бы таблетку, и если да, то когда? Кто-нибудь еще работал над чем-то подобным?

Думаю, без этих четырех этого бы никогда не произошло.Пинкус и Сэнгер запустили дело, а затем другие фармацевтические компании начали изучать его после того, как продемонстрировали, что это может работать. Но если бы не эти четыре и это причудливое стечение событий при внешнем финансировании, этого могло бы никогда не случиться.

Я бы также сказал, что, если бы он был отложен хотя бы на шесть месяцев или год, этого, возможно, не произошло бы, потому что как только произошла катастрофа с талидомидом, и люди узнали, что этот препарат вызывает ужасные побочные эффекты — он вызывает ужасные побочные эффекты.

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *